riavvolgere.

       Джексон, конечно, всегда был довольно импульсивным и таким, казалось бы, напористым, смелым, но на самом-то деле — все не так просто. Вести за собой людей он не умел, хотя усердно пытался (выпендриваться, ага), но шестеро парней рядом с ним — разве не показатель того, что если надеяться и верить, то все обязательно потянутся к тебе. Вот и Кайе — не ожидал, по правде говоря. Факультет киноискусства. Кафедра актерского мастерства. Кабинет номер триста двадцать четыре. — Значит так, теперь это — наша «база», — Кайе еще раз оглядел всех, замечая на лицах у некоторых подобие усмешки. Неужели Джексон действительно слишком много геройствует? — Да, ты отлично выбрал место. Тут и до мед.пункта недалеко, и до столовой, и туалеты рядом, — Джинен без доли сарказма был восхищен выбором «базы». — И некоторым из нас, кажется, нужна медицинская помощь… — Джинен почему-то не унимался — всю дорогу до этого он смотрел на покрасневшие жилы Марка и его искривленное болью лицо. А сейчас вышел вперед к нему и попытался дотронуться до плеча. Лицо Туана искривилось одним единственным «отвали», но Пак лез туда, куда не стоит даже соваться… — Не надо трогать меня, — спокойно произнес Марк и сдвинул брови, пряча руки за спиной. — Ты мог бы вести себя дружелюбнее! — тут как тут завелся Джейби, как-то даже с вызовом закатывая рукава кофты. — Или считаешь себя слишком крутым? — Я просто не просил твоего паренька мне помогать, — Туан отшатнулся назад и пронзил взглядом Чжэбома, который постепенно слетал с катушек. — Следи за своим… — Заткнулись оба! — неожиданно для всех остальных крикнул Енджэ и хмуро посмотрел на Марка. «Просит меня успокоиться. Какой милый мальчик». Чжэбом скрипел зубами, скрещивая руки на груди. Ему было абсолютно все равно, кто и чем болен. Да и искать причину того, почему Джинен неожиданно резко прикопался к голубоволосому — не собирался. Он почему-то был уверен в его верности, но зачастую сомневался в своей адекватности — даже если Ен и изменил бы ему, то Джейби, повел себя, как истинный влюбленный по уши идиот. Простил. За все. «Да нет, вы шутите? Джинен не такой». Среди всего этого хаоса, где-то в уголке, Югем пристально наблюдал за Туаном, пытаясь понять его хотя бы на сотую долю процентов. «И вот о чем он сейчас думает?» — Так. Если мы все будем себя вести подобным образом, то еще до пришествий погибнем. Поэтому, не прошу даже — призываю вас к пониманию, — Джексон «мигал» глазами Туану, чтобы тот извинился перед Паком. И, черт бы его побрал, американец и сам не знал чего так взъелся на Ена. Пыл утих, а вместе с ним и та, присущая Марку скрытность — он расцепил пальцы за спиной и вытянул руки перед Джиненом. — Все нормально. Прос­ти, — Марк за­метил, как Джи­нен улыб­нулся и кив­нул го­ловой, обращая внимание на зажившие раны. И скрыть то, что Ту­ана это за­цепи­ло, бы­ло слож­но. Не в том са­мом смыс­ле, а, ска­жем так — после всего того, что Марк сказал, Ен не облил его грязью в ответ. Его доброта, на удивление, была без подоплеки. От это­го даже стыдно стало. — Чжэ? — Джинен считал, что его парню тоже стоит попросить прощение. Очень даже стоит. — Прости, я не хотел, — Бом хоть и играл желваками да отводил взгляд, но все же видно было, что он действительно погорячился. Югем все еще прос­верли­вал взгля­дом дыр­ку во лбу аме­рикан­ца, но тот ни­как на это не ре­аги­ровал: за­метить — за­метил, но не при­дал осо­бого зна­чения. (?) Джексон снова оглядел всех парней — таких разных и даже не знаешь наверняка смогут ли они стать единым целым — а затем шагнул в самый центр их кажущегося полукруга. — В том месте, где я очнулся… я нашел очень важную информацию, — поправляя кепку, Кайе остановил свой взгляд на Чжэбоме. Где-то секунд пять они просто смотрели друг на друга, а после Джексон вынул из кармана своей сумки шприц. — Это первое, о чем я хочу рассказать, — китаец размахнулся и легко бросил Джейби тот самый предмет с синей жидкостью — кореец сразу же поймал его, непонимающе глядя на Джексона. — Снимает симптомы? — решил предположить председатель, почему-то разворачиваясь на Джинена. — Именно. Силы, которые мы получили постепенно растут и меняют наше ДНК и… что-то там, в общем, короче… — Фух, а я уж думал, куда подевался старый добрый Джексон… — Енджэ не сдержался и прыснул с заикающегося китайца, но быстро сделал каменное лицо, когда тот нахмурился. — Эта жидкость в шприце замедляет процессы, но я так и не понял зачем она нужна. Все равно это только замедление… — Как ты… вообще это понял? — прозвучало довольно тихо, из-за спины Югема. Бэм боялся показаться на глаза, скрываясь за высоким, широкоплечим парнем. Джексон посмотрел на Кима так, что тот невольно дернулся и почти шагнул в сторону. Только вот Бэм схватился за его рубашку на спине и потянул назад. — Бэм… — тихо произнес Джинен, заглядывая за спину Югема. Конпимук жмурился и мотал головой, что-то там пытаясь сказать, но Пак не собирался слушать, — …Кон, — и это, как иголкой под кожу — и больно, и приятно, и разрывает изнутри. — Сейчас мы все перестали быть просто людьми, ты никого не напугаешь… Бэм чувствовал, будто Джинен касается его волос и бархатной кожи щек, поглаживает линию скул и невесомо обнимает — этот голос, что обволакивает все тело даже на расстоянии. Блаженство. Спустя несколько секунд, таец вышел из-за спины Кима, открывая глаза, но затем, сразу же опуская голову ниже, чтобы скрыться за челкой. — Все хорошо, это даже красиво… — вдруг выпалил Джексон и, нет, он не укусил себя за язык — это действительно было так. Волшебно. Бэм поднял голову выше, но не совсем понятно было, куда он смотрел. В любом случае, ответил он Джексону. — Спасибо… — Может продолжим? — Чжэбом, конечно, мог и дальше лицезреть эту мыльную оперу, но шприц в его руках и оставленные без ответов вопросы волновали как-то сильнее. — Ответь ему, иначе я не смогу сделать инъекцию, — Им был на все сто процентов неприступен и все сразу поняли, что с ним лучше не спорить (хотя, Марку, если честно, было похуй). Джексону, если бы не его, между прочим, девиз — «давайте все подружимся» — сейчас захотелось цокнуть и закатить глаза. И, черт побери, как он только сдержал свой пыл и не отвесил председателю парочку ласковых поглаживаний по щеке. — Когда я очнулся, то меня обволакивала такая же оболочка, как и у тебя, — Джексон обратился именно к Джейби. — Нашел я эти шприцы в двести первой и не только их. Вместе с ними… — Джексон открыл сумку и неожиданно присел на пол, по-турецки, начиная доставать содержимое, — …это вот — самое ключевое, — он положил, но пол какую-то тонкую книжечку и загадочный белый конверт отдельно, — а это — я не знаю что такое… — не считая еще одного шприца, Джексон достал голографический, скажем так, планшет? Только вот он не работал, кажется. Все подошли ближе к сидящему на полу парню. Но никто не решался взять хотя бы какую-то вещь, кроме Енджэ. Шатен присел рядом с Кайе и как-то очень резко схватил белый конверт. Пока он раскрывал его, все затаили дыхание, а Югем в это время тем более — так получилось, что Марк встал рядом с ним и их плечи почти соприкасались. А затем Туан потянулся за той основной книжечкой — только вот, потеряв равновесие, американец пошатнулся, а Югем просто боялся, что он упадет. Енджэ уже развернул листок из конверта и принялся читать вслух его содержимое, а Марк в это время ошарашенно глядел на Кима, который миллисекунду назад схватил его за талию. Ладони горели, а сердце вот-вот готово было вырваться из груди. Но голос Енджэ вернул парня в реальность. — Тут не все на корейском… — решил известить Чхве и слегка прокашлялся в кулак. — Если ты читаешь это, то это означает, что у тебя все очень плохо. Ты воспользовался шприцами? Забудь. Они тебе не помогут. Мне не помогли. Они только на время замедляют процессы мутирования ДНК, но что ты будешь делать, когда они закончатся? Лучше помучайся от боли и прими мутацию, иначе вряд ли тебе удостоится шанс выжить после первого пришествия, — Енджэ остановился и посмотрел на Чжэбома, который тут же кинул прямо в ноги Джексону этот его шприц, ранее данный ему. Кайе поднял озлобленный взгляд на него — Енджэ еще не дочитал, а он уже сделал выводы. Тем более, что Джексон не стал бы разбрасываться такими ценными вещами просто так. — Но это не относится к тем, кого я назвал «импия*» — они обычно покрыты синей оболочкой… — Чхве поднял на Чжэбома теперь уже виноватый взгляд. Ответили ему легким кивком и просьбой продолжить, —…поэтому и жидкость в шприце синего цвета. Мутация у них проходит стремительно и практически без боли, но если способность полностью овладеет ими, то они потеряют свое тело и превратятся просто в синюю оболочку. Их сила — безгранична, но без тела — они будут считаться проигравшими — так или иначе, их выведут из игры всеми возможными способами. — Тогда, стоп, почему ты использовал его на мне? — Марк легко пнул Джексона в спину, чтобы тот развернулся назад. — Она же нужна тебе, идиот! А Енджэ просто поспешил закончить. — Как бы там ни было, использование этих шприцев на других мутантах имеет место быть, особенно, если все очень плохо. Потому что не все смогут пережить мутацию, просто-напросто погибнув от болевого шока. В любом случае, количество шприцев, строго ограничено и это еще одна уловка игры, некое развлечение — «посмотрим, что вы сделаете в той или иной ситуации», — на этом корейское прерывается, а дальше идут непонятные иероглифы. — Прости… — Марк присел, упираясь коленями в пол и извиняясь, а затем мягко отряхнул то место, куда он пнул Джексона, —…я не знаю, что со мной происходит. — Все хорошо, Макы, — Кайе насколько мог развернулся назад и заботливо улыбнулся, поглаживая парня по плечу.

Где-то неподалеку от них чье-то сердце разрывается, желая прикоснуться также.

В один момент все разом затихли, погружаясь в раздумья. Енджэ смотрел на Бэма, который украдкой наблюдал за Джиненом, в то время как Чжэбом прижимал его к себе за плечо. Возвращаясь к конверту, Чхве попытался понять, что там написано, но… это для него, как минимум, просто набор букв. — «Vivere inanimatus», — Енджэ только успел договорить, как Югем вдруг довольно громко вздохнул и начал кашлять, подавившись, видимо, своими же слюнями. — Черт… кха… у меня на руке… это написано у меня на руке! — Ким протянул ее перед собой, а изумленная толпа уже сбежалась к нему и, действительно, там именно эти же слова — Енджэ подтвердил это, сравнив с тем, что написано в письме. — Здесь дальше… не понятно, но есть маленький рисуночек, — шатен решил дать Югему самому посмотреть его. Он протянул конверт Марку, который даже поднялся с пола, чтобы отдать его парню. Кима трясло изнутри от этого взгляда и длинных изящных пальцев, но внешне он выглядел абсолютно спокойно. — Я не знаю, — Югем вертел эту бумажку во все стороны, но не мог понять, что там нарисовано. Бэм стоял рядом и наблюдал за Кимом, который, прямо как в басне — не знал уже как ему использовать данную вещь. Таец вплотную приблизился к Югему, хватаясь пальцами за лист, и будто бы в одно мгновение уловил нечто… — А если… ах! — Конпимук неожиданно согнулся в спине, хватаясь руками за голову и чуть ли не расплющивая ладонями череп. Его тоненькие ручки дрожали, пытаясь не сбавлять силу сжатия, но все же, постепенно, ослабевали. — Кон! — Джинен бросился чуть ли не первым к парню, хватая его за талию. Югем, наоборот, отшатнулся назад, роняя из рук листок, думая, что он виноват в чем-то. — Что с ним?! — к парню подлетел и Джексон, пытаясь разжать одну руку, которой он теперь чуть ли не выдирал свои волосы. — Может, укольчик? — Чжэбом на фоне общего волнения казался саркастически раздражающим. — Себя уколи уже! Желательно в мозг! — закричал на него Югем, который и так чувствовал себя виновником случившегося. — Я вообще-то помощь предлагаю! — Им в два шага сократил расстояние между ним и Гемом. Ким был выше — эта хоть и небольшая разница притупляла чжэбомовские инстинкты. Даже сверху вниз на него не посмотришь… Их лица были довольно близко, чтобы Джейби мог почувствовать дыхание Кима и его вздрагивающие морщинки у глаз — он еле сдерживал себя. — Югем… остановись! — вдруг произнес Бэм и буквально обмяк в руках Джинена. Открыв глаза, Конпимук увидел лицо Пака — так близко и эти объятия, пусть и не «те», но до жути приятные. Джексон также продолжал держать руку тайца, но тот дернул ею и попросил отпустить. Выглядело это не очень… можно сказать дружелюбно, но Бэм боялся, что если дотронется еще раз до чего-нибудь, то снова начнется приступ. — Я… у меня было видение. Там были все мы… — Конпимук жалостливо посмотрел на Джинена — кореец сразу же расцепил руки на чужой талии и немного отошел назад. Остальные почему-то сделали тоже самое. — Эта книга… — Бэм показал пальцем на основной, по словам Кайе, документ, который держал в руках Марк, — …там написано про все способности, про пришествия, а также в ней зашифрована какая-то информация, — Бэм дотронулся пальцами до своих век и слегка помассировал их. Только вот вздрогнув от прикосновения к себе же, таец охнул и резко развернулся на… Енджэ. — Я… вспомнил еще кое-что. Не знаю, правда ли это, но в моих видениях… он… он… убийца. Шестерых накрыло то самое чувство, когда не понимаешь в чем дело, но страх, сам по себе, охватывает все тело. Джексон готов был свалиться в обморок от шока — схватился за сердце и снова присел на пол, а остальные — просто проглотили языки. — Этого… быть не может, — Енджэ мотал головой, пытался хоть что-нибудь объяснить, но никто его, кажется, не слушал. Пожалуй, только его друзья. — Кого я мог убить? Отвечай! — Чхве постепенно выходил из себя — глаза его будто испепеляли все вокруг. — Я видел его и… его, — сначала Бэм показал пальцем на Марка, а затем на Чжэбома. Им сразу же рассвирепел, поторопился узнать все подробности и, если так будет нужно, готов был избавиться от Енджэ. Марк не верил своим ушам, но знал одно — кем бы там ни был Чхве, он ни за что не даст Джейби даже пальцем его тронуть. — Но эти видения могут быть ловушкой, — Джинен вовремя остановил Джейби, схватив его за ворот кофты и разворачивая к себе лицом. — Я… не знаю его, но не думаю, что он убийца, — Пак отпустил своего вспыльчивого парня и обратился к Бэму. — Кон, мы должны найти информацию о твоей способности… И понять, если ли у нее… погрешности. Таец послушно кивнул головой, но, все же, трудно было выкинуть из головы те видения. Чжэбом до боли в зубах сжимал челюсть, когда понимал, что слишком раздражителен и оттого — безумно глуп. В носу создавалось странное ощущение напряжения, а слезы сами по себе появлялись на глазах. Так и сейчас. Им опустил голову и, развернувшись, ушел к самой последней парте, отмахиваясь тем, что решил сделать себе инъекцию. Джинен проводил его взглядом и устало вздохнул, понимая, что кто, если не он, утешит его. Когда парочка «уединилась» Марк зашелестел страницами книжки, присаживаясь на пол рядом с Джексом. Остальные, кроме Чхве, сделали тоже самое. Он же остался стоять на своем месте, стараясь не обращать внимания на каждого второго, реально подозревающего его в убийстве. Югем сел напротив Туана и пообещал себе сдерживаться, если он вдруг, совершенно нечаянно, посмотрит на него не так, как следовало бы. — Ю, тот рисунок, — перед тем, как Марк начал читать, Бэм вспомнил о том, с чего все началось, — это два алхимических знака, соединенных в один — Жизнь и Смерть. Одновременно они не могут существовать, но… я даже не знаю… Туан даже оторвался от чтения и поднял свой взгляд на Кима. Тот, сидел и разглядывал татуировки на руках, вообще ничего не понимая. — Прошу… — неожиданно попросил Югем и смущенно, еле уловимо посмотрел на Туана. Марк не собирался даже, но почему-то проскользнул взглядом по рукам парня, а потом — это было вообще незачем — и по его лицу: полуприкрытым глазам, заостряя внимание на изящной родинке, по мужественному носу и острым скулам и, наконец, замирая на сомкнутых губах. Кому угодно, но себе американец соврать не мог — парень напротив заворожил его. Настолько, что Туан потерял счет времени. — Марк… — Джексон опустил руку на его плечо и только тогда голубоволосый вернулся в реальность. Перед глазами плясали мерцающие блики — отражение в его глазах — и хотелось завязнуть в том его изучающем взгляде по самую макушку. Было множество способностей и читать про каждый из них — заняло бы огромное количество времени. Поэтому, Марк просто позволил всем по одному просмотреть перечень. — Стой, так тоже долго… Может там есть что-нибудь в конце? — Джексон выхватил книгу из рук как раз читающего Енджэ. Тот зыркнул на него так, будто он у него кейс с миллионом долларов украл. Но Кайе, отбирая книжку — незаметно для остальных — чиркнул пальцами по ладони Чхве, якобы вырисовывая сердечко. Это давно уже придуманный китайцем способ извиняться перед Енджэ и, правда, кореец не мог не простить. Пролистывая до конца — тут как раз Джейби и Джинен пришли обратно — Джексон наткнулся на постскриптум: «Взаимодействие со своими знаками — первое пробуждение. Синяя оболочка — пункт номер четыре. Сказанное вслух». Даже не совсем сообразительный парень с кепкой набекрень понял о чем идет речь. — Получается, каждый из нас имеет знаки, что очевидно, а я и Чжэбом… должны предположительно найти свою способность в четвертом пункте и произнести вслух, — Кайе, как бешеный листал страницы в поиске нужного пункта. Остальные спохватились и стали внимательнее рассматривать полученные метки. Югем уже вдоль и поперек рассмотрел руку, но его метки — это тот еще ребус. Марк вспомнил о своих покрасневших жилах, жалея, что укол еще действует — он вполне мог не все рассмотреть. Бэму, кажется, становилось яснее других, потому что ему все рассказали видения. — Психометрия*, — спокойным голосом произнес Конпимук и заметил на себе охеревший взгляд Джейби. — У тебя… глаза карие, оказывается, — произнес председатель и получил удар локтем в бок. От Пака. Бэм уже знал, что к нему вернется «все то, что исчезло», поэтому и не удивился. — Джинен… бугорок, что у тебя сзади, на шее — надави на него, — раз уж у себя не получалось, то стоило помочь другу. Бэм с замиранием сердца смотрел, как Ен покрывается оранжевым щитом и то, как Чжэбом не мог дотронуться до него — оболочка била импульсами, похожими на ток, поэтому нельзя было прикасаться. — Щит… «Аякс»? — неуверенно произнес Пак, читая надпись на голографическом датчике. В этот же момент, щит загорелся красным и замерцал, исчезая с тела. — Видимо… — Джексон выставил нижнюю губу вперед и пожал плечами. — У тебя и на шее тоже самое написано, — дай Чжэбому волю и вот он уже во всю прикасался к любимому, рассматривая его шею. Енджэ молчал. Стоял и молчал, проглотив язык. Потому что никаких меток, подсказок, символов у него не было. Вроде бы. Только лишь туманное предположение о том, что он какой-то там убийца. Все просто в шоколаде, ага. — Енджэ? — Марк бесшумно приблизился к нему — так всегда случалось, когда Чхве замыкался в себе — и также, как Джексон, пожал плечами. — Я не знаю, что у меня, а у тебя? — Туан произносил каждое слово так мягко и заботливо, чтобы не дай бог не ранить Чхве острыми краями угловатых букв. Енджэ замялся и не знал, что ответить. Правду, если только. — Ничего, — прозвучало довольно громко. И это «ничего», отвлекло Кайе от чтения четвертого пункта. — Так, ребята, давайте передохнем. Может, кто есть хочет? Я схожу в столовую, — Джексон поднялся с пола и оглядел остальных. На шатене его взгляд окончательно остановился. — Я бы не отказался от завтрака… эм, ужина, — ответил Джинен, присаживаясь за парту рядом с Джейби и удобно устраивая голову на его плече. — Аналогично, — сказал Бэм и все услышали ужасающий звук его урчащего живота. Который был похож на рык какого-нибудь монстра. — Может ему надо просто поесть и все монстры свалят? — Чжэбом смеялся от безысходности и аналогичного чувства голода — он также был удивлен тому, что все улыбнулись в ответ, а не бзыкнули, как это обычно случалось. — В общем, ВСЕМ нужно поесть, — Джексон выделил это для двух молчунов — Марка и Югема. А с Енджэ… он разберется отдельно. — Марш за мной, — Кайе зацепил Чхве за капюшон и потянул за собой, не собираясь даже замечать злобный взгляд Марка.

«Он — не твой. Пора бы уже запомнить».

***

— Эй! Ты охерел?! — запищал Енджэ уже после того, как дверь закрылась за ними. — Поможешь мне… — Джексон как-то не горел желанием отвечать на очевидные вопросы. Просто схватил Енджэ за руку и потащил за собой, — …и поговорим. И для чего только он добавил это в конце? Всю дорогу до столовой парни шли молча, и это даже странно, учитывая их характеры — особенно Джексон, которому и на секунду трудно заткнуться. Но после всех происшествий он очень сильно изменился — странно только, пожалуй, что слишком быстро. Столовая оказалась очень даже близко — прямо по коридору, до конца и направо. Не прошло и пяти минут, как они зашли в просторное помещение. Внутри кучковались люди, но вот лично Кайе на них было наплевать: захочет — выяснит здесь отношения, захочет — сожрет всю еду. «Кто не со мной, тот против меня». — Ты хотел поговорить вообще-то, — когда Енджэ закрыл за собой дверь, Джексон отпустил его руку. Только вот одно «но»: Чхве не разомкнул свою. Китаец дернулся и остановился, разворачиваясь на Енджэ. — Ну, сначала надо взять еды. Иначе Бэм… — Джексон хотел сморозить «сдохнет» — хоть и от голода, но, в любом случае, это прозвучало бы грубо в такой ситуации. Енджэ тут же разжал пальцы на его запястье и сунул руки в карманы своей толстовки, медленно шагая за Кайе. Столовая в этом корпусе была по типу «шведского стола»: бери все, что угодно. Но сейчас ничегошеньки не было. Где-то в уголке, за стойкой, прятались мелкие кухонные сошки, а сами повара — непосредственно на кухне. Паника захватила людей настолько, что они не хотели даже пытаться соображать: людей кормить придется все равно, потому что иначе они начнут есть друг друга, а это, ну, конкретный пиздец. Джексон стремительно подошел к стойке, скрестил руки на груди, уставившись на женщину, которая работала помощницей помощника повара. — Мне бы семь пачек рамена и чего-нибудь мучного, ну, например, просто хлебушка. Хотя нет, сидите, я сам возьму. — Джексон вел себя крайне нагло, но ему показалось, что просить испуганную, загнанную в угол женщину, нет смысла. Да и то, как она хлопала ресницами, глядя на него, подтверждает этот факт. Енджэ присел за стол и уперся локтями в деревянную поверхность: зарывшись пальцами в своих волосах, парень давил на виски, пытаясь убрать накатившую головную боль. Но не помогало. Мысли лезли разные, но объединяло их одно — убийство. Да, это долго не выходило из его головы и он даже представлял, как убивает Джейби и… Марка. На последнем, шатен бил себя по лбу и будто бы стряхивал весь негатив, мотая головой. «А если… это правда?» И хер бы с этим Чжэбомом — бесит иногда так, что уже давно хочется прикончить. Но. Марк. Енджэ никогда бы не смог… — Блядь, Чхве! Заканчивай медитировать и помоги мне! — кореец прямо-таки дернулся, когда услышал пронзительно высокий голос Джексона. Он вырвал его, чуть ли не с мясом из собственных мыслей и… все мгновенно растворилось. Енджэ встал со своего места и зашагал в сторону кухни: обращая внимание на злобные взгляды других людей и испуганный — той женщины. И ему, в отличие от Кайе, было не все равно, только вот Джексон всегда умел подмять под себя корейца. А он и не сопротивлялся. — Вот, держи, — Чхве поймал в руки сразу же все семь пачек с раменом, сложенных в один пакет. Джексон и дальше рылся в холодильнике, ящиках, как какой-то грабитель — Енджэ было неловко до ужаса, особенно, когда он заметил пятеро человек в фартуках, которые и сами были в шоке. Чхве только мог предполагать, что именно им сказал Джексон (хотя это, скорее всего, была череда угроз). — Бери хлеб, кипятильник и валим, — Енджэ поскорее хотелось уйти отсюда — он даже забыл, что они собирались поговорить. Точнее, Джексон там что-то собирался… — Нет, не кипятильник, а электрический чайник, а также столовые приборы, кастрюлю, нож и, наконец, рисоварку. Ну и рис, собственно, десять килограмм, — вытаскивая откуда-то из-под стола пакет с крупой, Джексон в глазах Енджэ уже выглядел смирно лежащим трупиком. Потому что если они с таким продовольствием выйдут и это увидят те люди (а по-другому никак), то от него и мокрого места не останется. — Ты совсем сдурел?! — Енджэ подскочил к Кайе со спины и дернул за майку так, что китаец упал на задницу. — Нас на выходе прикончат, а потом найдут нашу базу и добьют остальных! — Чхве пытался шептать очень энергично, словно он кричит на него, и это у него отлично получалось, в принципе. Джексон абсолютно спокойно глядел на Енджэ, а потом поднялся с пола и потащил пакет снова. Будто ничего и не случилось. «Он не отстанет…» — Ты оглох?! — Чхве снова потянул его за майку и раздался звук разрывающейся ткани — Кайе оставил былое спокойствие где-то, видимо, на полках холодильника. Он резко перехватил руку Енджэ, дерзко дергая его на себя — пакет с раменом упал на пол, когда кореец впервые увидел перед собой лицо Джексона настолько близко. Каждую его неровность на коже, каждую морщинку и то, какими гладкими и без изъянов были его губы. А глаза… один раз заглянешь и все, пиши пропало. Чужое дыхание окатило пухлые губы, когда Джексон сказал: — Успокойся и доверься мне. Кайе ничего не собирался такого делать, о чем подумал Енджэ, закрывая глаза. — А? — неуверенно разлепляя веки, Чхве (дай бог ему не выглядеть глупо сейчас) не видел перед собой лица Джексона — он давно уже отпустил его руку и снова пытался утащить мешок с рисом. Как будто ничего и не было. Енджэ представил сразу, как тупо он сейчас стоял несколько секунд и на что-то надеялся. Боже. Какой позор. Чхве решил проглотить все то, что сказал китаец и… довериться. Иначе, как по-другому — уговорить этого упрямца все равно не получится. — Так. Значит рамен, пакет со столовыми приборами, кастрюля, нож… черт, позвони Марку. Мы это не донесем, — Джексон уже отложил для него рисоварку и электрический чайник, а сам попытался поднять мешок с крупой. Успешно, кстати, получилось. Чхве злобно вздохнул и выдохнул через нос, но набрал Туану. Рассказал ему все, как можно кратко, чтобы не забивать мозг. Марк, конечно, хоть и цокнул, но прийти — пришел. — Он совсем ебанутый? — американец, так же, как и Енджэ, оценил весь тот пиздец, который им придется тащить и то, как они будут отбиваться от злобных студентов, которые захватили территорию столовой. — А теперь произнеси это в утвердительной форме, — кореец вскинул брови и легко усмехнулся, развернувшись на Туана. Марк улыбнулся в ответ и мог бы еще дольше продолжать пялиться на Енджэ, но ему тут же вручили пакет с рисоваркой и чайником. — Ты идешь первым. Один. Потому что иначе будет и без того слишком подозрительно, — Джексон развернул Марка за плечи к двери и «добавил скорости» — надавил своей ладонью на его спину, чтобы тот побыстрее свалил. И, да. Спасибо, конечно. — Ты тут подозрительнее всех, — это было последним, что произнес Марк, когда его, наконец, выперли из кухни. — Выходим через пять минут, — заявил Джексон, возвращаясь к своему любимому мешку и подтаскивая его к выходу. Енджэ смотрел на то, как напрягаются мышцы на спине и руках Кайе, завидовал немного… скажем так, красивому телу. Хотел бы увидеть его без майки, также напрягающегося… Так, стоп. Хорошего по чуть-чуть. — Эм, ты там хотел поговорить… — шатен облокотился спиной о стену, внимательно наблюдая за каждым движением Джексона. И, кстати, какого хрена кореец волновался о разговоре даже больше, чем Кайе? Что такого он может сказать ему? — Енджэ… — китаец не торопился разворачиваться лицом к парню. Наверное, потому, что боялся заметить его ложь? — Я… не могу утверждать точно, но… был еще один документик, который я нашел. — Джексон повернулся и поставил мешок рядом с дверью, оказываясь с Енджэ на довольно близком расстоянии. — Тогда я еще ничего не понимал и, прочитав, выбросил листок. Но потом… он будто исчез. — Ближе к делу, — Чхве не любил подобного рода «предварительные ласки» перед самым главным, но Кайе выглядел слишком растерянно. Чересчур. И не смог бы сразу сказать об этом. Спустя несколько вздохов и одного короткого, но подозрительного взгляда в сторону поваров, Джексон приблизился критически тесно — даже дышать им обоим стало неимоверно трудно. Енджэ снова закрыл глаза, будучи прижатым к стене и просто ожидал своей участи. Джексон подался вперед и чуть влево, к его уху, чтобы рассказать… «Черт, его запах такой…» — Избранный… не имеет никаких меток и, значит, способностей. Такая там была суть. Кайе отстранился сразу же после того, как с его губ сорвалось последнее слово. Не без помощи Чхве, который сразу же уловил суть. — И что? Хочешь сказать, что я… — Тише, — Джексон протянул ладонь ко рту Енджэ, но тот вовремя успел отмахнуться. — Можешь убить меня, — прошептал шатен, — проверишь… как раз. — Я не собираюсь делать этого. Поэтому и говорю только тебе. Так, что молчи, понял? Они не будут защищать тебя, даже если ты не виноват… — Джексону достаточно было пассивного, но положительного кивка Енджэ для того, чтобы успокоить свой пыл. Но не доказать насколько он ему дорог.

Последнее, он готов оставить на десерт, если, конечно, успешно отведает основное блюдо.

— Пошли, — Джексон открыл дверь и после взвалил себе на плечи мешок с рисом. — Только ты первый, — Кайе абсолютно спокойно передвигался с грузом на спине, но почему-то предложил Енджэ идти вперед, хотя ему даже нечем было отбиваться — обе руки заняты пакетами. И только, если бросить все и взять нож… «Тьфу ты!»В любом случае, Чхве не стал спорить и вышел первым, иногда разворачиваясь назад, на бедного вола-Джексона. Как только временные «хозяева» столовой заметили двух, ну очень наглых парней с продовольствием, у нескольких из группировки бомбануло, скажем так. — Эй! Что же ты плиту не вынес сразу, а? — И холодильник! — Всю кухню вообще по кирпичикам! Люди разбушевались, особенно, когда заметили абсолютно похуистичное лицо Кайе, который, как шел с мешком наперевес, так и продолжал идти. — Охеревший совсем! — вдруг какой-то особо резвый красноволосый парень слетел с катушек и начал приближаться, но… к Енджэ? — Что в пакетах, урод?! — парнишка стремительно пересек ту черту, которую для себя провел Кайе. И для него. Тем более, что он воспользовался своей способностью, обездвиживая Енджэ. «Чертов стазис…» — Еще разок повтори, блядь. — Джексон переложил мешок со спины на одно свое плечо (в данном случае левое) и вытянул правую руку вперед. Красноволосый усмехнулся, почему-то уверенный, что со своей способностью к стазису подчинит не только всех тех запуганных людей, но и этих двоих. Рано. Радовался. — Урод. Или ты про пакеты? — парень знал, что может делать все, что угодно — он схватил подбородок Чхве пальцами, разворачивая его лицо к себе, чтобы посмотреть лучше. — Я же говорил, что урод… «Зря ты так, мразь…» — Аннигиляция*. — Джексон опустил руку и уставился на красноволосого. Тот сразу начал громко смеяться, сгибаясь в спине и хватаясь за живот. — Хах… ну и ругательства у тебя, боже… — парень выпрямился, а его улыбка моментально исчезла с лица. Что там у Енджэ в голове творилось — вообще не передать словами. — Это… что? Джексон полностью покрылся синей оболочкой — не совсем такой же, как у Джейби, а более рассеянной и… под правым глазом у Кайе появился знак — полумесяц. Алхимический символ Луны. — Это аннигиляция, дорогой, прочисти ушки, — Джексон медленно двигался навстречу красноволосому, который пытался его остановить, но силы не действовали… — Еще раз притронешься к нему и я тебя… — Стой! — в то время, как Джексон запугивал огненного, Енджэ вышел из стазиса. — Это опасно! — в отличие от красноволосого, Чхве знал, что означает аннигиляция. И если бы не шатен, китаец точно не смог сдержаться, расплющивая от этого придурка… — Не поддавайся силе… — и это звоном раздалось в ушах. Он был прав. Остановившись в шаге от того паренька, Джексон срулил вправо, хватая Енджэ под локоть и молча направляясь на выход. Хотя нет, не совсем молча. — Воспользуйся гуглом, если не знаешь и держись подальше, понял? — Кайе еще раз посмотрел на красноволосого и, не дождавшись ответа, вышел с корейцем из столовой. Он и так знал, что от прочитанного тот парень нассыт в штанишки. «Только… буду ли я таким же крутым в игре?»

***

— Значит ты знал… — Енджэ не сопротивлялся, пока его тащил Кайе, но как только отпустил — удивленно посмотрел на него. — Это… ради меня? — Чхве был слишком уж притягателен для поцелуя и Джексон оценил это. Только лишь… оценил. Только лишь. — Хотел повыпендриваться… — и зачем он только сказал это? Тем более, что после, китаец начал ныть, что теперь ему придется так ходить. Решил разбить ему все надежды? — Как всегда… — Енджэ тихо фыркнул, но это: «еще раз притронешься к нему…» — оно не исчезало из его головы. И даже тупые реплики со стороны китайца не смогут заставить корейца изменить это — дрожь в конечностях и жжение внизу живота. Сильный, смелый, мужественный… — А вот и мы… — гордо заявил Джексон, проталкиваясь с мешком на плече в кабинет. И хер бы с мешком — он же был в оболочке и с полумесяцем на щеке, черт побери! — Приехали, блядь… — Марк, который последний, кто видел Кайе, наклонил голову набок и устало вздохнул. — Ну и что он натворил? Енджэ, что пролез следом, удивляя всех своими двумя полными пакетами, почему-то пожал плечами, а потом кивнул в сторону китайца. — Он сам про свои геройские деяния любит рассказывать. Не буду лишать его этой роли… — Только после того, как мы поедим, прошу… Джексон не умолял, нет, он просто готов был разорвать в клочья любого, кто лишит его хотя бы даже мысли о горячем бульончике, лапше или рассыпчатом рисе. И все сразу это уяснили. *аннигиляция — уничтожение чего-либо путем распада предмета на атомы или молекулы. *психометрия — считывание информации об объекте или человеке — на расстоянии или при прикосновении. *импия (перевод с лат. impia) — бездушный.