Путы Морского Дьявола

      — Ба, смотрите, кто идет, — кивнул Зорг на приближающегося Сону. — Ну что, всю добычу поделил? Нет, чтобы посидеть с нами, отдохнуть, заперся у себя в каюте, ледышка.              — Риас, можно на пару слов, — проигнорировал Зорга квартирмейстер.              — Говори, — прервав разговор с Ямалом, ответил капитан.              — Наедине, — настоял бета, постоянно оборачиваясь за спину.              — Секретики пошли… — съязвил Кирстан. Совершенно пьяный врач, а это было заметно по его красному лицу, сидел слишком близко к Риасу и чуть ли не дышал ему в ухо. Такое поведение нисколько не удивило бету, ведь возле костра отсутствовал Линар, и омега просто не стал упускать свой шанс. Хоть капитан и пытался отодвинуться подальше, но цепкие ручонки и не думали отпускать пойманную добычу.              — Ладно, — удивился альфа. Он не припоминал, чтобы Сона что-то утаивал от других членов команды. Тем более сейчас, ведь возле костра сидел лишь основной состав. Было в нем что-то странное, создавалось впечатление, что он чего-то боится. Всегда владеющий собой Сона представлял из себя огромный комок нервов, тронь и взорвется.              — Нужно срочно отплывать, — отойдя подальше, сразу же выпалил бета.              — Ты о чем? Ночь на дворе, — пришел в полное недоумение капитан и хорошенько рассмотрел бету. Вид у него был, мягко говоря, потрёпанный: лицо всё в ссадинах, некогда белая рубашка в свете костров теперь казалась коричневатой, а под порванными манжетами виднелась содранная кожа. — На тебя кто-то напал? — костяшками пальцев альфа коснулся ссадины на щеке, но бета, резко увернувшись от руки, продолжил:              — Я просто неудачно упал, — отмахнулся Сона, — Риас, мне не нравится этот остров. Здесь что-то не так. Пожалуйста, давай скорее уплывем, — бета не мог нарушить клятву, данную в пещере, и рассказать капитану о ночной встрече.              — И ты не можешь рассказать о причинах? — альфа видел, что квартирмейстер был на грани истерики, и он впервые наблюдал его в таком состоянии. Даже прошлая стычка со Смертельными клинками не вселяла тот ужас, который прямо сейчас плескался к глазах пирата.              — Прости, но не могу. Я хоть раз тебя подводил? Просто поверь, если мы не снимемся с якоря, можем не дожить и до утра, — закусив щеку, выдавил Сона.              — Хорошо, — тяжело вздохнув, сдался капитан. Сона никогда не давал ему поводов для сомнений, и капитан доверял бете больше всех на корабле. Вернувшись обратно к костру, он обратился к основному составу: — С приливом мы отплываем. Это все, что вам нужно знать. Ямал, неисправности на корабле могут подождать до следующего порта?              — Да, — коротко ответил боцман.              — Хорошо. Зорг, налей Соне воды. Я займусь командой, — сказал альфа и направился к самому большому костру.              — К черту воду, — цыкнул бета и вырвал из рук Кирстана бутылку с алкоголем.              — Эй, — сразу же возмутился врач.              — По-моему, с тебя уже хватит, и так, как бочка с ромом, недоумок палубный, — сверкнул глазами Сона и сделал пару больших глотков прямо из горла.              — Какая муха тебя укусила? — цепко оглядев бету, спросил Зорг.              Сона лишь нервно взмахнул рукой, показывая, что не настроен на разговор, и, продолжая мелкими глотками цедить ром из бутылки, направился в сторону корабля. Сейчас пират хотел только одного: просто убраться с проклятого острова, и желательно побыстрее.              Оставшееся на берегу продовольствие вскоре было погружено на корабль, и команда лишь терпеливо ждала прилива, чтобы сняться с мели и спокойно выйти в море.              — Будем брать курс на ближайший к Кларису нелегальный остров — Чертог Еретика. Поплывем похожим маршрутом, — развернув на бочке карту, предложил Риас.              — В этих широтах велик шанс вновь натолкнуться на страшную бурю, что едва не проглотила нас в прошлый раз. Я думаю, она служит неким барьером для острова, — высказал свои подозрения Ямал.              — Что ты предлагаешь?              — Я предлагаю пройти чуть южнее, через пролив Наури, — указал боцман на южные земли. — Насколько я знаю, эти воды нейтральные, да и так мы быстрее доберемся до Чертога. Сэкономим пару дней хода.              — Возможно, он прав, — нехотя согласился Шима, — но и в этих водах может быть небезопасно, все-таки Роштаг рядом.              — Экономия времени нам сейчас не помешает. Да и если натолкнемся на врага, что мы, с одним кораблем не сможем разобраться? Решено, плывем на острова Яшрат, — окончательно принял решение капитан.              — Понял, — кивнул штурман и начал корректировать курс корабля.              Сона стоял в стороне от скопления пиратов, не принимая участия в обсуждении дальнейшего курса. Он постоянно поглаживал браслет на руке и никак не мог избавиться от дурного предчувствия.              — Сона, — плеча беты кто-то коснулся, и пират тут же дернулся. Позади стоял Зорг с поднятыми в примирительном жесте руками и встревоженным взглядом. — Все в порядке?              — Всё нормально, — потирая широкий браслет на руке, тихо ответил бета.              — Я думал, что ты не любишь обвешивать себя бесполезными цацками. Или это новый артефакт? — указывая на новый браслет, попытался разрядить обстановку альбинос, но Сона вдруг широко распахнул глаза и, передёрнув плечами, выдавил:              — Давай поскорее уберёмся с этого острова, — ещё раз поправив своё украшение, бета оставил Зорга позади и пошел в сторону кормы.              С приливом начала прибывать вода, и вскоре корабль, подняв якорь, успешно отшвартовался. Квартирмейстер молча стоял у кормы и блуждал пьяным взглядом по россыпи синяков на своих запястьях. Нервы были натянуты до предела, но бета заставил себя поднять взгляд на остров и стал просто ждать, пока тот исчезнет из виду. Окутанный туманом, он пугал своими очертаниями, и Сона на минуту представил, как дракон, наплевав на своё хорошее настроение, огненной стрелой вылетает из вулкана и поджаривает их корабль, как какой-нибудь окорок на вертеле. Воспоминания о подземелье до сих пор стояли перед глазами беты, и не было никаких шансов представить, что всё произошедшее было лишь дурным сном.              — Я всегда был слаб на человеческую плоть, — сверкнув янтарными глазами, пророкотал дракон и выпустил огромный клубок пара в лицо пирату.              Сона застыл словно каменная статуя. Липкий страх сковал все внутренности, и он забыл, как дышать.              — Как ты сюда попал? — спросил ящер и, потянувшись, стряхнул с себя остатки столетнего сна. Он сразу же почувствовал в воздухе сладкий запах крови, по-другому быть и не могло, его гость был ранен.              — Я не знаю… проход открылся сам, — заикаясь, ответил бета. Он читал во многих свитках, что раньше большинство древних, так их теперь называли, умели общаться, но все же он не был готов услышать речь из уст дракона. Да смилуются боги, им приходилось сталкиваться с вивернами, черными магами, и казалось, что уже ничего в жизни не сможет пошатнуть волю пирата, но живой дракон доказал обратное. Это был страшный сон наяву.              — Ты здесь один?              — Да, — слишком быстро выпалил Сона и мысленно проклял себя за неосторожный ответ. Теперь не только его жизнь, но и жизнь всей команды оказалась под угрозой.              — Значит, твои друзья остались наверху. Как неосмотрительно с твоей стороны приходить в пещеру в одиночку. Ты знаешь, кто я? — оскалился дракон.              Соне приходила в голову только одна мысль. Зеленая чешуя, цепкие золотые глаза. Они пришли за сокровищами Нармы, и кто же, как не он, был перед ним. Это вселяло небольшую надежду на счастливый исход их встречи, но слепо полагаться на глупую догадку он не мог. Боясь ошибиться и тем самым обидеть дракона, Сона решил просто промолчать о своём предположении. Драконы были хоть мудрые существа, но слишком горделивые.              — Нет, древний. Простите мое невежество, но я и правда не знаю, кто Вы. Мы искали сокровища древней легенды, — совладав со своим голосом, ответил пират, как дракон неистово загоготал.              — Понравились мои сундуки? — разинув огромную пасть, загоготал ящер, и Сона понял, что он знает о пустых закромах в сокровищнице напротив.              — Мы не знали, что их охраняет такое могущественное существо, — пытался задобрить дракона пират.              — Расскажи мне легенду, — тут же притих дракон.              — Что?              — Расскажи мне легенду о эпохе Нарма, — сменив тему, неожиданно попросил древний.              — Какую из? — легенд об эпохе Нарма было много, но бета знал всего лишь парочку. Славные сказания о давних временах, доблестных рыцарях и удивительных существах. На востоке и юге больше всего любили легенды именно этой эпохи.              — Конечно же последнюю, — возмутился дракон.              Бета начал пересказывать легенду о наследнике и сокровищах, ждущих его. Временами он исподтишка посматривал на дракона и пытался понять мотивы его поступков, но древний, лишь местами кивая, внимательно слушал человека.              — Удивительно, как вы смогли разгадать послание и открыть проход? Вы знали, что Ролог был драконом? — закончив слушать историю, спросил дракон.              — Нет, но нам, можно сказать, просто повезло. Мы знали о культе Аристера, — решил не врать пират.              — Аристер, — как будто смакуя имя на языке, медленно протянул дракон. — А хочешь услышать правдивую историю? — золотые глаза пристально посмотрели на пирата.              — Как вам будет угодно, — нейтрально ответил бета. Всю разговорчивость дракона он списал на то, что тот, перед тем, как его съесть, решил покупаться в лучах собственного величия.              — Легенда о Нарме. О, эта великая легенда, которую знает всё южно-восточное побережье, которую передают из уст в уста уже многие столетия. Лукавить смысла я не вижу, скажу как есть, дракон и правда правил королевством. Да вот только таким могущественным существам не положено на долгое время вмешиваться в естественный ход вещей. В конце концов, ему пришлось тайно покинуть свой пост, оставив после себя правителя более высокой крови, чем простой люд. Зовутся сейчас они по-особенному — королями, — усмехнулся дракон. — Весь придворный люд переживал, как народ воспримет исчезновение своего правителя. Тогда-то совет при короле и решил придумать историю о наследнике, дать людям светлую надежду, мечту. На все побережье они устроили такое магическое шоу высоко в небе, что никто и не подумал про обман. Жители королевства, конечно, роптали на исчезновение Нармы, но с того момента все стали ждать наследника, истинного короля. Которого на самом деле и не существовало. Однако, в королевстве оставались ученики Нармы, обладатели магии драконов. Знаешь ли ты, смертный, как передается магия древних?              — Нет, — Сону всегда восхищала магия драконов, и он перечитал все книги о этих существах, что смог найти на торговых площадях, но про наследников там не было ни слова.              — Кровавый ритуал, — сказал дракон, и на мгновение пирату показалось, что ящер опечалился. Уж больно грустными стали его глаза. — Человек должен испить драконьей крови, дабы начать использовать магию древних. Дракон был слишком наивен, начав брать к себе учеников, и обучать их магии. После ухода Нармы прошел не один десяток лет, большой стал клан его последователей, поистине могущественными стали его ученики. Но главная опасность таилась не в носителях магии драконов, а в короле и его советниках. Невежество и страх поглотили придворный люд. Все стали сторониться могущественной магии. В клане тоже к тому времени нашлось немало противников и избавление от драконьей скверны стало высшим приоритетом короны.              — Очищение крови, — догадался Сона.              — Твоя проницательность заслуживает восхищения, смертный. Причина гибели омег была проста. Альфы и беты могли получить силу только напрямую от дракона, омеги же имели возможность передавать магию в последующие поколения.              — Значит, все дети от такого омеги рождались уже c магией? — осмелев, спросил пират.              — Не все. Лишь омеги. Клан прекрасно знал об этом и, решив избавиться от магии драконов навсегда, перерезали всех. Не пожалев ни детей, ни стариков. Нарма опоздал. Он пришел лишь тогда, когда земля уже была орошена кровью, а десятки омег горели в страшном пламени. Только тогда дракон понял, какую ужасную ошибку он совершил, обучив людей своему искусству, — резко замолчал древний. Молчал и бета, не зная, что следует ответить. Правда оказалась намного страшнее, чем предполагал пират. Никакого истинного наследника, сплошная ложь и море крови. Любимая всеми легенда оказалась всего лишь выдумкой королей.              — Если легенда — ложь, то как мы смогли отыскать этот остров? Ведь мы опирались именно на сказание, — никак не мог понять пират.              — Разве вы искали сокровища лишь по одной легенде?              — Нет, еще была карта и компас… — к бете начало приходить понимание. Они поверили в легенду, но она оказалась всего лишь отправной точкой в их путешествии. Огромную роль сыграла карта и компас. На карте было указано бывшее пристанище дракона, а компас помог попасть на магический остров.              — У каждого дракона есть сокровищница и то, что вы смогли найти одну из них, весьма похвально, — не отрывая взгляда от пирата, говорил древний, но думы его становились мрачнее, а многочисленные мысли, словно растревоженный улей, гудели в голове.              — Но настоящие сокровища здесь, — пробубнил себе под нос пират, но дракон все равно его услышал.              — Верно, то, что вы нашли, лишь крохотная часть. Я их оставил специально для таких, как вы, любителей приключений, ведь рано или поздно кто-нибудь да смог бы добраться до моего острова. Эти же сокровища, — дракон обвел крылом все пространство вокруг, — вы никогда не сможете добыть.              Сона сомневался в словах дракона, но решил промолчать на это утверждение. Он же каким-то образом смог попасть в пещеру, значит, способ проникновения всё же был. Но даже если бы он его узнал, никакие сокровища не смогли бы заставить его прийти в подземелье ещё раз.              — Как тебя зовут? — вдруг спросил ящер.              — Сона, — приподняв в удивлении бровь, ответил пират.              — Сона! Можешь считать, что сегодня твой день. Я нахожусь в хорошем расположении духа, даже несмотря на то что ты потревожил мой сон. Я могу отпустить тебя, но с парой условий. Как тебе такая мысль? — лукаво изрёк дракон.              Пират чуть не вскрикнул от внезапного предложения, но быстро взял себя в руки. Несмотря на все свое недоверие и непонимание мотивов древнего существа, бета был готов ухватиться за любой шанс, поэтому быстро закивал головой.              — Надеюсь, тебе не нужно напоминать, что о нашей встрече и разговоре не должна знать ни одна живая душа?              — Я никому не скажу, клянусь, — всё, что угодно, лишь бы покинуть пещеру самостоятельно, а не в желудке дракона, думал бета.              — Буду верить в твоё здравомыслие. Так вот в чём заключается моя просьба. Я отпускаю тебя целым и невредимым, а взамен, ты должен увезти одну вещь с этого острова. Сам я уже слишком стар, чтобы путешествовать по свету, — драконий хвост врезался глубоко в золото и, вытащив что-то сверкающее, поднес к пирату. Это оказался белый браслет, больше похожий на змеиную кожу. Бета прикоснулся к вещице, но она оказалась жгучей, словно вулканическая лава, и пират, отдернув ладонь, зашипел от боли. Дракон, неодобрительно покачав головой, прошелестел:              — Прости старика, совсем запамятовал. Сейчас исправлю.              Прикрыв веки, дракон быстро защёлкал своими челюстями, и воздух в комнате как будто потяжелел. Плотный удушливый туман окутал Сону, вокруг все завертелось, и он, потеряв сознание, рухнул на пол подземелья.              Приходил в себя пират очень долго. Голова гудела как колокол, но ему вдруг показалось, что с него упал тяжелый груз. Даже дышать стало легче.              — Что это было? — болезненно морщась, Сона стал подниматься с пола и только тогда почувствовал жар, идущий от камня. Он находился в черном круге, а пол подземелья был выжженным, не иначе, как драконьем пламенем.              — Я немного поколдовал над браслетом, чтобы ты смог спокойно его носить. Ты просто-напросто не смог выдержать магической нагрузки. Ничего серьезного, головная боль скоро пройдет, — объяснил дракон.              — А… — хотел было спросить пират, но дракон, как будто услышав его мысли, медленно покачал головой и изрек:              — Я не могу удовлетворить твоё любопытство. Я и так слишком благосклонен к тебе, поэтому не испытывай моё терпение.              — Хорошо. Так куда мне нужно доставить Ваш браслет? — проклял себя мысленно Сона за глупую попытку узнать хоть что-нибудь о магии драконов.              — Ты должен будешь доставить украшение в южные земли и найти человека по имени Марис. Раньше он занимался гончарным делом, может, и сейчас этим промышляет, — пространственно объяснял дракон.              — И это всё? — возмутился пират. — Людей с именем Марис могут быть десятки. Как я его узнаю?              — Тебе не нужно его узнавать. Марис сам тебя узнает, как только увидит браслет на твоей руке.              — Но ведь на его поиски могут уйти месяцы. Я не могу на такой долгий срок покинуть корабль.              — Наивный мальчишка, — грозно прогремел дракон. — Ты думаешь, меня волнуют твои пиратские игры? Ты будешь искать Мариса и ты будешь носить этот браслет на себе постоянно, и не вздумай расстаться с ним даже на минуту. Если я узнаю, что ты его снял, а я, поверь, узнаю, добра от меня не жди, — древний расправил огромные крылья и величественно выпятил грудь вперед. Теперь все пространство подземелья занимала туша дракона. Только глупец бы не испугался такого могучего вида.              — Простите мою глупость, — бета прямо смотрел на дракона, пытаясь не показать свой страх, но сердце бешено заходилось в груди, а рубашка была насквозь пропитана холодным потом.              — Ты жалок. Научись сначала жить своим умом, а потом уже дерзи мне, — фыркнул дракон, и Сона неприятно поёжился. Янтарные глаза ящера смотрели прямо в душу, и бета вдруг почувствовал себя обнаженным. Казалось, что дракон видит каждый изъян его души. Знает все её тайны.              — Теперь ступай, покуда я еще добрый, — самому себе хмыкнул дракон и улегся обратно на золотую гору. — И браслет не забудь.              Подойдя, пират подцепил руками украшение, но теперь чувствовал только холод, исходящий от него. Это был широкий, цельный браслет, но из чего тот состоял, бета не мог сказать. Материал был похож на кожу рептилии, он был плотным и тяжелым. Пират примерил украшение на свою руку, и браслет, тут же уменьшившись в размере, плотно обхватил запястья.              — Мне не нравится его магия, — потирая руку, прокомментировал Сона.              — Ты должен быть благодарным. Браслет сделан из чешуи первого дракона. Такие вещи на рынках не продаются, — зашипел ящер.              — У него есть какие-нибудь магические свойства? — бета чувствовал, что украшение было связано с магией, очень сильной магией.              — Никаких, о которых тебе стоило бы волноваться, — отмахнулся дракон.              Поняв, что больше он ничего из дракона не вытянет, бета, просто кивнув в ответ, направился к выходу. На полпути его окликнули:              — В самый трудный момент жизни, когда смертельная опасность нависнет над тобой, коснись браслета и произнеси это слово, — сказал дракон и в своей голове пират четко услышал одно единственное слово.              — Никому и никогда не говори его. Иначе навлечешь беду и на себя, и на меня. Запомни мои наставления, — напоследок сказал древний и, отвернувшись, устало закрыл глаза. Сона, не желая ни минуты оставаться в подземелье, поспешил наружу.              Сейчас, немного успокоившись, бета прекрасно понимал, что он очень легко отделался от древнего существа за простое поручение доставить браслет в южные земли. Несмотря на всё своё нежелание искать какого-то Мариса, пират не мог нарушить уговор, поэтому он принял решение уйти с корабля. Решение далось ему нелегко, но видели боги, выбора у него не было. Ему придётся оставить Риаса, Зорга, всех дорогих ему людей, но как объяснить свой поступок? Ему предстояло придумать серьёзную причину для своего ухода. Может, после поисков он сможет вернуться обратно в команду? Для него было проще вырвать свое сердце, чем навсегда оставить полюбившийся корабль и команду. А может, это и к лучшему, и на расстоянии он наконец-то сможет забыть про свою безнадежную любовь? Сможет начать жизнь заново.

***

             Риас сидел за столом и при тусклом свете лампы строил дальнейший маршрут, когда в каюту негромко постучали.              — Все вопросы завтра, — гаркнул альфа. Он был не в настроении с кем-либо общаться. Но в дверь вновь чуть более настойчиво постучали. Капитан, выругавшись, поднялся с места и пошел открывать настойчивому посетителю.              — Ну и кому на глаза повешать черные метки? — распахнув дверь, прорычал альфа.              За дверью нашёлся Линар в слегка растрёпанном виде.              — Лин! — сразу же понизился тон пирата.              — Привет, — вымученно улыбнулся омега.              — Проходи. Сегодня не день, а какое-то сумасшествие. Я думал, что это кто-то из команды. Что-то случилось? — Риас догадывался, почему Линара могла мучать бессонница. Но он не был готов к разговору о случившейся казни.              — Мы внезапно уплыли с острова, что-то случилось? — в свою очередь поинтересовался Линар.              — Ничего особенного. Просто небольшие перемены в расписании, — потирая шею, уклончиво ответил альфа.              Линар бегло осмотрел комнату и, заметив на стене большую карту, подошел ближе.              — Она самая? — спросил принц. Альфа лишь утвердительно кивнул и присел на край рядом стоящего стола.              Судя по знакам и рисовке, карта была очень древняя, но выглядела не слишком потрепанной. Линар чувствовал, что на ней были какие-то чары, защищающие от внешнего воздействия. Географический контур южных земель был не сильно искажен, правда, границы королевств немного отличались от нынешних. Линар, приглядевшись получше, поинтересовался у Риаса:              — Я понять не могу, если вы меня перехватили примерно здесь, — указал принц на место на карте, — то здесь тогда что?              — Я тоже сначала не понял, но похоже на расположение нынешнего королевства Роштаг, — с долей неуверенности ответил капитан.              — А я и не знал, что раньше эти земли были наши, ну, в смысле, правителя Нармы, — замялся омега и, решив оставить изучение карты на потом, нагло забрался на кровать капитана, ложась на подушки.              — Я так и не смог уснуть. Подумал, что тебе удастся меня усыпить, — сладко позевывая, говорил Линар. Капитан прилег рядом и, убрав пряди со лба принца, нежно его поцеловал.              — Прости. Это все моя вина. Тебе не стоило видеть такое, — поглаживая щеку, говорил альфа.              — Не извиняйся. После того, как ты ушёл, я поговорил с Соной, и он немного изменил мой взгляд на вашу жизнь.              — Сона? Боги! Тебе не следует влезать во все это. Это не для тебя, Линар, — отстранившись, немного раздраженно сказал Риас.              — Не решай за меня, — принц тоже вмиг стал серьезным, — я уже не ребенок, каким ты привык меня воспринимать. Понимание таких вещей не повредит мне, а наоборот даст повод для размышлений. Возможно, в ближайшем будущем, я смогу найти лучший выход для сирот и подростков из бедных семей. Вот представь, если бы тебе сейчас представился шанс зажить другой жизнью, ты бы бросил пиратство?              — Лин, что ты…              — Просто ответь, — настоял на своем омега.              — Не знаю. Возможно, я бы и хотел стать вольным мореплавателем, заняться другим делом, но на данный момент я не вижу смысла в этом, — альфа никак не мог понять, с чего это вдруг Линар завел весь этот разговор.              — Но ведь должно же быть хоть что-то, что тебя может завлечь. Сегодняшнего куша вам хватит на всю жизнь, и не лучший ли это шанс уйти на покой именно сейчас, — предположил принц.              — Есть, конечно, один человек… — рыкнул альфа и, навалившись всем весом на Линара, прижал его к кровати, — который смог бы изменить мою жизнь, но, увы, он обещан другому. К чему все эти разговоры, Линар? Ты скоро выйдешь замуж, так зачем же ты меня испытываешь, давя на больное?              — Риас, я и не думал, — стушевался омега. Он и не подумал, что своими словами разворошит чувства альфы и причинит ему боль.              — Вот и не задавай больше таких вопросов, если не готов взять на себя ответственность, — поглаживал пират открывшиеся ключицы омеги.              — Ответственность?              — Ты только скажи: я не хочу в Роштаг, и я тут же изменю курс. Напишешь домой письмо, а Маркан пусть хоть до конца жизни тебя ищет, не найдет. Тебе всего лишь нужно сказать: я хочу остаться с тобой, — продолжая водить пальцами по белоснежной коже, говорил альфа.              — Даже если бы я и хотел, это будет предательством по отношению к Кларису, — возмутился Линар и, поднявшись на локтях, с вызовом посмотрел пирату в глаза, но его слова были сказаны настолько неправдоподобно, что Риас, хмыкнув, проговорил:              — Если ты сам не можешь разобраться в собственных чувствах, то меня тем более не доставай своими высокими идеалами, — закончил разговор Риас и, скатившись с омеги, лег на бок. Линару стало одновременно обидно и стыдно, он хотел всего лишь поговорить, но сделал только хуже. Осторожно придвинувшись ближе, омега прижался к альфе и прошептал:              — Прости! Не стоило заводить этот разговор, но ты и сам видишь, как я разрываюсь. Мне тоже нелегко. Давай больше не будем ссориться, у нас и так времени не слишком много. И еще, ты не против, если я сегодня у тебя переночую? — немного смутившись, спросил принц, сейчас ему не хотелось оставаться одному в своей маленькой каюте. Им обоим была необходима поддержка и тепло родного тела. Капитан молча кивнул в ответ и, невинно поцеловав Линара, пожелал ему спокойной ночи. Спустя пару минут, устав от насыщенного событиями дня, пара забылась крепким сном.

***

             — Ты уверен? А если потом пожалеешь, — волновался Шима.              — Я долгое время думал над этим. Заполучить такой артефакт большая удача, так что, — глаза омеги уже горели, так что никакие аргументы не смогли бы отговорить его от безумной затеи.              — Чувствуется мне, что твои родители тебя по головке не погладят, а капитан снимет с меня шкуру, — поймав настрой принца, заулыбался бета.              — Не снимет, я ему не позволю.              — Хорошо. Садись на стул, я достану инструменты. Сережки?              — Вот, — потряс омега небольшим мешочком, — только что забрал у Соны.              Бета поставил на стол золотую шкатулку и, достав из нее белоснежную ткань, принялся раскладывать на ней иглы и маленькие плотные лоскутки ткани.              — Так значит, это ты на корабле всем делаешь пирсинг?              — Да. Я раньше работал подмастерьем у главного портного в городе, там и научился обращаться с иглами и нитками. А проколы — это так, небольшое увлечение для знакомых. Правда, проработал в мастерской я всего пару лет, пока за один поступок меня не отправили в темницу, а потом и на аукцион, — вспоминая прошлое, усмехнулся штурман.              — Что же ты такого натворил? — в голове принц уже успел прокрутить десятки проступков, которые мог совершить пират.              — Я стал шить лучше самого мастера. Мои работы постоянно хвалили, и это не пришлось ему по душе. Он обвинил меня в регулярной краже тканей, даже привел свидетеля, которому я якобы продавал украденный товар. Сколько бы я не отрицал, всё было бессмысленно. Кому было легче поверить, самому уважаемому в городе портному с прекрасной родословной или бедному бете, пытавшемуся прокормить свою семью? В общем, они заключили меня под стражу, а потом поняв, что могут неплохо на мне заработать, продали на аукцион. Папа тогда был в отъезде, а моим братьям даже не удосужились сообщить о моей судьбе, — с горечью в голосе рассказывал Шима.              Линар прекрасно знал, что, к сожалению, не во всех королевствах была запрещена торговля людьми. Аукционы продолжали быть очень прибыльным делом, и многие неплохо на них наживались. Принцу пару раз пришлось побывать на таких рынках в качестве простого наблюдателя, но это было самое ужасное зрелище, которое когда-либо видел принц. Больше всего было жалко детей, ведь они чаще всего попадали в бордели или в руки отпетых мерзавцев.              — И как ты смог попасть к Риасу?              — Ты не поверишь, но они меня и выкупили. Буквально на следующий день моего пребывания там, капитан и Зорг, выложив за меня круглую сумму, забрали к себе в команду, — с теплотой вспоминал бета. — У них пустовала должность штурмана, а мой отец раньше был картографом. До моего подросткового возраста мы жили очень неплохо, не зная никаких лишений, но после того, как отец погиб в шторме, все пошло наперекосяк. Я его очень любил, и именно он с самого детства прививал мне любовь к картографии, учил разбираться в картах, строить маршруты, так что я быстро освоился на корабле и стал, можно сказать, неплохим навигатором.              — Тебе несказанно повезло с покупателями. Значит, с тех пор ты не виделся с семьей? — разговор хорошо отвлекал омегу от предстоящей встречи с иглой, и страх перед болью окончательно исчез.              — Нет. Не знаю, почему, но мне не хватает смелости признаться, что я стал пиратом, хотя я регулярно снабжаю их деньгами. Я думаю, они догадываются, что это от меня, — погруженный глубоко в себя говорил бета. Было заметно, что ему больно вспоминать о своей семье, поэтому принц быстро перевел разговор на другую тему.              — Кстати, давно хотел тебя спросить, ты сам его сшил? — кивнул Линар на висящий на гвозде черный сюртук. Он еще в самом начале приметил эту вещь, слишком сильно она отличалась от одежды остальных.              — Нравится? — протирая руки спиртом, спросил бета.              — Да. Очень красивый.              Это был асимметричный сюртук, сделанный из плотной ткани с многочисленными золотыми пуговицами и такой же золотой цветочной росписью на манжетах и плечах.              — Могу и тебе сшить какой-нибудь наряд. Знаешь, мы как-то были на востоке, так там омеги ходят в таких штанах-юбках, ткань, как перышко, наши альфы тогда с ума посходили. Эти штаны застегнуты на пуговицы, а если их расстегнуть, ноги оказываются голыми. Риасу понравится, — подмигнул бета, — шелка у нас уже есть, только скажи, — не обращая внимания на принца, увлеченно продолжал рассказывать Шима.              — Да, было бы здорово, — омега представил откровенный наряд, и ему захотелось узнать, как бы Риас отреагировал на него. За все время пребывания на корабле, основной состав стал считать Линара как за члена команды, кроме Кирстана. Ямал к принцу относился никак. Все как будто позабыли, что вскоре они расстанутся. Один только Риас и сам Линар помнили об этом. О том, что омега обещан королю Роштага.              — Как тебе? — Шима вытащил из мешочка украшение и показал принцу. Это были аккуратные золотые сережки с изумрудными камнями.              — И они магические?              — Как я слышал от Соны, да. Он их купил еще на западе. Вот только зачем, непонятно, магии-то у него нет. А тебе они как раз подойдут, особенно к глазам. Заколи волосы наверх, — взяв с тарелки яблоко, пират отрезал ножом небольшой кусочек.              — А яблоко зачем? — принц завял волосы в высокий пучок.              — Чтобы было удобнее прокалывать, — бета, смочив марлю в спирте, аккуратно обработал иголку и уши омеги.              — Я постараюсь сделать как можно аккуратнее, но все же будет немного больно, — заранее предупредил Шима.              Холодный кусочек яблока коснулся уха. Принц почувствовал давление иглы на ухо, а через пару секунд и саму боль. Было неприятно, но терпимо. Проделав то же самое с левым ухом, пират опять обработал уши и аккуратно вдел сережки в проколы.              — Первое время они еще будут болеть. Я прослежу, чтобы не занеслась какая-нибудь инфекция. Или попроси Риаса проконтролировать это, — достав из этой же шкатулки небольшое зеркало, Шима протянул его Линару. Омега присмотрелся к отражению; как и ожидалось, серьги-гвоздики смотрелись отлично.              — У капитана челюсть отвиснет. Скажет, что мы тебя испортили, — довольно посмотрел на проделанную работу Шима. Принц скептически вздернул брови вверх, показывая, что это было только его решение. Теперь папочка его точно вздернет.

***

             Команда пиратов была уже долгое время в пути. До острова Чертог Еретика оставалось пару дней хода, и теперь корабль заходил в Амаловы воды. Территория была нейтральной, но все же рядом были воды Роштага и терять бдительность не стоило. Вдалеке виднелись острова Яшрат. Все пираты находились на палубе, занимаясь повседневной работой, а Риас и Зорг стояли возле штурвала, смотря в голубую даль.              Заметив, что капитан опять погрузился в свои мысли, альбинос слегка хлопнул его по плечу, вырывая из иллюзорного мира.              — Думаешь насчет Линара? — поинтересовался кок.              — Что тут думать. Как только причалим к острову, отправлю письмо, и он вернется домой. Всё давно решено, — отрезал альфа.              Однако, чем ближе подходил день их разлуки, тем тише становился Линар, и тем тяжелее было Риасу смириться с неизбежным. Омега каждую ночь оставался ночевать в каюте альфы. Интима у них почти не было, вместо этого они проводили время за долгими разговорами, ленивыми ласками и теплыми объятиями.              — Это я заметил по твоей хмурой роже. Ходите, как побитые собаки, что ты с Линаром, что Сона. Вас я могу понять, любовь вопреки всему миру, скорое расставание, но Соне-то чего горевать? Он после этого острова сам не свой, пришёл весь потрепанный. Может это Ямал… — задумался альбинос.              — Нет. Ты же сам видел, Ямал весь вечер был с нами и никуда не отлучался. Да и их ненависть друг к другу, они уже выросли из неё.              — Как знать…              — Я пытался поговорить с Соной, но ты же его знаешь, из него и пытками ничего не вытянешь. Молчит, как в рот воды набравши, — вздохнул альфа.              — Кто бы сомневался. Он же у нас непробиваемый. Не завидую я его будущему альфе, — усмехнулся Зорг.              — Омеге, — поправил его Риас.              — Чего это омеге?              — Сона выберет себе омегу, — уверенно повторил капитан.              — А давай поспорим? Ставлю на то, что у Соны будут отношения с альфой, и он будет в роли нижнего, — протянул руку Зорг.              — Идёт, — ни капли не стушевавшись, пожал руку капитан.              Через четверть часа корабль приблизился к островам Яшрат. Это были два скалистых острова-близнеца, расположенных друг напротив друга. Они идеально выполняли форму полумесяца, и между ними располагался пролив Наури. Судно пиратов, зайдя в пролив, оказалось между двух островов.              — Мертвая зона, — недовольно пробубнил Зорг.              — Не накликай, — шикнул на него капитан и полностью сосредоточился на управлении кораблём.              Тем временем в каюте капитана, разложив старинную карту на столе, Линар вместе с Шимой обсуждали покинутый остров.              — Невозможно отрицать увиденное. Всё указывает на то, что Нарма действительно существовал. И существовал он в качестве дракона, — сверкая глазами, твердил Линар.              — Линар, ты выдаешь желаемое за действительное, — сопротивлялся штурман.              — Но ведь не я один так считаю, даже Риас начал сомневаться…              — Если ты про Сону, то из-за его увлечений ему всё кажется таинственным и мистическим.              — Ты его что, недолюбливаешь? — ахнул принц.              — Думай, что говоришь, — обиделся навигатор. — Я люблю Сону, как своего брата. Просто его страсть к…              — Тебе не нравится магия? Как же ты сейчас со мной общаешься, я ведь маг, — догадался принц, и ему вдруг стало стыдно за свою силу.              — Ты белый маг, а они, как известно, не могут нести смерть. Я понимаю, что Сона не может применять магию и это всего лишь его странное увлечение, но у меня никак не получается понять его рвение к магическим силам.              — Ты так говоришь, как будто тёмная магия коснулась тебя лично, — предположил Линар, но он даже и не думал, что попадёт в самую суть.              — Почти, — тяжело вздохнул бета. — Самая главная магическая аномалия в нашей команде — это Зорг.              — Аномалия? — Линар не понимал, о чём идёт речь.              — Понимаешь, Зорг не всегда был таким. Я имею ввиду его белые волосы и красные глаза. Альбиносом его сделал чёрный маг. Ты знаешь, кто такой жертвенник в магии? — присев на стул, спросил бета.              — Я слышал об этом, но совсем немного.              — Это человек, которого чёрный маг использует для выкачки энергии. Что-то вроде донора, и им может быть только альфа или омега. Ты, возможно, не знаешь, но сила двух связанных людей довольно велика. В этом есть свои плюсы и минусы. И было бы странно, если бы чернокнижники не попытались нажиться и на этом. Так вот наш Зорг как раз и оказался в числе жертвенников. Его омега был черным магом по контракту и в один прекрасный момент он просто слетел с катушек. Да настолько, что пока у Зорга был гон, он в тайне от него провёл ритуал магического связывания и каждый день стал выкачивать из альфы силы. И даже если бы Зорг захотел сбежать, то не смог бы: после метки ментальная привязка настолько сильна, что проще убить себя, чем бросить омегу.              — И что же даёт жертвенник? — Линар не знал подробностей страшного ритуала, но он знал одно: большинство жертвенников, отдав все свои силы, погибали в первую неделю.              — Твоя магия увеличивается в десятки раз. Ритуалы и заклинания, которые раньше не удавались, начинают выполняться по щелчку. Становишься эдаким маленьким божком с огромным самомнением, — неприятно хмыкнул бета.              — Как же Зоргу удалось выжить?              — Я знаю лишь то, что мне рассказал сам Зорг. Многие из пиратов, находящихся на корабле, так или иначе пришли в команду к Риасу не просто так, и Зорг не стал исключением. Риас и Сона случайно заметили странного альфу на одной ярмарке поздно ночью. В общем, заподозрив неладное, они как всегда сунули свой нос куда не следует и столкнулись с омегой Зорга. Я спрашивал Сону, каким был его омега, но он сказал, то, что на них напало, уже мало походило на человека. По крайней мере внутренне.              — Они его убили? — предполагая исход, печально спросил Линар.              — Его убил Зорг. Он сам и не понял, как это произошло. Решив разрезать на руках веревку, он подобрал оброненный Соной кинжал. Зорг не успел сделать и шага в сторону, когда его супруг, налетев на него в приступе гнева, насадился на выставленный кинжал. Как в глупой сказке, волосы альфы тут же побелели, а глаза стали красными. Лишь потом, пообщавшись с одним магом, мы поняли, что такое преобразование произошло из-за высвобождения большого количества магической энергии. Из-за магической связи часть сил перешли к Зоргу. Магом он не стал, но его аура стала как у монстра. Возможно, в первую встречу ты успел ощутить её воздействие.              — Так вот, что это было, — вспомнил чудовищное давление принц.              — Представь, каково мне было в первое время, когда эта красноглазка положила на меня глаз, — улыбнулся Шима.              — Печальная история, — поник омега.              — Не без этого. Однако Зорг спокойно таскается с Соной по чёрным рынкам… — резко взмахнул рукой бета и случайно задел лежащий на столе компас. Артефакт, неприятно лязгнув, отлетел в дальний угол и разлетелся на части.              — О боги! — тут же подскочил Шима и стал собирать осколки. — Что же я натворил?!              Линара вдруг замутило, и на душе стало неспокойно.              — Не к добру это, — только и успел озвучить свои мысли принц, как судно хорошенько тряхануло.              Шима, бросив осколки на пол, стремглав вылетел из каюты. За ним тут же поспешил Линар.              — Обратный курс, поворот оверштаг. Шевелитесь, дьявольские отродья, — закричал капитан, когда принц оказался на палубе. Никакого шторма не наблюдалось, но на корабле опять была вакханалия. Пираты подбирали и травили шкоты, когда Линар заметил два огромных галеона, идущих к ним.              — Риас! — к пирату спешил Ямал. — Они заблокировали выход. Ещё два корабля у нас на корме. Мы в ловушке. Их слишком много, в бою мы не выстоим.              — Дьявол! Как они нас вычислили? Это точно засада, кто-то нас… — не успел договорить капитан.              — Это корабли Роштага. Как такое могло случиться? — подбежав к альфе, недоумевал омега.              — Сдавайтесь, — раздался громкий голос с одного из кораблей, — вы под юрисдикцией королевства Роштаг. Сложите все оружие и следуйте за нами. Если окажете сопротивление, оно будет расценено как угроза королевству, и вы будете тут же уничтожены.              — Сложить оружие, — скрепя сердце приказал альфа.              У них и правда не было выбора. Бой против четырёх кораблей изначально был обречен на провал. Проклиная все на свете, пираты скинули оружие на палубу и последовали за королевскими кораблями. Через пару часов они уже заходили в портовый город Апан — столицу Роштага.              — Что с вами будет? — не разрывая объятий, спросил омега.              — Не переживай, все будет в порядке. Мы же пираты, и не в таких передрягах бывали, — успокаивал его альфа. Хотя сам прекрасно понимал, что они в полном дерьме, и кроме виселицы их больше ничего не ожидает.              — Я не могу расстаться с тобой вот так. Я только сейчас осознал, как ты мне дорог, — признался в своих чувствах принц.              — Боги. Не при таких обстоятельствах я хотел услышать от тебя эти слова. Послушай меня, это не последняя встреча. Мы обязательно увидимся вновь, — откровенно врал капитан. Должно будет случиться чудо, чтобы они смогли избежать наказания и сбежать из-под охраны городской стражи. — Сейчас от тебя требуется только одно. Ты наш пленник, не более. Не вздумай просить у короля Роштага снисхождения.              — Нет, даже не проси, — возмутился омега.              — Линар, послушай меня, — встряхнул принца альфа. — Ты омега, вдобавок ещё и маг, и в Роштаге ты будешь на птичьих правах. Это не шутки. Не вздумай говорить с королем о таких вещах. Никаких связей с пиратами у тебя не должно быть. Это преследуется законом, точно так же как черная магия. Ты меня понял? — омега промолчал. — Ты меня понял? — еще раз повторил альфа.              — Да, — тихо ответил Линар.              На пирс уже опускали трап. Риас накрыл губы принца крепким поцелуем и мысленно попрощался с ним навсегда. Последний раз посмотрев в зеленые глаза, альфа разорвал объятия и направился к трапу.              Все пираты под пристальным надзором городской стражи спускались на пирс. Сона шёл в самом конце, затерявшись среди простых пиратов, и вот уже целый час размышлял, где они прокололись. Где тот момент, когда они себя выдали? Как их смогли выследить? Вывод напрашивался только один: предатель был среди них.              Бета, вытянувшись, стал присматриваться ко всем впереди идущим. Что-то сверкнуло, и его взгляд уперся в кинжал боцмана. При такой большой суматохе никто бы и не заметил таких незначительных деталей, но не тот, кто искал истину во всем этом хаосе. Конечно, Сона тоже не скинул всё оружие, сумев припрятать небольшой кинжал в сапог, но чтобы так явно выставлять оружие напоказ. Тут нужно быть либо глупцом, боцман, увы, им не был, либо хозяином положения. И тут в голове блондина что-то щелкнуло.              — Ты! — прорычал бета и, вытащив кинжал из голени, рванул вперед, однако был быстро остановлен десятком острых пик, направленных на него. — Предатель. Я буду молить богов, чтобы ты сдох самой страшной смертью, а вороны растащили тебя по всему свету. А если они меня не услышат, я сам прирежу тебя как василиска, предварительно выколов тебе глаза и отрезав твой поганый язык, Ямал! — не стеснялся в своих выражениях бета. Стражники, притихнув, с беспокойством стали взирать на пирата. Сейчас Сона вспомнил абсолютно все: подслушанный разговор в переулке и последующую за ним случайную встречу с Ямалом, угрозы Кирстана и неожиданное предложение боцмана плыть через пролив Наури. Все разрозненные кусочки наконец-то сошлись в общую картину, и теперь бета понял, каким полнейшим тупицей он был. Если бы он только не витал всё это время в облаках, то им, возможно, удалось бы избежать плена.              — Сона! — мысленно проклял бету Ямал. Он до последнего надеялся, что всё пройдет гладко, и Риас даже не узнает, кто их сдал. Но как же боцман мог забыть о вечно сующим свой нос куда не надо квартирмейстере. Эта шавка только одним присутствием отравляла ему жизнь и даже теперь, когда возле его горла десяток пик, ему удается и дальше путать все его карты.              — Мерзкая тварь. Я ведь слышал твой разговор в Хребте Акулы да только не подумал соединить эти факты воедино, — кожи горла касалась острая сталь, но бета продолжал сыпать проклятиями на голову боцмана.              — Обидно, что кому-то всё-таки удалось обвести тебя вокруг пальца? — поцокал языком боцман. — Не расстраивайся, я не забывал о тебе ни на минуту. Как никто другой, я восхищаюсь твоей сообразительностью, и поэтому, в качестве награды, хочу преподнести тебе подарок, — оскалился боцман и, повернувшись к командующему городской стражи, что-то прошептал ему на ухо.              Альфа на это только сухо кивнул и, сделав жест рукой, Соне тут же скрутили руки за спиной, связав их жесткой веревкой. Ямал, наклонившись к уху беты, прошептал:              — Насладись моим сюрпризом как следует. Жаль, что я не смогу это увидеть, — похлопав квартирмейстера по плечу, боцман собирался повернуться обратно, как ему в нос прилетел кулак, с хрустом ломая кость. Альфа упал на задницу, а из носа начала хлестать кровь, заливая деревянный пирс. Над боцманом возвышался Риас, прожигая его убийственным взглядом.              — Ты бы мог сказать мне прямо в лицо, уж как-нибудь бы разошлись, а не поступать как мразь. Сокровищ захотелось? Да вот только я тебе обещаю, мне никакие боги не нужны, чтобы тебя покарать. Просто жди, твой конец наступит скоро, — сплюнул под ноги альфа и отошел обратно в толпу.              — Ты думаешь, ты такой великий, капитан? — выпалил боцман. — С самого начала я терпеть тебя не мог, но шанса устроить бунт не было, слишком много у тебя было соратников. Поэтому я просто стал ждать подходящего момента. Вот тут-то мне на руку и сыграло похищение принца. За одну лишь наводку я получил свободу и корабль. Я стану самым богатым пиратом во всех морях, а вам могу пожелать только приятного времяпровождения за решеткой, — боцман сидел на пирсе и мерзко гнусавил. Зрелище было жалкое, и Риас даже не стал утруждать себя ответом.              К Ямалу тут же подбежал Кирстан и, упав рядом на колени, разрыдался:              — Ты же обещал его не трогать. Ты обещал, что его отпустишь.              — Ничего я тебе не обещал, — залепил пощечину омеге боцман. — Будешь мне надоедать, придушу.              Кирстан в ту же секунду захлопнул искаженный обидой рот, и лишь слезы крупными каплями продолжали орошать пирс. Ему не нужны были сокровища, свобода, он хотел только одного Риаса, и Ямал обещал, что альфу не тронут, что отпустят вместе с ним. Насколько же он был глуп, поверив в такую сказку. Жизнь всегда вставляла ему по самые гланды, не спрашивая разрешения. При Смертельных Клинках боль была физическая, а при нынешней команде — душевная. Смысла оставаться пиратом больше не было, в следующем порту он навсегда покинет это проклятое судно, принял решение Кирстан и, медленно поднявшись с пирса, молча удалился на корабль. Вскоре за ним последовал и Ямал, с оставшейся командой предателей. Риас запомнил абсолютно каждого. Корабль Морского Дьявола, набитый несметными сокровищами, теперь уплывал без самого Дьявола.              Линар с ужасом смотрел на все происходящее и представлял, какие чувства сейчас одолевают пиратов. Он был уверен, что не сам факт предательства был для них шоком, а способ, которым боцман с ними разделался. Как последний трус продал половину команды королевству Роштаг. Ямал отлично понимал, что ни в поединке с Риасом, ни даже в пресловутом бунте ему не выйти победителем, вот и решился на такой гнусный поступок. Принц посмотрел на полуопустевший пирс и заметил, как четверо стражников уводят квартирмейстера в противоположном направлении.              — Сона, — выступил вперед Линар.              Стражники, услышав голос принца, остановились и с недоумением посмотрели на бету. Квартирмейстер прекрасно понимал, что последний раз видит дорогих ему людей и там, куда его ведут, не дадут и шанса на побег. Решив, что это последнее, что он сможет сделать для своей команды, пират обратился к стражнику:              — Я хочу вернуть принцу украденное, — стражник с недоверием посмотрел на пирата, но всё же повёл его к Линару. Связанный по рукам, он подошёл к омеге и, наклонившись грудью вперёд, проговорил: — Хочу вернуть твоё украшение, — блеснув своей чернотой, ловцы снов порывисто качнулись в воздухе.              — Что? — оторопел омега.              — Я возвращаю твои сережки. Сними их с моих ушей, — выдавил бета и Линар, не став спорить, аккуратно снял украшение с ушей. Как только ловцы снов оказались в его руках, бета сократил расстояние и поцеловал Линара в лоб. Это было ласковое, но полное сожалений прикосновение. — Никогда не теряй мечту пирата, — промолвил последние слова Сона перед тем, как стражники увели его в неизвестном направлении.              — Ваше Высочество, — окликнул командующий омегу. — Для меня большая честь вызволить вас из лап этих разбойников.              — Мне нужно поговорить с королем Марканом. У нас с вами возникло недопонимание, эти пираты… — не успел договорить принц, как его прервал дикий гогот пиратов.              — Вот так денёк. Половина команды оказалась предателями, сокровища уплыли вместе с кораблём, а дырка из королевской неженки, в принципе, всегда была так себе, — недовольно заговорил капитан. — Не везёт нам нынче, может, мы сможем разойтись по-мирному, а? Мы ведь даже товар вам в целости и сохранности доставили. Намучились, конечно, знатно, ведь от этих выродков королевской крови всегда сплошные проблемы. Но не сомневайтесь, на нём не единой царапины, он даже девственен, как мои сабли, — усмехнулся Риас.              Он старался говорить как можно жестче, чтоб ни у кого не осталось и капли сомнения в его словах. Их уже ничто не спасёт, но позволить пойти ко дну Линару он не собирался.              Принц, нахмурившись, в неверии завертел головой, и глаза застелила слёзная пелена. Он не верил в правдивость этих слов, но острая боль на мгновение пронзила сердце, и этой небольшой заминки, которой так добивался капитан, хватило сполна. К омеге тут же подбежал командующий стражи и, едва касаясь плеч принца, повёл с пирса.              — Не обращайте на них внимание, Ваше Высочество. Они вскоре получат своё, а Вас ждет карета. Мы Вас доставим прямиком во дворец. Прошу, следуйте за мной, — утешал его альфа.              Линар, повернувшись, ещё раз взглянул на команду, но пираты уже смотрели в другую сторону, не удостоив принца своим вниманием. Он знал, они спасали его. Прямо сейчас он и правда был бесполезен и наделал бы только больше проблем. Принц, поджав губы, направился быстрым шагом в карету.              Лишь тогда Риас смог повернуться и проводить взглядом силуэт любимого.              — Зачем ты так? Он ведь не дурак, — прошептал Зорг.              — Для его же блага, — парировал альфа и, повернувшись к стражникам, вытянул руки вперед.