Слизеринка: Родовое проклятье.

Pov Панси. Я сидела за столиком в кафе, и глядя в окно, за которым виднелся Косой переулок, ожидала появления миссис Малфой. Эта встреча, как я надеялась, принесет мне информацию, и я пойму, почему эти Беллатриса и Родольфус охотятся на моих родителей? Что произошло у них с моим отцом? Камин, что находился в центре моего бокового зрения вспыхнул ярко-зеленым пламенем, и оттуда вышла миссис Малфой. Затем, быстрыми шагами подошла ко мне, и села напротив. — Извини, что разговор пришлось отложить. Но лучше тебе сейчас не появляться в мэноре. Итак, зачем ты пришла туда? — она внимательно на меня посмотрела, давая понять, что ждет ответ. — Миссис Малфой, мне…мне сказали, что ваша сестра и её муж охотятся на моих родителей. Сказали, вы знаете причину. Может объясните? — Кто тебе это сказал? — миссис Малфой сложила руки в замок перед грудью. -…Знакомые одни, словом обмолвились недавно, — сказала я. — Предположим, что знаю. — Расскажите, какова причина. — Панси, ты уверена, что хочешь себя втянуть в это? Во первых, это их разборки. Во вторых, я считаю, что ты ещё слишком юна, чтобы знать это. — она посмотрела на меня, сузив глаза. — А давайте, я сама буду решать, для чего я юна, а для чего нет? Извините, меня, конечно, миссис Малфой, за грубость, но дело касается моих родителей, и я хочу знать, что происходит. — Панси, я понимаю твое рвение помочь им. Но поверь, что ты в этой ситуации, знай её, ничем бы не смогла помочь. — Вы мне будете рассказывать? — я приподнялась. — Сядь. Но вместо этого, я быстро вышла на улицу. — Панси, стой! — миссис Малфой пошла за мной, что было слышно по нарастающим быстрым шагам за спиной. Я прошла через кафе, и увидела поворот влево. Послышался щелчок. Не успела я обернуться, как перед глазами всё поглотила тьма, и я почувствовала, что кто-то держит меня за волосы. Потом, будто перекрыло кислород, и…очнулась я уже в какой-то темнице. Решетка была передо мной, а сама ''камера'', в которой я была, помимо меня содержала лампу, которая светила на белом потолке. Попробовала встать, и обнаружила, что привязана цепями за ноги и руки к стене. Послышались шаги. Кто-то подошел, и повернул ключ в замке. В камеру зашла фигура в женском плаще в пол, черных туфлях, и с палочкой в руке. — Так-так-так… Кто здесь у нас… Неужто дочь четы Паркинсон? — подняв голову вверх, я увидела женщину, ту самую, с газеты, Беллатрису. Она ухмылялась, стоя передо мной. — Что вам от меня нужно? — спросила я. — Мне-от тебя? Смешно, — она наклонилась — лично от тебя, девчушка, мне ничего не нужно. А вот от отца твоего… — Да что вас с ним связывает?! Вы же пожирательница, а он… Она расхохоталась, этот крик эхом прокатился по темнице. А смех её был такой сумасшедший, что я, на мгновение, хотела закрыть уши, но не могла, — цепи не доставали до них. — Да, я пожирательница! — она приподняла левый рукав, и показала мне метку. Черная змея, вылезающая из черепа — Но твой отец тоже пожиратель! Что, не знала? Ай-я-яй, какой плохой Роберт-не рассказал своей любимой дочери, что он злодей! И снова этот смех. — Потерпи ещё немного, ну, а если же твой отец не явится…и его не надоумит твоя непутевая мамаша, чтож,.будет очень жаль, убивать чистокровную. — Тьфу! — я плюнула ей на мантию. Лицо Беллатрисы перекосилось от злости. — Ах, ты, мерзкая…Круцио! Тело пронзила невыносимая, жгучая боль. Перекрыли воздух невидимые путы словно, и такое чувство, будто бросили в огонь, потом облили кипятком, а потом стали медленно сунуть иголки под кожу, не пропуская ни сантиметра. Я, поначалу закусив губу, поняла, что это не вытерпеть, и с меня сорвался крик. А потом всё вмиг прекратилось. Я лишь потихоньку начинала дышать, но быстро, глотая воздух, которого не хватало минутой раннее. — Вот так вот. Следи за своим ртом, и своими действиями. А пока что, посиди, и подумай! — она вышла за решетку — Хвост, следи за ней. Не дай Мерлин пропадет-шкуру порежу, понял?! Кто-то жалобно вскрикнул, и какой-то человек маленького роста испуганно подбежал к двери камеры. Я же почувствовала, как голова становится тяжелой, и прикрыла глаза. ''Главное-вытерпеть'' подумалось мне, прежде чем провалилась в глубокий сон.