Слизеринка: Родовое проклятье.

Через день после вечеринки, на стенде в каждой гостиной факультета, появилось объявление. Внимание, пятикурсники! Вашему вниманию предоставляется список и время провождения экзаменов СОВ. В случае не явления на экзамен, без уважительной причины, ученику ставится отметка «Т». 1. Трансфигурация: 7 июня, 9:15. Преподаватель — Профессор МакГонаггл 2. Заклинания: 7 июня, 12:20. Преподаватель — Профессор Флитвик 3. Защита от Темных искусств: 7 июня, 17:00. Преподаватель — Профессор Люпин 4. Зельеварение: 8 июня, 10:00. Преподаватель — Профессор Снейп 5. Астрономия: 8 июня, 22:30. Преподаватель — Профессор Синистра 6. История Магии: 9 июня, 10:00. Преподаватель — Профессор Бинс 7. Травология: 11 июня, 9:00. Преподаватель — Профессор Стебль 8. Нумерология: 11 июня, 13:00. Преподаватель — Профессор Вектор. 10. Прорицания: 1 группа — 12 июня, 11:00. Преподаватель — Профессор Флоренц, 2 группа — 12 июня, 11:00. Преподаватель — Профессор Трелони. 11. Уход за Магическими существами: 1 группа — 13 июня, 12:30. Преподаватель — Профессор Грабли-Дёрг, 2 группа — 13 июня, 12:30. Преподаватель — Профессор Хагрид. Подписано: Деканы Хогвартса, Директор. Балы за СОВ. Не проходные: Т — Тролль О — Отвратительно С — Слабо Проходные: У — Удовлетворительно В — Выше ожидаемого П — Превосходно — Посмотрите, — сказал Драко, вглядываясь в список — у нас экзамен по ЗоТИ будет принимать Люпин! — Люпин?.. — Он что, вернулся?.. — Интересно, надолго?.. Слышались перешептывания. — Так это же хорошо, — ответила Гермиона, окончательно закончив штудировать расписание — он хороший преподаватель. И экзамен на третьем курсе у него был очень интересным. Вот бы и в этом году, что-то интересное было… И всё разошлись, чтобы ещё раз пролистать учебники, и заполнить пробелы в голове. *** Экзамены должны были начаться спустя неделю после заключительного матча сезона. Всю эту неделю, Гермиона была как на иголках — она то и дело волновалась, что завалит какой-нибудь предмет. А потому, до поздней ночи оставалась подолгу в библиотеке, где усердно готовилась. В последний вечер перед первым экзаменом, рядом с ней за столиком, сидели Панси, Блейз и Драко. — Гермиона, ну почему ты не можешь пойти с нами? — спросил Драко, в сотый раз задавая этот вопрос. А она уже устала повторять одно и тоже. Недовольно подняв глаза, Грейнджер ответила: — Зачем вообще устраивать эту вечеринку? Ей хватило того, что произошло на прошлой вечеринке, в честь победы Гриффиндора в сезоне по квиддичу. Драко и Блейз тогда напились так, что она думала, с ума сойдет. И это вы ещё не знаете, как она тащила Драко в гостиную, при том, что им громадно не повезло — в ту ночь дежурили МакГонаггл и Амбридж! Им двоим на глаза лучше было не попадаться. — Ну, как, такое событие! — радостно воскликнул Драко — Амбридж ушла со школы! — Её выгнали, — поправила Панси. Событие действительно было радостным для многих учеников. После того, как Гарри попытался связаться с Сириусом, а Гермиона, чтобы Амбридж, рассекретившая его, ничего не узнала, повела их в лес, якобы «к оружию Дамблдора». Но там, они встретились со стадом кентавров, и Амбридж повела себя…кхм…мягко сказать, не очень культурно по отношению к этим жителям леса, за что те, забрали её глубоко в чащу. Правда, через сутки, Амбридж нашли в лесу. Несколько дней она провела в лазарете, после чего, сама написала заявление об увольнении. Судя по всему, после того, что с ней сделали кентавры (хотя, никто по сути, об этом не знал — Дамблдор и мадам Помфри несколько раз расспрашивали её на эту тему, но Амбридж только качала головой, или же просто пялилась в белый потолок, размышляя о чём-то своем), она немного свихнулась. По крайней мере, так казалось Гермионе, которая видела Амбридж в последний раз два дня назад — та была полностью, словно не в себе. — А вот и нет. Она сама написала заявление. Ребят, я конечно рада, что она больше не будет вести у нас уроки, но завтра экзамен по ЗоТИ… — Это и уроками-то язык назвать не поворачивается, — вставил Блейз. -…но все-таки, вы не забыли ли, что завтра у нас первый экзамен по Трансфигурации? Мне нужно как следует подготовиться, ну правда. Потому я не пойду. Они вздохнули, и встав из-за стола, покинули библиотеку. У самого выхода, Панси обернулась, и сказала. — Но если надумаешь — приходи. Она лишь кивнула, снова погрузившись в теорию. *** Первым экзаменом была Трансфигурация. Направляясь утром к кабинету, Гермиона очень сильно волновалась, и потому не выпускала конспект из рук, чтобы до звонка колокола повторить как можно больше. Остальные пятикурсники с оставшихся трёх факультетов, переговаривались между собой, хотя были и кучки таких, как она: усердно повторяли материал. Конечно, в большей степени, таковыми являлись когтевранцы. Когда до её ушей долетел первый звонок колокола, девушка сложила учебник в сумку, и вошла в кабинет, который тут же открылся профессором МакГонаггл. Она раздала им пергаменты, и написала задания. — У вас есть ровно час на письменную работу. Затем перейдем к практике. — и после её слов, в классе было слышно лишь тишину. Гермиона писала, стараясь отвечать на всё вопросы как можно правильнее, по нескольку раз вчитываясь иногда в строки, чтобы не сделать ошибку. МакГонаггл же, ходила между рядов их парт, которые были на расстоянии друг от друга (чтобы ученики не списывали у соседей), и пристально всматривалась в аудиторию. Но вот, положенный час истек, и профессор всех стала вызывать для ответа в практике. — Мисс Грейнджер. — назвала она, и Гермиона встала со стула. Взяв палочку, решительно двинулась к преподавательскому столу. — Пожалуйста, превратите вот эту книгу в утку. — Даклифорс! * — из её палочки вырвалась непонятная белая точка, и словно пройдя сквозь книгу, тот час превратила источник знаний в утку. — Пожалуйста, превратите эту утку теперь в, как вам кажется, наилучший вариант. В абсолютно любой предмет, или такое же живое существо. — Авифорс! ** — утка превратилась в стаю птиц, которые тут же взмыли в воздух, и вылетели в приоткрытое окно. — Пожалуйста, превратите орла в тыкву. — профессор указала на тут же появившегося хищника перед ней. — Мелофорс! *** — четко произнесла Гермиона. Задание было выполнено. На столе красовался не черно-белый орел с острым клювом, а тыква с зеленым корешком. — Очень хорошо, мисс Грейнджер, — МакГонаггл улыбнулась, и что-то записала на пергаменте у себя. — можете садиться, — добавила, снова взглянув на ученицу — мистер Малфой… У Драко, насколько поняла Гермиона, дела тоже не столь плохи. Он справился с двумя из трех заданий, но все же, когда он проходил мимо, Грейнджер просто не могла сдержаться, и не послать ему взгляд: «Вот видишь, а надо было вместе со мной тренироваться. Тогда бы на все три ответ был.», но парень только махнул рукой легонько, и продолжил идти к своему месту. *** Вторым экзаменом, были заклинания. Плохо дело в том, что он начался через пять минут после окончания Трансфигурации. Так что, пятикурсники, не имея возможности толком передохнуть, направились в аудиторию, где должен был проводить письменный, а затем, как и положено, практический опрос, профессор Флитвик. Как оказалось, на экзамене будут присутствовать представители министерства. Почему их не было на транссфигурации, вопрос оказался для всех закрытым. Сидя за партой, и дописывая уже последнее задание, Гермиона вдруг уловила взгляд Рона, что смотрел на неё с просьбой. Удивленно кивнув головой, слизеринка получила пергамент, отлеветированый мгновением позже. Молясь про себя, что выходку Уизли никто не заметил (как-никак, за это могут выгнать), раскрыла пергамент. Я знаю, что ты будешь отпираться, и всё такое, но все же я хочу у тебя кое-что спросить… Эмм… Гермиона, а ты действительно любишь Малфоя? Возмущение накрыло её с головой. Взяв перо, и окунув его в чернильницу, написала ответ. Зачем ты спрашиваешь? Записка была у неё в руках уже через минуту. Просто Фред расстался с Анной, и я подумал, что он… Он простил тебя, Гермиона. Так что можешь спокойно возвращаться к нему. «Он с ума сошёл, или прикидывается?» подумала Грейнджер, перечитывая сообщение во второй раз. — Осталось пятнадцать минут, — послышался голос профессора Флитвика — доделывайте задания и сдавайте работы. Рон, мы расстались с ним. И я к нему не собираюсь возвращаться, потому что полюбила Драко, и сейчас люблю. А по поводу расставания Фреда с Анной… Это уже не моё дело, и, мне кажется, что ты тоже не вправе вмешиваться. Впрочем, поступай как знаешь. Брови Рона приподнялись, когда он прочитал ответ, и он, бросив взгляд на Гермиону, склонился над своим экзаменационным билетом, продолжая делиться знаниями с пергаментом. *** Защита от Темных Искусств стала наиболее ожидаемым экзаменом для Гермионы. Ей было интересно, что они будут делать, так как Амбридж не учила их практике весь год, но ведь они создали ОД — а эта организация, за мгновение своего существования, достигла немалого. Едва они вошли после обеда в пыльный класс, прозвенел колокол. Люпин поприветствовал бывших учеников, и сказал, что в связи с увольнением Амбридж, он проведет этот экзамен. В углу, как успели заметить Гермиона, Панси, Блейз и Гарри — сидели двое представителей министерства — мужчина и женщина средних лет. Первое задание, которое полагалось в теории, было довольно легким. Куда сложнее обстояло дело с практикой… Одной девочке, по имени Лона Кар, пришлось покинуть экзамен: её сосед, Терри Бут, случайно поразил её заклинанием, которое тут же стало вырисовывать на лице разного рода надписи, причём, как казалось многим, даже если бы исчез весь свет в кабинете, все щели были закрыты, надписи все равно было бы видно, потому как они, что странно, светились. Ещё одного парня, по имени Горд Лэв, постигла печальная участь: он поскользнулся на задании с препятствиями, и вывихнул ногу. Впрочем, всё были согласны, что он сам виноват в этом, так как всё время отвлекался от задания. А вот Гермиона сдала просто отлично. Всё препятствия она прошла безукоризненно, и многие аплодировали лучшей ведьме столетия. *** На следующее утро, Гермиона пришла к кабинету за пятнадцать минут до начала экзамена. Пятикурсников было ещё мало, а потому девушка просто устроилась на подоконнике, и принялась ожидать начала. Гарри и Рон появились спустя несколько минут её прихода, и уныло прошествовали, сев рядом. — Чего вы такие расстроенные? — спросила Грейнджер, взглянув на друзей. Рон махнул рукой, и произнёс. — Ты ведь знаешь, как Снейп нас с Гарри «обожает». А мы узнали, что он будет проводить экзамен сам, и что на нем не будет никаких людей из министерства. «Странно. Почему на экзаменах по Защите и Заклинаниям они были, а на Зельеварении их не будет? Да и на Трансфигурации никого… Что-то здесь не так» задумалась она, и в следующую секунду, вокруг её талии обвились крепкие руки. Поцеловав Драко в щеку, Гермиона спрыгнула с подоконника. — А где Панси и Блейз? — спросила, заметив, что остальных друзей нет. — Мы здесь, — ответила Панси, подходя к ним, и держа за руку Забини. Улыбнувшись, спросила — ну что, всё готовы к экзамену? Рон и Гарри снова приуныли. Оставшиеся десять минут четверка переубеждала их, что всё будет хорошо, однако те их не слушали, и, когда тяжелые двери кабинета открылись, пожелав друг другу удачи, разошлись по классу. Гермиона выбрала стол у стены. Слева от неё занималась Панси, спереди — Блейз, а сзади — Драко. — Приготовьте котлы, — повелевал Снейп, обводя четыре курса одной параллели своим черным, надменным взглядом. Студенты, сделав сказанное, обратили внимание к профессору — рецепт на доске. — взмахом палочки, профессор открыл доску, представляя ученикам строчки, написанные мелом. — У вас есть ровно полтора часа. Время пошло. — и усевшись за стол, принялся наблюдать за процессом, словно был зрителем, узревшим сцену актеров. Когда до окончания оставалось минут двадцать от силы, а зелье Гермионы уже приобрело положенный каре-золотистый оттенок, раздался грохот, а затем резкое шипение и взрыв. Дым заполнил кабинет, послышались возмущенные голоса. Откуда-то стрельнула вспышка заклинания, и дым рассеялся. Как оказалось, это был Симус, товарищ Гарри и Рона по спальне. Вечно у него что-то взрывается. Вот и на этот раз, его котел кишит пеной, которая шипела, подобно шуму ветра, и выливалась постепенно на холодный пол. Снейп холодно оглядел его, и остановив взгляд на черноватом из-за сажи лице, убрал остатки зелья, и холодно приказал покинуть кабинет. Симус не стал сопротивляться, однако, переглянувшись с однокурсниками, и что-то шепнув Томасу, вышел в коридор. Экзамен продолжился, правда некоторые, всё продолжали оглядываться на дверь, словно надеясь, что Финниган вот-вот войдет снова. «В конце-концов, не могут же ему не засчитать экзамен!» размышляла Гермиона, продолжая плавно помешивать зелье. — Стоп, — сказал резко Снейп, вставая с места вновь — отойдите от своих котлов. Студенты, опасаясь нарваться под «горячую руку», так мастерски смастеренную Симусом, послушно отошли. Снейп стал проходить вдоль рядов… *** Письменный экзамен по астрономии в среду утром прошел без неприятных сюрпризов. Гарри не был уверен, что правильно назвал все спутники Юпитера, однако не сомневался, что населенных львами среди них нет… Практическая астрономия должна была начаться вечером, а послеобеденное время отвели под прорицания. Даже по меркам самого Гарри, давно потерявшего надежду освоить эту науку, он выступил из рук вон плохо. Ему легче было бы увидеть движущиеся картинки на пустом столе, чем в магическом кристалле, который упрямо оставался прозрачным; он совершенно растерялся во время гадания по чайному листу, заявив, что ему кажется, будто профессор Марчбэнкс вскоре встретит толстого, смуглокожего и насквозь промокшего незнакомца, и в довершение ко всему спутал линию ума с линией жизни на ее руке и сообщил ей, что она должна была умереть в прошлый вторник. — Ну уж здесь-то мы обязаны были провалиться, — мрачно пробормотал Рон, когда они поднимались по мраморной лестнице. Только что он заметно поднял Гарри настроение рассказом о том, как подробно описал внешность безобразного мужчины с бородавкой на носу, появившегося в его магическом кристалле, а потом поднял глаза и обнаружил, что это было отражение его экзаменатора. — Зря мы вообще выбрали этот идиотский предмет, — сказал Гарри. — Что ж, зато теперь мы наконец сможем от него отказаться. — Да, — согласился Гарри. — Не надо больше прикидываться, будто нас волнует, что произойдет, если Юпитер с Ураном окончательно рассорятся. — А я больше не стану переживать, если чайные листья у меня в чашке будут твердить: «Умри, Рон, умри!» — просто возьму да и выкину их в мусорное ведро, там им самое место. Гарри рассмеялся, и как раз в этот момент их нагнала Гермиона. Он тут же оборвал смех, опасаясь разозлить ее. — Ну, по-моему, нумерологию я сдала нормально, — сказала она, и оба друга вздохнули с облегчением. По неведомым причинам, этот экзамен поставили сразу после теоретической Астрономии. — Пожалуй, до ужина еще успеем быстренько просмотреть звездные карты… В одиннадцать, поднявшись на верхушку Астрономической башни, они убедились, что ночь для наблюдений над звездами выдалась идеальная — тихая и безоблачная. Окрестности замка купались в серебристом лунном свете, воздух был прохладный, бодрящий. Они настроили телескопы и по команде профессора Марчбэнкс принялись заполнять пустые карты, которые им роздали. Профессора Марчбэнкс и Тофти ходили среди них, наблюдая за тем, как они определяют точные координаты планет и звезд, видимых в телескоп. Тишину изредка нарушали только шелест карт, случайный скрип телескопа, поправляемого на опоре, да царапанье по пергаменту многочисленных перьев. Прошло полчаса, потом час, и маленькие квадратики отраженного золотого света на земле внизу стали исчезать один за другим — это гасли окна в замке. Однако когда Гарри закончил наносить на карту созвездие Ориона, парадные двери замка распахнулись прямо под парапетом, у которого он стоял, и на каменную лестницу и лужайку перед ней хлынул свет. Поправляя телескоп, Гарри взглянул вниз и, прежде чем двери снова закрылись и лужайка опять погрузилась во мрак, успел заметить на ярко освещенной траве чьи-то удлиненные тени — их было не то пять, не то шесть. Гарри снова приник к окуляру и подстроил его — теперь он наблюдал Венеру. Посмотрев вниз, он приготовился нанести планету на карту, но что-то ему помешало; его перо замерло над пергаментом, он покосился вниз и увидел на лужайке с полдюжины движущихся фигур. Если бы они не двигались и лунный свет не серебрил им макушки, их нельзя было бы различить на фоне темной земли. Даже на таком расстоянии походка того, кто возглавлял шествие — его фигура была самой коротенькой, — показалась Гарри знакомой. Гарри не мог понять, с чего это Амбридж вздумалось проникнуть на прогулку после полуночи, да еще в компании пятерых неизвестных. Тут позади него кто-то кашлянул, и он вспомнил, что экзамен в самом разгаре. Он уже успел забыть координаты Венеры. Торопливо при­жавшись глазом к телескопу, он снова нашел ее и снова собрался нанести на карту, как вдруг его слух, напряг­шийся в ожидании необычных звуков, уловил вдалеке стук, эхом разнесшийся по пустынной территории шко­лы, и сразу за ним — приглушенный лай собаки. Он поднял взгляд; сердце его застучало, как молоток. В окнах у Хагрида горел свет, и на их фоне вырисовыва­лись силуэты людей, пересекших лужайку. Открылась дверь, и он ясно увидел, как порог хижины перешагнули шесть четко очерченных фигур. Затем дверь снова закры­лась, и наступила тишина. У Гарри засвербило под ложечкой. Он хотел было обернуться и проверить, заметили ли что-нибудь Рон с Гермионой, однако в этот миг к нему подошла сзади профессор Марчбэнкс, и Гарри поспешно нагнулся над картой, украдкой поглядывая в сторону хижины Хагри­да. Теперь он уже не поворачивался, боясь, что экзамена­торы подумают, будто он подсматривает в чужие работы. Вошедшие в хижину люди время от времени мелькали в ее окнах, заслоняя свет. Чувствуя, как профессор Марчбэнкс сверлит взглядом его затылок, Гарри снова прижался глазом к телескопу и уставился на луну, хотя определил ее положение не меньше часа тому назад, но как только Марчбэнкс дви­нулась дальше, из далекой хижины донесся рев, взмыв — сквозь тьму к самой верхушке Астрономической башни. Несколько соседей Гарри вынырнули из-за своих телескопов и стали всматриваться во мрак в направле­нии хижины Хагрида. Послышался суховатый кашель профессора Тофти. — Пожалуйста, друзья мои, сосредоточьтесь, — мягко сказал он. Большая часть учеников вернулась к телескопам. Гар­ри посмотрел налево: взгляд Гермионы был прикован к хижине Хагрида. — Кхм… осталось двадцать минут, — напомнила Марчбэнкс. Гермиона подскочила и тут же согнулась над своей звездной картой; Гарри поглядел на свою и заметил, что по ошибке назвал Венеру Марсом. Он наклонился, чтобы исправить надпись. Снизу что-то громко бабахнуло. Несколько человек дернулись от неожиданности и завопили «ай!», наткнувшись глазом на свои телескопы. Дверь Хагрида распахнулась настежь, из хижины хлынул поток света, и они ясно увидели на пороге массивную фигуру хозяина — он ревел от ярости и потрясал кулаками, а шестеро человек вокруг, судя по тонким красным лучикам, которые они направляли в его сторону, пытались сразить его Оглушающим заклятием. — Негодяи! — закричала Гермиона. — Ну-ну, уважаемая! — возмутился профессор Тофти. — Вы на экзамене! Но никто уже не обращал на звездные карты ни малейшего внимания. Лучи красного света все еще метались около хижины Хагрида, но почему-то словно отскакивали от него: он по-прежнему стоял, выпрямившись во весь рост, и по-прежнему, насколько мог судить Гарри, отбивался от нападавших. Крики и вопли разносились по всей территории школы, кто-то крикнул: «Будьте же благоразумны, Хагрид!» — Черта с два, Долиш! Так просто вы меня не возьмете! — заревел Хагрид в ответ. Гарри видел крошечный силуэт Клыка — он пытался защитить хозяина, бросаясь на окруживших его волшебников, но вскоре в него угодило заклятие и он упал замертво. Испустив яростный вопль, Хагрид сгреб виновника в охапку и отшвырнул прочь; тот пролетел футов десять, грянулся оземь и больше не вставал. Гермиона ахнула, прижав руки ко рту; Гарри оглянулся на Рона и заметил, что он тоже испуган. До сих пор никто из них еще не видал Хагрида разозленным по-настоящему. — Смотрите! — пискнула Парвати, опираясь о парапет и указывая на парадные двери замка, которые снова открылись; на темную лужайку опять пролился свет, и к хижине лесничего устремилась еще одна высокая черная фигура. — Там Амбридж! — Это безобразие! — взволнованно воскликнул профессор Тофти. — Осталось всего шестнадцать минут! Но ребята пропустили его оклик мимо ушей: они наблюдали за новым участником событий, со всех ног мчащимся к месту, где разгорелась битва. — Как вы смеете! — крикнул этот человек на бегу. — КАК ВЫ СМЕЕТЕ! — Это Макгонагалл! — прошептала Гермиона. — Оставьте его в покое! Немедленно! — раздался в темноте голос Макгонагалл. — По какому праву вы на него нападаете? Он не сделал ничего, что могло бы послужить… Парвати и Лаванда дружно завизжали: люди у хижины послали навстречу декану их факультета не меньше четырех Оглушающих заклятий. На полпути между хижиной и замком красные лучи угодили в нее — на мгновение фигура Макгонагалл словно осветилась изнутри зловещим красным светом, потом ноги ее оторвались от земли, она упала навзничь и больше не шевелилась. — Разорви меня горгулья! — воскликнул профессор Тофти, который, по-видимому, тоже успел совершенно забыть об экзамене. — Без всякого предупреждения! Это возмутительно! — Трусы! — взревел Хагрид. Его слова были хорошо слышны на верхушке башни, и после этого возгласа в замке снова вспыхнуло несколько окон. — Жалкие трусы! Получайте! Вот вам! — О боже! — ахнула Гермиона. Хагрид угостил двух ближайших к нему противников мощными ударами; судя по тому, как они рухнули наземь, это был чистый нокаут. Гарри увидел, как Хагрид согнулся вдвое, и решил, что его наконец одолели с помощью заклятии. Но нет — в следующий миг Хагрид распрямился снова. Теперь у него на спине чернело что-то похожее на тюк, и Гарри сообразил, что это бесчувственное тело Клыка. — Взять его, взять! — вопила Амбридж, однако ее последний помощник явно не торопился свести знакомство с Хагридовыми кулаками — наоборот, он пятился так быстро, что споткнулся о лежащего без чувств товарища и упал. Хагрид развернулся и кинулся бежать с Клыком на плечах. Амбридж послала ему вслед еще одно Оглушающее заклятие, но промахнулась, и Хагрид, во всю мочь несущийся к далеким воротам, исчез во мраке. Наступила тревожная тишина, которая длилась, наверное, целую минуту. Ошеломленные ученики не отрываясь смотрели вниз, во тьму. Потом раздался слабый голос профессора Тофти. — Э-э… прошу, у вас еще пять минут. Хотя Гарри заполнил всего две трети карты, он не мог дождаться конца экзамена. Когда назначенные пять минут истекли, они с Роном и Гермионой как попало нахлобучили на телескопы футляры и ринулись вниз по винтовой лесенке. Никто из учеников и не думал ложиться в постель — все они громко и возбужденно обсуждали у подножия лестницы те события, свидетелями которых им довелось стать. — Какая подлость! — воскликнула Гермиона. Она была так рассержена, что язык плохо ее слушался. — Напасть на Хагрида посреди ночи! — Очевидно, на этот раз Амбридж хотела обойтись без сцен — помните Трелони? — глубокомысленно заметил Эрни Макмиллан, протискиваясь к ним сквозь толпу. — А Хагрид-то, вот молодец! — сказал Рон, хотя вид у него был скорее обеспокоенный, чем восторженный. — Почему это от него отскакивали их заклятия? — Наверное, великанья кровь помогла, — дрожащим голосом пояснила Гермиона. — Великанов вообще очень трудно оглушить заклятием, они как тролли, прямо непрошибаемые… но как же бедная Макгонагалл… четыре Оглушающих заклятия прямо в грудь, а она ведь уже далеко не девочка! — Ужас, ужас, — поддакнул Эрни, солидно качая головой. — Ну ладно, я пошел спать. Всем пока! Ребята вокруг них расходились, все еще оживленно обсуждая увиденное. — По крайней мере, им не удалось засадить Хагрида в Азкабан, — сказал Рон. Панси, Блейз и Драко догнали их уже внизу. — Нет, ну вы видели! — рассерженно воскликнул Блейз — Она ещё смеет являться в школу! — Да… — растягивая, проговорил Гарри, явно о чём-то задумавшись. — Как она смогла вообще проникнуть на территорию школы? Да ещё и привести с собой тех ненормальных! Кто это был? — возмущенно спросила Гермиона. — Я расслышала одну фамилию, — сказала Панси — Долиш. Он был среди них. Это напарник моего отца по работе, и… — её лицо вдруг стало бледным -…он, кажется, из них. Никому не стоило объяснять, что именно имелось ввиду. Понуро покачав головами, ребята разошлись в вестибюле, направляясь каждый в свою гостиную. Панси и Блейз немного отстали от Гермионы и Драко, заверив, что придут чуть позже. — Как думаешь, Амбридж может быть пожирательницей? — тихо спросил Блейз, присев рядом с Панси на лестнице. — Не знаю, — пожала плечами девушка, встряхнув пепельными волосами — а с другой стороны: откуда тогда у Амбридж такие связи? Долиш популярен в министерстве, но… Он общается только с кругом своих, в основном. Я это знаю. — Откуда? — Однажды в нашем особняке устроили праздник. Мне было тогда лет девять-десять. Так вот Долиш ещё тогда работал с моим отцом, и был в числе приглашенных. Весь вечер он говорил только с какими-то странными людьми, а один раз я увидела у него черную метку в коридоре, это было случайно. Я на него нарвалась по дороге в комнату. Вот потому он пожиратель, это точно. Но он бы не общался с Амбридж, не будь она одной из них. Блейз задумался. Амбридж могла быть пожирательницей, но почему-то ему казалось, что она ею не является. У них не было доказательств, что Амбридж состоит в их рядах, как и не было опровержения этого факта. А потому, идти к директору или к декану с такими предположениями не стоило. Они бы ещё сказали, что, мол: «Вы вмешиваетесь не в своё дело.» Хотя, за дни правления Амбридж, она так довела профессоров, что вряд ли кто-либо смог такое им сказать. Но все равно. Если окажется, что они не правы в своих подозрениях, Амбридж доложит Фаджу, и пророк начнет поливать грязью и их. А этого допустить нельзя. — Ладно, пошли, — вздохнул Блейз — завтра пойдем к Снейпу, и попытаемся выяснить, что здесь делала Амбридж. — Думаешь, он нам расскажет? — Шансов, конечно, мало. Но попытаться стоит. Панси встала с холодных ступенек, и они вдвоем направились в глубь подземелья, держась за руки. *** Оставшиеся экзамены друзья сдали без приключений. За всей этой суетой и подготовкой, они не совсем обращали внимание на то, что происходило вокруг. Как позже выяснилось, МакГонаггл доставили в больницу Святого Мунго, и сейчас она лежала там. Что же касается проникновения Амбридж на территорию школы… Ученики догадывались, что Дамблдор всё знает, но все-таки причину им никто не назвал. — А жаль, — добавил Драко, когда они в очередной раз подошли к профессору Снейпу с вопросом, и он отказал им в ответе, прибавив: «А теперь, прошу оставить меня в покое». — так хочется, чтобы эта Амбридж получила своё. Ладно, я пойду, у меня есть ещё одно дело, — и он повернул в противоположную сторону, через несколько мгновений после чего, скрывшись за углом. — Не волнуйся, — ответил Блейз ему вслед — она своё получит. Это я тебе гарантирую. Более того, всех потряс сам факт: Амбридж обнаружили в тот же вечер на территории школы, однако, ей удалось уйти от ответственности. Она объяснила своё прибытие тем, что забыла несколько вещей. И это притом, что вся пятая параллель как минимум, видела её в компании тех людей. — Ну вот скажите, где справедливость? — спросила Панси, опираясь о стену боком, и глядя вслед выезжавшей за ворота карете… Настроения ни у кого особо не было, и даже несмотря на то, что экзамены наконец позади, компания решила разойтись по гостиным. Они уже дошли до вестибюля, но прежде чем разминуться, до них долетело жуткое: « Ааааааааааа!»…