Слизеринка: Родовое проклятье.

Когда Панси проснулась на часах уже было начало седьмого. Раньше девушке никогда не приходилось вставать в такую рань, она поднималась только в половину восьмого. Но теперь, всё изменилось. Теперь у неё начинается совершенно иной этап жизни и ей нужно учиться привыкать к корректировкам, что вносят эти повороты судьбы. Пускай даже и к таким незначительным. Поскольку Паркинсон могла поклясться, что когда она кинулась в объятия Морфея Грейнджер ещё не была в них и близко, то не стала будить подругу и спокойно спустилась вниз, предварительно надев на себя чистую одежду, что удалось прихватить перед внезапным бегством. Они-то планировали уехать на следующий день после свадьбы, но никак не во время торжества. «Остаётся надеяться, что с остальными всё будет хорошо и они уже в безопасности» — звенела мысль в голове, как колокол, ударяясь о стенки подсознания. За то недолгое время проживания в семье Уизли она успела искренне полюбить каждого, кто имеет к ней хоть какое-то отношение. В доме было тихо. Портреты с величайшими волшебниками Блэков висели на стенах и Панси задержалась, присмотревшись к одному из них. Высокий, статный мужчина обнимал такую же красивую женщину со строгими чертами лица. Портрет был неподвижный, очевидно, исполненный каким-то художником. Оба одеты в стиле далёкого девятнадцатого века. Рядом с ними — двое мальчишек, в строгих костюмах и с таким выражением лица, точно они позировали для паспорта. Один из мальчишек показался ей смутно знакомым, словно она уже видела его где-то, но где именно — Панси припомнить не могла. Да и по сути со стороны это казалось абсурдным — наверняка никого из них уже нет на этом свете, значит, где им было свидеться? За своими размышлениями даже не заметив, как сзади подошёл Гарри, она вскрикнула. — Тише, все ещё спят, — произнёс Поттер. Он так же посмотрел на портрет. — Странно, правда? Панси, у тебя в семье царили такие же порядки? — Нет, у меня была более современная одежда, — ответила девушка. — Это, очевидно, кто-то из дальних предков Блэков? — Это Сириус, — он ткнул на того самого мальчишку, что показался знакомым. — Со своим братом Регулусом и родителями — Вальбургой и Орионом. Когда они проходили мимо гостиной парень указал на семейное древо Блэков и Панси вдруг стало очень интересно. Она пообещала мысленно себе вернуться и рассмотреть его детальнее. На кухне, приготовив завтрак, состоящий из яичницы с беконом, девушка стала заваривать чай, когда послышались шаги на лестнице и спустились Рон с Блейзом. — Чем так вкусно пахнет? — спросил Рон, которому уже не терпелось позавтракать. Гарри усмехнулся: друг всегда был таким. Впрочем, это и к лучшему. По крайней мере он не зацикливается на вчерашнем. — Яичница с беконом, — протянул Забини. — Панси, ты готовишь удивительно вкусно. Слизеринка едва покраснела, но быстро скрыла это и поставив четыре чашки с чаем на стол, села между Гарри и местом, которое пустовало, дожидаясь Гермионы. — Какой у нас план действий дальше? — деловито поинтересовалась у Поттера, который уже отломал кусок от яичницы и тщательно пережёвывал. — Для начала нужно найти медальон, — ответил он, проглотив пищу. — Настоящий. Я не собираюсь так просто оставлять тот факт, что в пещере была подделка. К тому же, со слов Дамблдора я понял, что это — крестраж. Чем быстрее мы его найдём, тем быстрее уничтожим. — Ты же понимаешь, что найти его будет не так-то просто? — спросил Блейз. — Этот медальон может быть где угодно, да даже у Волан-Де-Морта. — Нет, — ответил Гарри. — Если бы он был у него, то он бы не стал подбрасывать подделку, в этом нет смысла. — А может он как раз хотел, чтобы вы обнаружили подделку? — спросил Рон. — Да нет же. Он даже не знал, что мы туда собираемся, он не мог знать, что Дамблдору известно об этой пещере. А сам Дамблдор узнал об этом в Омуте Памяти, когда пересматривал воспоминания. И я тоже их видел, потому медальон точно не у Волан-Де-Морта. — Я согласна с Гарри, — сказала Панси. — Но есть одно «но». У тебя есть предположения, где бы мог быть этот медальон? — Есть одно, — сказал он. — Этот медальон может скрываться в одной из комнат этого дома. Комнате Регулуса. В записке, которую я обнаружил в медальоне, было написано вот это, — он протянул маленький кусочек пергамента на стол. Там говорилось, что медальон похитили и собираются уничтожить, что Волан-Де-Морт узнает об этом и будет уже поздно и что тот, кто похитил крестраж, надеется, что скоро правление Того-Кого-Нельзя-Называть закончится. А подпись, состоящая из инициал, являла собой следующее:

Р.А.Б.

— Лаф? — протянул Рон с набитым ртом, разрядив накалившуюся от молчания атмосферу. Панси укоризненно на него посмотрела, но ничего говорить не стала. Вместо этого она пододвинула послание к себе и принялась размышлять вслух. — А что, если это действительно инициалы? Р — Регулус. Остальные нужно проверить в семейном древе Блэков… Я сейчас вернусь! — встав, она поспешно покинула кухню, но парни поспешили за ней. Найдя семейное древо, Панси принялась всматриваться в витиеватые буквы, ища нужное имя. — Вот он, — Гарри показал на ветку, относившуюся как раз к девятнадцатому веку. Вальбурга Блэк, Орион Блэк и их сыновья. На месте Сириуса было обугленное отверстие, след от короткого прикосновения огня. А вот напротив него было второе имя и изображение его владельца было не тронуто. Регулус Арктурус Блэк — Всё сходится, — сказал Блейз. — Должно быть, настоящий медальон похитил действительно он. Гарри, где его комната? — Подожди, — Панси остановила его. — Неужели ты думаешь, что ему не удалось уничтожить крестраж? А, даже если и нет, то где гарантии, что мы сможем беспрепятственно проникнуть в его комнату? Он мог наставить кучу защитных заклинаний, притом, если он был пожирателем, то таких, что нам даже и не снилось! — Вообще-то, Гарри — прямой владелец этого дома. — сказал Рон, указывая на то место, где действительно значилось имя Гарри. — Моя бабушка по папиной линии походила из Блэков? — удивился Поттер. — Есть и такие заклинания, которые не прекращают действие даже с годами, — отрубила Панси. — Я предлагаю посоветоваться с Гермионой. Пойду разбужу её, а то она уже завтрак проспала.

***

Гермиона была согласна с ребятами в том, что похитителем медальона мог являться тот самый Регулус Блэк. Предложение о том, чтобы осмотреть его комнату, девушка восприняла с энтузиазмом и уже спустя пятнадцать минут, в течении которых слизеринка отказалась от завтрака, они уже стояли напротив двери с идентичной табличкой инициалов. — Нет, здесь никаких защитных заклинаний нет, — констатировала факт Грейнджер, отходя к остальным. — Ты уверена? — спросила Панси. Ей почему-то казалось это обратным. — Да. По крайней мере, если они и были здесь, то давно разрушены. Этому дому уже практически двести лет, мне как-то Сириус рассказывал, что здесь жила и его прабабушка, и прапрабабушка… В общем, все заклинания защитные перестали действовать после смерти этого самого брата Сириуса. — Но ведь есть заклинания, что охраняют объект даже после смерти того, кто их наложил! — Панси, хватит возражать, — сказал Гарри. — Нам же нужно проверить. — Есть, — Гермиона кивнула. — Но неужели ты считаешь, что… В каком возрасте погиб Регулус, Гарри? — Точно не знаю, но Сириус говорил, что это произошло ещё до моего рождения. — Вот. Неужели ты считаешь, что пожиратель смерти, пусть даже и приближенный к Волан-Де-Морту, мог бы овладеть уровнем такой магии? Вряд ли. После этого все они принялись за работу. Гермиона тщательно проверяла подоконники и тайники, которые были установлены прямо под ними, Гарри копошился в шкафу, Рон рылся под пыльным разложенным диваном, из-за чего-то и дело раздавались его ежеминутные «апчхи!», Блейз занялся плакатными вывесками и книгами, которых, следовало признать, было очень много на полках, ну, а Панси же достался самый, как ей казалось, интересный объект — письменный стол. Подойдя к которому, она тут же принялась перебирать ящики, один за другим. И то, что она находила там, ввергло девушку в шок. Под конец своих поисков, она принялась рассматривать газетные вывески с уже пожелтевшими страницами и практически стёршимися заголовками, несколько конвертов с письмами, написанными настолько аристократическим почерком, что глаза разбегались и читать становилось трудно. В самом нижнем ящике лежал альбом. Панси сразу поняла, что это — у её родителей хранились дома точно такие же. С серебряными переплётами, как выпускники Слизерина. Выпускной альбом Хогвартса. Здесь были колдографии и с квиддича, и с Хогсмида, и с самой гостиной Слизерина, даже из спален и территории школы. Просматривая всё это, Панси удивилась: всё в точности оставалось таким же, как в данный момент! Разве что пыль и чересчур ветхие страницы, грозившие испортиться окончательно, свидетельствовали о том, что прошло уже практически двадцать лет.

Выпуск 1978

 — едва смогла прочитать Панси. Настолько надпись была затёрта мановением времени. Во всех газетных вырезках шла речь о неком Томе Реддле, красивом, темноволосом юноше с тёмно-карими глазами, храбро смотрящим на мир. Была даже вырезка с колдографией, выпущенная в далёком 1957 году. Далее шли вырезки о том, что некий Том Реддл был отвергнут на пост преподавателя ЗоТИ и что всё магическое сообщество недоумевает такому резкому отрицательному решению Дамблдора. Судя по всему, этот Том Реддл был очень умным человеком, который даже окончил школу Хогвартс с отличием, что и было сказано в той же вырезке. Ну, а после — Панси не поверила своим глазам. Вырезки о Волан-Де-Морте резко сменили рассказы о судьбе красивого юноши с тонкими чертами лица. Нападения, обставленные как несчастные случаи, исчезновения людей, убийства, внезапный и необъяснимый погром в Лондоне в 1976 году, в результате которого погибли полторы тысячи магглов. Объявление о преступной группировке, представляющей из себя единомышленников в идее очищения крови и изгнания магглов из сообщества, с уже знакомым названием «Пожиратели смерти». Далее стёртая колдография с информацией о двойном убийстве, произошедшем в Хогвартсе в 1967 году. Пострадавшие — некие сёстры Дэвис — Розана и Мэри. Рядом с Хогвартсом — чёрная зловещая метка, нависшая над главной башней. Уже довольно-таки знакомая картина, которая была в мае. Дамблдор… А затем её вдруг осенило. Осенило так, что стало до непредсказуемости страшно. Том Реддл — это Волан-Де-Морт. Нет, конечно, поверить в это было трудно, ведь высокий, красивый юноша не шёл ни в какое сравнение с безносым чудовищем, обладающей такой кожей, что даже сквозь неё просвечивались венки везде, где только можно. Самая свежая фотография, на обороте которой была цифра 1979, представляла собой Волан-Де-Морта. И сравнив две колдографии, Паркинсон пришла к выводу, что это действительно он. А газетные вырезки это лишь подтверждали. — Ребят, смотрите, что я нашла. Он в юности, похоже… — договорить она не успела, поскольку её перебил Блейз: — Был огромным поклонником этой мрази. — сказал мулат, который стоял у полки с множеством книг, держа в руках блокнот с изображением змеи. — Я тут нашёл его ежедневник… Оказывается, брат Сириуса был щедр в том, чтобы делиться чувствами с пергаментом. Все принялись пересматривать записи. Уже когда вся комната была рассмотрена и детально перепроверены все места, куда только можно было запрятать крестраж, компания ушла ни с чем. Хотя, по правде, это было не совсем так: газетные вырезки дали понять о том, что в Хогвартсе было совершено не одно убийство, а целых три. Раньше все считали таковой трагедией единичный случай с Миртл. — Интересно, кто их убил? Пожиратели смерти ведь не могли бы так просто проникнуть в Хогвартс и найти этих двоих… А, собственно, почему убили только их? — задалась вопросом Гермиона. — Надо бы поискать информацию об Розане и Мэри Дэвис. Глядишь, что-то найдём. — А на каком факультете они учились? — Здесь не сказано, — отозвалась Грейнджер. — Слизерин, — произнёс Гарри, который держал альбом Регулуса. — Они вот здесь. Он показал фотографии двоих учениц, на краешке которых были по одной чёрной ленте. Очевидно, альбом был сделан ещё перед их гибелью, потому они здесь и остались. — Странно. Зачем пожирателям убивать слизеринок? Они же, практически все в то время шли на службу Тёмному Лорду. — Ну, значит, эти отказались. Гермиона, разузнавать о них ничего не нужно, я думаю, нам это большой роли не даст, — произнёс Поттер. — Лучше заняться этим ежедневником. — Тогда давай сюда, я прочту и потом скажу. — произнёс Забини. — Всё-таки я его нашёл и ещё не дочитал. Гарри усмехнулся. — Ладно. Тогда у тебя есть сутки, чтобы прочесть его и рассказать, что там интересного.

***

16.08.1971 Сириус скоро отправится в школу. Я не хочу, чтобы он уезжал, но ведь так нужно. Мама постоянно проводит лекции на тему Слизерина и я надеюсь, что когда окажусь в Хогвартсе в следующем году, буду учиться вместе с Сириусом. На днях был бал аристократов, на котором мой старший брат сумел так позлить маму, что она на все выходные заперла его в комнате без письменных принадлежностей. От скуки я даже решил вести дневник. Не смешно ли? 02.09.1971 Утром сова прилетела из Хогвартса. Сириус поступил в Гриффиндор. Мама устроила истерику папе и потребовала, чтобы он отправился в школу и занялся переводом в Слизерин. Я, честно говоря, тоже не в восторге от этой новости. Мама отправила Сириусу громовещатель, а ответ его послужил тому, что едва половина гостиной была разрушена. К счастью, никто так особо не пострадал. Боюсь представить, что будет дальше. Наверное, писать дневник не такое уж и чудесное занятие, зря я за него взялся. 05.04.1972 За это время — чуть больше полугода — всё изменилось. Сириус отказался приехать на Рождество и мама окончательно разозлилась. Она усилила свои лекции на тему Слизерина и теперь с утра до вечера проедает мне мозг, что я должен стать настоящим потомком Блэков. Настоящим наследником своего рода. Как же это невыносимо слушать. 21.05.1972 Вчера шёл по улице и увидел, как какие-то магглы переехали на машине собаку. Они даже не остановились — просто скрылись с места и уехали. Бедное животное, которому я попытался помочь, всё-таки оправилось, но мама тут же выгнала его обратно на улицу, не разрешив оставить у нас. Цитирую: «мне не нужна грязь от каких-то паршивых щенков в доме!» Неужели она настолько жестокая? Не может быть. Я написал Сириусу неделю назад — впервые, с тех пор, как он уехал — и получил короткий ответ. Он надеется, что скоро приедет и всё наладится. Просит не поддаваться на провокации о чистоте крови. 17.06.1972 За поступление в Гриффиндор мама наказала Сириуса. Я даже представить себе не мог, что она применит к нему заклинание, от которого мой брат будет кричать на весь дом. Кажется, звучало как «Круцио». Сириус три дня не мог встать с постели, мне же запретили даже приближаться к его комнате, но ночью я всё равно смог пробраться. Попытался объяснить ему, что он тоже не прав, на что был послан в задницу. Отлично! 09.08.1972 Мои отношения с Сириусом изрядно испорчены. Мама продолжает сетовать на то, что я должен оказаться в Слизерине и я, чёрт побери, уже готов там оказаться, лишь бы весь этот ужас прекратился. Я устал от их выяснений отношений и ссор. Это серьёзно давит. 04.09.1972 Слизерин. Всё так, как хотели матушка с отцом. А вот Сириус недоволен — он после распределения попытался со мной поговорить по поводу друзей, но я сказал, что смогу и сам разобраться. В итоге мы едва не поссорились. Я, кстати, успел уже подружиться с одним своим соседом — Робертом, ещё один сальноволосый мальчишка по имени Северус набился ко мне в друзья. Посмотрим, что из этого выйдет. 10.10.1972 Сириус пытался отговорить меня от дружбы с Северусом. У них, оказывается, вражда. Но мне плевать. Я в своё время тоже просил его прекратить ссориться с матерью, а он меня не послушал. К тому же, на днях он подметил, что я сильно изменился и становлюсь похожим на змеёныша. Мы поссорились. Не желаю больше с ним общаться на тему факультетов. 13.12.1972 Сегодня Сириус сказал мне, что я для него больше не брат. Родители рассказали мне о каком-то Томе Реддле, который захотел восстать против магглов и я сказал, что мне это интересно. 08.07.1976 Четыре года. Подумать только — четыре года! Вот сколько времени прошло с тех пор, как я сделал последнюю запись, будучи ещё сопливым первокурсником и пытаясь разобраться в ссорах своей семьи. Но сейчас я совершенно другой — мне плевать, что происходит внутри моей семьи, всё, что меня интересует — это борьба против магглов. Волан-Де-Морт великий волшебник и я знаю, что если пойду на его сторону, моя жизнь сложится как нельзя лучше. Жаль, что мой братец-гриффиндорец этого не смог понять. Этим летом он сбежал из дома, его выжгли из родового дерева. Печально, Сириус. Я надеялся, что ты образумишься. 16.03.1977 Сегодня я получил метку. Он наградил меня за убийство какого-то жалкого маггла. Я чувствую силу своего Хозяина внутри. И отныне я сделаю всё, чтобы наша сторона одержала победу. 19.05.1977 Сегодня я в последний раз вызвал на разговор Сириуса. — Почему ты не хочешь быть с нами заодно? Ты ведь такой же, как и мы! Ты — Блэк! — Не обманывай никого, Рег, — прошипел он в ответ мне. — Родители выжгли меня из дерева и я больше не вернусь. А ты, если хочешь и дальше являться идиотом, отправляйся на верную гибель и служи своему сраному Лорду до гроба! 21.05.1978 Год. Ещё один год, когда я просто игнорировал возможности написать сюда. Да и их, признаться, было не так много. Я по уши в заданиях Хозяина. Надеюсь, он доволен мной. Ещё больше мотивации мне доставляет то, что родители гордятся мною. Гордятся вдвойне, потому что я не повёл себя, как Сириус и не ушёл в аврорат пахать за копейки на курсах самовыживания. А скоро выпускной. Когда я попрощаюсь с Хогвартсом, смогу всерьёз взяться за сражения! 11.08.1978 Увы, Хозяин пока что не допустил меня к серьёзным заданиям, хоть я и не понимаю, почему. Вместо того, чтобы экспериментировать и быть на счету лучших сторонников, я вынужден сидеть в дряхлом особняке Малфоев, являющем собою нашу штаб-квартиру и следить за вызовами наших на подмогу. На днях они сообщили мне, что Сириус был на одной из операций. Сражался за Орден. Слепой дурак. 03.01.1979 Хозяин зачем-то потребовал Кикимера. Я согласился. Надеюсь, мой эльф сможет помочь ему в задании сполна. 05.01.1979 Кикимер рассказал мне о том, что случилось с ним в пещере. Я был идиотом! Волан-Де-Морт такой же жестокий, как и магглы, только действует против них, да и против наших! Не для того я ему доверил существо, заменившее мне когда-то брата… Не для того… 16.06.1979 Похоже, Сириус был прав. Но он никогда не узнает о том, что я признал это. Уже слишком поздно для моих с ним встреч. Я должен действовать решительно, я должен остановить это безумие, в котором чуть не погряз. Всё это влияние аристократов, чёртовы лекции о чистоте крови! Какое вообще она может иметь отношение, если на кону — сотни жизней, которые ещё едва можно спасти? И это сделаю я. Я остановлю Волан-Де-Морта, остановлю нелегко, но сделаю это. Я больше не являюсь пожирателем смерти. Блейз тяжело вздохнул, закончив читать. Все записи, которые находились в ежедневнике, были проштудированы им от корки до корки, но внезапно он заметил, что между последней записью и предпоследней вырвано несколько страниц. Это удивило мулата и решив поведать об этом друзьям, юноша немедленно спустился вниз. — Видимо, на них были его основные догадки и предположения по поводу местонахождения медальона, а может, и других крестражей. — сделала вывод Гермиона. — Да, — Гарри кивнул. — Притом посмотри, вырваны они относительно недавно, — он указал на свежие следы, не успевшие пожелтеть. — Кто-то очень не хотел, чтобы мы прочитали это. — Тогда почему они не захватили весь дневник и не уничтожили его? Это было бы намного проще, — сказала Панси. — Кто знает, — покачал головой Рон. — Кто знает. А может, у кого-нибудь был доступ к этому дому? — Да нет, — ответил Гарри. — Дамблдор здесь же оставил только Наземникуса, чтобы… -…чтобы никто не посмел ничего украсть, потому что Наземникус знает всех воришек и имеет над ними некоторый авторитет, — закончил за него Рон. — Так вот кто спёр страницы! — Кикимер! Эльф из воздуха вместе с негромким хлопком возник перед друзьями. — Чего-нибудь желаете, хозяин? — Немедленно найди мне Наземникуса и приведи сюда, — изрёк Поттер. Блейз подошёл к Панси. Он легонько и как бы невзначай коснулся своими пальцами её запястья, в ответ на что из неожиданности девушка вздрогнула и услышала над своим ухом его шёпот: — Не бойся, Панси. Я всего лишь хочу расставить все точки над «и». Ты меня тогда так и не выслушала. Он уткнулся в её макушку, вдыхая запах волос. Яблочный аромат распространился по его дыхательным путям с молниеносной скоростью, даруя неимоверное спокойствие и умиротворение. Панси почувствовала дикое удовольствие от присутствия мулата рядом, ей внезапно так захотелось прижаться к нему и, даже не слушая, просто простить и поцеловать. Так крепко, так страстно, как они целовались когда-то в незнакомом домике Хогсмида на четвёртом курсе. — Я и не боюсь, — ответила она, отстраняясь. — Почему тогда твой голос дрожит? — он положил руки ей на плечи. Панси попыталась их убрать, но попытка не обвенчалась успехом. — Отпусти, — просто и тихо попросила она. Сейчас у неё не было ни сил, ни желания на сильное сопротивление. Она просто не могла себе позволить этого, понимая, что до сих пор неравнодушна к нему. — Скажи мне, что ты не любишь меня и я больше не стану пытаться тебя вернуть. Посмотри мне в глаза, Панси, и скажи это прямо сейчас. Ну? — он легонько встряхнул её за плечи. Панси лениво подняла на него взгляд. — Я не буду ничего тебе говорить. Я не могу этого сказать, ты понял?! — последний вопрос был задан слишком грубо. — Тогда я совершенно не понимаю, почему ты до сих пор холодна ко мне. Между мной и Кюри ничего не было! — Кроме поцелуя в щёчку на вокзале! — парировала слизеринка. — Это был не поцелуй! — Я, что, слепая по-твоему?! — Хочешь узнать, что такое настоящий поцелуй?! Так я тебе сейчас продемонстрирую! — он с силой сжал её за плечи. — Отпусти! — она попыталась вырваться, но тут же была припечатана к стене. Забини впился в её губы настолько требовательно и жёстко, что Панси тут же потеряла тонкую возможность сопротивления. Она била его по плечам, но в итоге сдалась и просто ответила на поцелуй. Они целовались несколько минут, совершенно забыв обо всём, что было и о том, что происходит вокруг. Прервались, лишь когда возникла до невозможного потребность в кислороде. — Не смей, — прошипела Панси, восстановив дыхание и ушла в другую сторону комнаты, не оборачиваясь. Лишь встав под стенкой, она послала ему строгий взгляд. Блейз лишь усмехнулся краешком губ. И всё же, как бы там ни было, а она ответила на его поцелуй. Значит, точно любит. — Отпустите! Отпустите меня! Вы не имеете права! — вопил Наземникус, когда домовой эльф возник прямо вместе с ним посреди гостиной. — Кто вы и что вам нужно?! — кричал мужчина, пока Гарри и Рон вместе силились привязать его к стулу. Так как на голове у него был мешок, он не мог видеть, где и с кем находится. — Силенцио! — изрёк Блейз, подходя ближе. Гермиона сбросила мешок с головы Наземникуса и тот удивлённо раскрыл глаза, увидев всю компанию во главе с Гарри, который стоял ближе всех к нему, а палочка Мальчика-Который-Выжил утыкалась ему промеж глаз. Флетчер продолжал пытаться выдавливать из себя звуки, но скоро затих. Видимо, понял, что находится под воздействием заклинания. — Значит так, — начал Гарри. — Я сейчас задам вопрос и сниму с тебя Силенцио, а ты должен будешь ответить. Отвечай: куда ты дел страницы из этого дневника? Они были вырваны совсем недавно, а доступ к дому был только у тебя всё это время. — гриффиндорец махнул легонько палочкой. — Я ничего не знаю! Я ничего не знаю! Ничего не знаю! Я ничего не вырывал! Отпустите меня! — Силенцио, — на сей раз заклинание слетело с уст Панси. — Мерлин, я сейчас оглохну от его отрицательных криков. Если он так боится — значит, точно что-то знает. — Напоминает мне Петтигрю, — неожиданно для всех произнёс Рон. — Такой же жалкий, готовый спасти лишь собственную шкуру. — Не время сейчас думать об этой крысе, — вновь возразила Паркинсон. Она посмотрела на Наземникуса. — Если ты продолжишь кричать, я буду на тебе тренировать заклинания до тех пор, пока ты не подохнешь. Поверь, у меня заклинания в арсенале далеко не безобидные. — Блеф? — спросил Блейз. Эту фразу он прошептал ей на ухо. — Хочешь проверить на себе? Ну тогда ты следующий, — отрезала слизеринка. — О, нет, спасибо, мне гораздо предпочтительнее было целоваться с тобой, — со смешком ответил Забини. Панси покраснела. Цвет кожи лица практически полностью слился с бордовым флагом Гриффиндора. — Не беси меня, — отрезала девушка. — Ты понял, Флетчер? Мужчина отчаянно закивал. Казалось, он был готов на всё, лишь бы в конечном счёте его отпустили. — Вопрос тот же. Куда ты дел эти страницы? — Я не вырывал их, честно. Я всего лишь впустил одну женщину в дом… — Что за женщину? — спросил Гарри. — Я не знаю, кто она, но она угрожала мне, говорила, что в противном случае Тот-Кого-Нельзя-Называть найдёт меня и я буду убит в страшных муках… Она собиралась пытать меня, а я ничего не смог бы поделать, сдались вам и мне эти страницы, ну правда, ребят… — Не тараторь, — перебила его Панси. — Лучше опиши эту женщину. — Ну, я не могу её сильно описать, она была в чёрном капюшоне с плащом такого же цвета, её волосы были хорошо упрятаны… — Это, наверно, бред, но стоит проверить, — сказала Гермиона и достала колдографию Беллатрисы, вырезанную из газеты после битвы в Отделе Тайн, где пожирательница сумела засветиться. — Она? — Да! Да, да, да, это она! Точно! У неё ещё голос был такой сиплый, грубый! — Была одна или с кем-то? — спросил Гарри. — Одна, — ответил Наземникус. — Она забрала эти страницы, а когда уходила, то выронила медальон. Я не решил её останавливать, подумал, смогу продать, вещь с виду дорогая. Ну, а на рынке меня остановила какая-то дамочка, представилась министерским работником, сказала, что медальон я должен предоставить ей, поскольку он краденный и сказала, что я в противном случае буду проходить по делу вором! — Да ты и так — вор, — отрезала Грейнджер. — Что за дамочка, которая отняла у тебя медальон? — Она очень противная, — шёпотом ответил Наземникус, точно выдавал какую-то серьёзную тайну и боялся, что её услышит тот, о ком в ней пойдёт речь. — Вся в розовом, с каким-то мерзким, кошачьим запахом… Все разочарованно выдохнули. Ну вот. Теперь придётся иметь дело с Амбридж. «Мерлин, а я надеялась, что судьба окончательно развела меня с этой ненормальной» подумала Гермиона, взглянув на руку. Там виднелись еле заметные следы от пореза пером. Слова, которые заставила её писать эта маразматичка. «Ну ничего, всё будет так, как нам нужно» — Понятно. Обливэйт! Лицо Наземникуса пошатнулось. — Кричер! Отведи его туда, откуда ты привёз и возвращайся. — когда домовик исчез, Гарри Поттер добавил: — Ну, что будем делать? — Я слышал как-то от отца, что Амбридж снова работает в Министерстве, — ответил Рон. — Может, наведаемся к ней туда? — Это опасно, — ответила Панси. — Представляешь, что будет, если нас раскроют? Она под суд всех отдаст! К тому же, мы вынуждены скрываться от Пожирателей. — Иного выхода всё равно нет, — поддержал Блейз. — Панси, если ты не хочешь, ты можешь не идти с нами в Министерство. Однако Паркинсон посмотрела на Забини таким взглядом, что стало понятно: реплика эта прозвучала совсем неуместно. — Я никогда не буду стоять в стороне, когда мои друзья рискуют жизнями. И вообще, тебя никто не просил вставить свои пять копеек! Иди и дальше читай «мемуары» Блэка! — она бросила брезгливый взгляд на дневник и, больше ничего не говоря, взметнулась вверх по лестнице. — Блейз, ну правда, — Гарри посмотрел на него. — Ты же знаешь, ей и так тяжело сейчас. Она совсем недавно потеряла отца, плюс, с тобой рассталась. Не вижу повода её донимать. — Ладно, я же так, чтобы она поняла, что я люблю её. — Интересный способ, — философски заметила Грейнджер. — Давай лучше отложим ваши любовные решения на потом. Сейчас главное разработать план получения медальона. Нужно разведать, где живёт Амбридж. Ты, Рон и Панси — вы единственные, кого ещё не объявили в розыск, — она указала на свежий выпуск газеты, где красовались её и Гарри колдо. — Так что вам и флаг в руки для того, чтобы провернуть операцию. Мы вас подстрахуем. — У тебя уже есть план? — спросил Рон, удивлённый такой быстротой идейных мыслей. — Да, — кивнула слизеринка. — И если вы дадите мне времени, я всё обдумаю до конца и завтра расскажу. — Хорошо, — кивнул Гарри. — Рон, нам не приходили письма от твоей семьи? — Нет, — покачал головой Уизли. — Они и не знают, что мы здесь, да и понимают, что отправлять письма — опасно сейчас. Вряд ли решатся. — Нам лучше тоже не выходить с ними на связь, — сказал Блейз. — А по поводу розыска, Гермиона, не знаю, ты, наверно, не права. Моя мать уже поставила на уши всю Италию, — он указал на пророк, пришедший к нему с родины. — Ищет. — Италия — это не Англия, так что на дело ты выйти сможешь, — ответила Грейнджер.