Слизеринка: Родовое проклятье.

Открыв глаза, Гермиона первым делом ощутила, как они сильно болят. Поднявшись с постели и подойдя к зеркальцу, шатенка увидела, что всё её лицо покрыто красными пятнами от слёз. После того, как ушёл Рон, она практически всю ночь проплакала, хотя даже не могла объяснить себе, почему. Являясь слизеринкой, девушка не была чужда к таковым проявлениям эмоций. Хотя, если взглянуть на обстановку последнего времени её жизни, то это не казалось таким уж диковинным. Просто чаша чувств не выдержала и разбилась. Зайдя на кухню, она обнаружила там миссис Элтон. Валери стояла возле плиты и готовила омлет на всех. Мысленно усмехнувшись, так как Рон бы воспринял такие кулинарные шедевры. Гермиона села за стол и налила себе с графина стакан воды. Валери, услышав плеск воды, обернулась. — Доброе у… Что-то случилось? — она внимательно присмотрелась к ней. — Рон ушёл вчера, — ответила Грейнджер. Повисло молчание, которое нарушилось её вопросом, — Вот скажи, почему он так себя ведёт? То есть… Как ты думаешь, почему? Ты же новенькая, считай в нашем деле свежее впечатление, так сказать. — Ну, если тебе интересно моё мнение, то я считаю, что он действительно переживает за свою семью, но в то же время не способен так долго скитаться по миру в поисках за крестражами. Ему нужна гарантия, что завтрашний день будет не хуже предыдущего, а если к этому прибавить нервотрёпку и вчерашние извещения по радио… Он сказал, что иногда прослушивает его, значит, это не впервые были им услышаны такие вести. Сама подумай, нервы сдали, — Грейнджер хмыкнула. — Знаешь, я удивляюсь, как у меня нервы не сдали, когда в конце прошлого учебного года я потеряла всю свою семью. Мама и папа, младшие брат и сестра. Сестрёнка была совсем маленькая, чуть больше года… А за несколько месяцев до этого меня бросил любимый человек и я вынуждена была пытаться не попадаться ему на глаза. Я удивляюсь, как Панси выдержала, с трудом, да, но она выдержала. У неё маму убили ещё два с небольшим года назад, когда мы заканчивали четвёртый курс, в конце прошлого года убили отца, вчера — тётю… Она сильная и в то же время очень слабая. Парадокс, — Валери видела, что Гермиона говорит уже скорее не ей, а самой себе, пересказывая все события, предшествующие войне. — Я удивляюсь, как судьба наша может неожиданно перевернуть жизнь с головы до ног. Ещё несколько лет назад я даже не думала, что буду здесь, что буду охотиться за крестражами, вести войну с Пожирателями и, что стану подругой многим присутствующим здесь людям. — Это как? — удивилась Элтон. — Вы разве не с детства все знакомы? — Можно сказать и так, — Грейнджер грустно усмехнулась. — Я познакомилась с Блейзом в одиннадцать лет, мы с ним сразу как-то подружились, а вот с Панси я практически до конца четвёртого курса вела вражду. Да, мы даже в дуэли участвовали как-то, после чего я загремела в больничное крыло, — рассмеялась. Тихо и легко. Сейчас это всё вспоминать смешно, словно детские шалости. — Впрочем, не только с ней я ходила в соперницах, — поймав непонимающий взгляд Валери, Гермиона добавила, тем самым раскрывая всю суть данной истории, — Я маглорожденная. И я попала при распределении на Слизерин, потому меня ненавидели однокурсники. — Но это же нонсенс! — воскликнула Элтон. — Такого просто не может быть! — У каждого правила есть исключения. Потом я поняла, что Панси нормальная девчонка и мы стали подругами. Сейчас я уже не представляю себя без неё. С Гарри и Роном я была знакома заочно, потому как Гарри с первого курса был популярен. Мальчик-Который-Выжил. Ну, а Рон-его лучший друг, они везде таскались вместе. Познакомились мы окончательно с Гарри на четвёртом курсе, — вновь усмехнулась. Да уж. Четвёртый курс был её решающим критерием в судьбе. — Его тогда хотел унизить мой бывший парень. Кстати, по иронии судьбы и с бывшим парнем я сначала четыре года вела вражду. — С ума сойти! — Если я сейчас вспоминаю, как радовалась тогда письму, которое принесли в мой дом и беседовали с родителями, уговаривая их меня отпустить на учёбу, то потом я проклинала себя за то, что согласилась сама уехать. Теперь ни о чём не жалею. Я закончила шестой курс, будучи абсолютно сильной. Да, я знаю, что сильная и, возможно, это звучит, как самолюбие или самовнушение, но я обязана быть сильной. Мы все обязаны быть сильными на этой войне. — У вас тут, я гляжу, утро откровений? — Блейз зашёл на кухню, усмехнувшись и потрепав по волосам Гермиону. Девушка взглянула на него с лукавой усмешкой. — Как ты догадался? — Всё очень просто, — он наклонился, а в следующее мгновение загадочным тоном шепнул: — Я потомственный маг Дракулы. И я умею читать мысли. Они втроём рассмеялись. — Ладно, потомственный маг Дракулы, зови всех остальных, завтракать будем, — сказала Валери. — Есть! — Блейз, развернувшись, зашагал по коридору к комнатам. — А он весёлый, — неожиданно сказала Валери. — Да, только в последнее время не так часто шутил.

***

Аристократический приём был в самом разгаре. То и дело каждую минуту можно было увидеть, как очередные волшебники избранного круга проходили на вечеринку, кланялись стоящим на входе Нарциссе и Люциусу, а затем проходили дальше. Сегодня Малфой-мэнор превратился в логово, где скопились все те, чью идею Драко люто ненавидел. Стоя рядом с Асторией, юноша кивал остальным в знак приветствия, а затем тут же давал себе мысленный пинок. Его жена мило и сдержанно улыбалась. — Слышал, вы поженились недавно. Я, к сожалению, не успел приехать на свадьбу, были обстоятельства, — мужчина усмехнулся и приподнял бокал. — Отлично смотритесь! — Спасибо, — Астория, поняв, что Драко находится мысленно вообще не в этом зале, ответила вместо мужа. — Мы очень любим друг друга. «Ненавижу этот дурацкий брак» — подумал Драко. — Послушай, мне нужно отойти, — прошептала Астория ему так, чтобы услышал только он. — Ты не мог бы пока что потянуть время? — Иди, — ответил он, кивнув. Астория не заставила долго ждать своего ухода и тут же упорхнула в сторону, растворившись в многочисленной толпе. Драко, поднеся бокал с огневиски и сделав глоток, едва не расплескал его на себя. В толпе мелькнул какой-то парень мулат, очень похож на Блейза. Малфою-младшему на мгновение показалось, что это и есть его друг и он на миг подумал, что сейчас у него будет возможность расспросить, как там Гермиона и почему он здесь оказался, как до уха долетела фраза девушки, приблизившейся к мулату. — Привет, Радж, — поцеловав его, она улыбнулась. Драко выдохнул и глянул на бокал с огневиски. Нет, определённо пора завязывать со всем этим. «Блейз, дружище, я рад, что ты не здесь. Рад, несмотря на то, как мне плохо сейчас. Надеюсь, ты там бережёшь Панси и Гермиону» — подумал Драко.

***

Едва зайдя за какую-то ширмочку, она увидела Теодора. Юноша стоял перед зеркалом и поправлял свой галстук. Конечно, была большая вероятность им встретиться в этот вечер. Парень посмотрел прямо на её отражение и развернулся. Внутри словно что-то ёкнуло. Астория прошла мимо него, случайно задев рукой пальцы его рук. Теодор прикрыл глаза.

Я разлюблю тебя, когда исчезнет слово Я разлюблю тебя, когда исчезнут города. И не сойдёт огонь во храме Иеговы Я разлюблю тебя походу уже никогда.*

Инстинкты? Может быть. В голове будто всё отключилось, он сам не понимал, что творит. Он просто остановил её за руку. Она просто обернулась, посмотрев ему в глаза и тут же оказалась в плену у его губ. Астория не пыталась отстраниться, потому что, когда это произошло, в её голове взорвался фейерверк чувств и эмоций. Она ответила на поцелуй и взъерошила ему волосы, а он открыл какую-то дверь, и они вместе протолкнулись туда, не отрываясь друг от друга. Усадив её на какую-то тумбочку, Теодор продолжал её целовать. Продолжал так нежно и страстно, что Астория просто забыла обо всём, а Нотт не собирался отпускать девушку. Внезапно дверь открылась и Нарцисса Малфой не нашла слов, чтобы хоть как-то прокомментировать представшую картину перед её глазами. Астория тут же оттолкнула от себя Теодора. Женщина смерила их настолько презрительным взглядом, но тут же исправила маску и, закрыв дверь, ушла. До них долетел обрывок фразы: — Там сейчас занято, но… Когда Теодор снова потянулся к ней, чтобы поцеловать, Астория нашла в себе силы оттолкнуть парня. — Хватит, — прошептала девушка. Настала пауза, затем она тут же спросила — Тебе не кажется, что мы слишком часто оказываемся в объятиях друг друга за последнее время? Пора прекратить всё это. Я — замужем. — Ты не любишь Драко, потому что ты неравнодушна ко мне, — совершенно спокойно произнёс Теодор. Хотя внутри него бушевала целая буря, он мечтал сейчас уйти вместе с ней и просто побыть вместе, хотя бы один вечер… Вечер, который Теодор превозносил во снах уже очень давно. — Да что ты говоришь! — язвительно протянула она. — Так оно и есть. Ещё скажи, что я лгу, — он посмотрел прямо ей в глаза. Зачем? Ну зачем она боролась за брак с Драко, зачем? Сейчас, если бы она тогда просто переключила внимание на Теодора, если бы она заметила его многозначительные взгляды в свою сторону, она бы, возможно, была бы в браке с ним и носила фамилию Нотт, а не Малфой. Тогда бы им не пришлось прятаться. Тогда бы они могли просто поцеловаться на людях. — Я не могу так. Нас только что поймала Нарцисса, если она скажет кому-то… — Об этом можешь не переживать. — Ты решил уладить это? Всё равно, мне лучше сейчас вернуться, меня там ждёт Драко, ему тоже несладко сейчас. Не забывай, что он тоже женился на мне не по своей воле. — Тогда это вообще меняет дело. Разведитесь и всё. — В нашем мире брак — навсегда. — Через маглов. — Это позор. К тому же, я не хочу, чтобы моя семья пострадала. Ты знаешь, что с ними будет, если я уйду от Драко, — Астория отвела взгляд. — Тебе не кажется, что ты просто ищешь повод, чтобы не действовать? Ты боишься. Но я вижу, что ты чувствуешь ко мне. Ты бы не отвечала на поцелуй, — снова повторил он. — Пусть даже и так. Я надеюсь, что это временно. — Нет. — Что нет? — Это навсегда.

Хм, в смысле, когда это закончится? Никогда, мы ведь на веки Вечные, Аминь. Спустя сто лет, сто миль, вдвоём стабильно — Хм, вот это стиль. Когда сто параллелей пересекутся — Знаю, даже тогда никогда-никогда Нашей судьбы канаты не порвутся.*

Астория усмехнулась, а затем вышла, оставив парня одного. А на маленькую сцену уже начали подниматься молодые парни и девушки, левые предплечья которых по очереди окутывали Чёрные метки с черепом и змеёй. Драко глянул на свою собственную — в этот день никому не разрешили их скрывать под одеждой и юношу передёрнуло. Не так он представлял своё будущее. Не так.

***

Гермиона сидела в палатке, глядя в окно. Медленными движениями на землю опускался снег, выпавший в этом году в конце ноября. Слизеринка любила заснеженную погоду в детстве, когда можно было покататься на льду или поиграть с соседскими ребятишками наперегонки в снеговика, но теперь эта погода стала просто стихийным бедствием. В палатке было очень холодно и дабы не замерзнуть, ей пришлось накинуть на себя старый жилет отца, который она прихватила на память из дома вместе с любимой кружкой матери. К тому же, справляться с повседневными нуждами, такими как сбор лечебных трав, стало ещё сложнее. Что творилось в магическом мире у них не было возможности узнать, поскольку ушедший Рон забрал радио вместе с собой. После ухода Уизли обстановка слегка накалилась. Грейнджер чувствовала, что Гарри неминуемо вспоминает каждый день о гриффиндорце, но как бы это ни было, разговор о нём не заводил и пресекал любые темы, которые могли хоть косвенно выйти на друга. Гермиона же была уверена, что их дружба не могла закончиться — это же Гарри и Рон! Они всегда действовали вместе. Ну, поссорились. Помирятся! Правда, саму девушку также душила обида на рыжеволосого. Она не понимала, как Рон сумел так точно уколоть своими словами Гарри, ведь знал же, что родители — больная тема для многих, особенно для Поттера. Перед глазами пронёсся момент, как она звала его среди деревьев, стоя под дождём, а потом услышала звук трансгрессии и поняла, что всё тщетно. А сейчас она слишком увлеклась наблюдением за снежинками, сравнивая себя с ними. Они падают, им не страшно. Это всё происходит медленно, ветер медленно опускает их вниз, кружа в воздухе и словно играя. На кухню вошёл Гарри. — Нам нужно отправляться дальше, Гермиона. Можешь собрать вещи уже сегодня? — Гермиона от неожиданности не вздрогнула, лишь развернулась, посмотрев прямо в глаза другу. — Ты намерен так просто уйти? — Предлагаешь оставить плакат с надписью: «Здесь был Гарри Поттер и трудился над поиском крестражей»? — с сарказмом поинтересовался шрамоголовый. — Нет, — ответила девушка, а потом добавила со смешком. — Плакат-слишком глупо. Гарри, я вообще-то имею ввиду Ро… — Гермиона, прости, что перебиваю, но давай закроем эту тему, — парень поставил кружку на столик. — Я не хочу об этом говорить. — Не хочешь? Ладно, извини. Тогда я соберу вещи сегодня, но позже, а сейчас схожу к реке за водой. — Можно использовать «Агуаменти». — Если я буду всю жизнь использовать чары, скоро разучусь что-то делать самостоятельно.

***

Река практически уже вся покрылась тонкой коркой льда. Подойдя к берегу, Гермиона подставила туда ведро и смотрела, как прозрачная вода попадала туда, наполняя его до краёв. Окунув руку, девушка почувствовала холод и тут же одёрнула пальцы назад. На мгновение ей показалось, что кто-то за ней следит. Затылок напряжённо стало жечь, и она тут же развернулась, выхватив палочку. Однако, позади никого не было. И даже среди деревьев, голых кустарников, сейчас мог прятаться только ноябрьский туман. «Мда, рановато меня паранойя начала посещать» — промелькнула мысль в голове — «Хотя лучше убедиться, что никого нет, чем пасть здесь, так глупо» — Уходи, Гермиона. Уходи, здесь тебе быть опасно. Уходи немедленно… - шептал чей-то голос и подняв глаза, Гермиона подумала, что у неё галлюцинации. Это всё игра воображения или перед ней сейчас стоит мама? Нет… Не может быть. — Я же тебя похоронила, — прошептала девушка в ужасе боясь пошевельнуться, не то, что резко двигаться. — Так и есть. Я мертва, — ответила женщина. — Тогда как же ты… Кто ты теперь? — Кем бы я ни была я останусь твоей матерью, Гермиона. — из ниоткуда на заснеженной земле появилась книга. Грейнджер не поверила своим глазам. — Возьми её. Это послание от вершителя судеб. Оно поможет твоему делу… Возьми… И береги себя… Последние слова были произнесены точно эхом. А дальше мама растворилась в воздухе. Лишь спустя минуту пошевелившись, приходя в себя, Гермиона схватила книгу в охапку и уже полное ведро. Уходя, она уже не оборачивалась, желая побыстрее добраться до палатки. Уходя, Гермиона Грейнджер так и не заметила позади себя силуэт в плаще, который тут же скрылся в лесу.

***

Беллатриса Лестрейндж была разъярена. Она чувствовала, что девица где-то рядом, буквально ловила носом её запах, но никак не могла увидеть. Она чувствовала какие-то чары, чувствовала, что поблизости есть волшебники, догадывалась, кто, но не могла ничего поделать. На удивление пожирательницы она никак не могла сломить заклинание. — Родольфус! — влиятельным тоном позвала волшебница, возникнув на пороге особняка Лестрейндж. Её муж показался спустя короткое мгновение. — Что такое, Белла? Ты решила в очередной раз прикончить парочку магглов? Пожирательнице было отнюдь не до сарказма, который так и царил в голосе мужчины. — Собирайся, мы идём на важное дело! — Мы ещё не закончили с Рабасом по поводу Рейчел Па… — Рейчел Паркинсон уже покойница, потому всё, что требовалось от вас относительно неё-вы уже выполнили. Слышал, что я сказала?! Живее! Родольфусу очень не нравилось, когда жена разговаривала с ним таким тоном. Но за годы знакомства с нею и службы у Тёмного Лорда успел удачно подчеркнуть, что, когда в голосе супруги царят настолько Блэковские нотки, с ней лучше не спорить. И вздохнув, мужчина прикрыл дверь своих покоев. — Что-то случилось, Руди? — поинтересовался Рабас, видя озадаченный вид старшего брата. — Да Белла там опять раскомандовалась. — Наверное, стоит её послушаться, пока она не устроила здесь хаос. — шепнул Лестрейндж-младший, прежде чем дверь комнаты снова открылась и на пороге возникла Беллатриса. — Рабас, передай всем, что сегодня, если всё пройдёт по маслу, мы будем удостоены высшей похвалы Лорда! — схватив мужа «в охапку», Беллатриса буквально силой вытолкала сопротивлявшегося Родольфуса из комнаты. Спустя пару минут супруги трансгрессировали, оказавшись за территорией поместья, а Рабастан, проводив их печальным взглядом, вздохнул. — Самая прекрасная женщина в мире, — прошептал он. — Даже когда такая… Воительница. Пожиратель смерти никогда не думал признаваться в своих чувствах жене брата, да и, к тому же, когда сама женщина считала любовь полной никчёмностью, следуя и в этом убеждении Тёмному Лорду. Лестрейндж-младший уже смирился с тем, что Беллатриса абсолютно не обращает на него внимания и даже научился с этим жить. Он научился жить, скрывая от брата любовь всей своей жизни.

***

Гермиона в спешке собирала вещи. Она подгоняла друзей, которые ничего не понимали. Гарри был удивлён такому внезапному энтузиазму подруги. В конце-концов, чтобы заставить их действительно быстрее собираться, пришлось впопыхах рассказать историю, произошедшую на озере. — Ты видела призрак матери, — прояснила Панси. Увидев обращённые к ней взгляды, девушка добавила — Со мной тоже такое бывало, только во сне. А у тебя это, видимо, наяву. Но знаете, мёртвые такими вещами не шутят. — Так и я о том. Мне показалось, что за мной кто-то наблюдал. Давайте лучше и правда собираться, от греха подальше, — кладя в сумку последние запасы еды, ответила Гермиона. — Она мне ещё отдала эту книгу, — она указала на странный синий переплёт с названиями «Сказки Барда Бидля» Когда все вещи были собраны, они свернули палатку. Валери Элтон стояла рядом с ними, глядя на голые окружавшие их деревья и почему-то размышляла о том, как теперь будет Рон Уизли, если внезапно вернётся сюда и не обнаружит их здесь. Однако, когда Блейз окликнул её, зовя присоединиться к их сплетённым рукам, не стала выговаривать своих мыслей вслух. Когда горло сжало и воздух весь перекрыли, а потом всё возобновилось, и они оказались посреди незнакомой местности старой деревни, женщина отчётливо поняла одну вещь: назад пути нет.

***

— Да они что, сквозь землю провалились?! — негодовала Беллатриса, обшаривая поляну. Родольфус, наблюдая за женой, усмехнулся. — А ты меня всё подгоняла. Не было здесь никого. Паранойя у тебя, дорогая моя. Пора тебе лечиться. — Сейчас я тебя Авадой прямо здесь навек от всего излечу, хочешь? — спросила пожирательница, хищно оскалившись и вытянув руку с палочкой. — О нет, спасибо, предпочту гораздо другую смерть. Женщина хмыкнула и это показалось ему каким-то удовлетворительным жестом. Желая уже задать вопрос, могут ли они трансгрессировать обратно, услышал слова: — Говоришь, паранойя? Глянь-ка, — она усмехнулась, указывая на практически погоревшие до конца брёвна. Коснувшись легонько пальцем, добавила — Горячие. Значит, они убрались недавно отсюда. — Да может это были просто маглы… — Рот закрой. Ты думаешь, что маглы могли владеть защитными заклинаниями и установкой барьера?! Глупец, Руди, — она цокала языком, будучи довольной своим открытием. — Только такой глупец, как ты, мог подумать, что это-жалкие маглы. — Ты их упустила, — парировал в ответ мужчина. — Так что глупец здесь не я, а даже если и чуточку так, то не один. Как ты там говорила Рабасу? «Высшей похвалы»? О, я уже себе это представляю… В виде Круциатуса! Пожирательница внимательно сфокусировала на нём взгляд и уже более серьёзно добавила: — Нет, я точно на тебе испытаю Аваду когда-нибудь.

***

Гермиона знала, куда нужно идти. Она не понимала, почему, но что-то внутри явно подсказывало ей путь. Она шла по проезжей части вместе с друзьями впереди, даже не глядя на окружавшие их с обеих сторон старые дома и дворики. Наконец, когда впереди дорога расходилась направо и налево, слизеринка остановилась и посмотрела налево. Там был ничем неприметный домик. Её тянуло сюда настолько, что она даже не могла объяснить себе, почему. Но она знала, что здесь им будет оказана нужная помощь. Не говоря ни слова, девушка толкнула от себя калитку и прошла внутрь двора, указав идти за собой и остальным. — Гермиона, ты можешь объяснить, почему мы идём именно сюда? — спросила Валери. Однако Грейнджер оставила этот вопрос без внимания, взамен постучав в дверь. Спустя пару секунд, показавшихся компании целой вечностью, дверь открыла старушка. На вид ей было лет пятьдесят, но на самом деле куда больше. — Здравствуйте, мисс Грейнджер… Мистер Поттер, — она кивнула стоящему позади Гарри. Гриффиндорец, как и все остальные, пребывал в полном недоумении. Заметив это, старушка усмехнулась. — Я ждала вас. — Кто вы? — спросила Гермиона. — Почему… Почему меня тянуло к вашему дому? — В этом нет ничего особенного, нам пришло время познакомиться, — ответила она. — Меня зовут Грей Уильям, я-родная мать Даны Уильям. Это имя ведь о чём-то вам говорит? — Да, — Гермиона кивнула. — Миссис Уильям, мне очень жаль, что ваша дочь погибла. — Это было во благо будущего, — ответила старушка, хотя в глазах её скользнул оттенок неописуемой боли. — Думаю, вам следует зайти в дом. — она отступила в сторону, — Я хочу приютить вас, чтобы смерть моей дочери не была напрасной. Если вас найдут-значит, всё было зря. Вас всех непременно захотят убить. Они вошли в дом. Несмотря на возраст старушки, которая оказалась в разговоре ровесницей МакГонаггл, дом был ухожен и чист. Гермиона, глядя на миссис Уильям, понимала, что жизнь этой женщины разрушена отчасти по её вине, ведь она потеряла дочь. Всюду на полках и стенах то и дело можно было увидеть колдо Даны. На обсуждение друзья собрались в тот же вечер. Грейнджер достала книгу и показала её всем по очереди, спрашивая, не знает ли кто-то обозначение знака, высеченного на обложке. Знак был весьма необычный: треугольник, в котором начерчен круг, пересечённый вертикальной чертой. — Даже в Древних рунах об этом знаке ничего не говорится, — сказал Блейз, пролистывая одолженную книгу у миссис Уильям. — Я видел этот знак, — неожиданно сказал Гарри, указывая на книгу — Гермиона, я знаю, что это. — Что? — спросила Грейнджер. Друг помедлил, а затем выдал: — Это знак Даров Смерти. Знак, который я видел на свадьбе Билла и Флёр. — Где? — На шее у отца Полумны. Кажется… — он задумался, а потом добавил, — кажется, его зовут Ксефони… Чёрт, забыл имя… Он ещё редактор журнала «Придира». — Ксенофилиус Лавгуд? — спросила Валери. — Вот, да, — Поттер кивнул. — Точно. Ксенофилиус Лавгуд. — Я поняла тебя. Остаётся только один неразгаданный вопрос: кто такой вершитель судеб? Мама упоминала его, когда отдала мне книгу. Никто не мог предположить, кем является тайный вершитель судеб. В конце концов, после получаса самых глупых и мистических предположений, в которых были затронуты самые неожиданные личности, Валери вздохнула и произнесла: — Мне понятно одно: нам необходимо повидаться с этим Лавгудом. И вот с этим были все согласны. Уже собираясь ложиться спать, Гермиона увидела, как сумочка упала. Подняв её, взгляд шатенки внезапно наткнулся на кольцо, оказавшееся на полу. Видимо, выпало из открытого отдела. Осторожно взяв его в руки, словно украшение было её самым большим сокровищем, девушка ласково улыбнулась, вспомнив прошлое Рождество, в частности письмо от Драко. Их неожиданную встречу в самый разгар пожара Норы. — Гермиона! Грейнджер обернулась. Ей показалось, что она услышала до боли родной и знакомый голос и не ошиблась. — Драко?! Ты что здесь делаешь? Она подбежала к нему и обняла. Он обнял её. Внезапно воспоминания заскользили перед глазами, сменяя поочерёдно друг друга и она поняла, что не может это остановить. И она погружалась в прошлое, сидя на постели и глядя на кольцо. — Драко? — неуверенный взгляд тёплых карих глаз выводил из равновесия. — Да? — Что будет тогда… — полувсхлип вырвался из груди девушки, но она все же совладала с собой. Хриплый голос все же выдавал истинное состояние гриффиндорки, — тогда, когда тебя заставят сделать выбор? — Гермиона, я прошу тебя, не думай об этом, — указательный палец бережно стёр первую слезу, выступившую из-под закрытых век и скатившуюся по слегка покрасневшей щеке, — В любом случае, ты должна знать: я никогда, слышишь, никогда тебя не оставлю. Это воспоминание тревожило её больше всех. Он говорил такие слова, и она не хотела верить, что всё было ложью. Потому что открывшееся потом причиняло слишком много боли. — Мы расстаёмся. — Что? — единственное, что смогла произнести Гермиона. — Оглохла, что ли? — с насмешкой. Как тогда, на первом курсе, — Я тебя бросаю. — Я люблю тебя, — прошептала она, глядя на кольцо, — Даже если ты ко мне безразличен, я всё равно тебя люблю. И когда остальные пришли в комнату, чтобы улечься спать, шатенка уже отвернулась к стене. И в тот вечер никто так и не увидел её слёз, беззвучно стекающих по лицу.

***

Магазин волшебных всевозможных приколов готовился к своему закрытию. На часах уже было практически десять вечера и Косой переулок заметно опустел. Фред остался, чтобы перепроверить новый товар, в то время как Джордж, по предположениям своего близнеца, уже должен был находиться где-нибудь в кафе с Джонсоном. Отношения между ними происходили столь стремительно, что Фреду казалось, будто очень скоро в их семье будет пополнение. Джордж поначалу хотел остаться, но Фред убедил его, что не стоит отказывать такой красивой даме и заставлять девушку скучать в этот, поистине красивый и волшебный вечер. Входная дверь открылась совершенно внезапно и неожиданно, а поскольку новых гостей или покупателей ждать было абсурдным в такое время, Фред затаился между стеллажей с товаром и, едва увидел человека, прошедшего внутрь, подошёл сзади. Палочка Уизли тотчас уткнулась незнакомцу в спину. — Стоять. Человек усмехнулся, а затем развернулся к нему и, сбросив капюшон плаща, показал рыжие волосы и карие глаза. — Ну здравствуй, Фред, — девушка лукаво обвела его взглядом. — Не ожидала, что ты будешь встречать меня вот так. Фред, узнав её, заметно расслабился. — Здравствуй, Анн, — ответил он, — Я, правда, не ожидал увидеть тебя здесь в такое позднее время. Откуда, кстати, ты узнала, где я? — Я всегда знаю, где ты, Фред Уизли, — прошептала она таинственным голосом. Увидев непонимание в голубых омутах, девушка тут же рассмеялась — Мерлин, я не думала, что смогу когда-то над тобой подшутить. Да не волнуйся, я просто встретила в пабе Джорджа, и он рассказал мне, что ты тоскуешь здесь один… В общем, я решила наведаться и спасти тебя от жуткого одиночества. — она запрыгнула на письменный стол. Её рука как-то совсем неожиданно легла на его плечо. Фред проводил этот жест взглядом и посмотрел в глаза девушке. — Что ты делаешь? — А что я делаю? — невинно поинтересовалась Анна, наматывая на руку его галстук и тем самым приближая парня к себе. — Просто хочу поздороваться с тобой, или ты против? — Так вроде же поздоровались, — ответил он, усмехнувшись. — Анн, я, конечно, понимаю, что ты соскучилась, я тоже, но… — Я этому очень рада, — девушка улыбнулась. — Если ты соскучился, то тебе не составит труда поцеловать меня. — Анн, — он перехватил её руки за запястья и отодвинул от себя. — Давай не будем о том, чему не суждено сбыться? — В смысле? — не понимала она. — Ты хочешь сказать, что мы не можем вернуть наши отношения? Всё ведь было хорошо, Фред… — Мы расстались, — напомнил Уизли. — С кем не бывает? — хмыкнула девушка. — Или… — тень улыбки зажглась на её лице. — У тебя, что, кто-то появился? Почему я об этом не знаю? Фред вздохнул. Два с половиной года назад, когда он познакомился с этой девушкой, ему казалось, что она нормальная. И даже когда они встречались, он ловил себя на мысли, что Анна довольно-таки адекватная, однако теперь ему очень хотелось избегать бывшую. Просто потому, что данная встреча была напряжённым для него моментом. — Никто не появился, — ответил парень, не желая, чтобы потом Анна раструбила эту новость Анджелине, которая, в свою очередь, расскажет Джорджу. — А что тогда? Не говори только, что ты не нуждаешься в девушке. Они провели всего лишь одну ночь вместе и это было чистой случайностью в один из осенних дней прошлого года. Парень тогда объяснился с ней и ему казалось, что все неосведомленности по поводу их отношений, касавшихся Анны, были прояснены. — Я просто неравнодушен к другой, — серьёзно произнёс Фред. — И что… Даже не станешь со мною общаться? — Ну почему же? — обыденным тоном поинтересовался рыжеволосый. — Я согласен быть с тобою друзьями. — Тогда ответишь на один дружеский вопрос? — Почему бы и нет. Анна посмотрела ему прямо в глаза. — Гермиона Грейнджер? — одними губами спросила девушка, но этого было достаточно, чтобы Фред понял, да и услышал. Уизли многозначительно отвёл взгляд. — Выходит, ты всегда её любил? — Выходит, что так, — ответил он. — Я хочу быть честным до конца. — Понятно, — Анна спрыгнула с письменного стола. — Ладно, тогда я пойду… — Давай провожу, уже поздно, — Фреду вовсе не хотелось отпускать её в такое время одну, когда на улицах то и дело происходили ежедневные нападения пожирателей. — Стоит ли? — По-дружески. — Тогда пойдём, — Анна улыбнулась ему.

***

Северус Снейп сидел у себя в кабинете после тяжёлого трудового дня. Профессора в последнее время совсем обострились против него и их можно было понять — многие винили его в том, что Дамблдора не стало. Мужчине было это невыносимо, но он старался терпеть. И вот сейчас, когда выдались свободные минуты, он сидел в кресле, глядя на портрет бывшего директора Альбуса Дамблдора. — И всё же я не понимаю, почему нужно было позволить им проникнуть в кабинет, — в сотый раз повторил зельевар. — Я не знаю, зачем это всё, Дамблдор, и я понятия не имею, где находятся Поттер и Грейнджер. — Придёт время, Северус, и ты обязательно всё поймёшь, — ответил старик. — А насчёт мистера Поттера и мисс Грейнджер-я знаю, где они, но говорить об этом пока что посчитаю ненужным. Думаю, очень скоро они разгадают загадку. — Вы отправили им книгу? — удивился Снейп. — Именно. Миссис Грейнджер любезно согласилась доставить её дочери, прежде чем отправилась предупредить её об опасности. — Хочется верить, что они догадаются, от кого было послание. — «Вершитель Судеб»-это моё кредо, — усмехнулся бывший директор. — И я верю, что они уже поняли, кто адресат.

***

— Спасибо, что проводил, — Анна улыбнулась ему снова. Всю дорогу они обменивались шутками и смеялись. Одним движением девушка дотянулась до щеки парня и оставила там лёгкий след губной помады от поцелуя. — По-дружески, — парировала она. — Пока, — ответил Фред и едва девушка исчезла за дверью дома, трансгрессировал в Оттери-Сент-Кэчпоул.