Идрис не отвечает

Клэри гранжевая. Рыжие волосы, зеленые глаза, куртка цвета хаки и тяжелые армейские ботинки. А Изабель изящная, убивает со вкусом и стилем, не пачкаясь в зловонной слизи демонов. Руки по локоть в крови выглядят довольно элегантно, руки по локоть в липкой дряни — нет. Лайтвуд кажется вопиющим нарушением правил небрежный пучок Клэри, мешки под глазами и кофе нон-стоп на кухне Института. И Изабель это нравится. До странного тянущего чувства внизу живота. Так было, когда они только начали охотиться на демонов, когда еще действительно сомневались в собственных силах и навыках. Сам образ Клэри — масс-маркет, потребляет каждый второй, видел каждый первый, на скидках за ненадобностью купит каждый, чтобы закинуть в гараж, забыть и не позориться перед друзьями, когда тебя спросят о твоем первом поцелуе. Сомнительный экземпляр. Трудный подростковый период, осложненный неполной семьей и скелетами в шкафу матери, которые неожиданно перенесли в шкаф Клэри, даже не спросив разрешения. Изабель видит таких Примитивных каждый день. Бунтующие девочки-подростки, угловатые, высеченные из белого мрамора с синеватыми прожилками вен на руках и жвачкой, которая отвратительно воняет химической вишней. Лайтвуд предпочитает естественные запахи. У нее есть духи с гарденией из лимитированной коллекции от модного дома, который стыдно не знать (и Фрэй, конечно же, его не знает, но вселенная, вопреки ожиданиям Изабель, из-за этого все еще не взорвалась). Бледную кожу Клэри перечеркивают выжженные переплетения рун, а не строчки из песен о подростковом безумии и свободе, как это обычно бывает. Изабель рвет свой собственный шаблон, вставляя в коллаж над кроватью фотографию Фрэй в полный рост. В самый центр, чтобы было понятно — гранжевые Примитивные иногда оказываются кровными Сумеречными Охотниками, а журналы мод забывают упомянуть о том, что одежда, прическа и отсутствие макияжа на грани мне-плевать-как-я-выгляжу иногда работает не хуже классического черного платья, которое идеально садится только на идеальное (именно такое, как у Изабель, конечно) тело. — Из меня никудышный сумеречный охотник, — своим голосом Клэри вызывает нервную дрожь. Лайтвуд закусывает губу и прищуривается. От чужого плохого вкуса может начаться приступ аллергии? — Ну, зато ты отлично будешь смотреться в кофейне неподалеку. Вы точно сочетаетесь. И Изабель в этом эксперт. Ее мнение железное, неотвратимое, потому что обязательно станет реальностью, потому что Клэри обязана выпить кофе в двух кварталах от Института, где о Сумеречных Охотниках даже не слышали, где бариста даже для Примитивного очень даже ничего и где Лайтвуд знают как обаятельную красавицу, которая никогда не приходит одна и, вообще-то, должна была бы обедать в каком-нибудь модном ресторане. Изабель впечатывает себе идеальный образ в мысли, не заботясь о мотивах или последствиях. Она предлагает Клэри отдохнуть, потому что это нужно именно ей, Изабель, а Фрэй можно просто взять за компанию, пока у нее не сорвало крышу от всего этого безумия (Лайтвуд не уверена, что этого уже не произошло). Изабель не задумывается о том, чтобы вписать себя во всю эту идиллию. Она просто наблюдает со стороны, привыкшая быть в центре внимания и внезапно оказавшаяся единственным зрителем. Клэри намного уютней среди Примитивных, чем Лайтвуд, будто она и не замечает чужих взглядов и перешептываний. Социальная глухота, выборочное использование, навык на высшем уровне, такого не добьешься, выведя на коже руну. — Я так чертовски от этого устала, — качает головой Клэри. Лайтвуд понимающе кивает, а в голове собственным голосом отдается сочетаетесь. Это мир Клэри. Это то, что принадлежит ей. И Изабель к этому тянет, потому что неизвестно, потому что все наоборот, потому что с ней такого никогда не будет. — Мне действительно нужно делать иногда что-то нормальное. Выбираться в кафе или типа того. — Всем нам нужно отдыхать иногда, — улыбается Изабель, кивая. Клэри гранжевая, как и все Примитивные девочки ее возраста. Масс-маркет с оговоркой на редкую кровь Сумеречного Охотника по венам и руны вместо обычных татуировок. Изабель не нравится идея беспорядочного пренебрежения внешним видом, но Лайтвуд открыта для экспериментов со стилем, поэтому она решает, что стоит на всякий случай держать Клэри поближе — если такие девочки, как Фрэй, войдут в моду, то Изабель будет первой, кто получил ее.