Лабиринт

      23.30 Госпиталь ВМФ       В помещении, превращённым в перевалочную базу был молчаливо и тихо. Тишина давила на уши, заполняла собой всё пространство. Около стен уселись бойцы двух отрядов, Циклон в полном составе, Смерч в усечённом, по сути, не хватало лишь Умы, лежащей в медикаментозной коме в соседнем корпусе. Про неё Тарасов узнавал пару часов назад. Стабильно, без признаков ухудшения, а о шансах врач даже не говорил. Ну и недалеко от неё, буквально через пару палат в реанимационном отделении лежала Игла, без сознания, отходящая от наркоза. Её живой ум и умение искать выходы не совсем стандартными путями сейчас ой как пригодился бы. Но тоже нет, спасибо хоть за ту инфомарцию, которую они смогли получить пару-тройку часов назад.       ‒ Бизон, ‒ Астанин заходит в помещение, здоровается за руку с кап-три, ‒ всё у меня, всего в достатке. Можем выдвигаться, мои люди готовы.       ‒ Твои люди остаются здесь, ‒ Тарасов окидывает взглядом собравшихся бойцов, ‒ с тобой Физик, и вон, возьми Прохора и Лыча.       ‒ Не хочешь светить нас?       ‒ Я думаю, они знают, что вы есть, Лёша, только вы им карты не путали и обычно по командировкам мотались. Так что да, какая-никакая, а переменная. Так что, всем остальным отдыхать, это приказ. И да, возьмите с собой эти накидки, Куантум Стэлс.       ‒ Добро.       Командиры отрядов обмениваются крепкими рукопожатиями, а затем часть бойцов выходит из помещения. Оружие и амуницию Астанин оставил в тонированном микроавтобусе своего отряда, как-никак, это надёжнее. На территории госпиталя никто ведомственную машину осматривать не будет, тонировка прекрасно скроет всё, что необходимо. Физик заскакивает в соседний кабинет-ординаторскую, хватает рюкзак со сложенной внутри своей формой, со стола берёт служебный пистолет и следует за бойцами Астанина. С отрядом Алексея им всем приходилось не просто взаимодействовать, а даже меняться, порой техники оттуда становились единицей Смерча и наоборот. Да, такой же слаженности не было, но она оставалась не просто приемлемой, а очень хорошей.       ‒ Грузимся, бойцы. Лыч, за руль. ‒ Астанин достаёт планшет с картой местности, ‒ смотри, Стас, поедем через Красное Село, далее по Красносельскому шоссе, а затем свернём вот здесь, останавливаемся вот здесь, около реки Шингарка.       Он решил ехать в объезд, не мелькать лишний раз по шоссе около деревни, рядом с которой строился этот посёлок, а подойти со стороны болот. Этого же мнения придерживался и Тарасов, когда они успели парой слов перекинуться про варианты, откуда начать разведку.       Спустя пару минут микроавтобус выехал с территории госпиталя и взял курс на выезд из Питера, а ещё спустя полчаса оказался уже за пределами кольцевой автодороги. Ещё спустя час автомобиль съехал с асфальтовой дороги и взял курс в сторону нужных им координат.       Ночь накрыла Ленинградскую область плотным бархатным покрывалом, в котором тонули очертания деревьев, дорог и редких огней. Ветер, порывистый и холодный, гулял меж сосен, принося с собой запах сырой хвои и далёкого моря. Небо, затянутое низкой облачностью, не давало ни лунного света, ни звёзд.       Оставив машину в одном из съездов и пометив на карте координаты, отряд, достав приборы ночного видения, направился вдоль реки, в сторону строящегося посёлка. Дорога не дальняя, но заняла около часа марша в быстром темпе, благо перемещения по пересечённой местности это не просто обыденность, а данность для бойцов. Остановились они только за полтора километра до предполагаемой застройки.       Оборудование, которое достал Астанин у Михалыча, было не только штатное, часть была собрана из списанных деталей, доработана и настроена на одну единственную задачу: видеть, слышать и практически чувствовать противника, оставаясь незамеченным.       ‒ Физик, на тебе Стрекозы.       Мыцик достал из рюкзака кофр с несколькими дронами-разведчиками. По своему опыту, благо образование и страсть к электронике, позволяла, он знал, что эти дроны могут работать на расстоянии до полукилометра, но осмотрев оборудование, понял. Оно изменено, как говорится, кустарным способом, но весьма мастерски, данные передавались по узконаправленному каналу связи, значит, расстояние будет меньше. Метров восемьсот, километр максимум. А ещё дроны были более тяжёлыми, с дополнительным питанием.       Немного поколдовав со вторым кейсом, он достаёт шесть дронов. Каждый размером с ладонь, покрытый матовым чёрным покрытием, поглощающим радиоволны. Один за другим «птички», с лёгким едва слышным жужжанием, похожим на стрекот ночного сверчка, оторвались от ладоней и растворились в темноте, взяв курс на посёлок. Зная несколько команд, Физик объединяет их в своего рода сеть, теперь для управления нужен один джойстик, затем он проверяет отклик. Дроны отзываются на управление без задержек. Как только картинка стала стабильной, а направление задано, Физик закрыл один из кофров и отправил его обратно в рюкзак.       ‒ Полчаса есть на подлёт. Нам бы метров триста вперёд пройти, для лучшей картинки.       ‒ Судя по снимкам Дакара, там впереди ложбинка есть, там и разместишься с Лычом. ‒ Произносит Астанин, замечая кивок подчинённого, ‒ мы тоже посмотрим, что да как, а потом с Прохором датчики пойдём ставить.       У мелкого овражка отряд раскладывает всё оборудование. Местность благоволит, со стороны противника их скрывает выступ оврага, а сам он нависает над ними, создавая уступ, под которым удобно схорониться, благо над ними разлапистые корни многовековых деревьев. Сверху ребята набрасывают одну из маскировок, которая практически тут же мимикрирует под окружающую местность, скрывая часть оборудования и светящиеся экраны планшетов.       ‒ Что у нас тут?       Астанин усаживается около Физика, который ведёт дроны в сторону посёлка. Ещё несколько движений и они замирают на краю лесной вырубки. Мыцик осторожно спускает их ближе к верхушкам деревьев и теперь картинка замирает, а камеры фиксируют всё практически статично, картинка колыхается лишь от порыва ветра.       Перед глазами бойцов предстаёт сам посёлок. Общий план, даже с такой высоты и радиуса видны основные постройки. Территория обнесена по периметру забором из профнастила, в дали виднеется правда уже более аккуратный штакетник, видимо, чистовая отделка. Несколько завершённых коттеджей в стиле «шале», дома из тех, что практически с чистовой отделкой, судя по информации с сайта. Ещё КПП, обычное, визуально без сюрпризов. Ближе к месту, где зависти дроны, дома, застывшие на разных стадиях строительства, то крыши нету, только лаги, укутанные в плотный полиэтилен, то вообще голый фундамент, тоже прикрытый. Ближе к задней стене строительные вагончики, аккуратным рядочком, как при строительстве новостроек, всего штук десять, около них горы песка, щебня, застывшая техника. И никакого движения.       ‒ Серёга, прокрутись одним дроном вон тут, ‒ Астанин показывает на изображение, наблюдая, как картинка меняется ‒ и теперь зависни.       ‒ И что? Вагончики, как вагончики.       ‒ Можешь приблизить?       ‒ Там проводов нету, ‒ произносит Прохор, краем глаза наблюдавший за картинкой на планшете, ‒ вон, от столба к бытовке крайней тянется провод, затем по стене тянутся друг к дружке, а вот на этих трёх нет. Они запитаны отдельно, наверное.       ‒ Возможно, ‒ шепчет Физик, приближая на максимум изображение, но тут же возвращаясь к обычному режиму, слишком зернистая выходит картинка, ‒ а ты откуда знаешь?       ‒ Отец на стройках всю жизнь, да и я после армухи полгода был там. Потом уже на контракт пошёл. ‒ Отвечает боец Астанина, тыкая в угол картинки. ‒ Здание странное. Вроде как достроено, но на отшибе.       ‒ С тепловой сигнатурой, ‒ Мыцик переключается на вид с другого дрона, ‒ вон дымок идёт.       ‒ А рядом джип стоит, и следы, не свежие, но от него. И вон, канистр пара, ‒ Прохор вновь указывает на изображение, ‒ дизель у них там что ли…       ‒ А рядом коробка коттеджа достроена почти, только крышу положить и готово.       ‒ Думаешь, Прохор, что это не просто так? ‒ Астанин смотрит на картинку, затем слегка сжимает плечо Физика, ‒ Серёга, покружись ещё минут двадцать, мы как раз датчики поставим. Данные запиши только.       Физик еле-заметно кивает, задаёт каждому дрону радиус полёта и высоту. Ему хочется заснять всё, в самых мельчайших подробностях. Одному Физик дал указание висеть вблизи от КПП, другому ‒ пролететь по кромке леса вдоль забора, третьему ‒ панорамно заснять тепловую сигнатуру. Работы хватало, на что хватало полёта фантазии бойца и способности аппаратуры, тут же фиксировалось. Все шесть птичек полностью использовали свой функционал, как говорится, техника в умелых руках способна творить чудеса.       Астанин с напарником уходят вперёд. Часть оборудования надо ставить практически под носом, у акустических датчиков зона действия метров десять, у геофона и датчика электромагнитных частот ‒ до тридцати. Это данные они передавать могут по зашифрованному каналу на расстоянии до трёх километров. Не доходя до кромки леса он достаёт бинокль, не все сверху видно так же хорошо, как отсюда, с высоты человеческого роста. Вот и камеры, грамотно установлены, с хорошим радиусом. Несколько около бытовок, под козырьком, сразу и не заметишь. И, судя по всему, стоят датчики по периметру. На движение уж точно, правда, не везде.       ‒ Прохор, цель ‒ бытовки. Этот угол будет поинтереснее.       ‒ И машины, вон там, ‒ напарник указывает чуть в сторону, к дальней части забора, частично заменённого штакетником.       Бойцы отходят чуть вглубь леса и Астанин достаёт маленький чёрный чемоданчик с антенной усом и маленьким экранчиком в зелёных тонах. Сканер радиочастот, судя по всему, Михалыч и здесь поколдовал. Спустя пару секунд, на экране появляются прямые.       ‒ Чисто от бытовых помех, ‒ тихо произносит Алексей, а вот в другом диапазоне интереснее.       На экране вырисовываются несколько кривых, которые периодически пропадают. Частоты разные, обычное оборудование в них не работает. Астанин нажимает на несколько клавиш, пытаясь запеленговать источник и не с первой попытки, но это получается.       ‒ Прохор, туда геофон надо, ‒ командир указывает на край забора, около которого растёт мелкий кустарник. ‒ Докинешь?       ‒ Его бы вручную… ‒ боец чуть отходит от дерева, замахивается и кидает очередной инструмент наблюдения в указанную сторону.       ‒ Он сбалансирован и на броски, датчик в землю воткнётся, да, с помехами, но нам пару минут записать и отключить его. ‒ Произносит Астанин, активируя запись. Сейчас главное, быстро собрать данные, пока никто не «прочухал» и не появились гости. ‒ Ещё камеру поставь вот здесь, на суку. Обзор хреновый, но если в сторону выезда, то нормально ещё. Передатчик у болота оставим, а уж он на спутник будет выводить. Активируем позже.       Пока боец выполняет распоряжение, Алексей продолжает наблюдение, прикидывая, где можно разместить несколько акустических датчиков. Ещё бы внутрь пробраться, на территорию… Но, это если время позволит.       ‒ Готово, командир.       ‒ Отходим.       Бойцы скрываются в чаще леса и вскоре оказываются уже около ложбинки, где во всю трудится Физик.       ‒ Дроны записали полчаса, для анализа хватит. Диски у Лыча. Датчики тоже пишут. ‒ рапортует Мыцик, ‒ есть вот этот пикап, я его не сразу разглядел, он под навесом, только с одной точки просматривается, сверху ещё маскировочная сеть наброшена.       ‒ Интересно это…. ‒ Астанин окидывает взглядом бойцов. ‒ Оставляем здесь оборудование, Лыч, страхуешь, а мы ‒ парни, попробуем туда залезть. Видел я несколько мёртвых зон. Физик, отзывай птичек, одну только оставь, под управление Стаса и ходу.       С командиром Циклона никто не спорит. Оборудование быстро перемещается в своеобразный и уже обустроенный за это время схрон, прикрывается ещё одним маскировочным халатом и теперь бойцы, с минимумом самого необходимого, направляются к посёлку.       Место проникновения определили на месте, стоило ещё раз просмотреть периметр своими глазами, как наметилась тропинка, аккурат между зашивкой штакетника и профнастилом, выгнутым наружу. Как сообщил Лыч, там как раз материалы свалены для строительства, и гора щебня повредила ограду. А рядом уже почти достроенный до второго этажа дом, и на нём камер нету, а от других куча щебня и скрывает.       ‒ Прохор, прикрываешь.       Боец кивает, переводя оружие в режим стрельбы очередями по три и подыскивая удобную позицию, всё же не каждое дерево подойдёт для защиты от летящих пуль. Физик же с Астаниным, выгадав момент, единым броском за несколько десятков секунд преодолевают расстояние от края вырубки до ограды. Ещё пара секунд требуется, чтобы проникнуть сквозь брешь в заборе на территорию.       Они двигались от тени к тени, используя каждый валун, каждую кучу стройматериалов как укрытие, стараясь нигде не задерживаться дольше необходимого. В инфракрасном спектре искомая цель постоянно маячила перед глазами и вскоре бойцы, после череды коротких перебежек, оказались около бытовок. Тут уже пришлось выжидать пока камеры сделают свой поворот, благо они были не импортные, распространённые и из характеристики бойцам были известны. А цель была всё ближе и ближе. Бытовка и здание рядом, из которого по картинке с дрона, которую показывал Физик раньше, шёл дымок.       Подобравшись к целевому вагончику, Астанин замер у стены, прислушиваясь. Ни звука изнутри. Физик тем временем приложил к стене прибор, напоминающий стетоскоп с цифровым экраном ‒ лазерный микрофон. Луч невидимого лазера, направленный на стекло окна, улавливал малейшие вибрации, переводя их в звук. Сначала ‒ тихий гул работающей электроники. Он никак не менялся, словно что-то работало постоянно и без усилий человека. Затем, спустя пару минут прослушиваний, Физик слегка ударил в бок Астанина, протягивая ему второй наушник, в котором слышался, хоть с помехами, но мужской голос, говорящий по-английски, с лёгким акцентом:       ‒… подтверждаю, транспорт будет через сорок восемь часов. Нужно подготовить площадку к приёму. И скажите Соколу, чтобы его люди были на связи. Последний инцидент на Гагаринской всех взволновал.       Бойцы переглянулись. Всё же, попали в точку.       ‒ Понял. ‒ Ответил второй голос, более молодой, более чёткий: ‒ как быть с пакетом? Его ещё обрабатывают.       ‒ Это не наша забота. Наша задача ‒ обеспечить коридор. Всё остальное сделают партнёры. Передайте, что связь с «Бенефактором» стабильна, он доволен ходом очистки.       Дальнейший разговор носил скорее официальный характер, какие-то скупые отчёты, свои термины, в которых ни Астанин, ни Физик сильны не были. Однако из услышанного было понятно, что на хвост они напали и, судя по всему, противник не ожидал этого.       Знаком командир Циклона скомандовал отход. Обратно пробирались так же, буквально по тем же следам они вернулись к забору, затем оказались по другую сторону и потом рывком ‒ у кромки леса.       ‒ Уходим. Данные добыли. ‒ Командует Астанин, бегом направляясь в сторону схрона.       Там уже пакуется Лыч, так что, спустя десять минут совместный отряд из двух группы спецназа уже спешит вдоль реки к своему транспорту. По пути они делают маленький крюк, Алексей решил оставить передатчик для камеры, которую закрепил в лесополосе Прохор, заодно запускает и её.       Спустя полчаса они уже сидели в микроавтобусе, снимали снаряжение, проверяли работу датчиков и того, что ещё осталось на территории. Михалыч, как говорится, выручил, поскольку теперь у бойцов была какая-то информация. Её бы ещё правильно интерпретировать… Но на это есть Дакар и все остальные. А задача отряда выполнена.       ‒ Обратно через Оржицы и Гостилицкое шоссе.       Машина выбирается с ухабин и рытвин, медленно выползает на асфальтированную дорогу и берёт курс на указанное направление. Чуть больше полутора часов и они будут на своей импровизированной базе и теперь им есть, с чем работать.       Вновь в единый кулак два отряда смогли собраться ближе к шести часам утра. Вернувшихся бойцов Астанин отправил отдыхать, точно так же поступил и Тарасов, когда командир Циклона только уезжал на задание, благо тут уже подсуетился Соловьёв, сообщив, что охрану территории госпиталя усилили отдельным взводом. Это давало передышку, небольшую, но столь необходимую. Они не роботы и постоянно находиться в боевой готовности не могут. Хотя сам он, не смотря на упрёки Муры и Кота, всё так же сидел в помещении, рядом с окном и только успевал выпивать уже ставший противным кофе стаканчик за стаканчиком. Сон, даже его подобие, не шёл, голова от информации гудела. Да, рядом старался Дакар, настраивал программы для поиска нужных им данных, но по сути, если не считать этого частного посёлка, то они всё ещё топтались на одном и том же месте. Чтобы попытаться найти «двойного агента», надо было сужать круг поиска, а тут они продвинуться не сумели. В итоге, как только Илья настроил все программы и показал, на что следует реагировать, кап-три отправил спать и его.       – Есть первые успехи, – произносит командир Циклона, заходя в помещение.       – Это радует, только вот, – Тарасов устало пожимает руку вошедшему, – мы все валимся с ног, нас просто загоняют.       – Нет, Борь, вот тут ты не прав. У нас есть пара часов передышки. Мы с Физиком перехватили часть разговора и, судя по всему, инцидент на Гагаринской их слегка выбил из колеи. И у нас есть срок, сорок восемь часов до того, как что-то произойдёт.       – Срок это хорошо, конечно… Только вот что будет? А только ли оно одно?       – Цитирую дословно: «подтверждаю, транспорт будет через сорок восемь часов. Нужно подготовить площадку к приёму. И скажите Соколу, чтобы его люди были на связи. Последний инцидент на Гагаринской всех взволновал». И ещё они обсуждали «пакет», который обрабатывают и который не их забота.       – Кто у тебя самый бодрый?       – Лекс и Птах, вон, ребята дрыхли, пока мы по лесам бегали.       – Это хорошо… – тихо произносит Тарасов, аккуратно выглядывая в окно и осматривая начинающие оживать улицы Питера.       Радость от того, что они напали на след, не сильно радовала, как в самом начале, а в груди уже начинал зарождаться противный скрежет. Они не опережают, всё ещё нет. Они догоняют, быстро, но, как кажется капитану третьего ранга, недостаточно. И ещё странно то, что до сих пор ни одна из структур не выказала ни содействия, ни противодействия.       И вот это настораживало намного больше. С другой стороны, он до сих пор действующие сотрудники спецслужбы с весьма широким спектром полномочий. Надолго ли, другой вопрос.       – Лёша, давай так, до девяти утра отбой. Своих поставь на караул, этаж ниже, этаж выше, благо, две лестницы из трёх завалены хламом из-за ремонта, там чёрт ногу сломает. – Бизон дотрагивается до рации, – Мура, ты с Иглой? Отлично. Займи сестринский пост, дальний. Да, ничего не исключаю.       – Думаешь, заявятся?       – Слишком открыто – вряд ли, но что-то они сделают. Но они у нас в слепой зоне и не отрицай это, их возможности мы уже прочувствовали, что на Гагаринской, что раньше. У них было время подготовиться.       – Понял тебя. Тогда как, отбой?       Тарасов лишь кивает, наблюдая, как Астанин выходит из помещения, затем прислушивается к внутреннему голосу. Был бы Батя рядом, или Рита, было бы намного проще, а так, все решения принимать самому, а опыта в борьбе с таким противником у Бизона практически не было.       Передвинув пару поддонов в угол к стене, смастерив из них более-менее приличное лежбище, кап-три всё же ложиться отдохнуть. Им всем нужна передышка, хотя бы эта скудная пара часов. А дальше… Что-то будет дальше.                     08.00 Вилладжио Премиум       Мужчина сидел за походным столиком в одной из бытовок. Перед ним был отчёт о работе следственно-оперативной группы на Гагаринской, сухой текст, несколько фотографий. «Сокол» держал слово и информацией снабжал по мере возможности. Правда, он ничего не сказал о том, куда могли деться бойцы противника. Но информацию о том, что из его собственного отряда трое были мертвы он не просто знал, сам видел фотографии, отмечая профессионализм того, кто их нейтрализовал. И это не считая тех, кого потеряли под завалами КТЦ. В итоге, треть отряда ликвидирована, один у русской полиции. Он ничего не скажет, в этом мужчина был уверен, просто не сможет.       В соседней бытовке, один из техников, снимавший показания с оборудования, установленного по периметру, замер на пару секунд напротив монитора. Затем его пальцы буквально залетали по клавиатуре, выбивая строки кода, сличая данные и только убедившись в своей догадке, он достал рацию и вышел в эфир.       – Гриф, у нас гости побывали. – Донеслось до командира из рации, как раз когда он рассматривал архивные фотографии Смерча, – на данный момент работают два или три передатчика, сигнал слабый, сливается с нашими, оборудование профессиональное.       – Засёк, откуда?       – Пеленг у старой сосны в ложбине.       Гриф усмехается, откладывая фотографию Тарасова, объявился Смерч, весьма быстро стработал. Значит, они вполне боеспособны и очень опасны. А ещё, хорошо что он настоял в одной из бесед с Соколом на установке датчиков по периметру и спектральных сканнеров, которые партнёр предоставил под видом геодезического оборудования.       – Ничего не предпринимать по установленному месту, пусть думают, что мы их не видим. Запускай Стрижей, осмотрись.       С крыши практически достроенного коттеджа, используемого строителями как склад стройматериалов, практически бесшумно поднялись два дрона, зависли на секунду и взяли курс на лес. Они не жужжали, как гражданские модели – винты из более прочного и менее шумного материала, а двигатель в шумопоглощающем корпусе. Такие он видел у русских в Сирии, сейчас же они работали против своих создателей.       – В радиусе километра нет человеческой сигнатуры, около ложбины следы частотных помех и маленький тепловой след.       – Эмпу, – командир выходит в соседнюю комнатушку, – бери двоих, пройдись по следу. Ничего не отключать, не трогать. Просто посмотреть, своими глазами, как говорится. И позови Крипту.       Боец кивает, хватает со стола оружие и выходит прочь, а спустя пару минут в помещение заходит женщина, как обычно, с ноутбуком, следует за командиром во вторую комнату.       – Успехи есть?       – Небольшие. – На экране появляется карта Питера. – Мы смогли сузить список мест, где может находиться противник и это не радует.       – Даже так?       – Военно-морской флот. – Тихо произносит женщина, – вероятность того, что противник взаимодействует именно с этой структурой – восемьдесят процентов. Если это так, то наш партнёр помочь не сможет, слишком подставится, а рисковать он не любит.       – Данные от Пригова есть?       – Не те, что нас интересуют. Доступа к тому, что было в его структуре мы ещё не получили. Всё что можно, мы уже использовали. Он, кстати, и подтвердил вероятность нахождения противника и его взаимодействие с ВМФ.       – Свяжись с Соколом, мы меняет сроки, коридор должен быть через тридцать часов. – Гриф скользит взглядом по открытым окнам на ноутбуке, пересматривает карту, – свяжись ещё с нашими партнёрами, Таурус не должен ничего сказать. Он сейчас в полиции. Дальше… Есть Игла. Да, та самая, с которой мы много лет так плодотворно работали. Что у нас есть по ней? Куда она могла деться? Наблюдатель на Гагаринской сказал, что её забирала скорая.       Крипта нажимает на клавиши, поднимая из архива данные на свою бывшую коллегу. Два года назад информация про неё исчезла, никаких инфоповодов после не было, а сейчас вот, всплыла. В современном мире не показывать цифровой след – не просто залечь на дно, всё равно остаются следы от движения денежных средств, какие-то записи на камерах уличного видеонаблюдения, цифровой век практически не давал возможности исчезнуть.       Ответ находится тут же, стоит только копнуть в нужном направлении, до этого такой цели не было. Сейчас же – на экране появилось дело, проходившее тоже через КТЦ, и, как стало понятно чуть позже, только через него и какой-то суд в Санкт-Петербурге.       – Она отбывала срок, Гриф, по вот этим статьям. Срок – восемь лет в колонии строго режима, но она находилась в СИЗО.       – И её вот так вот запросто? Даже в нашем мире всё так легко не происходит.       – Гриф, могу предположить. – Крипта закрывает ноутбук, откидываясь на спинку стула, – структура, против которой мы работаем, имеет широкий спектр полномочий, её могли освободить под предлогом каких-то следственных действий по новым эпизодам. Ты сам видел, за что её взяли. Здесь это как красная тряпка, но здесь всегда ищут цепочку, или же, навешивают ещё, схожие преступления.       – Но хватки она не растеряла. Ладно, это лирика. Готовь оборудование и данные к эвакуации и подключись к обработке Пригова. Он должен сказать всё, что знает, без исключения.       Женщина выходит, он – следом. Останавливается на крыльце бытовки, вдыхая пахнущей хвоей и болотом воздух. Лес вокруг молчал, да и на самой площадке строящегося посёлка тоже было мало движений. Всё словно замерло на каких-то пару минут. Не застыл только разум, подсказывающий, что против них уже давно не просто противник из силовых структур. Такие действуют шаблонно, не зависимо от стран, с ними просто. Всегда и везде так было: знаешь – шаблон, значит уже на шаг впереди.       Сейчас же всё было иначе. И не без помощи Иглы. С ней он пересекался в Буркина-Фасо, Колумбии, Никарагуа и в ряде африканских стран. Работали бок о бок лет пять, не меньше, ещё до далёкого одиннадцатого года, когда она исчезла из Дайнамикс в первый раз, правда потом вернулась, такая же, лихая, хитрая, изворотливая. Только по своей специальности реже работала, только промышленные взрывы, на разработках шахт, либо снос зданий. За остальное бралась намного охотнее. И поговорить с ней было о чём.       А потом она вновь исчезла и на этот раз докопаться до неё не получилось. Даже финансы, которые были под контролем Дайнамикс, просто лежали на своих счетах в нескольких банках. И теперь вот. Нежданно. Он ведь не сразу поверил, когда его бойцы говорили, что видели её около разрушенного КТЦ, а потом не поверил, когда они сказали, что она помогла выбраться противнику из нескольких засад. Поверил окончательно только после инцидента на Гагаринской. Да, его бойцы почти сразу начали адаптироваться под новые условия, правда это занимало слишком много времени, изначально предполагалось воспользоваться уже созданной без них инфраструктурой, спасибо партнёру, и тихо уйти. Но после каждой потери бойца ставки росли. Теперь же на пути к выходу в безопасные нейтральные воды и в страны на том конце земного шара стоял Смерч, да ещё с ней. Тарасов, а он становился главным после такой ликвидации, поступил действительно хитро. Бывшая наёмница знала их методы, мыслила не как спецназ.       – Ладно, так даже интереснее, – произносит он в молчаливое и тихое утро, возвращаясь в бытовку, – охота на достойного зверя – лучшая из игр.       Главное, не заиграться и подготовиться к отходу. Коридор будет готов чуть больше, чем через сутки. За это время надо отвлечь противника, распылить его силы. Эта база – добротоный посёлок, почти выполнила свою задачу. Время двигаться дальше.       – Босс, – раздаётся из рации, – Стрижи вернулись, группа – тоже. Обнаружено оборудование, хорошо замаскировано, активно.       – Значит, они ещё вернутся. И мы их будем ждать. Эмпу, усиль охрану периметра, готовь запасной путь эвакуации. Я свяжусь с партнёром, попрошу содействия.       Идея появилась сразу же, тем более что таинственный Сокол не просто держал слово, он выполнял свои обязательства от и до, даже порой идя на уступки со своей стороны. Значит, и сейчас согласится с тем, что в данном посёлке необходимо срочно проверить, как идут строительные работы, как соблюдаются меры промышленной, или пожарной безопасности. Из этого выходит, что вскоре на территории будет много людей, «своих», что создаст и суматоху, и позволит спокойно вывести из-под удара свою группу с ценной информацией и находящимся здесь Приговым в запасное, хорошо оборудованное место.