HQ-драбблы

– Привет, я – дьявол, – говорит дьявол и улыбается. Он возвышается над Ивайзуми, который присел на корточки и вообще-то был занят рассматриванием жука в лупу. Ивайзуми недовольно косится на дьявола. У того широкая самодовольная улыбка, прямая гордая осанка, немного вздернутый подбородок. И даже черный плащ с красной подкладкой есть. Дьявол упирает руки в бока и выжидающе смотрит. – Привет, – буркает Ивайзуми. – Я Ивайзуми Хаджиме, – и отворачивается. Жук под лупой интереснее, к тому же, он в любой момент может уползти, а Ивайзуми еще не рассмотрел его как следует. – И все? – дьявол звучит растерянно. Ивайзуми краем глаза видит, как у него немного поникают плечи, а улыбка чуть тускнеет. – Ну, – Ивайзуми склоняется ближе к земле, зажмуривает один глаз, – еще я занят, – жук чуть отползает, но все-таки остается сидеть на пне, где его и нашел Ивайзуми. В лупу хорошо видно, как переливается синим и зеленым панцирь – а так-то он казался совсем черным! – А чем? – дьявол тоже приседает на корточки. Ивайзуми снова неприязненно на него косится. Когда дьявол ловит взгляд, то тут же расправляет плечи, старается смотреть как бы сверху вниз, свысока. Но улыбка у него уже какая-то не такая наглая. – Ну, мне хочется знать, какими мелкими делишками занимаются простые смертные, – добавляет дьявол. Ивайзуми громко смешливо фыркает, и улыбка совсем сходит с лица дьявола. Он обиженно поджимает губы и запахивается в плащ. – Ну и ладно, – и даже отворачивается. Ивайзуми тяжело вздыхает, прямо как мама, когда он сам что-нибудь учудит. – На, сам посмотри, – он несильно толкает дьявола в плечо и, поколебавшись, протягивает ему лупу. Вообще-то Ивайзуми обещал деду не выпускать лупу из рук и вернуть целой – больше такой у деда не было, да и, наверное, вообще ни у кого в деревне не было. Дьявол смотрит через плечо – все еще дуется, но глаза блестят, и он ерзает на месте. И все-таки берет у Ивайзуми лупу, с жадным интересом смотрит сквозь нее на пень. Только склоняется слишком низко, и потревоженный жук тут же взлетает, едва не ударив его прямо в лоб. – Ну кто так делает! – Ивайзуми раздосадовано всплескивает руками, резко поднимается на ноги и хлопает себя по бедрам. Ну вот, он ведь так и знал! Ивайзуми не знает: он больше злится или расстраивается. – Извини! – дьявол выглядит растерянно. Ивайзуми снова тяжело вздыхает и отворачивается. – Эй, – дьявол тянет его за штанину через пару секунд. – Ну что? – Ивайзуми опускает глаза, недоуменно моргает, а потом не может сдержать смех. Дьявол подносит лупу то к одному глазу, то ко второму, то вообще ко рту, и кривляется. Выглядит это ужасно по-дурацки и ужасно смешно. Ивайзуми хохочет и плюхается на пень. Дьявол садится рядом. Он опять улыбается, только на этот раз по-нормальному. Просто так – как улыбаются люди, когда им хорошо. – Так, – дьявол возвращает Ивайзуми лупу, и тот затыкает ее за пояс, чтобы не потерять и не разбить, – ты правда Ивайзуми Хаджиме? Вот так просто? – А что еще? – Ивайзуми перестает смеяться и пожимает плечами. – Ну, ладно. Тогда я Ойкава Тоору, – дьявол приосанивается, поправляет плащ, явно копируя кого-то взрослого. – Дьявол Ойкава Тоору, – все-таки добавляет он и указывает на аккуратные рожки, которые торчат из густых каштановых вихров. – Я вижу, – хмыкает Ивайзуми. – Я думал, может, ты не просто Ивайзуми Хаджиме, а, например, какой-нибудь колдун. Или принц. Или, может, охотник. Или… – он прерывается, потому что Ивайзуми снова не может сдержать смех. И дьявол Ойкава Тоору тут же готовится снова надуться, но Ивайзуми машет рукой: – Принц! Ну надо же, ты тут, что ли, принцев ищешь? – он хлопает Ойкаву по плечу и вытирает глаза. – Откуда мне знать, кто у вас тут в лесу бродит, я тут раньше не был, – вздыхает Ойкава. И до Ивайзуми вдруг доходит: – Ты что, заблудился? – Нет! – Ойкава тут же вспыхивает. Ивайзуми скрещивает руки на груди и ухмыляется. Ойкава весь раздувается от негодования, набирает в грудь побольше воздуха, но ничего возразить не может. Зато вокруг него взрываются крошечными фейерверками искорки. Одна попадает Ивайзуми на коленку и легко прожигает льняную штанину. Тот не знает, возмущаться или восхищаться, потому что выглядело это очень круто. – Ай, – Ойкава хлопает себя ладонью по лбу. – Я случайно, честно! Все время так, когда внутри, знаешь, бурлит. – Когда злишься? Радуешься? Плачешь? – перечисляет Ивайзуми, и Ойкава на все кивает. – Если сильно. – Понятно, – это интереснее даже жуков, так что Ивайзуми решает даже не обращать внимания на дырку в штанине. – Хочешь, отведу тебя, куда надо? Я весь лес знаю. Он маленький. Там, – он указывает за спину, – моя деревня. А если вперед, то выйдешь к горе. – Точно! – Ойкава быстро вскакивает, и плащ у него красиво развевается. – Мне надо к горе. Там замок, знаешь? – Замок властелина тьмы? – Ивайзуми недоверчиво изгибает бровь. – Нет, – поза Ойкавы снова становится важной. – Замок Властелина Тьмы, – он выделяет каждое слово, а потом улыбается и тычет себя большим пальцем в грудь. – Хотя технически я еще не вступил в права наследства, – уже простым обыденным тоном добавляет он. – Ладно, – Ивайзуми тоже встает. Пока они идут к горе, Ойкава не замолкает. Все время рассказывает про Тьму, про свой – технически еще нет, но все равно – замок, про колдовство, про то, что Ивайзуми обязательно надо стать кем-то «не просто». Вокруг Ойкавы снова искрит. – Ну хорошо, стану кем-нибудь, – отмахивается Ивайзуми. – Рыцарем, – ляпает он первое пришедшее на ум, а потом задумывается. Вообще-то стать рыцарем было бы неплохо. И Ивайзуми уже может сносно ездить на лошади – рыцарю это точно пригодится. – Здорово, – Ойкава чуть не прожигает ему дырку еще и в рубахе, но Ивайзуми вовремя отскакивает. – Я поработаю над этим, – извиняющимся тоном обещает Ойкава и обнимает Ивайзуми на прощание. Потом будто спохватывается, отходит на шаг, взмахивает плащом и важно кивает. Ивайзуми с улыбкой пихает его в плечо. Ойкава окликает, когда Ивайзуми уже отходит на добрых тридцать шагов, догоняет его. – Стой, а как я тебя потом найду? – Мы живем минутах в двадцати друг от друга. Ну, в тридцати, – Ивайзуми чуть закатывает глаза и машет рукой в сторону леса. Он совсем маленький, и деревня прямо с другой стороны. – О, точно. Я еще выучу дороги, мне же тут жить, как хозяину Замка. Ойкава держит слово и правда запоминает все дороги. Ивайзуми тоже держит слово, но его дело требует больше времени. – Ива-чан, – Ойкава обходит его по кругу, щурится от бликов – солнце отражается в начищенных доспехах Ивайзуми. – Надо же, – только и говорит он, а сам широко улыбается и кусает губы. – Не просто «Ива-чан», – Ивайзуми усмехается. – А рыцарь. Рыцарь Ивайзуми Хаджиме. Ойкава счастливо смеется, а потом вдруг резко перестает, когда Ивайзуми опускается на одно колено и берет его за руку. Ойкава уже лет десять как не искрил от переизбытка эмоций, перерос это и научился контролировать. Но сейчас крохотные искры опаливают Ивайзуми ресницы, когда он целует пальцы Ойкавы.