Предубеждения - не гордость

Уже было лучше. Гораздо лучше, чем вчера и тем более позавчера. Белль понемногу приходила в себя. Злости не было ни на отца, ни на Гастона, ни на хозяина. Она их всех предельно понимала и пыталась оправдать. И в конце концов - знала же, на что идёт. "Будь сильнее, ты спасаешь своих родных самим фактом своего существования в этом замке", - говорила себе она, вытирая пыль. "К тому же, твой хозяин на редкость добр с тобой, тебе безумно повезло, даже не смей доставлять ему ещё больше неудобств!" Так она третировала себя и подгоняла, выдворяя дурные мысли прочь. Принцесса подпрыгнула от неожиданности, вытирая перила парадной лестницы, когда входная дверь скрипнула по мрамору, отворяясь. Сюда никто в здравом уме не приходил, тем более так нахально. Первый на её памяти и последний был Гастон, и его визит нельзя было назвать удачным. В холл, мерно цокая каблуками высоких туфель, вплыла дама. Её чёрный наряд соблазнительно обтекал шикарную фигуру, несмотря на то, что женщина явно была уже зрелая. Смелое декольте открывало вздымающуюся грудь слишком дерзко, чтобы не заглянуть в него. Длинные чёрные волосы убраны в замысловатую причёску так, чтобы полностью открыть безупречный овал лица, с которого, на Белль взирали два уголька удивлённых глаз. Обведённый красной помадой рот сжался в презрительной усмешке, но тут же расправился. Девушка почувствовала себя гадким утёнком рядом с этой дамой, от которой за версту несло сексуальностью, властностью и магией. - Девочка, а где твой хозяин? – Бархатно пропела «дама». «Горничная» растерялась. - А, он… Эм… - Я тут, – раздался высокий неприятный голос за спиной принцессы, и она поёжилась. Лимит колдунов на такую маленькую площадь для неё был превышен. Румпельштильцхен взглядом указал Белль уйти, и она с радостью послушалась. – Что тебе нужно, Реджина? Женщина в чёрном усмехнулась и прошла глубже в холл. Чернокнижник внимательно следил за ней, спускаться не спешил. - Я ждала тебя. Но почему-то ты не прибыл в назначенный срок. – Она говорила ровно, не обвиняя, скорее констатируя факт. – Хотела связаться, но зеркала в твоём доме такая редкость. – Она остановилась и, гордо вскинув голову, с усмешкой поинтересовалась, как бы между прочим: – Что это за юная особа? Твоя новая безделушка? - Горничная. Очень толковая, хочу заметить, тебе ли не знать, как сейчас туго с хорошей прислугой, – ответил маг, паясничая как обычно, он соизволил спуститься, стук его каблуков прекратился, когда он оказался у подножия лестницы. Опёрся на перила и, с видом, будто бы и не знает вовсе цель визита колдуньи, поинтересовался: – Что ты хотела? Лицо её ещё презрительнее скривилось. - Заклинание, Румпель. То, что ты мне обещал. - А, это! – Стукнул он себя по лбу и «облегченно» рассмеялся. – Оно ещё не готово. - Сколько можно? Я уже устала ждать! – Повысила голос дама, раздражение исказило её лицо неприятнее, чем презрительность. - Великая магия требует великих жертв, – сверкнул глазами хозяин замка, - Ничто не даётся легко и бесплатно! Придётся потерпеть ещё! Пока я не найду последний недостающий ингредиент. - Так ищи скорее! – В голосе Реджины всколыхнулось отчаяние. Румпельштильцхен только усмехнулся, наслаждаясь её злостью, нетерпением и жаждой мести. Такое чёрное, пустое, одинокое сердце… Вот бы ей такую же Белль, только в трико - глядишь и угомонилась бы. Разговор был закончен. Реджина грациозно развернулась и медленно пошла у выходу. - Что, даже чаю не попьёшь? – Поддел маг, колдунья усмехнулась через плечо. - Чай в твоём замке может выйти боком. И, Румпель... – Алые губы растянулись в почти блаженной улыбке, - Поосторожней с горничной. Юные красавицы не влюбляются в старых чудовищ. Лицо его почти не изменилось. Ни позой, ни жестом не выдало «чудовище», что ведьма попала в самое сердце. Ехидным взглядом он отвечал - честно, как на духу: «Я знаю».