Sugar, sugar

Это постоянная шуточка всех прилежных студентов по всему свету: классическая «думаю, мне нужно найти Сладкого Папочку» болтовня. Но дело в том, что, пока студенческая жизнь всё сильнее сказывалась на состоянии её банковского счёта, Маринетт Дюпен-Чен перестала смеяться и начала рассматривать её всё меньше как шутку и больше как… вариант. Всё более и более привлекательный вариант, в свете нынешних обстоятельств. Когда одна из её соседок (одна из тех трёх, с кем она сейчас делила квартиру в пятом округе Парижа), смеясь, предложила это как решение её ужасной финансовой ситуации, девушка невольно задумалась. Транспортные расходы, коммунальные услуги… даже суммы, которые она тратит на ткань, выходят из-под контроля. И теперь, когда её сбережения почти подошли к концу и выпуск маячил на горизонте, мысли о праве взять студенческий кредит сейчас, когда она уже почти получила диплом, тревожили и терзали Маринетт. Это правда, Париж был особенно щедр, когда дело касалось предоставления доступного жилья и обучения. И правда, родители предлагали ей добавить средств со своего собственного скудного банковского счета, чтобы помочь преодолеть это последнее препятствие. Но так же, по правде говоря, Маринетт была упряма и была готова умереть, но сделать все своим умом. День за днем она трудилась в её смехотворно маленькой спальне, скрючившись над швейной машиной и кропотливо выполняя заказы, которые помогут ей пережить этот месяц. Она гордилась своей старательностью — черт, она бы не проучилась три года в школе дизайна, если бы не это! — но так же Маринетт гордилась собой, потому что могла понять, когда уже пора принимать меры. Она знала, что иногда выгоднее работать умнее, а не сильнее, так что идея иметь рядом кого-то, кто мог бы взять на себя тяжелые расходы её последнего года — привлекательная перспектива, если не больше. Был только небольшой вопрос, что ей придется отдать взамен… Маринетт считала себя образованной и уверенной молодой женщиной, так что она никогда бы не стала осуждать другую женщину относительно принятых ею сексуальных решений. И все же, Маринетт не знала, сможет ли она справиться с жизнью в череде физических отношений с кем-то, кто бы отплачивал ей за это деньгами. Годы учебы сотворили чудеса с её иногда-неуклюжим внешним видом (достаточно сказать, что она не была совсем новенькой в интимном мире спасибо-вам-большое), но всё ещё была не уверена, хватит ли у неё выдержки отважиться хотя бы носочком ступить в «сладкую жизнь». В конце концов потребовались тонны страниц поиска, бесчисленные часы внутренней борьбы (только сегодня, люди, смотрите бой-без-правил Нравственность против Разума!), и немного лести от одной рыжей подруги-слеш-подстрекателя, но Маринетт в итоге убедила себя начать трудный процесс вербовки Сладкого Папочки. 'Спаси Господи, если до моих родителей когда-нибудь дойдут слухи об этом…' Её путешествие началось, как и большинство трудных жизненных решений, в кофейне, с Альей. Почти год прожив сахарной жизнью, прежде чем отхватить хорошо оплачиваемую работу в местных новостях, её подруга имела огромный запас знаний и, возможно, была единственной, с кем Маринетт могла бы спокойно обсудить что-то подобное.  — Ну, расскажи мне всё, что я должна знать, прежде чем я продам себя за художественные материалы, — сказала Маринетт, проглатывая своё беспокойство вместе с глотком из маленькой кружки горячего шоколада (самого дешевого в меню). Её вопрос немедленно вызвал недовольство девушки напротив.  — Ладно, для начала, быть Сладкой Девочкой это не проституция, — отчитала её Алья, покачав головой, — так что выбрось эту идею из головы. По правде сказать, там, в мире, множество одиноких парней, которые заплатят тебе просто за ужин в их компании. Всё, что от тебя требуется, выглядеть симпатичной и проявлять интерес к их словам, и ты можешь просто закончить вечер с бесплатным ужином и карманными деньгами!  — Так, значит ты говоришь, ты никогда… не делала этого со своими… — Маринетт не была уверена как называть «покровителей» Альи. 'Это считается нарушением этикета, называть чужого партнера «Папочкой»? ' размышляла она, используя неопределенный жест рукой вместо слова. Похоже, ей придется многому научиться. — О, черт возьми, нет, — засмеялась Алья, — Я действительно отсосала один или два раза в моей жизни, но только потому что целилась выше. Она сцепила пальцы, адресуя подруге многозначительный взгляд. — Всё, о чем я говорю, ты можешь оставаться в чисто платонических отношениях, если тебе нужна мелочь. Но поскольку тебе нужно оплачивать многообещающую карьеру в мире моды…  — Ты не рассматриваешь вариант, что я найду старика, который возьмет меня под своё крылышко как дедушка и будет давать мне денег в обмен на приятные разговоры за чашкой чая?  — Ни за что.  — Я и не надеялась, — Маринетт вздохнула.  — Но это не значит, что ты сразу же должна пуститься во тяжкие квартала красных фонарей! — поторопилась заверить её Алья. — Есть миллион разных взаимовыгодных соглашений, которые ты можешь потянуть, с разным количеством… давай просто назовем это сладостью. Швея удивленно подняла бровь. — Хорошо, тогда расскажи об этих минимально-сладких вариантах, — попросила Маринетт, откинувшись в своем кресле, внимательно слушая речь Альи.  — Соглашения составляются по каждому конкретному случаю на одной основе, так что нет готовой формулы для Сладких Отношений, — объясняла репортер, — у меня есть один Сладкий Папочка, которому нравится вытаскивать меня раз или два в месяц для выпивки и грязных танцев, а потом подсовывать мне немного налички на выходе. У меня есть другой Сладкий Папочка, который наблюдает, как я убираю его дом голая пару раз в неделю, а за это он оплачивает мои счета за электричество со своего счета. У меня есть Сладкий Папочка, который ежемесячно дает мне денег на карманные расходы и дарит мне подарки каждый раз, когда прихожу, чтобы провести с ним ночь. Алья остановилась перевести дух, пока Маринетт обрабатывала новую информацию.  — Я говорю, это только общие примеры того, что я называю взаимовыгодными соглашениями, — обратила внимание Алья. — Важно обсудить твои условия с любым потенциальным кавалером заранее, таким образом вы начнете отношения с четким пониманием ожиданий друг друга. Как на настоящих свиданиях, общение это ключ, когда доходит до сладких свиданий, так что обещай мне быть умницей и выбрать парня, который готов слушать то, что ты хочешь сказать.  — Найти парня, который слушает, поняла.  — Это не должно быть очень сложно — большинство Сладких Папочек похожи в своем милом стремлении понравиться. Отсюда подарки и желание портить. Маринетт крутила в руках чашку. — Я почти боюсь спрашивать, но… пожалуйста, поподробнее об этой испорченности.  — Ну, видишь ли, — произнесла Алья, размахивая руками, будто читая Шекспировский монолог, — быть Сладкой Девочкой иногда ощущается как круглосуточная работа, особенно если ты жонглируешь несколькими Папочками. Но испорченность стоит того. Я ухожу в шоппинг загулы, я напрашиваюсь на массаж, я разговариваю с одинокими мужчинами, которые просто хотят тратить своё время на симпатичных молоденьких девочек.  — Звучит так, словно это может быть очень странным…  — О, конечно, может, но, если ты найдешь Папочку, с которым тебе комфортно, процесс баловства может стать действительно приятным опытом. Например, однажды я была партнером мужчины далеко за 40. Он был тихоней, разведенным юристом, а выглядел он настолько непримечательно, но, черт возьми, он был щедрым. Когда мы впервые заключили наше соглашение, он ясно дал мне понять, что не будет принуждать меня к чему-либо, что он просто хочет оплачивать мои кредитки и делать мне массаж раз в неделю в обмен на отзывчивого слушателя в моем лице…, но должна сказать тебе, Мари, у этого мужчины волшебные руки, и прошло не больше месяца, прежде чем я действительно спросила, не хочет ли он сделать наши отношения более интимными! — Алья засмеялась, качая головой, словно с трудом верила в свою собственную историю. — И с тех пор я получала не только потрясающий массаж и довольно средний член вечно напряженного, но милого адвоката, так же я уходила домой на 500 € богаче каждый месяц. Лучшее соглашение, которое у меня когда-либо было! Голова Маринетт немного закружилась, пока она переваривала полученную информацию. Она никогда не думала, что так много сложностей будет связано с такой, казалось бы, легкомысленной идеей, но теперь оказалось, что её решение найти определенные указания было правильным, и она была благодарна, что не стала слепо прыгать во всё это. Их беседа продлилась ещё где-то полчаса, Маринетт задавала вопросы, пока им не пришлось наконец расстаться и вернуться к своим обязанностям, но ушла она куда более осведомленной (и куда более спокойной) об идее Сладких Свиданий, чем могла себе вообразить. Что привело её сюда: склонившись над ноутбуком в два часа ночи, моля своих предков отвернуться, пока она регистрировалась на рекомендованном Альей сайте для так называемых «взаимовыгодных соглашений». Портал был очень популярным, насколько Маринетт могла судить, и рекламировался как самое безопасное и надежное место для поиска партнера, а тот факт, что каждый пользователь проверялся в фоновом режиме, немного помог успокоить её постоянное беспокойство. После почти часа заполнения своего профиля, сочиняя и переписывая свою биографию и бесконечно загружая свои фотографии, Маринетт наконец распрямилась, чтобы оценить свою страницу. Её условия выглядели желанными, но не отчаянными, смешными, но не сумасшедшими, уверенными, но не строгими. Девушка, которая знает, чего хочет, и знает, на что она готова пойти ради этого… Не принимая в расчет тот факт, что ей ещё предстояло решить, как далеко она готова зайти в своем «соглашении». Как только она осталась довольна, Маринетт решила прикрыть лавочку на ночь. Скользнув на свою двуспальную кровать, сопровождаемая суровым скрипом пружин, она размышляла о том, что предстоит этой новой «выставлена-на-продажу» себе. Этой ночью ей снился похотливый старый мужчина, засовывающий смятые банкноты ей в руку.

____________________________

В противовес общественному мнению, Адриан Агрест сейчас был довольно уверен — его можно классифицировать как неудачника. Вот он, на пике своей юности субботним вечером, ему 21 год и он ест хлопья в своей пижаме, пока его лучший друг (который оказался крошечным, антропоморфным котом-богом) дремал на спинке дивана. Неважно, что его лицо красовалась на обложке каждого престижного фэшн-журнала, который только издается. Неважно, что его хлопья были каким-то цельнозерновым чудовищем привезенным из Тибета, чтобы быть насыпанными в его дорогую, ручной работы миску, или что его пижама имела дизайнерский ярлычок, пришитый к поясу. Неважно, что место, на котором отдыхал Плагг, была до глупого дорогостоящая мебель, расположенная рядом с полудюжиной таких же одинаково дорогостоящих предметов мебели в его бесполезно огромной квартире. Неважно, что он был идиотски известен за то, что просто позировал и улыбался (или дулся, полагаясь на фотографов). Просто. Неважно. Позолоченный неудачник всё ещё оставался неудачником, и он был 24-каратным одиночеством. Одиночество Адриану было не в новинку, прожившему почти всю жизнь под строгим надзором своего отца. Но теперь, встречая второй год своей свободы (он использовал этот термин в узком его понимании, ведь его расписание всё ещё находилось под полным контролем империи Агрест), Адриан томился под грузом своего одиночества. В конце концов, что не удивило вообще никого, двенадцать лет его домашнего обучения почти не научили его строить продолжительные взаимоотношения. И теперь Адриан обнаружил себя во внешнем мире, где устанавливать связи превратилось в тяжелую задачу для молодого человека. Кроме Плагга и Ледибаг (они оба были одинаково сбивающие с толку, потусторонние, и он до сих пор очень мало о них знал), у Адриана было немного людей, которых он мог бы спокойно назвать друзьями. Конечно, у него есть такие контакты как его бывшая девушка (не спрашивайте) Хлоя, или множество моделей и дизайнеров, с которыми его заставляли еженедельно общаться, но они не были теми, с кем он действительно хотел бы провести время. Такие люди, как дочь мера, были теми знакомствами, с которыми отец Адриана заставлял его общаться: бесполезные люди, люди со связями. Люди, которые чертовски, кошмарно скучны. После того, как его насильно кормили поверхностной фальшивой лестью почти два десятилетия, Адриан более чем устал от этого. Он хотел поговорить с кем-то, просто человеческое существо, которое помогло бы заполнить пустоту его дивана и есть хлопья из одной из тех семи мисок, что стояли нетронутыми на его кухне. Адриан хотел кого-то, вне зрения общественности, кого-то, кто не преследовал бы его, чтобы продвинуться самому, и кто проводил бы с ним время, просто потому что хотел этого. Что было очень иронично, ведь сейчас он регистрировался на сайте свиданий для Сладких Папочек. С его кругом общения (читай: богатых одиноких снобов), идея заключить «соглашение» не была совсем чуждой Адриану. Он не мог бы точно сказать, скольким молодым, привлекательным юношам и девушкам он пожал руки, пока они висели на стариках вдвое старше их самих. Индустрия моды была печально известна из-за постоянно меняющихся конфетных спутников, и на сладкие парочки не обращали внимания, хотя они и наводняли собой каждое шоу и банкет — но всё же, идея покупать чью-то привязанность всегда казалась Адриану немного коварной. Или так было до тех пор, пока он не услышал неожиданно откровенный разговор среди коллег-моделей неделю назад. Он начался так же, как и большинство их разговоров: просто бесполезная болтовня, пока Адриан и около четырех моделей за-двадцать-или-около стояли во время примерки и подгонки. Но в этот раз блондин не отвернулся немедленно, как только разговор зашел о Сладких Девочках, а прислушался и на самом деле обрел удивительное знание, пока его коллеги рассказывали истории. Первой вещью, шокировавшей Адриана, был их возраст. Когда он думал «Сладкий Папочка», он представлял некоего лысеющего шестидесятилетнего мужика с больной ногой и травмирующим расставанием в прошлом, а не супермодель на пике популярности. Тот факт, что даже молодые мужчины могут состоять в сладких отношениях, был тем, над чем он никогда не задумывался. Второй, и гораздо более удивительной вещью, которую от понял из разговора было то, что его коллегам похоже приносит искреннее наслаждение тратить своё внимание на партнеров. Адриан вспоминал как, облокотившись на подиум и недоверчиво подняв бровь, он слушал молодого парня рядом с ним — тот рассказывал как он проводил время, балуя свою Сладкую Девочку шоппингом и спа.  — Я имею ввиду, когда перед тобой все время заискивают, действительно приятно сосредоточиться на ком-то другом ненадолго, знаешь? — модель (Адриан не мог вспомнить его имени) сказал, устремляя взгляд в даль, прежде чем выпрямиться по команде своей швеи. — Не похоже, чтобы я тратил деньги на что-то получше, так что я не против помогать ей платить за квартиру — и, честно говоря, она такая искренняя во всем! Я не могу сказать, сколько раз она просто приходила остаться, делила со мной еду на вынос, и выслушивала мои проблемы несколько часов кряду, вообще ничего не ожидая. Я клянусь, моя Девочка — самый настоящий друг в этом смысле, и я наверняка закончил бы в полной депрессии месяцы назад, если бы не она. Тут Адриан не выдержал и вклинился в разговор.  — Откуда ты знаешь, что она не крутится вокруг тебя только из-за денег? — сказал он, удивляя коллег таким нехарактерным восклицанием. — Как ты можешь мириться с тем, что она рядом с тобой, только потому что должна? Вопрос прозвучал более враждебно, чем хотелось бы Адриану, но парень напротив просто пожал плечами.  — Может быть, она просто пытается использовать меня, но насколько это отличается от людей, которых мы каждый день встречаем на нашей работе? — ответил он. — Если быть честным, я действительно не возражаю, если моя Девочка должна клеиться ко мне из-за денег, потому что она хотя бы этого не скрывала с самого начала. Она не пыталась сначала стать моим другом, а потом просить об одолжениях, мы оба начали эти отношения, хорошо зная, чего хочет другой, и она дает мне это. Модель смотрел Адриану прямо в глаза, говоря открыто и спокойно.  — Ей нужны деньги, у меня есть деньги. Мне нужно дружеское общение, она мой собеседник. Мы помогаем друг другу, потому что хотим этого, и нам весело вместе. Как я могу жалеть об этом? У Адриана не было ответа. И у него до сих пор не было ответа, даже сейчас, а этот разговор так прочно засел в его голове на всю прошлую неделю или около, что он так и не смог выбросить эту идею из головы. Она казалась такой привлекательной, а объяснения модели делали всё гораздо менее сложным, чем изначально представлялось Адриану. «Мы помогаем друг другу, потому что хотим этого, и нам весело вместе.» Теперь это казалось выполнимо — даже умно — и, возможно, поэтому Адриан обнаружил себя прочесывающим сайт Сладких Свиданий в чертов-час-утра, пока его квами дремал. Он зарегистрировался на сайте несколько дней назад и с тех пор находился в поиске. Чтобы сохранить некоторую анонимность (о, пресса сорвёт огромный куш, если обнаружит его профиль), Адриан до сих пор не загрузил свою фотографию. Его нежелание показывать свое лицо уже ожидаемо отпугнуло нескольких потенциальных партнеров. 'Ну, ничего не поделаешь', — думал он, наблюдая, как ещё один из его контактов отсоединился. — 'Бог знает, каких гарпий я привлеку, если они узнают что я модель с билбордов на Пятой и Главной.' И хотя это разочаровывало, Адриан не мог правда винить отказавших. Несмотря на прошедшую проверку и весьма красноречивую биографию, он должен был признать — отсутствие фотографий действительно добавляло его профилю жутковатую атмосферу. Будто он был одним из тех извращенцев в длинных пальто, поджидающим свою следующую жертву в кошмарной смертельной ловушке. Он беззвучно надеялся, что компания не была настолько плоха. Было уже пять часов утра, в окна пробивался слабый свет, освещая его похожую на пещеру гостиную, и это освещение только подчеркивало, насколько пустым было это пространство. Будучи немного неуверенным, Адриан собирался спать, когда лениво нажал на вкладку с новыми участниками, уже скорее по привычке. Страница обновлялась довольно часто, новые лица выскакивали каждые несколько минут, и молодому человеку пришлось пролистать немного вниз, прежде чем его взгляд зацепил приятно выглядящий профиль. Под изображением мило улыбающейся девушки, которая выглядела не старше его, была подпись «Студент-дизайнер ищет друга :)» — и, черт побери, если это не была судьба. Утоляя свое любопытство, Адриан открыл её страницу, чтобы прочитать её биографию. «Привет, меня зовут Маринетт, я выпускница колледжа и полный новичок в этом мире сладких свиданий. Я живу в Париже всю мою жизнь и сейчас учусь дизайну одежды в IFA*. Мои дни в основном заняты учебой и работой (я шью на заказ в перерывах от работы над моей собственной коллекцией), но в свое свободное время я люблю ходить на фермерский рынок или в кино. Я ищу человека, который разделял бы моё мировоззрение и помог бы мне поддержать моё увлечение, а я в свою очередь готова поддержать его любым доступным мне способом. Не стесняйся, напиши мне! <3» Ну, ничего настораживающего он пока не увидел. В любом случае, Адриан оживился, увидев био, которое не было бы чересчур сексуальным, как всё, что ему попадалось до этого. Простые, но милые предложения, похоже, отлично подходили под фотографии. 'Маринетт', — произнес он про себя, словно пробуя имя, просматривая её фотографии. У Маринетт были темные волосы, длинная челка падала на её прекрасные голубые глаза, а бледная кожа была покрыта легкими веснушками. Половину её фото составляли селфи, зато остальные были фото в полный рост, что давало Адриану представление не только о её стройном телосложении (не то чтобы он он смотрел на неё только так — он был джентльменом, в конце концов), но так же о её ярком игривом гардеробе. Отдавая долг её специализации, у девушки было острое чувство стиля. Может, это из-за того, что он не выспался, но Адриан почувствовал, как глупая улыбка появилась на его лице, когда он увидел её фотографию в розовых резиновых сапожках, прыгающей в лужу, а лицо её было готово засмеяться. «Милая» казалось неправильным словом — «милая» скорее подходило для общения влюбленных в средней школе — но Адриан изо всех сил пытался найти подходящее слово, чтобы описать эту совершенно очаровательную девушку. Он выбрал «искренняя». Маринетт выглядела, как искренний человек, как кто-то, кто действительно умеет танцевать под дождем. Она казалась именно тем человеком, который нужен ему в урагане его жизни. Она казалась солнцем. 'Так, успокойся, Джейн Остин', — одернул себя Адриан, отодвигая подальше свои чересчур сентиментальные мысли и нажимая кнопку «сообщение». — 'Может, поговоришь с ней немного, прежде чем кинешься писать сонеты её красоте'. Он сделал себе мысленную пометку перестать есть после полуночи, так как его поздние ужины наверняка превратят его в размазню. Его сообщение было коротким и куда менее слащавым его мысли. Быстрое «Привет, меня зовут Адриан. Как ты?» 'Кажется, это не должно её испугать', — решил он, зевая, и выглянул в окно только для того, чтобы увидеть краешек встающего солнца. Адриан охнул, поставил миску в раковину отмокать и беззвучно благодарил, что ему не нужно никуда идти до шести часов вечера. Последний раз взглянув на Плагга (как он умудряется спать целых двенадцать часов?), парень наконец дотащился до своей комнаты и практически свалился на свою огромную королевскую кровать. Ему снились голубые глаза и розовые резиновые сапожки.

____________________________

 — Я думала, ты обещала мне поступать умно! — Алья причитала по телефону. — Ты обещала мне подумать головой!  — Я подумала головой, — ответила Маринетт, поморщившись от громкости голоса своей подруги. — Я нашла парня, который слушает, прямо как ты и сказала! Её заявление было встречено насмешкой. Прошло три дня с их встречи в кафе, и три дня с тех пор как Маринетт сделала решительный шаг и зарегистрировалась на сайте сладких свиданий. Для новенькой сладкой девочки вещи стали происходить очень быстро. Не прошло и 24 часов, а её входящие были полны сообщений, большинство из них немного напрягало её, пока она просматривала их. Почти все были стандартными приветствиями и представлениями. Некоторые были более — кхем — настойчивыми в своем содержании, но Маринетт разбиралась с ними довольно быстро. Другие были совершенно непонятными, и были так же бесцеремонно удалены. После того как она избавилась от доброй половины нет, всё зависело только от просто просмотра профилей её потенциальных да и выбора лучших претендентов. Да, Маринетт придиралась (если уж она должна делать это, черт возьми, это будет на её условиях) и даже что-то вроде простого ощущения будущих сложностей было достаточно, чтобы отказать мужчине. Она удалила сообщение от Мистера «Позволь-Мне-Возить-Тебя-В-Круизы», так же как и от Сэра «У-Меня-Нет-Денег-Но-Я-Могу-Быть-Твоим-Наставником», ведь они слабо подходили для её целей. Она задержалась на Докторе (реальном докторе) «Люблю-Ходить-За-Покупками», но один взгляд на его фотографии только подтвердил её уверенность — она не сможет заставить себя флиртовать с кем-то, кто выглядел достаточно старым, чтобы быть её дедушкой. Поиск затягивался. Её входящие все больше и больше сокращались, запросы уменьшались, пока не осталось всего несколько, и — вопреки здравому смыслу — Маринетт задержала взгляд на мужчине без аватара.  — Адриан, — прочитала она, заходя в его профиль. Его био было хорошо оформлено, и всё остальное на его страничке казалось в порядке. Он был проверен, премиум участник и (предположительно) одного с ней возраста, но отсутствие фотографий всё ещё беспокоило Маринетт. Здравый смысл говорил ей не рисковать (как много ночей она провела за просмотром эпизодов Dateline** о похищениях анонимными извращенцами?), но неожиданно для себя Маринетт решила ответить на его приветствие. 'К тому же', — думала она, отправив практические аналогичные ответы двум другим мужчинам и выскочив из кровати, — 'одно сообщение не означает автоматически, что я заинтересована.' И она была права, одно сообщение ничего не значит. Так же и два. Конечно, к этому времени Маринетт отправляла десятое сообщение её безликому ухажеру, затем одиннадцатое…  — Ты нашла парня без лица! — отчитывала её Алья, проедая плешь на голове подруги. — Серьезно, Мари, я не думаю, что сказала тебе, но анонимные профили самые главные претенденты на отказ.  — Я знаю, что это звучит подозрительно — поверь мне, я знаю — но я не нашла никого, кто подходил бы под мои нужды так, как он! — Маринетт вздохнула, падая на свою смятую кровать. — Честно, он настоящий джентльмен, и он единственный, с кем мне было комфортно разговаривать.  — И тот факт, что ты даже не знаешь, как он выглядит, не беспокоит тебя? — с сомнением спросила Алья.  — Ты лучше меня знаешь, я не была слишком разборчивой, учитывая, как они выглядят, — Маринетт была невозмутима.  — Это просто подозрительно, вот и всё.  — Я уверена, у него есть причины скрываться. Алья хмыкнула — Что же, сомнения долой, какой он? Мне нужно хоть что-то знать об этом Адриане, если полиция начнет расследовать твое исчезновение и захочет составить портрет подозреваемого.  — О, ха-ха, — Маринетт закатила глаза, — ты просто комик.  — Ты знаешь, я такая, — Маринетт практически услышала улыбку Альи. — А ещё я любовь всей твоей жизни и твой лучший друг… так что, выкладывай. Маринетт отвечала очень осторожно, обдумывая информацию, которую получила в ходе их общения, прежде чем выдать ответ.  — Что я поняла пока, он очень одинок…  — Типично.  — Он сказал, что его работа практически не оставляет возможности для традиционных свиданий, так что он ищет более повседневных вещей.  — А ты уверена, что он не изменяющий муж? От них надо держаться подальше.  — Я так не думаю, — сказала Маринетт, покачав головой. — Он говорит, что ему двадцать один, и я думаю, он слишком юн для роли неверного супруга. Вопрос: он дал мне свой номер, так что нам не придется иметь дело с лагающей почтой. Должна я написать ему?  — Хххммм, — Алья задумалась на том конце провода, — раньше мне всегда было удобнее переписываться, но это дело каждого. То есть ты серьезно намерена встретиться с этим парнем или что?  — Я… думаю, я намерена? — ответила Маринетт осторожно, вцепившись в своё одеяло в нерешительности. Пока что Адриан был более чем радушен с ней все эти дни их общения, но она не могла справиться с беспокойством при мысли, что ей действительно придется встретиться с ним. Эта идея делала всё слишком реальным. — А что ты делаешь на первом сладком свидании?  — В основном, то же, что ты делаешь на любом первом свидании, — сказала Алья. — Ты должна узнать человека, почувствовать его и затем решить, в какую сторону вы будете двигаться.  — Ах, я ожидала, что это будет больше похоже… ну…  — Похоже на собеседование? Нет, переговоры лучше отложить на второе свидание, после того, как вы оба примете решение, что хотите заключить соглашение. Первая встреча с Адрианом должна быть совершенно обычной, а после вы можете озвучить свои условия и обсудить логистику. — пауза. — Так что ты думаешь? Маринетт обдумывала слова, кусая нижнюю губу, прежде чем решительно заявила. — Я думаю, я встречусь с ним. — подтвердила она. — Я напишу Адриану вечером и назначу свидание.  — И… — спросила Алья её Мама-тире-Друг™ голосом. Маринетт усмехнулась.  — И затем я напишу тебе все подробности, так что ты сможешь следить за мной во время свидания.  — Вот это моя девочка! А теперь хватай этого сладкого мальчика!

____________________________

[ Привет, это Адриан? ] [ Да, предполагаю это Маринетт? ] [ Да! ] [ Привет, Маринетт, я рад, что ты решила написать мне ] [ Ага, эта история с е-мейлами начала немного утомлять, так гораздо быстрее. ] [ Согласен… ] [ Должен покаяться, я совершенно не представляю, что я делаю, и я извиняюсь, если я кажусь немного странным. Это всё в новинку для меня. ] [ О, спасибо господи, я думала это только я одна новенькая во всем этом. Честно говоря, ты первый кому я действительно ответила, так что поверь мне, когда я говорю что это я буду единственной странной. ] [ Ты выбрала написать мне (парню без фотографии) первым? Я одновременно польщен и немного сбит с толку??? ] [ Я решила что у тебя есть свои причины сохранять анонимность. Твой профиль гласит что тебе 21, так я предполагаю, ты не скрываешься от закона последнее десятилетие, и пока ты не серийный убийца… ] [ (вау, я действительно ужасна в этом) ] [ Не волнуйся, я был в бегах только последние три года, и за воровство, а не убийство. (ты не можешь быть в этом хуже чем я) ] [ По правде говоря, у меня что-то вроде… уникального лица, так что я подумал, что отсутствие фотографий поможет избежать трагедии. ] [ Я ненавижу давить, но… что ты имеешь ввиду под уникальным? Может не отвечать, если я нагрубила тебе. ] [ Нет, всё хорошо, я бы волновался, если бы не спросила. Я не урод или что-то подобное, просто слишком узнаваем, вот и всё. Скажу просто, что есть люди, которые могут устроить большой беспорядок, если они получат доступ к профилю для свиданий с моим лицом на аватаре, так что я решил сохранять анонимность. ] [ …я чувствую словно я только что заставил это звучать ещё более страшно чем было… Я могу отправить тебе фотографию, если это беспокоит тебя? ] [ На самом деле… Я надеялась, может ты хочешь встретиться? Тогда я точно увижу твоё лицо (если только на тебе не будет горнолыжной маски или чего-то подобного) ] [ Я был бы рад встретиться! Когда тебе удобно? (и я обещаю надеть маску только если наше свидание будет на горнолыжном курорте) ] [ Ох, ладно, ты НЕ серийный убийца. Я свободна все выходные, так что решать тебе. ] [ Как насчет субботы? Я освобожусь к шести. ] [ Суббота — отлично. Куда бы ты хотел пойти? ] [ Разве не я должен это спрашивать? ] [ Ох, да… Ужин и кино? ] [ Классический выбор, звучит весело! Есть пожелания о месте встречи? ] [ Как насчет, ты выбираешь ресторан и я выбираю кино? ] [ Договорились. Значит я пришлю тебе адрес и встретимся в субботу в семь часов? ] [ Звучит отлично, увидимся в выходные :) ] [ Увидимся в выходные :) ]

____________________________

Адриан никогда не ходил на свидания в старшей школе — по очевидным причинам — так что энтузиазм, который бурлил в его груди, пока он стоял у ресторана, был чем-то новым для него. Позже он будет изо всех сил искать вещи, которые волновали его (за исключением его прогулок в качестве Кота Нуара, Адриан не часто попадал в приключения сам по себе), но вся неделя прошла в постоянном ожидании свидания с Маринетт. И субботний рабочий день был благословенно короток, а это значит, что у него была куча времени добежать домой и страдать перед гардеробом, как второгодник старшей школы, который опаздывает на первую в этом году вечеринку. К счастью, волосы Адриана всё ещё были профессионально уложены с его последней фотосессии, так что это спасло его от трагедии. Но ему всё ещё надо было решить, что же надеть. 'Она студент-дизайнер', — думал он отчаянно, со вздохом переворачивая груды дизайнерской одежды. — 'Она узнает, если моя рубашка не сочетается со штанами, или мой пиджак сшит неправильно, или…' Для того, кто проводит свои дни в окружении именитых дизайнеров, Адриан точно потерял остатки разума из-за простого ужина. В конце концов он остановился на классическом образе: рубашка, темные слаксы, коричневые кожаные Оксфорды и пальто на случай октябрьских заморозков. *** Это был хороший образ. Чистый образ. Не успел Адриан подумать, что, наверное, он должен был надеть свой самый дорогой смокинг, как увидел её, девушку, с которой идет на свидание. Он прождал всего каких-то пять минут, прежде чем темноволосая девушка показалась из-за угла, в синем двубортном пальто поверх цветочного платья до колен, а её милое лицо узнавалось даже издалека. *** Ресторан, который выбрал Адриан, был слишком скромен для смокинга, а значит Маринетт не хотела быть одетой чересчур вычурно, и, хотя её образ был легким, знаменитости платили большие деньги своим стилистам, чтобы выглядеть подобным образом — из всех людей он единственный мог подтвердить это. Её естественная грация, то, как она шла по улице, её голубые глаза, которые искали его, и каблуки, что легонько постукивали по асфальту - все вместе заставили Адриана одновременно почувствовать себя прискорбно бледным и моментально пораженным в самое сердце девушкой, подходившей к месту их встречи. 'О боже, о нет.', — Адриан поднялся со скамьи, на которой устроился у ресторана в ожидании, натянув тщательно отрепетированную улыбку и подходя к растерянной Маринетт. — 'Она милая. Она очень, очень милая.' С каждым шагом ближе к её спине предвкушение Адриана увеличивалось. Когда он наконец набрался смелости тронуть её за плечо с дружелюбным «Привет», его сердце стучало как у вышеупомянутого второгодника. Маринетт обернулась на звук, лицо её озарилось улыбкой. — Привет… Её лицо становилось все более недоверчивым, пока она разглядывала его, большие глаза раскрылись ещё шире, словно пытались сбежать с её лица, и Адриан задержал дыхание, надеясь, что она не развернется и не сбежит. Он никогда до конца не понимал реакцию людей на свое появление, так что он научился просто мириться с этим. 'Она совершенно точно не ожидала, что ты будешь моделью', — напомнил он себе, принимая свою обычную позу, давая ей секунду на раздумья. — 'Просто дай ей время смириться с мыслью, что…'  — Ты! — вскрикнула Маринетт, шокировано глядя на него, — Т-ты же…  — Не супер-старый и/или осужденный преступник? — спросил Адриан с вежливой улыбкой, плечи его немного напряглись под её обожающим взглядом. Часть его надеялась, что она всё же не узнает его, но теперь Адриан понимал — это было совершенно нереальное желание, учитывая, что она учится моде. И живёт в Париже. И у неё есть глаза.  — Я собиралась сказать «Адриан Агрест», — произнесла Маринетт, моргая так быстро, словно это могло помочь ей прочистить мысли. — Но и это тоже. С легким смешком Адриан вытащил руки из карманов и протянул ей правую.  — Приятно наконец с тобой познакомиться… — он не закончил приветствие, и Маринетт поняла, что так до сих пор и не представилась должным образом.  — Маринетт Дюпен-Чен, — ответила она, протягивая свою ручку в белой перчатке и дружелюбно пожимая ему руку. — О-очень приятно познакомиться с тобой тоже. Официально, во всяком случае. Когда Адриан открыл рот чтобы снова заговорить, поднялся холодный ветер, и Маринетт вся задрожала. Он обнял её за плечи даже прежде чем успел подумать об этом, его джентльменская натура взяла верх, ведь его разум кричал «ЛЕДИ» и «ХОЛОДНО». Конечно же, в ту секунду, как он придвинулся, Маринетт напряглась от прикосновения, а Адриан осознал интимность их положения и быстро отодвинулся, краснея.  — Я… ммм… Прости за это, — сказал он, потирая шею. — Ты выглядела замерзшей, но я, наверное, просто должен был предложить пройти внутрь, да? Маринетт чуть покачала головой.  — Всё нормально, — она ответила, плотнее запахиваясь в пальто с легкой улыбкой. — Я быстро замерзаю. Думаю, мне стоило надеть сегодня что-нибудь получше…  — Ты выглядишь отлично, — поспешил заверить её Адриан, получив ещё один застенчивый кивок её темной головы. — Но, может быть, найдем местечко потеплее и продолжим разговор? Возражений не последовало. Начался ужин, и каким-то образом неловкость их свидания начала быстро рассеиваться, с тех пор как потекли разговоры и вино. Они говорили о своей работе, Маринетт увлеченно слушала, как он описывает свои многочисленные примерки, и Адриан удивлялся, когда она рассказывала о своём жестком расписании. Они говорили о своих любимых шоу, своих любимых играх, вещах, которые им нравится делать в свободное время. Адриан широко улыбался, слушая, как эта миниатюрная девушка расхваливает в деталях её самые кровавые убийства в Мортал Комбат, он наклонился вперед и оперся подбородком о свои руки, полностью захваченный рассказом. Широко размахивая рукой как настоящий драчун, Маринетт красочно описывала как хрустел позвоночник её врага, полностью полагаясь на воображение, прежде чем сообразила, что они посреди ужина в красивом ресторане, и, покраснев, закончила свою речь. Милая и гикнутая. Он пропал. Ко времени десерта (он будет молить своего диетолога о прощении позже), Адриан полностью освоился на свидании, его речь стала плавной и его плечи расслабились как никогда за последние месяцы. Возможно, годы. Присутствие Маринетт было одновременно успокаивающим и бодрящим, пока молодая девушка незаметно балансировала между своим спокойным Я и её более эксцентричной стороной. Её двойственность, её легкая уверенность и способность слушать, всё в ней похоже успокаивало его… и Адриан поймал себя на том, почему эти черты характера кажутся ему такими знакомыми. Когда они пришли в кинотеатр, что был на той же улице — а ужин съеден и напитки выпиты — это ошеломляющее чувство чего-то знакомого удвоилось, пока Адриан наблюдал, как пытливо смотрят голубые глаза Маринетт в поисках афиши с каким-нибудь экшеном. Она повернулась к нему, положив руку на бедро и спросила, хочет он или нет смотреть «МегаУдар» или хочет, чтобы она выбрала что-то понежнее. Вызывающий блеск в глазах (которым был слишком увлечен Адриан, соглашаясь) разбудил что-то в молодом человеке, странное чувство дежавю, которое преследовало его, даже когда они заняли свои места в темнеющем кинотеатре. 'Ты слишком много об этом думаешь', — говорил он себе, взволнованно ёрзая и не в силах удержаться от взгляда на довольную улыбку Маринетт, когда реклама прошла. 'Ты был бы чертовски уверен, если бы встретил до этого кого-то такого же, как она…'

____________________________

 — Постой, так ты серьезно первый раз смотришь фильм в кинотеатре? Где-то через два часа после того они впервые ступили под крышу кинотеатра, Адриан и Маринетт вышли с сеанса, оставив очки в пластиковой коробке, и направлялись в фойе. Адриан лишь пожал плечами в ответ на её вопрос, его сердце всё ещё приятно колотилось под впечатлением от зрелищного финала, пока они выбрасывали коробки от попкорна. Со всей пиротехникой и сложными гитарными соло МегаУдар их не разочаровал.  — Более или менее, — ответит Адриан, пытаясь вспомнить. В его строго охраняемом расписании не было времени для походов в кино, но на эту тему он сейчас не хотел рассуждать. Не теперь, когда им было так весело.  — Нет, вообще-то, беру свои слова обратно, — поправился он, подходя ближе к девушке, пока толпа подталкивала их к выходу. — Я появился на кинофестивале «Санденс», когда мне было семнадцать или около того, но, по большому счету, я просто прошелся по красной дорожке в одном из костюмов моего отца и высидел 90 минут фильма улитки-как-метафора-геноцида. — Маринетт с сомнением посмотрела на него, и он опять коротко пожал плечами. — Не самый мой любимый фильм.  — Могу себе представить, — сказала она, смеясь, когда они вышли на улицу через двойные двери. Адриан на секунду растерялся, уставившись на пробивающиеся через вечерний туман огни зданий. Пара вошла в кинотеатр когда начало едва темнеть и пробыли там всего несколько часов — выход на темную улицу немного озадачил его чувства.  — Ого, — сказал Адриан, глядя в беззвездное ночное небо, — я и не думал, что уже так поздно.  — На самом деле не поздно. — произнесла Маринетт, включая свой телефон, на котором светилось 9:36. — Просто темно. Девушка закусила губу, поплотнее запахиваясь в свое фиалковое пальто, и с беспокойством осматривая улицу. — Конечно, если бы я знала, что будет так темно, я бы попросила своих друзей забрать меня… 'Она ведь не думает серьезно, что я позволю ей идти домой в такое время, правда ведь? ' — думал Адриан, недоверчиво покачав головой.  — Не волнуйся об этом, я возьму тебе такси, — сказал он, ступая на обочину. Маринетт приоткрыла рот, на секунду собираясь возразить, но потом сложила губы в неуверенной улыбке.  — Ох, это… это очень мило с твоей стороны.  — Это меньшее, что я могу сделать для тебя, проведя такой потрясающий вечер.  — Я рада, что тебе б-было весело, — Маринетт ответила, чуть поморщившись на свое заикание. Если бы только это не показывало, насколько ей было неудобно, Адриан счел бы это заикание милым, даже очаровательным. Но поскольку это было так, он просто довольно кивнул ей, наслаждаясь, как в ответ на его улыбку она улыбнулась сама. 'Боже, какая же она милая…' — немного мечтательно подумал он, отводя взгляд от Маринетт, чтобы поймать такси, девушка как раз убирала прядь своих темных волос за ухо.  — Мне было весело, — Адриан произнес, подводя её к прибывшей машине, — и я был бы очень рад как-нибудь повторить. Знаешь, если ты тоже хочешь? Они оба знали скрытый подтекст его слов, оба знали, что повлечет за собой второе свидание, и на секунду вопрос тяжело повис в воздухе. Но всего на секунду.  — Абсолютно, — кивая, ответила Маринетт, её голос был тихим, но искренним. Улыбка Адриана стала ярче, и молодой человек выдал беззвучное «хорошо», а потом потянулся за своим бумажником под пристальным взглядом водителя. Будучи новичком во всей этой «сладкой жизни», Адриан не знал, чего ожидать от этого вечера, а результаты поиска в интернете были слишком разнообразны. Некоторые говорили, что первое свидание должно быть чисто деловым (обсуждение условий и всё), тогда как другие заявляли, что первая встреча должна быть веселой и обычной (время радоваться и баловать). Тщательно всё обдумав, Адриан решил положиться на свои собственные инстинкты, а по дороге к месту встречи остановился у банкомата, сняв наличных. Конечно, сейчас, здесь, очевидно выбирая из очень большой суммы денег, он понимал, что возможно поторопился. 'Ты не пользуешься ей' — напомнил себе юноша, борясь с волной стыда, накатившей из-за его внутренних устоев, пока он изображал что-то, как он надеялся, похожее на обычную улыбку. — 'Просто ведешь себя как джентльмен, и всё.' Глаза Маринетт лишь чуть-чуть расширились, когда Адриан (бубня что-то по «оплату проезда») передавал ей 100 € банкноту, но она не стала заострять на этом внимание, и парень был благодарен за это.  — Ладно, это должно безопасно доставить тебя домой, — натянуто сказал он, пытаясь правильно разрулить их первый (за неимением лучшего слова) перевод, и прислонился к капоту такси.  — О, несомненно, — таким же высоким голосом ответила Маринетт, — очень безопасно. Адриан почувствовал, как расслабляется, а его вымученная улыбка превращается во что-то более естественное, когда он увидел, как девушка прячет деньги в сумочку. — Можешь сделать мне одолжение?  — Всё что угодно.  — Напиши мне, когда доберешься до дома, — обратился к ней Адриан, стараясь не придавать её словам больший подтекст. — Просто чтобы я знал, что ты в порядке. Маринетт кивнула в ответ и на его вопрос, и в благодарность за то, что он открыл для неё дверь машины. В последнюю секунду она повернулась, не решаясь сесть в такси и награждая его признательной улыбкой.  — Доброй ночи, — сказал Адриан, стараясь не дрогнуть под её очаровывающим взглядом. 'Боже… она очень, очень милая.'  — Тебе тоже, — пробормотала Маринетт, желая добавить что-то ещё, на секунду он практически увидел это «к черту», промелькнувшее в её глазах. Девушка наклонилась вперед и легко поцеловала его в щеку, прежде чем прыгнуть в такси, быстро закрыв за собой дверь. Адриан наблюдал, как уезжает черный седан, его сердце колотилось о ребра, а он искал хоть какую-то опору, к которой можно прислониться. Воздух практически слышно шипел, соприкасаясь с его лицом, пока он сам пытался не загореться. Конечно, это не целомудренный поцелуй породил такую бурю эмоций в обычно уравновешенном Адриане Агресте. Нет, это были слова, которые Маринетт прошептала ему на ухо прежде чем отстраниться. Слова, которые принесли Адриану куда больше наслаждения, чем он когда-либо мог представить. Слова, которые, он знал, будут сидеть в его голове, пока она не произнесет их снова. Спасибо, Папочка… … 'Чёрт…' — сглотнув, подумал Адриан, запуская руку в свои растрепанные блондинистые волосы. — 'У меня… у меня что, кинк на Папочку? '