Цена доверия

Все присутствовавшие были ошарашены. - Тогда кто это, босс? - подал голос тщедушный конь из свиты. Ник усмехнулся: - Если вы выдаете себя за меня, даже используете мой паспорт, то почему мне нельзя? Мистер Белиэл почти пришел в себя, и, бешено вращая белками глаз, встал, показывая себя во весь рост. - Как ты посмел, Уайлд? Лис сгреб хвостом Джуди и ответил: - Захотелось. Вообще, я забыл здесь напарника. Пожалуй, я ее забираю и ухожу. Больше мне здесь делать, действительно, нечего. И, не опуская пистолета, потянул за лапку Джуди. Она прижалась к нему и умоляюще шепнула: - Ник! У них мои крольчата! - Доверься мне один раз, - тихо ответил он, и, держа на прицеле Белиэла, начал обходить его слева, направляясь к двери. Но конь явно не первый раз сталкивался с такими ситуациями, и быстро пришел в себя: - Живо! Схватить их! Уайлд остановился и оценивающе посмотрел на Белиэла. - Схватят они или нет, ты и первые двое будут трупами при любом раскладе. И я не шучу. Кто составит тройку призеров? Уже было поднявшиеся кони снова в страхе залегли между коробками. - Никакого от вас толку! - с досадой покачал головой босс. А потом встал спиной к двери и взвел курок, направляя оружие на Джуди: - Ты, может, и убьешь меня, но тогда твоей подружке точно конец. Я заберу ее с собой. Ник не изменился в морде, но все-таки остановился. - Лучше отпусти по-хорошему, Белиэл. Сюда уже едет полиция. Конь заметно занервничал. Кажется, он был близок к кипению. Пистолет, однако, не дрожал, а четко был нацелен в грудь крольчихе. - Я не отпущу вас, даже не думайте! Если вы хотите меня погубить - то пойдете к чертям вместе со мной! Над его головой дважды мигнула лампочка. Ник покосился на нее, потом посмотрел на Джуди. Никто больше не увидел, как он сжал ее лапу и чуть заметно кивнул в сторону. И когда лампочка снова мигнула дважды, в этот короткий промежуток, Ник и Джуди синхронно перекатились за сломанный комод, в котором мгновения спустя засели сразу три пули, а потом лис вытянул лапу и одним четким выстрелом попал в лампочку. В комнате поднялся жуткий переполох - все повскакивали с мест, заметались, ища укрытие и пытаясь покинуть помещение. Лис и крольчиха в это время, восхваляя свою родню до седьмого колена за небольшие размеры, ловко петляли под копытами, а Уайлд умудрялся еще и подножки раздавать. Поднялась пыль, полетели бумаги, послышался крик Белиэла с призывом ловить чертовых тварей - в этом безумном водовороте два небольших зверька с трудом пробивались к выходу. Благо, дверь была распахнута. Джуди почти ничего не видела, только крепко вцепилась в лапу Ника и следовала за ним. - Что с крольчатами, Ник? - еле слышно спросила она, когда они снова сплелись, перекатываясь, словно мячик, ближе к проходу. Лис подхватил ее, и, дожидаясь очередного возгласа, быстро шепнул: - Их уже здесь нет. Они скоро должны прибежать на станцию. - Ты чудо! - возликовала Джуди, и, спотыкаясь, бросилась за ним. С души такой огромный камень упал, что теперь лапки несли ее вдвое быстрее и легче. Если главная причина, по которой она позволила себя поймать, уже неактуальна, то можно смело бежать... выживать... и радоваться! В ее груди разлилось что-то теплое, и она обеими лапами уцепилась за Ника, не в силах сдержаться. Ей хотелось жить, и теперь она свою шкурку задешево не отдаст. И самая большая ее радость сейчас бежала с ней рядом, в борьбе за ее же жизнь. Он мог этого не делать, мог вызвать патруль, мог просто забрать малышей и убежать. Но нет - Уайлд не выбирает легких путей! И поэтому она сейчас все еще была жива. Дверь была близко. Они напоследок дали растянуться перед ней крупному коню, создавая препятствие для остальных, и как можно бесшумнее проскользнули в проем. Им оставалось немного: подняться по лестнице на минус первый этаж, обойти его наискосок и подняться по той самой лестнице, по которой он шел с крольчатами. Единственная сложность была в том, что на лестнице уже кто-то был: при приближении обнаружилось, что там дежурила пара козлов с рациями. Выглядели они внушительно, но по сути оставались козлами. Уайлд увлек Джуди за уже зарекомендовавший себя косяк двери, они вжались друг в друга и затаились. Нужно было что-то срочно придумать, или сзади их настигнут те кони, которые первыми выберутся из кучи-малы. - Куда дальше? – одними губами проговорила Джуди, прижимая уши к голове, чтобы стать менее заметной. Однако, она не дрожала. Ник чуть наклонился и спрятал нос за ее ушками. Джуди услышала еле различимый шепот: - Либо придумаем, как пройти мимо этих красавцев, либо вариант Б. Глаза крольчихи выразительно округлились. Ник усмехнулся и продолжил: - Главный вход замурован, но вверху есть маленькое чердачное окошко. Решетка ветхая, я успел расшатать ее. Можно выскользнуть там – но придется допрыгнуть. Джуди покосилась на неподвижных козлов и повернула голову к проходу на первый этаж. Однозначно, «красавцы» ей нравились меньше рискованных прыжков. - Давай через окно попробуем, - решилась она. Они еще раз огляделись и быстро шмыгнули к выходу. Холл был пуст, сер, и только слабый свет сверху показывал им направление. Ник потянул Джуди вбок, где к обрушенным выступам можно было добраться по каменным блокам, упавшим сверху. Они вскарабкались по ним до самого узкого выступа и, прижавшись спиной к стене, засеменили в сторону окна. - Осторожно, Морковка! – лис схватил ее за лапу и удержал: она едва не провалилась в темноте в дыру. Здесь выступ тоже был разрушен. Джуди негромко вскрикнула, но быстро отпрянула от края. – Придется прыгнуть. Здесь для тебя недалеко, но очень узко. Джуди попыталась разглядеть противоположный уступ, но ее зрение ей не позволило. - Ник… - робея, прошептала она. – Я бы допрыгнула, но я не вижу… Он вздохнул. Потом осторожно перебрался вперед через крольчиху. На какой-то момент она увидела его очень близко… Зеленые глаза слегка светились в темноте, и это и пугало, и восхищало. Знакомый аромат на миг коснулся ноздрей Джуди, и она внезапно успокоилась. Ей почему-то вспомнилось, как однажды в ходе расследования им пришлось заночевать в полуразрушенной хатке в самом центре Тропического леса. В ней не было дверей, окон, и только стог сена посреди единственной уцелевшей комнатки предоставлял какую-то защиту от холода. Ночью было очень темно: скрылась даже луна. Вокруг все щелкало, трещало, шипело – тропики жили своей обычной ночной жизнью, но она не была привычна ребенку морковных полей. Одно дело – гнаться за преступником, кататься на лианах или убегать от бешеного гепарда. И совсем другое – беззащитно уснуть посреди леса… «… - Эй! Ты чего не спишь? – негромко окликнул ее напарник. Джуди обернулась и увидела, что он проснулся и, приподнявшись на локте, внимательно смотрит на нее. - Ничего, - постаралась улыбнуться она. Некоторое время Ник продолжил пристально изучать ее взглядом. Джуди напустила на себя самый невозмутимый и спокойный вид, на который была способна. Он еще немного посозерцал ее бодро вытянутые уши, а потом без слов нашарил в сене прохладную от страха лапку и потянул на себя. Джуди сначала опешила, потом смутилась и попыталась вырваться, но дрожь всего тела выдала ее. - Я не… - начала она, но лис просто приложил палец к ее губам. - Сегодня я не буду называть тебя трусливой зайкой, - улыбнулся он ей в темноте. – У всех свои страхи. Спи, Морковка. И Ник бережно притянул ее голову к своей груди…» Тогда они лежали всю ночь вместе, и она долго не могла уснуть, слушая мерный стук сердца под ухом и вдыхая этот запах. Ощущение покоя и безопасности снова накрыло ее, и, когда лис окликнул ее, показывая примерно высоту и длину, на которую нужно прыгнуть, Джуди уже ничего не боялась. - Я тогда первый. Покажу примерно куда, и попробую подхватить, - шепнул он, а затем мгновенно перемахнул на другую сторону. Джуди внимательно всмотрелась в темноту. Впереди маячило светлое пятно – нос Ника. - Прыгай! – скомандовал он. И тут в комнату ворвался Белиэл со своими конями. Вспыхнули длинные лампы под потолком. Крольчиха испуганно вжалась в стену. На нее снова смотрело дуло пистолета, и на этот раз мистер Белиэл не медлил. - Прыгай! – завопил Ник, и, понимая, что она не успевает, бросился ей навстречу. Пуля попала в уступ под лапами крольчихи, и выкрошенный этой пулей кусок бетона, словно того только и ожидая, провалился под ней. С воплем, в полете столкнувшись друг с другом, Джуди и Ник полетели вниз. Падать было невысоко, но больно. Хоппс подняла голову, потерла ушибленную лапу и обнаружила, что лежит на лисе, который снова умудрился оказаться внизу. Он болезненно поморщился. Крольчиха испуганно вскочила с него, но беспокоилась напрасно: тот, пошатываясь, тоже встал и распрямился. Их окружили. В этот раз оружие было у троих, а мистер Белиэл прятал что-то за спиной. - Вот вы и попались, - удовлетворенно произнес он. – Я бы мог просто вас убить, но вы принесли мне столько беспокойства, что это было бы слишком большой наградой для вас. Я вижу, Николас, что ты совсем скатился – рискуешь своим хвостом ради шакальего обеда. Лис не удержался: - А что, мне нужно было продавать свой хвост за конский шашлык? Интересно, кому я бы мог этот шашлык толкнуть?.. Белиэл рассвирепел окончательно. Его звери собрались у двери, готовые к действиям. - Ты так ничего и не понял. Что ж, воспользуюсь изобретением моей старой доброй коллеги, да будут ее дни в тюрьме как можно менее мерзостными, - и он резко выдернул копыто из-за спины, в котором обнаружилось то, что когда-то повергло в безумие не один десяток хищников Зверополиса. Ружье с пулями горлодеров. - Мне не удалось вас рассорить окончательно, но что может быть приятнее, чем зрелище, как бывший друг разрывает свою подружку на кусочки? – с предвкушением произнес Белиэл, поднимая оружие и направляя на лиса. Тот попятился, но за спиной была лишь каменная стена. Кони мигом, как по приказу, покинули комнату. В помещении их осталось только трое. - И да. Здесь уже точно не ягоды, - усмехнулся босс. – Скажи «пока!» дяде Гриму, зайка! Раздался звук выстрела, а затем хлопок закрывшейся двери. Джуди вскрикнула, словно подстрелили ее, а не Уайлда, и в панике повернулась к нему. Ник лежал на полу, не двигаясь. Мышцы его бурлили, вздувались под кожей, только теперь это была не спланированная игра, и шерсть явно не нарочно так вздыбилась. Загривок лиса ощетинился, глаза открылись, и он вскочил на четыре лапы. Теперь он смотрел только на нее.