Путь к вершине

      Гондор и Рохан быстро откликнулись на призыв эльфийской владычицы. Очередное союзное войско прошло через перевал Кирит Унгол, соединилось с эльфийским и двинулось на юг.       К великой радости эльфов и людей, чем дальше уходили они от Ородруина, тем светлее становилось небо. Когда же первый солнечный луч пробился к ним сквозь редеющие пепельные тучи, взору Галадриэли открылась зелёная долина Нурна, с её многочисленными плантациями.       - Там трудятся тысячи рабов, - принялся рассказывать эльфам Фарамир. – Саурон пал, но его подданные всё ещё контролируют эту землю.       - Посмотрим, осмелятся ли они выступить против нас, - расхохотался Эомер. – Покончим с этим рабством раз и навсегда!       Отвыкший от солнца Леголас хмуро осмотрел распаханные поля, прикрыв глаза рукой. Впереди виднелись какие-то людские поселения, а ещё дальше простиралось огромное озеро Нурнен с неестественно голубой солёной водой.       - Тысячи рабов? – переспросил он. – А ведь всех их нужно будет чем-то кормить и куда-то пристроить.       - Самое главное – их освободить, - возразила Галадриэль. – И тогда они сами смогут вернуться домой.       - Вот только где их дом? – тихонько произнёс эльф, вновь уставившись на казалось бы прекрасную зелёную долину.       Как когда-то и предполагал князь Имрахиль, вступать в бой морэдайн вовсе не пожелали. Стоило западным войскам зайти в их поселения, и навстречу им бросались плачущие женщины с детьми да дряхлые старики.       - Пожалуйста, пощадите нас! – умоляли все эти люди. – Тёмный Властелин захватил наши земли и заставил служить ему! Он забирал наших мужчин в свои войска под страхом смерти!       - Ну, вот! Начинается! – проворчал Фарамир.       Галадриэль же внимательно осмотрела местные строения. Каменные дома морэдайн выглядели весьма добротными, и их хозяева явно не бедствовали. За окнами угадывались чьи-то физиономии. Не иначе, как те самые мужчины, «угнанные» воевать за Саурона. Неподалёку от хозяйских домов стояли бараки для рабов. Данные хлипкие постройки казались пустыми, но эльфийское зрение позволило мордорской владычице разглядеть в узких тёмных окошках какое-то движение. Похоже, что рабов предварительно спрятали.       - Я победила Тёмного Властелина! – громко объявила эльфийка, выйдя вперёд. – И теперь эта земля принадлежит мне! Хоть вы и врёте, но я не собираюсь уподобляться вашему бывшему хозяину. Я готова сохранить ваши жалкие жизни, при условии, если вы сполна возместите весь тот вред, что причинили нашим государствам!       - Да, госпожа! Всё, что вам угодно! – тут же запричитали женщины и старики.       - Прежде всего, вы освободите рабов. Прямо сейчас! – Галадриэль указала на ближайшие бараки. – Все ваши дома будут осмотрены, дабы вы не спрятали их!       - Но, госпожа, кто же будет работать на наших плантациях? – удивилась одна из женщин. – И потом, это вовсе не рабы! Это наши слуги! Они работают у нас добровольно, а многие и родились здесь…       - Как ты смеешь мне врать?! - прервала её эльфийка. – Моё слово отныне – закон для вас! Никто не будет рабом на моей земле! Теперь вы сами будете работать! А что касается мужчин, которых вы скрываете в своих домах, то все они должны добровольно сдаться!       Женщины принялись испугано переглядываться.       - Но что с ними будет, госпожа? – спросила какая-то старуха. – Вы ведь не казните их?       - Ваш народ служил Врагу многие тысячелетия! И вы должны понести наказание за это!       - Тысячелетия? – ахнула старуха. – Да он же при мне тут появился. Я ещё молодая была! А раньше мы про Саурона и слыхом не слыхивали. Разве что сказки какие-то в детстве…       - Да-да! – заголосили остальные. – Раньше мы были свободным народом. Если кто и служил назгулам, так они давно все на север Мордора ушли.       Признаться, Галадриэль несколько смутилась. Возможно ли, что старуха не врёт? Да, перед ней потомки тех самых чёрных нуменорцев. Но что они помнят спустя три тысячи лет? Они ведь не эльфы. Можно ли их обвинять в преступлениях столь далёких предков?       - Хорошо, я оставлю ваших мужчин в живых. Но они должны будут своим трудом искупить то зло, которое сотворили. Я заберу их с собой. Будут заниматься строительными работами, рыть реки и каналы. Когда я решу, что они искупили свои прегрешения, я отпущу их.       Краем глаза эльфийка заметила, как люди из её войска настороженно переглядываются.       - К тому же, вы отдадите всё ценное Гондору и Рохану, ибо оно добыто нечестным путём! – завершила она свою речь.       Среди воинов послышался одобрительный гул, а среди морэдайн, напротив, жалкие всхлипы. Но противиться её воли никто не рискнул. Вскоре из бараков были выведены все рабы, а из домов все мужчины работоспособного возраста. Под громкий плач своих женщин, морэдайн были закованы в цепи и отправлены в Барад-дур.       Захват всего Нурна и Литлада занял пару месяцев. Большая часть морэдайн покорно сдалась, а кто-то сбежал из Мордора навсегда. Хоть Леголасу это и не понравилось, но рабы просто разбрелись, куда глаза глядят. Некогда порабощённые жители Гондора и Рохана по всей вероятности вернулись домой. Но в бараках обнаружились и другие люди. Похоже, что они и впрямь родились среди местных плантаций, попросту не зная другой жизни. Однако Галадриэли было сейчас не до них. Ведь она уже готовила вторжение в Харад и Кханд одновременно.       - Думаю, нам нужно разделиться, - наставляла она короля Рохана, когда они остались вдвоём в её шатре. – На северные харадские земли претендует Гондор. Вот пусть Фарамир ими и занимается. А ты отправишься на восток в Кханд.       - Но не лучше ли нам держаться вместе? – усомнился Эомер.       - Нет. Я отправлюсь с Фарамиром и помогу ему. Харад слишком большой, и усмирить его будет трудно. Варяги из Кханда не должны прийти ему на помощь. К тому же, они могут напасть на Мордор с востока. Ты же должен будешь отвлечь их.       Король слегка побледнел.       - Но мы рассчитывали на вашу магическую поддержку… Справлюсь ли я с ними один?       Галадриэль задумалась. Она уже давно размышляла над одной забавной идеей. Конечно, хотелось бы использовать для этого Фарамира. Но король Гондора был хорошо обучен и прекрасно знал историю. Да и характер оказался не тот. А вот Эомер… Пожалуй, именно он – то, что ей нужно.       - Не волнуйся, король. У тебя будет моя магическая поддержка.       - Но как же?       - Я не смогу пойти вместе с тобой. Но у меня есть одна волшебная вещь, которая защитит тебя и сделает сильнее.       Прямо на глазах у удивлённого человека владычица Мордора достала из кармана кольцо. То самое кольцо, которое она отобрала у назгула в Дол Гулдуре.       - Что это? – спросил Эомер.       - Это изготовленное моим народом волшебное кольцо, и я дарю его тебе. Однако, поклянись, что никому про него не расскажешь.       - Никому не рассказывать? Но почему? – не понял король Рохана.       - Видишь ли… - ответила ему Галадриэль, - секрет изготовления подобных вещей был давно утрачен. И поэтому у меня есть всего одно такое кольцо. Если Фарамир узнает, что я отдала его тебе, то он наверняка обидится. А я не хочу, чтобы нас разделили дурацкие обиды.       - О, я понимаю! – хитро заулыбался Эомер, беря кольцо из её рук. – Обещаю, что никому о нём не расскажу.       - Надень его.       Король Рохана ещё раз с любопытством осмотрел подарок, а затем аккуратно нацепил его на палец.       - Надо же, в самый раз! – снова удивился он.       Галадриэль заулыбалась довольной улыбкой. Стоило человеку надеть кольцо, как она будто ощутила его душу и все её самые тёмные уголки. Нет, пока что эта душа ещё принадлежит ему. Но надолго ли его хватит?       - А теперь, король, я объясню тебе, как им пользоваться.       Таким образом, союзное войско разделилось. В то время, пока воины Рохана сдерживали варягов, гондорцы и эльфы отправились в Харад. Данный поход запомнился Леголасу как самое отвратительное мероприятие за всю его долгую эльфийскую жизнь.       Ещё недавно он радовался каждому солнечному лучу, теперь же готов был это солнце возненавидеть. За несколько месяцев кожа его успела потемнеть, а светлые волосы наоборот совершенно выгорели. Этак ведь и родной отец не узнает!       Отец, как назло, вспоминался всё чаще. Чем дальше на юг продвигались союзные войска, переходя через пески и джунгли под палящим солнцем, тем чаще вставали перед глазами милые северные края, бескрайние леса и родные холмы.       Поначалу кампания протекала вполне успешно. После трёх крупных боёв харадрим были отброшены за реку Харнен, которая и являлась прежней границей Гондора. Но вот дальше начались всевозможные трудности. И дело было даже не в жаре. Главной проблемой для Фарамира и Галадриэли оказались харадские нравы.       Стоило им захватить какой-нибудь город, как всё население дружно начинало падать на колени и вести себя подобно морэдайн. При этом местные правители и знать наперебой клялись захватчикам в верности, славили «великую королеву Мордора», заверяли в своей дружбе, подносили богатые дары и в прямом смысле этого слова осыпали золотом. Но стоило союзникам довериться этим прохиндеям, как они тут же получали подлый удар в спину.       Оказалось, что в этой проклятой стране верить было нельзя никому! Никакое данное слово не значило для харадрим ничего.       Да вдобавок гонцы из Гондора доложили, будто у Эомера дела пошли несколько лучше, и вереницы повозок с награбленным добром потянулись через Осгилиат в сторону Эдораса. Похоже, что король Рохана всерьёз решил возместить ущерб, нанесённый его государству Саруманом и Трандуилом.       В конце концов, после того, как союзные войска завязли в очередных джунглях, переболели массой неведомых болезней, отравились всевозможными растениями и были покусаны разнообразными опасными насекомыми, Фарамир не выдержал и решил, что с него хватит.       - Мне кажется, наш поход несколько затянулся, - вежливо, но решительно, заявил он, зайдя в шатёр Галадриэли.       - О чём ты? – подозрительно спросила эльфийка.       - Гондор вернул свои земли, а Харад заплатил сполна за свои преступления, - пояснил король. – Наше дальнейшее здесь пребывание ведёт лишь к ненужным смертям и излишним затратам.       - Затратам?! С каких пор ты стал говорить о затратах?! Весь Харад должен быть поставлен на колени!       - Если ничего не изменится, то на коленях окажемся мы! – парировал Фарамир. – Вам хорошо говорить. Эльфы меньше страдают от жары и не подвержены заразным болезням! А моё войско мечтает только об одном – поскорее вернуться домой!       - Да вы просто трусы! – в сердцах воскликнула Галадриэль. – Ты хоть понимаешь, какие несметные богатства сокрыты у местных правителей! И это всё может быть нашим!       - Кстати, о богатствах местных правителей, - усмехнулся король Гондора. – Один такой правитель пообещал мне, что если я пущу его торговые караваны на Великий Западный Тракт, то получу с этого немалую долю! Думаю, выгодная сделка усмирит харадрим гораздо быстрее, чем наши мечи.       - Что?! Да они просто подкупили тебя! Ты забыл, что это я сделала тебя королём?!       - Напротив, я очень хорошо это помню. Но и мои войска помогли вам захватить Мордор. К тому же, раз я король, я обязан заботиться о своём народе. Советую и вам вспомнить о своём! Я уже велел войскам собирать лагерь. А если вам так хочется, оставайтесь тут.       Резко повернувшись к мордорской владычице спиной, Фарамир быстро покинул её шатер.       Как ни хотелось Галадриэли испепелить этого наглеца, но её разум всё же возобладал над чувствами. Убийства короля Гондора не поймёт никто. И свои в первую очередь. Всё же хорошо, что она подарила кольцо Эомеру. Фарамир его явно не заслуживал.       Но, как ни крути, а пришлось отдать приказ возвращаться в Мордор. Лориэнских эльфов и так было немного, и на захват столь большой страны их бы просто не хватило. С Мордором бы управиться. Вновь пройдя через занятые прежде харадские земли, получив ещё немало подарков и выслушав огромное количество речей про «великую королеву», эльфы вышли на Харадский Тракт и двинулись через Южный Итилиэн к Кирит Унголу.       За месяцы их отсутствия в Чёрной Стране начались масштабные строительные работы по расчистке дорог, раскапыванию пересохших рек и углублению колодцев. Сотни пленных морэдайн трудились под чутким руководством Талагонда, странно напомнив Леголасу тех самых рабов, которых они освобождали.       Сюда бы Гимли с его гномами. Почему владычица так не хочет их видеть?       Мысль о друге не давала эльфу покоя все последние дни. Хорошо, что гном вернулся домой. По крайней мере, ему не пришлось участвовать в этом ужасном походе.       Барад-дур также встретил эльфийское войско явными признаками ремонта. Сад перед его воротами успел чуток подрасти, и теперь в нём имелись даже скамейки. Видимо Арвен старательно заботилась о растениях. Сама же дочь владыки Элронда встречала вернувшиеся войска у входа в Чёрную Башню.       Правда, поговорить с девушкой принцу Лихолесья удалось не сразу. Обитатели крепости устроили, как и положено, целую торжественную церемонию, приветствуя свою владычицу как победительницу. Похоже, что она уже и сама чувствовала себя таковой. В конце концов, разве не признали её южане великой королевой Мордора?       Сам Леголас был слишком уставшим, чтобы дожидаться окончания церемонии, и поэтому предпочёл потихоньку скрыться. Наверное, он бы попытался незаметно проскочить в Башню и подняться в свои покои, однако в последний момент неожиданно заметил в толпе эльфов знакомое лицо, также смотрящее на него. Впрочем, данный эльф тут же отвернулся, накинул на голову капюшон и быстро пошёл прочь.       Мгновенно забыв про отдых, Леголас бросился за ним, преследуя по тёмным Барад-дурским улочкам, а, догнав, громко окликнул:       - Стой, Ферен! Я узнал тебя!       Эльф наконец обернулся. Лицо его выглядело несколько виноватым.       - Что один из стражников моего отца делает в Мордоре? – строго спросил принц, подойдя поближе.       Ферен опустил взгляд.       - Простите, господин… Я не должен говорить…       - Говори сейчас же! Или я лично сдам тебя лориэнцам!       - Но я здесь по поручению короля. Если вы сдадите меня, он сочтёт это за государственную измену…       - Ах, измену? А может он решит, что это ты ни на что не способен, раз не выполнил его поручение?!       - Но я же выполнил… - попытался возразить несчастный эльф.       - Отлично, и какое же оно? - Леголас заставил Ферена поднять лицо и внимательно заглянул в его глаза.       - К… король велел мне узнать, всё ли с вами в порядке…       - Только не ври мне!       - Я не вру! – принялся убеждать его отцовский стражник. – Он так и сказал. Мол, его бедный сы… сыночек там совсем один, и его кто-нибудь обидит и покалечит… Ну, вы знаете, он же как вина выпьет, так и начинает говорить всякое…       - Погоди, ты что, это серьёзно? – ахнул принц.       - Ну, да! А теперь, раз вы живы, я должен вернуться в Лихолесье и рассказать ему об этом. Отпустите меня, пожалуйста.       Внезапно Леголас затрясся от смеха, а затем в его глазах вспыхнул коварный огонёк.       - Так и быть, Ферен. Я отпущу тебя, но только при одном условии.       - Каком условии?       - По дороге домой ты заскочишь в Эребор и передашь от меня письмо одному знакомому гному.       Эльф на секунду задумался. Просьба вроде бы и не трудная. Всё же лучше, чем попасть к лориэнцам и навлечь на себя гнев короля.       - Хорошо, господин. Я передам ваше письмо.