Путь к вершине

      Вопреки всем ожиданиям Леголаса полученное им письмо оказалось вовсе не от Гимли, а от его отца Глоина. И то, что в нём было написано, повергло его в настоящий шок. Как выяснилось, его друг из похода так и не вернулся. Несчастный отец слёзно умолял рассказать всё, что было известно о его пропавшем сыне. Около часа эльфийский принц сидел в своих покоях, тупо глядя в стену перед собой. Его друг погиб? Как всё это понимать?!       Конечно, путь от Гондора до Эребора неблизкий. Всякое может случиться. Разбойники, опять же… Но уж слишком много его друзей умерло за последнее время. Это просто не могло быть совпадением!       Перед глазами так и всплывала одна и та же сцена. Тот случай, когда после смерти Мерри они с Гимли пришли к Галадриэли и обвинили во всём нового короля Гондора.       «У нас нет никаких доказательств вины Фарамира», - сказала тогда эльфийская владычица. – «Да и откуда он мог узнать о том, что видел ваш друг? Ведь вы рассказали об этом только мне».       Это правда. Фарамир не знал о том, что хоббит был свидетелем убийства Арагорна. Ведь они действительно рассказали об этом только ей, да владыке Элронду. Но ведь Галадриэль сразу стала оказывать гондорскому королю своё покровительство. Сама своими руками надевала корону на его голову. И она сама признавала, что не желает выдавать Арвен за Арагорна. Ей была выгодна его смерть.       «С гораздо большей охотой я выдала бы её за тебя».       Ещё одна фраза будто поставила всё на свои места. Уж не для того ли новоявленная королева Мордора убеждала его поселиться здесь? Его и свою внучку. Им даже предоставили соседние покои.       А ведь отец всем тогда рассказывал, что именно Галадриэль хочет убить Арагорна. Как так вышло, что он не поверил собственному отцу, но поверил этой женщине?       Нужно во всём разобраться! Но сначала предупредить Арвен! Схватив письмо, лихолесский принц отправился разыскивать свою подругу.       Галадриэль гордо восседала на троне, глядя на сильных рослых мужчин, что стояли перед ней. Золотая корона на её голове тускло поблёскивала во мраке. Рядом с троном также сидел в кресле король Эомер, а у дверей караулил Халдир, на случай, если кто-то из приведённых людей попытается совершить что-нибудь злодейское.       - Вот, госпожа, - громко доложил Талагонд, указав на мужчин. – Эти морэдайн хорошо себя проявили, и, на мой взгляд, вполне подходят для службы в вашей гвардии. Их ровно сотня, как вы и просили.       - Замечательно, - эльфийка кивнула своему советнику, а затем обратилась к людям. – Готовы ли вы служить мне верой и правдой, выполнить любой мой приказ и отдать за меня жизнь, если это потребуется?       - Да, госпожа! – хором ответили люди. Воинская служба для многих морэдайн была самым привычным делом и создавала определённые перспективы. Возвращаться же к рытью канав никому не хотелось.       - Может, и мне таких набрать? – усмехнулся Эомер. – Мои воины уж больно хотят вернуться домой, а в Кханде осталось ещё немало интересного.       - Если сможешь кого-то убедить – они твои. Но будь осторожен. Морэдайн и варяги раньше были союзниками, - предупредила его Галадриэль.       - Щедрые награды заставят их забыть о любых союзах, - убеждённо заявил король Рохана. – Уверен, немножко золота, и они…       Но договорить Эомеру таки не дали. Неожиданно дверь в тронный зал отворилась, и в него буквально влетели разъярённые Леголас и Арвен.       - Вы отвлекаете меня от государственный дел! – строго произнесла королева Мордора. - Надеюсь, у вас есть уважительная причина для столь бесцеремонного поведения.       - Есть! – громко ответил ей Леголас. – Мы обвиняем вас в смерти наших друзей!       Лицо женщины тут же стало непроницаемым.       - В смерти друзей? Сейчас не самое лучшее время для шуток, принц!       - Да уж, какие шутки, госпожа? – в глазах эльфа вспыхнула ярость. – Сегодня я получил известие, что мой друг Гимли пропал без вести! Вы избавились ото всех, кто знал правду об убийстве Арагорна, потому что сами были к этой смерти причастны! Вы и убитый гондорский наместник!       - Как ты смеешь бездоказательно в чём-то обвинять меня? – возмутилась Галадриэль.       - Ах, бездоказательно? Я обвиняю вас на основании ваших же собственных слов! Вы сами признавали, что Фарамир ничего не знал о смерти Арагорна. Мы рассказали о причастности к этому Дэнетора только вам. Вы признались лично мне, что не желали выдавать Арвен за Арагорна замуж. И вы честно сознались, что хотели выдать её за меня! Именно поэтому вы оставили меня в живых и убедили нас обоих поселиться здесь!       - Всё это – ложь! – эльфийка обернулась к своей внучке. – Не вздумай ему верить, дитя! Все эти годы только я поддерживала тебя и твоего возлюбленного.       Но Арвен лишь разочарованно покачала головой.       - Как ты могла? А ведь я верила тебе! – с болью произнесла она. – Ты разрушила мое счастье! Разрушила всю мою жизнь!       - Ты не понимаешь!!! Я лишь заботилась о твоём счастье! – воскликнула мордорская владычица. – Я не разрушала твою жизнь, а сохранила её!       На лице Арвен появилась невесёлая презрительная усмешка.       - Мы с Леголасом покинем это место сегодня же! И, уж поверь, я позабочусь о том, чтобы все твои подданные узнали о твоих преступлениях!       - Вы никуда не уйдёте! – злобно заявила Галадриэль. – Прав был Трандуил, вы лишь пара глупых детей! Вы отказываетесь от своего счастья, даже когда оно перед вами! Стража, взять их! Живыми!       Только что принятые в гвардию морэдайн выхватили мечи и начали приближаться к эльфу и девушке. Леголас наконец начал потихоньку осознавать, какую большую глупость они совершили, решив заявиться в тронный зал и потребовать у королевы Мордора разъяснений. Рука его потянулась к кинжалу.       - Я вижу, мордорский трон лишил вас рассудка! – произнёс он. – Надеюсь, вы понимаете, что наши отцы и наши народы узнают об этом в любом случае?!       На лице эльфийки заиграла насмешливая улыбка.       - Поздновато ты вспомнил про своего отца. Да, он узнает. И хотела бы я видеть его физиономию, когда это случиться.       Тем временем люди медленно обступили Леголаса и Арвен со всех сторон. Один из морэдайн замахнулся было на эльфа мечом, но тот быстро увернулся, полоснув человека по руке своим кинжалом. Раздался вскрик, однако место раненного товарища тут же заняли другие.       Пока принц пытался отбиться от людей, стоящих перед ним, кто-то из них схватил его сзади. Двое морэдайн также вцепились в Арвен. Какое-то время парочка ещё пыталась сопротивляться, но силы явно были неравными.       - Не дури, принц. Брось оружие, - велела ему Галадриэль. – Ты не выстоишь в этой схватке.       - Леголас, пожалуйста, - тихонько попросила его Арвен, к горлу которой один из людей приставил нож. – Она права. Опусти кинжал.       Хмуро покосившись на свою спутницу, принц всё же выпустил клинок из рук, и люди мгновенно скрутили его.       - Вы ответите за это! – крикнул он напоследок.       - Непременно. В темницу их! – распорядилась королева Мордора. – Пусть сидят в одной камере.       Люди поклонились и потащили парочку из тронного зала. Всё это время стоявший в стороне Талагонд непонимающе хлопал глазами.       - Госпожа… - в конце концов неуверенно начал он. – Что… Что всё это значит? Вы что, правда, убили Арагорна и его друзей?       Галадриэль раздражённо закатила глаза.       - Вот только не надо морализаторства. А что мне было делать?! Позволить этому бродяге украсть у меня внучку?!       - Но… но так же нельзя… Вы убили невиновных, а госпожу Арвен отправили в темницу! И этого лихолесского принца! Их отцы объявят нам войну! – голос советника становился всё более нервным. – А наш народ?! Что будет, когда все узнают? Как вы могли совершить такое?!       - Покойный Меретир всегда считал тебя идиотом. И был прав, - вздохнула королева Мордора, а затем посмотрела на Халдира и едва заметно кивнула.       - Что вы имеете в виду?! – возмутился Талагонд. – Я столько сделал для…       К несчастью, договорить ему не дали. Верный своей госпоже Халдир быстро достал нож и метнул его советнику в спину. Захрипев, эльф упал на пол.       Внезапно раздался громкий хохот. Галадриэль обернулась, но это оказался всего лишь Эомер, по-прежнему сидящий в своём кресле.       - Ну и веселье тут у вас! – радостно заявил он. – Пожалуй, я останусь в Барад-дуре на какое-то время. Может, и морэдайн для похода в Кханд наберу.       Эльфийка кивнула. Уж она-то хорошо знала, что на самом деле потихоньку привязывает короля Рохана к этому месту.       - Вот только Талагонд сказал правду. Как мы объясним всё это народу? – обеспокоено спросил Халдир.       - Это как раз самое простое, - отмахнулась Галадриэль. – Скажем, что принц Лихолесья напал на Талагонда и убил его по причине какой-то ссоры. А Арвен задержана для выяснения всех подробностей.       - Да, госпожа. Но как же их отцы?       - Они придут сюда. И, поверь, у меня найдётся, что им сказать.       Так среди обитателей Мордора быстро разнёсся слух о странной смерти советника королевы. Поговаривали, будто после коронации владычицы Талагонд изрядно выпил и позволил себе некие высказывания в адрес госпожи Арвен, получив подобные же высказывания в ответ. На следующий день королевская внучка якобы нажаловалась на это принцу Лихолесья, который будто бы давно был в неё влюблён, вследствие чего между Леголасом и Талагондом произошла та самая драка, закончившаяся смертью одного из них. И вот по причине этого трагического происшествия госпожа Арвен вместе с принцем теперь и пребывают в темнице.       Новость несколько оживила мордорские будни. После того, как перед Чёрной Башней собралась небольшая толпа, Галадриэли даже пришлось самолично выступить перед народом и пообещать честного расследования и справедливого суда для всех виновных, если таковые будут выявлены. К её большому облегчению толпа довольно быстро разошлась.       Одновременно с этим был отдан приказ запереть Чёрные Врата и укрепить Кирит Унгол. Среди пленных морэдайн начался массовый набор в войска, так как доверия к эльфам в такой щекотливой ситуации у мордорской владычицы больше не было. Со смертью Талагонда рытьё рек и каналов было окончательно заброшено.       Естественно, один раз Галадриэли всё же пришлось спуститься к Леголасу и Арвен, что так и сидели в одной камере. Но разговор с "детьми" у неё как-то не задался. После очередной попытки объяснить им, что всё это время она лишь заботилась об их счастье, эти двое посмели заявить, что она спятила! И именно тогда эльфийка вынесла им свой вердикт:       - Я устала от ваших детских капризов! Теперь у вас есть только два варианта. Либо вы станете мужем и женой, либо сгниёте тут!       - Похоже, что она и впрямь спятила, - задумчиво произнёс принц после ухода Галадриэли.       - Но как такое могло случиться? – не понимала Арвен. – Я всю жизнь души в ней не чаяла!       - Не знаю… Мой-то отец мне про неё всегда одни гадости рассказывал, но я, если честно, не очень во всё это верил. Он ведь и сам не подарок.       - А чего хоть рассказывал?       Леголас печально улыбнулся.       - Мол, она сюда приплыла, чтобы Средиземье захватить. И за твоего деда замуж вышла только чтобы среди синдар высокий статус заполучить. А как в Лориэне обосновалась, всё на наш лес поглядывала, потому что у нас и территория большая и народу много. Да к тому же он почему-то был убеждён, что она мою мать ненавидела. Завидовала якобы.       - Интересно, сколько в этом правды, – так же грустно улыбнулась в ответ девушка. – Лично я теперь не удивлюсь ничему. Как думаешь, что предпримут отцы, когда узнают о нашем заключении?       - Понятия не имею… - принц покачал головой. – Всё зависит от того, насколько мой отец на меня обижен.       Арвен как раз собиралась сказать что-то ещё, но тяжёлые железные двери темницы неожиданно заскрипели, а вскоре к их камере подошла служанка Галадриэли Лоссмериль с каким-то свёртком.       - Если тебя послала Галадриэль, лучше сразу уходи, - заявила ей дочь владыки Ривенделла.       - Что вы, госпожа, - тихонько ответила служанка. – Я, когда обо всё услышала, то сразу решила пробраться сюда. Халдир поставил своих братьев охранять вашу темницу. Сегодня дежурит Орофин, и он… В общем, я убедила его пропустить меня. Но только на пару минут.       - Тогда для чего ты здесь?       - Я принесла вам одеяло, госпожа. В этих темницах очень холодно и сыро. К сожалению, мне удалось незаметно стащить только одно, - Лоссмериль виновато покосилась на Леголаса. – А ещё я принесла вам пирожков с кухни.       - Надеюсь, хоть их два? – усмехнулся принц Лихолесья.       - Четыре, господин… - служанка несколько смутилась, а затем пропихнула им свёрток сквозь прутья.       - Что ж, спасибо тебе, Лоссмериль, - поблагодарила её Арвен, забрав свёрток. – Я не забуду этого.       - А что говорят про нас остальные? – полюбопытствовал Леголас.       - Разное, господин… Все спорят, зачем вы убили Талагонда. Он, правда, сказал что-то настолько оскорбительное?       Леголас и Арвен удивлённо переглянулись.       - Убили Талагонда? О чём ты? – переспросил принц.       - Ой… Я не знаю, господин… - Лоссмериль сильно покраснела. – Я же просто…       Однако в этот момент послышался негромкий свист.       - Это Орофин! – ахнула служанка. – Простите, но мне пора!       Ещё раз попрощавшись, женщина бросилась бежать. Вскоре вновь раздался громкий скрип, звук закрывающегося замка, а затем тишина.       Присев рядом с Леголасом, Арвен начала разматывать свёрток. Найденные пирожки быстро отправились в рот, а вот с одеялом вышла загвоздка.       - Ну и как мы будем делить его? – снова усмехнулся эльф.       - Поровну.       Девушка развернула одеяло, а затем накинула его им обоим на плечи. Принц легонько прижал её к себе, создавая странное ощущение тепла и уюта.       - Она избавилась от свидетеля, - тихо сказал Леголас. – Теперь мы с тобой ещё и убийцы.       - Ничего, - Арвен положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. – Уверена, что нас скоро спасут.