Путь к вершине

      Владыка Ривенделла уже собирался лечь спать, но перед сном всё же решил выйти на балкон и подышать свежим воздухом. Казалось бы, откуда тут свежий воздух? Однако рощица у крепостных стен продолжала потихоньку разрастаться вдоль канала, и, похоже, что запах травы и листвы долетал именно оттуда.       Получив столь необходимую порцию этого самого запаха, Элронд хотел было уйти, как вдруг до его ушей донеслось весьма странное и явно нетрезвое пение. Подозрительно знакомый голос произносил на распев самую разнообразную белиберду, заставив эльфа удивлённо прислушаться:             Спит трава, и спят кусты. Им гораздо проще.             Спит садовник вечным сном в тихой тёмной роще.             Спят ромашки под землёй. Спрятались глубоко.             Спит летающий табун, запертый жестоко.             Барад-дур уснул во тьме. Мрак над ним кружится.             В чёрной башне высоко ведьма спать ложится.             Глупый Элронд за стеной спит в своей кровати.             Почему я пью вино и пою некстати?             Не поможет Леголас, не спасут ромашки.             Знаю, что мои грехи были слишком тяжки.             Это я тебя сгубил в чёрных подземельях.             Вновь я пью, а впереди горькое похмелье…       Не дожидаясь окончания пения, разозлённый Элронд принялся со всей силы колотить в стену.       - Трандуил, сейчас же прекрати пить! Где ты взял вино?!       Вместо ответа с соседнего балкона вылетела пустая бутылка, звонко разбившись о выступ стены.       - Что б ты им подавился! – пробормотал владыка Ривенделла, после чего покинул балкон, вышел из своих покоев и решительно направился к покоям соседним.       Впрочем, там его ожидала неприятность. Дверь оказалась заперта изнутри, и сколько он в неё ни стучал, никто её так и не открыл. Конечно, можно было бы вызвать прислугу, у которой имелись запасные ключи, но это могло вызвать излишнее внимание к возникшей проблеме. Ведь прислуга наверняка сообщит о случившемся Галадриэли. А та естественно обвинит во всём его, Элронда, решив, что он плохо Трандуила лечил. Хуже того, она тоже задастся вопросом, откуда у лесного короля появилось вино. И свой гнев наверняка выльет на ту самую прислугу.       Так или иначе, но Элронд возвратился в свои покои, рассовал по карманам целебные порошки, а затем вновь вышел на балкон и осторожно залез на его ограду, как уже делал в первый день своего тут пребывания. Перебравшись с ограды на каменный карниз, эльф ловко обогнул разделительный выступ стены. Ещё один прыжок, и он очутился на соседнем балконе. Здесь же обнаружился и король Лихолесья.       Как ни плохо он выглядел в прошлый раз, но сейчас всё казалось гораздо хуже. Несмотря на наличие скамьи, Трандуил сидел на полу возле стены. Из одежды на нём присутствовали лишь штаны и расстёгнутая рубаха. Обуви не было вообще, а то, что творилось у короля на голове, больше всего походило на старую спутанную мочалку. Пожалуй, утешало лишь одно. Судя по отсутствию вразумительной одежды и слипшимся волосам, Трандуил всё же успел вымыться, а напился лишь потом. Хотя, может, и совмещал одно с другим.       Широко раскрыв свои голубые глаза, лесной король уставился на внезапно появившегося соседа с явным удивлением.       - О… - пробормотал он. – А я думал, что ты уме… у… уснул! Совсем уснул!       Владыка Ривенделла набрал в грудь побольше воздуха, выдохнул и заставил себя успокоиться. По опыту он уже знал, что кричать на Трандуила нельзя. И потом, крики и мордобой были не его методами. Присев на скамью, он склонился к валяющемуся на полу эльфу.       - Ну, рассказывай. Что с тобой стряслось?       Король Лихолесья похлопал глазами, и на них тут же выступили слёзы.       - Элронд, ты же лекарь! Помоги мне! - неожиданно попросил он самым жалобным голосом. – Полечи мои волосы! Им… Им так плохо!       Трандуил потянулся рукой к своим взъерошенным волосам и принялся со всей силы их трепать, будто стряхивая воображаемую пыль. Увидев это, Элронд тут же перехватил его руку и отвёл её в сторону.       - По-моему, ты просто забыл расчесать их после мытья, - предположил он.       - Понимаешь… - лесной король перешёл на тихий шёпот, будто сообщая своему другу некую тайну. - Она их трогала! Я пытался отмыть их, но у меня ничего не вышло… Ты не знаешь, зачем она их трогала?       При воспоминании о пережитом Трандуил начал нервно вздрагивать, а его рука вновь потянулась к волосам и стала трясти их. Пришлось опять схватить её и опустить вниз.       - Галадриэль трогала твои волосы? – удивлённо переспросил Элронд.       Король быстро закивал.       - А ещё хотела откусить мне ухо! – прошептал он. – Прямо зубами!       Шмыгнув носом, несчастный эльф повернулся к своему другу боком, демонстрируя своё ухо. На его кончике и впрямь имелся небольшой порез. Но, приглядевшись, владыка Ривенделла быстро понял, что это уж точно не следы от зубов. Скорее от острого лезвия.       Именно этот факт заставил Элронда вновь внимательно осмотреть короля. И под расстёгнутой рубашкой он тут же обнаружил пару внушительных синяков.       - Трандуил! Откуда это? Тебя что, били?!       - Били? Даа… неее… - эльф отрицательно помотал головой. – Понимаешь, я упал... И снова упал… А потом ударился об колонну… Сам не знаю, как это вышло.       Владыка Ривенделла устало прикрыл глаза, вновь заставляя себя успокоиться. Это ж до какой степени надо напиться, чтобы потом вот так падать?!       - Элронд? Ты ведь им поможешь? – король Лихолесья снова указал на свои волосы.       - Конечно, помогу, - тяжело вздохнув, эльф встал со скамьи. – У меня как раз есть лекарство. Специально для волос. Но сначала мы должны перебраться в комнату.       Кое-как подхватив своего друга, ривенделльский правитель дотащил его до спальни, и усадил на стул перед зеркалом. Увидав своё отражение, Трандуил в очередной раз попытался дотянуться до волос, и поэтому пришлось на него строго прикрикнуть.       - Не вздумай их трогать! Поверь, ты только сделаешь им хуже!       Король испуганно убрал руку. Тем временем Элронд нашёл на столике целебный чай, что, по всей видимости, принесли сюда слуги, всыпал в него успокоительное средство, а затем протянул Трандуилу.       - Вот, выпей. Поверь, это самое лучшее лекарство для лечения волос.       Эльф доверчиво закивал, взял чашку и дрожащим движением поднёс её ко рту. Убедившись, что король Лихолесья всё выпил, Элронд забрал опустевшую посуду и вернул обратно на стол.       - А теперь я попробую их расчесать.       Владыка Ривенделла быстро отыскал гребень и принялся осторожно расчёсывать спутанные пряди. Перво-наперво Трандуил нервно вздрагивал от каждой вырванной волосинки, но по мере действия успокоительного его реакция становилась всё более сдержанной, а взгляд всё более рассеянным. Волосы короля постепенно приобретали прежний вид.       - Кто тебя стриг? – усмехнулся Элронд. – Видно же, что вот эта прядь гораздо короче, чем остальные. А ведь она спереди!       Лесной король мгновенно побледнел и вновь испуганно задёргался.       - Да ты не волнуйся. Я просто обрежу такую же с другой стороны, - успокоил его друг. – Тогда всё будет выглядеть абсолютно одинаково.       К счастью, в письменном столе Трандуила обнаружились небольшие ножницы для резки пергамента. Услышав, как они клацнули у его щеки, эльф опять вздрогнул, как оказалось, в последний раз.       - Ну вот! Теперь всё ровно, - радостно объявил владыка Ривенделла.       - Элронд! Это же просто чудо! – вяло заулыбался король Лихолесья. – Моим волосам, и правда, гораздо лучше! А не мог бы ты…       - Ну, что ещё?       - А не мог бы ты заплести мне косички? Такие… как у тебя.       - О, нет! – простонал владыка Элронд.       - Ну, пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста! Что тебе, жалко, что ли?       Трандуил тут же состроил несчастное умоляющее лицо.       - Ох… Ну хорошо. Я заплету их тебе.       Решив, что в такой момент короля лучше не расстраивать лишний раз, владыка Ривенделла разделил его волосы на пряди и принялся плести косы. Такие же две косички, какие были у него у самого. К завершению работы король Лихолесья едва не падал со стула. Наконец, пьяный эльф был перенесён на кровать и уложен спать. На прощание, Трандуил вдруг сонно пробормотал:       - Элронд… А ты не знаешь, где мой сын? Он совсем маленький и может потеряться...       - Не волнуйся. С ним моя дочь. Она будет за ним присматривать.       - Дочь? Это хорошо… - лесной король уткнулся носом в подушку и натянул на голову одеяло.       Постояв ещё немного рядом и убедившись, что он заснул, Элронд побрёл обратно на балкон, где ему предстояло вновь перелезть по стене в свои покои. Завтра же было необходимо, во что бы то ни стало, поговорить с Галадриэлью. Какой бы бред не нёс Трандуил, но, похоже, что он действительно общался с ней. И, возможно, именно это послужило причиной его нынешнего состояния.       Следующие несколько суток Галадриэль пребывала в весьма странном расположении духа, то впадая в бешенство, то неожиданно успокаиваясь. Прежде всего, ей никак не удавалось забыть то утро, когда король Лихолесья с гордым видом зашёл в столовую и занял своё место. Выглядел он так, как будто ничего и не было. Как будто это не он кубарем летал по её тронному залу, а потом стоял перед ней на коленях. Хуже того, теперь на его голове красовались просто отвратительные косички! Косички, из-за которых он удивительным образом стал похож на светловолосую версию этого идиота, её зятя.       - А ты как думала? Ведь мы же родственники! – пояснил ей тогда за завтраком владыка Ривенделла. – По-моему, выглядит очень даже ничего. Я старался.       Поначалу королева Мордора даже заподозрила, что Элронд заплёл их в насмешку над ней! Что они с Трандуилом хотят показать, насколько несерьёзно относятся к её угрозам. Но спустя некоторое время зять подошёл к ней в отсутствие короля Лихолесья, и завёл весьма «серьёзный», как ему казалось, разговор.       Со слов владыки Ривенделла прямо следовало, что Трандуилу оказывается, на самом деле, очень плохо. Что он только встал на путь исцеления от тяжёлого душевного расстройства, вызванного чрезмерным потреблением вина, и поэтому именно сейчас нужно обращаться с ним ласково и ни в коем случае не травмировать.       Пытался Элронд и выяснить, что такое произошло между ними, но она ответила ему, что это их личное дело, его совершенно не касающееся. В итоге обескураженный зять так и ушёл ни с чем, а вот она после его слов сильно задумалась.       Получается, что этому гордецу плохо? Данная новость не могла её не обрадовать, что и привело к резкому улучшению настроения. Бешенство сменилось на неожиданный порыв «доброты», который и привёл эльфийку к странной мысли, будто она и впрямь обошлась с лесным королём как-то нехорошо. Как там советовал Элронд? «Обращаться с ним ласково»? А что? Пожалуй, стоило попробовать!       Прождав ещё несколько дней, дабы Трандуил окончательно отошёл от пережитого стресса, Галадриэль выследила, когда он отправился в ванные комнаты, после чего, раздобыв ключи у прислуги, решительно направилась прямо туда.       Ванные комнаты состояли из одного большого зала, где стояла огромная чёрная каменная ванна, и помещений поменьше. Залезать в эту ванну никто не рисковал, смутно догадываясь, кому она могла принадлежать, но и убрать её из зала никто не смог. По этой причине обосновавшиеся в крепости эльфы решили использовать для мытья те самые дополнительные комнаты, поместив туда новые широкие деревянные кадки.       В одной из таких кадок как раз и сидел Трандуил, расплетая столь понравившиеся ему косы. Естественно, все эти дни он также пытался обдумать на трезвую голову сложившуюся ситуацию, дабы выработать правильную тактику поведения. И в голову ему пришло только одно.       Да, он и до этого называл Галадриэль спятившей. Но, признаться, делал это скорее для красного словца. Естественно, эльфы не могут спятить, а значит, всё, что делала королева Мордора, было вызвано исключительно её собственной хитростью и подлостью. Однако теперь у него возникли смутные подозрения, что эта женщина и впрямь не в себе. Но как такое могло с ней случиться? Быть может, это действие какого-то колдовства? В конце концов, эльфийка живёт в покоях Саурона. А кто знает, что с ним стало? Да и мало ли какие зачарованные вещи могли остаться в его жилище?       Выходит, что Галадриэль на полном серьёзе сошла с ума. А значит и вести себя надо именно так, как с любым другим опасным сумасшедшим. То есть постараться не злить понапрасну и соглашаться со всем, что она говорит. Должно же это всё когда-то закончиться? Ведь в башне полно прислуги. Кто-то должен обратить внимание на её состояние.       От всех этих мрачных мыслей короля Лихолесья неожиданно отвлёк скрип открывающейся двери. Быстро обернувшись, Трандуил, к своему изумлению, увидел улыбающуюся королеву Мордора, преспокойненько зашедшую в его ванную комнату.       Эльф затравлено огляделся. В этой кадке он был как в ловушке, и бежать было некуда. Хорошо хоть, что в воде много мыльной пены…       - Как всё это понимать? – строго спросил Трандуил, попытавшись принять как можно более спокойный вид. – Ты забыла о правилах приличия?       - Как раз наоборот. Я о них вспомнила, - Галадриэль одарила его самой ласковой улыбкой. – В прошлый раз я забыла, что ты – мой гость, и повела себя немного… невежливо. Теперь же я пришла извиниться перед тобой.       - Извиниться? – король тут же вспомнил, что надо со всем соглашаться! – Ну, конечно. Я прощаю тебя.       - И ты совсем на меня не злишься? – удивилась эльфийка.       - Что ты. Ведь я же сам был во всём виноват, - заверил её Трандуил.       Галадриэль удивлённо вытаращила глаза. Неужели, это правда? Гордый король Лихолесья признаёт свою вину?       Женщина подошла к самой кадке и потянулась за мочалкой.       - В таком случае, раз уж мы помирились и оба признали свою вину, позволь, я помогу тебе вымыться?       - Кхм… Не думаю, что это так необходимо, - эльф всё ещё пытался сохранить невозмутимый вид. – Поверь, я и сам легко с этим справлюсь.       Но, похоже, что мнение мужчины Галадриэль совсем не интересовало. Взяв мыло и мочалку, она принялась старательно тереть его мускулистые плечи.       - Наконец-то ты расплёл проклятые косички, - внезапно зашептала она ему на ухо. – Не вздумай ещё раз их заплетать. С ними ты похож на этого дурака, Элронда. А я знаю, что ты не такой…       - К… конечно… Если ты так хочешь… - Трандуил попытался отодвинуться, но ласковые женские руки настойчиво заскользили по его шее и груди.       - Ты заслуживаешь большего, Трандуил, - продолжила она. – Большего, чем этот ужасный лес. Я слышала, он совсем сгорел? Зачем он тебе? Оставайся здесь! Со мной!       Глаза короля недоуменно заморгали, выдавая его крайнее беспокойство.       - С тобой? – переспросил он.       - Да! – шёпот эльфийки становился всё более страстным. – Со мной! Здесь, в Мордоре! Я была бы великой королевой! А ты… ты был бы моим мужем! Только представь, чего бы мы добились вдвоём!       - Но у меня уже есть жена, а у тебя муж! Вспомни! Ты всё ещё носишь на своей руке его обручальное кольцо! – попытался воззвать к её разуму Трандуил.       Эльфийка вздрогнула и посмотрела на свою ладонь, будто испугавшись, что там и впрямь окажется кольцо, подаренное мужем. Но там было лишь кольцо Саурона.       - Ах, это… - вздохнула она с облегчением. – Это ничего не значит. Поверь мне. Мой муж мёртв, и твоя жена тоже!       - Но ты знаешь наши обычаи…       - Обычаи? – отмахнулась Галадриэль. – Обычаи – это ничто. Когда мой дед Финве захотел жениться второй раз, он это сделал! Ты тоже можешь так поступить. И пусть только хоть кто-нибудь посмеет нас осудить!       Женщина попыталась прильнуть к нему и коснуться губами его щеки, но король брезгливо отдёрнулся, вызвав у неё недоумение.       - Разве ты не хочешь моей любви? – удивилась она.       Эльф принялся старательно подбирать правильные слова. Сейчас требовалось лишь одно – спровадить её подальше и при этом не рассердить. Снова летать по всей комнате ему совсем не хотелось. Тем более голышом.       - Понимаешь… Мне кажется, ты слишком торопишься, - сбивчиво произнёс он. – Я ведь совсем тебя не знаю…       - Но ведь мы знакомы тысячи лет!       - Да, но знакомы мы лишь поверхностно. Этого не достаточно для того, чтобы я полюбил тебя. А если ты затащишь меня в свою спальню против моей воли, то, уверен, что я непременно умру. Ведь эльфы не выносят насилия.       - Но я вовсе не собираюсь применять к тебе насилие! – заверила его Галадриэль. – Обещаю, ты получишь лишь ласки. Ты познаешь ни с чем не сравнимое блаженство в моих объятиях!       Руки женщины вновь заскользили по его груди.       - Я умру в твоих объятиях! – возразил Трандуил, уже не пытаясь вырваться. – Ты же не хочешь, чтобы я умер? Так я точно не смогу стать твоим мужем.       Эльфийка принялась размышлять. Похоже, что некоторая толика разума всё ещё теплилась в её голове. Действительно, убить короля в своей постели ей не хотелось. Тем более что от самой идеи их свадьбы он вроде бы и не отказывается.       - Что ж, я понимаю тебя, - несколько расстроено произнесла Галадриэль. – Тебе нужно время, чтобы полюбить меня. Хорошо, оно у тебя будет. Но помни. С этого дня мы должны видеться чаще. И даже не надейся, что я так просто от тебя отстану.       Вновь прильнув к его щеке, женщина наградила короля Лихолесья «страстным» поцелуем, а затем повернулась и покинула помещение.       Трандуил обессилено плюхнулся в кадку и сидел так несколько минут. А потом, будто опомнившись, схватился за мочалку и принялся со всей силой тереть те места, которых касались её руки. Жаль только, что рядом не оказалось Элронда с его целебными порошками.