Наперегонки с прошлым

      Тамара жила в лофте трехэтажного здания и, на счастье Эммы, оказалась дома.       - Бреннан пропал? – удивленно спросила она, когда расставила между ними чашки и села напротив частного детектива. – Мы же разговаривали в субботу, он сказал, что едет домой.       - Вот я и пытаюсь выяснить, почему он этого не сделал. – Эмма из вежливости сделала один глоток кофе – эта женщина отвратительно его готовила, и пить это было невозможно – и приступила к своим вопросам. – Скажите, когда вы его последний раз видели?       - М-м-м, наверное, в начале месяца. Здесь организовывалась встреча акционеров, и Брен, совершенно выматываясь там, приезжал ко мне отдохнуть душой и… телом.       - У вас хорошие отношения?       - Отношения… - Тамара посмаковала это слово на языке. – Нет, у нас нет отношений. Не потому что я этого не хочу – скорее, наоборот. Ему это не надо. Я знаю, что у него двое взрослых сыновей и я всего на три года старше второго – видела его пару раз, когда он заезжал за отцом – и это меня не смущает, но Бреннану нравится просто со мной спать. Держу пари, я не единственная его любовница, может, у него даже есть жена, пусть и бывшая. Он приезжает, устраивает взрывную ночь и на утро исчезает, словно призрак.       Ручка Эммы зависла над блокнотом – тут нечего было записывать.       - Мне очень жаль, мисс Свон, но я не могу вам ничем помочь – меньше меня знает о передвижениях Джонса разве что бариста из кафе за углом, - вздохнула Тамара.       - Ясно. Тогда скажите, о ком-нибудь с работы мистер Джонс упоминал? Может, встреча акционеров проходила не так, как ему хотелось, или у него возникли трения с кем-то? Мужчины очень словоохотливы после хорошего секса.       - Мне не кажется, что он упоминал о чем-то важном… Пару раз жаловался, что эти стервятники растащат компанию по доллару, если продолжат в том же духе – а в её основе стоял его отец, и он не допустит этого. Ругал какую-то француженку, что она завистливая шлюха и ни черта не смыслит в их деле, и в совете лишь потому, что её покойный супруг не догадался вовремя лишить её наследства.       - Угу… - Эмма сверилась с предыдущими заметками. – Её случайно не Виолетта Ренуа зовут?       - Может быть. Да, наверное. Я, если честно, не запоминала, мне это ни к чему. Вообще, если так подумать, работа у Брена довольно напряженная, врагов должно хватать – может, кто-то и замешан в этом?       - Я поняла. Спасибо, что уделили мне время. – Детектив встала и достала из кармана куртки визитку. – Вот здесь мой номер, если что-то вспомните, звоните. И, если вы не будете против, я бы хотела тоже иметь с вами связь.       - Да, конечно. – Тамара быстро написала в блокноте Эммы свой телефон. – Когда Бреннан найдется, дайте знать, ладно?       - Конечно. Или он сам вам позвонит. До свидания, мисс Роксин.       Эмма с облегчением покинула квартиру Тамары – от запаха ужасного кофе её уже подташнивало.       - Ты сегодня быстро, - вместо приветствия произнесла Белль, когда Эмма переступила порог дома.       - Повезло, видимо. Как у тебя дела?       - Иду вечером на повторное собеседование в библиотеку Дага Хаммаршёльда, вроде бы меня берут! - радостно ответила подруга, едва не подпрыгивая. Эмма лучезарно улыбнулась, разделяя её чувства – Белль очень хотела там работать и много сил потратила для этого.       - Поздравляю! Ты это сделала! – Она порывисто обняла девушку. – Конечно, из-за этого собеседования я не могу тебя взять в оборот по своей работе, но, разумеется, это важнее.       - А что ты хотела? – Белль усадила Эмму на стул и поставила перед ней тарелку печений. – Угощайся, недавно из духовки.       - Это по делу, которое я начала сегодня утром.       - Подожди, это насчет того красавчика, что звонил вчера вечером? – заулыбалась она.       - Ага. А с чего ты взяла, что он красавчик? – спохватилась Эмма.       - Такой сногсшибательный голос должен прилагаться к не менее шикарной внешности. Я ведь угадала?       - Угадать ты угадала, но это не меняет того, факта, что он мерзавец и заноза в моей заднице.       - Даже так? И ты всё это поняла за первую встречу?       - Нет. – Эмма вздохнула и уронила голову на сложенные на столе руки. – Мы виделись раньше.       - Когда? – Белль схватила из тарелки, что поставила перед подругой, печенье и села поудобнее, приготовившись к увлекательному рассказу.       - Пообещай, что никто, тем более Уолш, не узнает об этом.       - Теперь я хочу услышать об этом ещё сильнее. Но обещаю!       Эмма помедлила, собираясь с духом, тоже взяла печенье, погрызла немного и неохотно начала:       - Мне было пятнадцать, и я была не такая… рассудительная, как сейчас. В общем, я до потери покоя влюбилась в одного мальчика из школы. Он был старше меня на два года, потрясающе красив и вообще кругом идеален. Ну, по крайней мере, мне так казалось.       - И это был тот самый Киллиан, который теперь твой клиент?       - Ага…       - Вот надо же! – Увидев взгляд подруги, Белль осеклась. – Прости, больше я постараюсь не перебивать.       - Очень буду тебе за это благодарна. – Эмма затолкала в рот остатки печенья. – Я мало чем отличалась от прочих влюбленных дурочек, то есть ходила за ним по пятам, набивалась в ту же компанию, в которой он был заводилой, старалась выглядеть лучше, чем могла в свои переходные пятнадцать лет. Мне самой тошно от воспоминаний того, какой я кретинкой себя выставляла. Это продолжалось до его дня рождения. В школе, когда я принесла ему браслет, на который я копила деньги больше месяца, он позвал меня вечером на вечеринку «для своих». Не надо тебе рассказывать, что я бегала по потолку от счастья, что он, наконец, меня оценил. Мой брат заболел, родителям было не до меня, так что я смогла сделать прическу, одолжить из маминого шкафа парочку красивых вещей, взяла без спросу папину машину – и они этого не заметили. Приехав по тому адресу, что дал мне Киллиан, я, отгоняя мысли, что всё это кажется весьма странным, вошла в пустой дом и наткнулась на одного бродягу. Боже!.. – Девушка хлопнула себя по лбу и провела ладонью по лицу, словно стирая маску того доверчивого подростка. – Я увидела нож в его руке и бросилась со всех ног, испугавшись, что он какой-то больной псих. Едва не попала под колеса шерифа и, выставляя себя полной идиоткой, выложила ему про гонящегося за мной маньяка. Оказалось, что тот мужчина хотел меня просто успокоить, испугавшись не меньше.       - Да уж… - тихо протянула Белль.       - Естественно, через двадцать минут об этом знали мои родители, папе пришлось оставить маму и Нила в больнице и ехать за мной в полицейский участок. Дома я до ночи выслушивала всё, что могла, от папы, мама просто сказала, что очень мной огорчена и ушла в спальню брата и не разговаривала со мной несколько дней. А назавтра в школе о моих приключениях знали все, у кого были уши. Эшли, моя лучшая подруга, как я думала, присоединилась к издевательствам надо мной, поддакивая Тому, в которого была страшно влюблена. Даже учительница, с которой мы вроде ладили, отчитала меня за переполох. Про приколы самого Джонса и его подпевал я уже молчу. До конца учебного года я была как в аду, похудела на пять килограмм и даже всерьез задумывалась куда-нибудь убежать и неплохо бы, если бы попала под автобус.       - Боже, - прошептала подруга и взяла её за руку. – Я хочу убить его, каким бы красавчиком он не был. И что, как ты справилась?       - Всё решила бабушка Рут, - улыбнулась Эмма, сразу меняясь на глазах. – Приехала на пару недель к нам в гости, захотела со мной купить вместе кое-чего из одежды и, пока мы шли до торгового центра, услышала парочку насмешек в мой адрес. Дома устроила родителям некислую взбучку, во что они превратили ребёнка и как вообще могли допустить такое. Вроде как мама в мои годы была той ещё сорвиголовой, а когда с папой познакомилась, сначала своровала у него кошелёк – типа, это было испытание на вшивость. А меня бросили на растерзание волкам, хотя я пострадала больше, чем кто. Видимо, тогда-то родители и поняли, что всё не так невинно. Они классные, на самом деле, меня очень любят, просто решили, что это мой бурный подростковый возраст и надо его просто перетерпеть – они не думали, что меня реально травят. Не знаю, до чего довела бы их спасательная кампания – папа порывался науськать на всех моих обидчиков друга-шерифа, а мама на короткой ноге с нашим мэром и тоже могла легко обеспечить им небо в алмазах, - но бабушку это не устроило, и она в ультимативной форме сказала, что увозит меня в Нью-Йорк и последний год я буду доучиваться там.       - Думаю, то, что она директор школы, в которой ты потом училась, сыграло свою роль.       - Само собой. Здесь я за пару месяцев вновь почувствовала себя человеком, раскрылась и забыла период Киллиана Джонса как страшный сон. И вот – он является как призрак прошлого и просит найти его отца!       - И ты берешься за это дело, пусть и страшно не хочешь, - понимающе кивнула Белль.       - Если бы он попросил вернуть украденные деньги, я бы спустила его с лестницы, но похищение – серьёзное дело, - пыталась оправдаться Эмма.       - Разумеется. И его умоляющая физиономия совсем здесь ни при чем.       - Так, подруга! Минута сантиментов закончена!       - Ладно-ладно, - засмеялась Белль и встала. – Пойду готовиться к собеседованию. Кстати, а что за планы у тебя на меня были вечером?       - Выбила приглашение на вечерний прием, где будет парочка подозреваемых в причастности к исчезновению отца Джонса. Думала, может, ты со мной сходишь. Красивое платье и бесплатные дорогие блюда – чем не идеально проведенное время?       - Эх… - вздохнула подруга. – Я бы очень хотела, но, к сожалению…       - Лучше работа, я понимаю. Я найду кого-нибудь другого.       - Может, Уолш?       - Спрошу, но что-то мне кажется, он снова отсеется, - помрачнела Эмма.       - Опять весь в делах? Что-то тут явно не чисто, милая.       - Да брось, - отмахнулась частный детектив. – Помощник прокурора – это не бухгалтер с графиком с девяти до пяти. У него такая же безумная работа, как и у меня. Чувствую, придется все же Джонса дергать – он должен быть знаком с нужными мне личностями.       - Смотри сама. И что это за имя – Киллиан?