Если бы...

POV: Дженнифер       «С того момента, как родился Алан, моя жизнь полностью изменилась. Нет, не так: наша с Шерлоком жизнь изменилась. Да, так звучит намного правильнее. Малыш перевернул наш привычный мир, а точнее — изменил его почти до неузнаваемости.       Еще до рождения сына, я всерьез опасалась, что его отец не сможет стать ему настоящим родителем. То есть, кто может представить себе Шерлока, меняющего подгузники и разогревающего молоко? В былые времена, в микроволновке на кухне можно было найти что угодно: человеческие глаза в миске, например, или еще что-нибудь в этом роде… Теперь же там все чаще можно встретить простую детскую бутылочку с соской. И подобное явление, как бы странно это не прозвучало, совсем не типично для нашего дома.       Поначалу, когда Алан только появился на свет, им занимались исключительно мы с миссис Хадсон. Шерлок даже не подходил к нему, а уж о том, чтобы хотя бы взять сына на руки и речи не шло! Холмс будто боялся собственного ребенка, как огня.       Конечно, меня это очень задевало и даже обижало. Естественно, я вовсе не рассчитывала, что Шерлок в одночасье станет супер-папочкой, но… если честно, я вообще не представляла, как мы будем жить, когда у нас родится ребенок.       Мы с Майкрофтом, братом Шерлока, часто спорили о том, кто это будет — мальчик или девочка. Он упорно считал, что это обязательно будет мальчик — наследник семьи Холмс, продолжатель их рода, который с гордостью будет носить эту фамилию, как настоящий аристократ. Я, как большинство женщин, хотела, чтобы у меня родилась дочь, и утверждала, что так и будет. Шерлок же, в свою очередь, не упускал случая вставить свое ехидное замечание в перерывах между этими спорами. Как-то раз он заявил, что мы все несем чушь, и что его ребенок, определенно, унаследует его умственные способности и будет умнее нас всех вместе взятых, и что ему не будут нужны какие-либо глупые ничего не значащие титулы. Это, конечно, по большей части был укол в сторону Майкрофта, однако я не спешила согласиться с его братом. Мысль о том, что мне придется растить второго Шерлока, вызывала у меня мигрень. Мне вполне хватало его несносного отца.       Так шло время, и до самого появления малыша эти споры о его предназначении не утихали ни на день. Однако чем ближе приближался срок, тем явственнее я стала замечать, что Шерлок снова начал отдаляться от меня. Я пыталась с ним говорить, хотела понять в чем дело, но он упорно отказывался что-либо объяснять. Причину этого поведения я смогла разгадать лишь недавно.       Конечно, несмотря на новые обстоятельства в нашей жизни, мы с Шерлоком продолжали свое дело. Он все так же гонялся за преступниками по всему Лондону, а я по мере своих возможностей ему помогала. До того момента, как осознала, что женщины на сроке в 20 недель не могут участвовать в погонях, перестрелках и драках. Видимо, примерно в это время мой консультирующий детектив стал потихоньку от меня отдаляться…       Перед самым рождением ребенка почти каждый считал своим долгом дать мне какой-нибудь бессмысленный совет по поводу детей, как будто мне нужны были эти самые советы. Но я молча слушала, кивала и улыбалась, потому что спорить и доказывать что-то было бесполезно. Я до сих пор помню, как все суетились вокруг меня, когда у меня отошли воды и начались схватки, как бедная миссис Хадсон не находила себе места, бегая из комнаты в комнату, чтобы собрать мне вещи в больницу. Разумеется, я все подготовила заранее сама, о чем предупредила свою рассеянную домовладелицу, но ей все казалось, что она должна проверить, не забыла ли я чего-нибудь. Когда за мной приехала машина скорой, в госпиталь со мной рвались поехать чуть ли не все мои друзья: миссис Хадсон, Лестрейд и даже Молли! Но больше всех меня удивил Шерлок, который во всеуслышание заявил, что со мной в больницу поедет только он, а остальные не имеют права двигаться в нашу сторону до тех пор, пока не родится его сын. Пользуясь моментом всеобщего шока, в который он поверг наших друзей, Холмс запрыгнул в машину и велел докторам, как он выразился, „шевелиться побыстрее!“. Всю дорогу до госпиталя он молчал, лишь изредка поглядывая на меня через плечо. Я заметила, что он нервничает едва ли не больше, чем я. Но в тот момент я не могла выяснять причину его поведения.       После рождения ребенка я не могла думать ни о чем другом: день и ночь я проводила с сыном, лишь изредка прерываясь на сон и прием пищи, когда меня подменяла миссис Хадсон. Позже, когда к нам приехали родители Шерлока и Майкрофта, мне стало чуть полегче. Мать Холмсов взяла на себя часть моих обязанностей, так ей „было лишь в радость“ посидеть с внуком.       Сам Шерлок редко появлялся дома, а когда я его заставала на Бейкер-Стрит, он старался избегать меня и почти не общался с сыном. Все это я, конечно, замечала, и мне, несомненно, нужно было с ним об этом поговорить, но каждый раз что-то мешало, и возможность выяснить отношения с детективом постоянно ускользала от меня. Так длилось примерно три месяца.       Однажды, после очередной бессонной ночи, я настолько устала, что уснула за кухонным столом, сидя прямо на стуле. Не знаю, сколько я проспала, но проснулась я от того, что дома было слишком тихо. Непривычно, неестественно тихо… Испугавшись, что что-то не так с ребенком, я поспешила наверх в свою комнату.       Каково же было мое удивление, когда я увидела их обоих вместе!       Шерлок держал на руках нашего сына, тихонько укачивая его, чтобы тот поскорее заснул. Причем у него отлично получалось! Алан сонно посапывал на руках у отца, забавно чмокая губами.       Эта умилительная картина застала меня врасплох, и я застыла в дверном проходе, боясь пошевелиться. Эта идиллия была слишком прекрасна, и я, боясь ее разрушить, молча стояла в стороне и просто наблюдала.       Он заметил меня не сразу, а может, просто не хотел подавать виду, что заметил… не знаю. Впрочем, это не так уж важно.       — Он проснулся и начал плакать, а ты, видимо, не слышала, потому что уснула за столом на кухне, — повернувшись ко мне лицом, сообщил Шерлок. — Я, конечно, не эксперт по детям, но мне кажется, что он проголодался.       Я подошла к Холмсу-старшему и аккуратно приняла у него из рук Алана, стараясь не потревожить его.       — Да, — почти шепотом ответила я. — Я покормлю его. Спасибо, что успокоил его.       Детектив едва заметно улыбнулся и качнул головой в ответ.       Мне в голову вдруг пришла внезапная мысль, которую я поспешила озвучить.       — Знаешь, а вы с ним так неплохо смотрелись вместе… — я улыбнулась, глядя то на сына, то на его отца. Даже сейчас уже можно было сказать о том, что Алан будет похож на Шерлока больше, чем на меня. Впрочем, меня это ничуть не огорчает.       — Да, наверное, — Холмс задумчиво сложил ладони рупором, как всегда делал во время погружения в Чертоги. Я решила оставить его наедине со своими мыслями и вышла из комнаты. Мне еще нужно было покормить ребенка и снова уложить его спать. Но когда я выходила, на моем лице непроизвольно возникла счастливая улыбка. Наконец-то двое моих самых любимых мужчин поладили друг с другом! Теперь я могу вздохнуть спокойно — одной проблемой меньше».

***

      — Шерлок! Немедленно убери руки от моего ноутбука!       Я заметила наглого консультирующего детектива, сидящего за моим компом, когда поднималась по лестнице, неся в руках покупки.       Сыщик повернулся на звук моего голоса.       — Ты это собиралась выложить в блог?! — возмущением на возмущение ответил Холмс.       Я быстро прошла через гостиную в кухню, поставила пакеты с продуктами на стол, а сама поспешно вернулась в комнату.       — Привет, малыш, мама вернулась! — сказала я сыну, сидящему на полу в окружении игрушек. Когда я проходила мимо, Алан встретил меня радостным писком, а затем принялся колотить чем-то об пол, сопровождая свою проказу громким заливистым смехом.       Стремительно подойдя к столу, на котором стоял мой лэптоп, я уверенно отобрала его из рук вездесущего детектива, и, убедившись в сохранности текста, закрыла крышку компьютера.       — Сколько раз тебе повторять, что совать свой нос в чужие дела — это неприлично? — убрав ноут в сторону, я выпрямилась во весь рост, скрестила руки на груди, как всегда делала, когда злилась, и послала своему собеседнику осуждающий взгляд.       Шерлок в ответ лишь фыркнул.       — Но там было описано не очередное дело консультирующего детектива Шерлока Холмса, а то, как он нянчился с ребенком! Кому будет интересно это читать?       Я покачала головой.       — Ты удивишься, как много людей захотят это прочитать, поверь! — ответила я. Злость, кажется, прошла, и я уже не так сильно хотела запустить в своего несговорчивого мужчину одной из игрушек нашего сына.       Алан тем временем продолжал увлеченно колотить по полу какой-то деревяшкой, идентифицировать которую я смогла не сразу, а когда я хорошенько пригляделась и поняла, что держит в руке мой сын, желание покалечить его отца этой самой штукой вернулось в двукратном объеме.       — Уильям Шерлок Скотт Холмс! Объясни, будь добр, как в руках у нашего сына оказалась курительная трубка?