2. Юпитер, можешь меня не ждать.
8 апреля 2016 г., 22:08
Things aren't what they seem Makes no sense at all
Мне чертовски хочется сбежать отсюда. В другой город, в другую страну, на другой континент. На другую планету. Марс, Юпитер! У моих ног целая Вселенная! Звук будильника напоминает мне о том, что я не Бог, я лишь человек, я нечто жалкое и безразмерное, невесомое, бессмысленное. Проснувшись пару часов назад, я просто продолжил лежать, вновь погружаясь в путы мыслей. И вот оно, это громкое оповещение о том, что мне нужно встать, умыться, найти кофту приемлемого состояния, собрать книги и идти грызть гранит науки. Так что я поднимаюсь с кровати, пару минут вглядываюсь в собственные мешки под глазами, ополаскиваю лицо ледяной водой, надеваю темно-синий старый джемпер, скидываю печатные издания, лежащие на столе, в рюкзак и позволяю холоду улицы поглотить себя. Не думаю, что этот дом сможет стать для меня родным и теплым, за три месяца я все еще не привык к новым стенам, новому двору, новому почтовому ящику. Прохожу мимо соседских жилищ, кто-то выгуливает собаку, а кто-то уже опаздывает на работу, большинство, все же, сонно плетется по своим делам. К черту Англию. Первым в расписании стоит физкультура, а это значит, что у меня появилось время побродить по школе, осмотреться, так сказать. Мне хотелось подняться на последний этаж здания, узнать, открыт ли выход на крышу, но на втором лестничном проходе меня перехватил наш «светлый» классрук. — Доброе утро, Брайан! Спортивный зал на первом этаже, в левом крыле. — Здравствуйте, я не пойду на урок, неважно себя чувствую, — замечаю, что рядом расположилась парочка одноклассников. Разве я более заметный, нежели они, почему претензии лишь ко мне? — Если тебе плохо, то я могу проводить тебя до медпункта. Или отсидись на скамейке в зале. — Ненавижу запах спирта. — Хах, могу понять. Ладно, тогда спускайся. Или мне показать дорогу? — вновь добродушная улыбка. — Нет, спасибо, — бросаю я, уже считая ступени. Вообще, ненавижу спорт во всех его проявлениях. Многие говорят, что боль от физических нагрузок можно назвать сладкой. Как по мне, это полный бред. Ненавижу быть потным, ненавижу тянущие ощущения в мышцах. Да и активность, в общем-то, не для меня. Урок еще не начался, помещение пустовало. Занимаю самое дальнее место, чувство, будто там безопасней. Опираюсь спиной о стену, поднимаю голову. Здесь очень высокие потолки. Звонок. Физрук впускает стадо в зал. Стаду говорят бежать по кругу. Стадо бежит. Баскетболисты вырываются вперед, соревнуются между собой, бегут, поднимая колени как можно выше перед собой, бегут задом на перед, бегут приставными шагами. Они пускают шутки, над которыми смеются девчонки. Они чувствуют себя самцами, чувствуют в себе запредельную силу. А со стороны продолжают быть обычным стадом. Безмозглым, к тому же. Сзади плетутся тихони, кто-то уже выдохся и перешел на шаг. — Эй, ну как ты, получше не стало? — подходит ко мне учитель. Заебали уже со своими теплыми улыбками. — Профессор Келли предупредил о тебе. Ты ведь Брайан? — Не верьте именам, мистер Гильс, у него нет яиц! — выкрикнул типичный баскетболист. — Да-да, он тут ждет урок рукоделия и мейкапа, — подхватил типичный баскетболист номер два. — Остановились, восстанавливаем дыхание! А после еще десять кругов во славу мистера Джонса и мистера Минджа. — Это нечестно! — Пусть они сами бегают! Возгласы, полетевшие со всех сторон вызвали у меня усмешку. Интересно. — Скажите спасибо джентльменам. Что-то я отвлекся. Как ты? — обращается ко мне. — Все нормально, спасибо. Оставшаяся часть урока прошла спокойно. За несколько минут до звонка в зал вошла Джейн. Джинсы, футболка, кардиган на пару размеров больше хрупкой особы и все те же сиреневые оттенки. Без приветствий и кивков девушка просто села рядом, достала книгу и погрузилась в чтение. — Пойдешь на следующий урок? — вопросительный взгляд. Звонок звенит уже во второй раз, что означает окончание перемены. Спортзал наполняется новой группой подростков, а я все продолжаю рассматривать ее руки. Будто был в трансе, не знаю, как долго смотрел на пальцы, листающие тонкие страницы. Слова действуют весьма отрезвляюще, вспоминаю о манерах, перевожу взгляд на лицо собеседницы. — Какой сейчас? — История. В моей прежней школе был отвратительный преподаватель по этому предмету, так что привыкла прогуливать. Все же, ты идешь? — Да. — Ладно, я с тобой. Но, в итоге, она шагает впереди, размахивая сиреневой сумкой, а я плетусь сзади, неизменно поправляя сползающие рукава. — Еще есть шанс передумать, развернуться и уйти, Брайан. Мы можем неплохо проводить время, просто сидя в зале. — Разве в этом есть смысл? — Разве хоть в чем-нибудь есть смысл? — легко улыбается в такт мягкому голосу. Задумываюсь. Мы рождаемся, учимся жить и выживать, терпим неудачи и поражения, радуемся победам и успехам, но конец один — мы либо будем съедены червями, либо превратимся в щепотку пепла. И для чего все это? Даже если мы откроем новый физический закон, напишем книгу, которая изменит мир, или просто оставим какое-либо наследие потомкам, чертово время погубит все. Когда-нибудь человечество испарится с планеты, планета испарится из системы, система из Вселенной. В чем смысл, если мы, наши заслуги, наши проблемы настолько мелочны и незначительны в сравнении со всем существовавшим и существующим? — Что за зависания? — Иду-иду, — открываю дверь кабинета, урок уже начался, но учитель не ругает нас, а лишь кивком головы разрешает занять свои места, продолжая рассказ. Джейн усаживается за вторую парту рядом с Лин Дорван. Ей не дашь и шестнадцати, она действительно выглядит очень юной, даже по-детски, но, тем не менее, в первый же учебный день девушка показала обширность своих знаний. Она спокойно давала ответы на любой учительский вопрос, конспектировала каждое важное слово преподавателей, в общем, особа явно видящая в обучении нечто крайне важное. Не отвлекается, не только ни с кем не заговаривает, но и на чужие попытки знакомства реагирует холодно. Наверняка из-за этого «леди в сиреневом» подсела именно к ней. Она ценит одиночество и тишину, как и я. Может быть и заговорила со мной только из-за того, что нашла в нас сходство. Несмотря на то, что суммарно мы провели рядом с ней лишь несколько часов за эти дни, я уже понял, что рядом с этим человеком чувствую себя спокойно, ведь ее присутствие практически не заметно, наши ауры сливаются воедино. Мы можем быть одинокими вместе. Смотря под ноги, двигаюсь к парте, за которой провел вчерашние сутки. Длинные спутавшиеся каштановые волосы, тонкие изящные пальцы, на которых красуются темные кольца, выполненные в готическом стиле, прикрыты рукавами темной зеленой толстовки, яркий запах сигарет. Он обнимает сумку, уткнувшись в нее носом так, что я не могу видеть лица под подобием гнезда, устроенном на голове. Замечается лишь легкое движение плеч, едва слышны посапывания. Сажусь радом, пытаясь не задеть тело, пока еще показывающее признаки жизни, устремляю взгляд в окно. Снова дождь. У историка приятный голос, речь четкая и понятная. Лекцию не записываю, но слушаю внимательно, не обращая внимания ни на новоиспеченного соседа, ни на шепот одноклассников.***
Второй урок закончился. Перемена. Третий урок закончился. Перемена. С Джейн пытался заговорить «опрятный» паренек Джим, но она продолжила чтение, не обращая внимания на смущенного юношу. Четвертый урок закончился. Перемена. Нечто, лежащее рядом со мной, не меняет своего положения уже несколько часов. Пятый урок закончился. Перемена. — Пошли отсюда. — Даже первая неделя учебы не прошла, а ты так рвешься прогуливать. — Не строй из себя правильного мальчика, мне нужно покурить. — Без меня не справишься? — У меня нет сигарет. Смотрю на лицо Аксли, совершенно безэмоциональное, отреченное. Что-то внутри подсказывает, что сейчас мне не нужно задавать вопросы, мне просто нужно пойти вместе с ней. Поднимаюсь, беру рюкзак. Джейн выжидающе смотрит. Выходя из кабинета, бросаю взгляд на «нечто». Ощущение, что он проснется, как только я выйду. Во мне поселяется желание увидеть его лицо.
