Всё было бы иначе

      Снова идёт снег… Застилает белой пеленой всё вокруг себя, скрывая черноту и серость большого города. Словно чистый лист, вбирает в себя краски и заставляет их тускнеть под снежной бурей, разбушевавшейся за считанные секунды. В Санкт-Петербурге погода, как и в большей части регионах страны, непредсказуема. И в этой культурной столице, посреди огромной площади, стоит человек, подняв голову к серому небу и задумавшись о своём, потаённом, позволяя холоду и снегу пробраться под ворот куртки и охлаждать кожу, легко покалывая её. Ветер шумит и кружит хлопья в замысловатом танце, а высокий человек, не выходя их своих мыслей, одним движением накидывает на голову капюшон, обращая внимание на порядком испортившуюся погоду.       Слишком много тяжёлых мыслей, мешающих дышать и спокойно существовать. Желание изменить свою жизнь и начать с чистого листа слишком сильно, чтобы игнорировать его. Вот бы этот белый снег, полностью окутав парня, сумел бы очистить разум и дать новую жизнь, в которой парень нуждался как никто другой. Ему казалось, что в один момент он повернул не туда, и теперь его роль в жизни канула в небытие. Нельзя работать простым менеджером. Непозволительно было бросать заниматься юмором, прекрасно понимая, что это доставляет огромное удовлетворение. Ох, если бы тогда он был смелее!.. Если бы в нём были силы перебороть свой страх и согласиться продолжать раскрывать себя, то сейчас он бы не растрачивал талант впустую в виде коротеньких шуточек на работе. Всё было бы иначе…       В кармане куртки завибрировал телефон, и если бы не руки, спрятанные за неимением перчаток, то звонок был бы проигнорирован. Парень, встав против ветра, принимает вызов. — Антоха? — тут же донёсся голос из трубки. — Ты там где? — Похоже, заблудился, — соврал тот. — Другой город, сам понимаешь. — Только не опоздай на постановку. В курсе ведь, что в театры не принято приходить прямо перед последним звонком.       Всё началось с того момента, когда Антон, взяв заслуженный отпуск, приехал в Петербург из Воронежа вместе с Димой, где их по старой дружбе приютили знакомые. Посетить именно культурную столицу надоумил именно Позов, не имея ни сил, ни желания более видеть своего приятеля унылым и разбитым. По мнению друга, подобная встряска могла освежить взгляд молодого человека и вдохнуть в него жизнь. Друзья не знали, что именно может послужить толчком для Антона, поэтому, поддерживая свой статус культурных людей, вручили парню билет в театр. Проблем не было, за что спасибо связям. И сейчас высокий блондин, посмотрев на время, подорвался с места. — Если я не ошибаюсь, — предположил Антон, — то я знаю, куда мне идти. Из-за этого снегопада не видно ничего, что дальше моего носа. — Понимаю тебя как никто другой, — смеясь, продолжил Дима. — Ты бы видел людей, которые по несколько минут отряхиваются от снега. Ну всё, Шаст. Мне уже пора. Удачи тебе.       Позов кладёт трубку, не дождавшись ответа, и оставляет друга наедине с бушующей погодой и незнакомым городом.

***

      Холл в театре показался Антону слишком просторным, а свет от огромных, словно хрустальных, люстр чересчур ярким. Вокруг всё время толпятся люди, будь то гости, пришедшие насладиться постановкой, или персонал, следящий за порядком. Женщины блистали своими нарядами, которые в искусственном освещении казались ярче. Некоторые дамы стоят возле зеркал, висевших на стенах, поправляя макияж и причёску, а иные не знают, чем себя занять во время ожидания первого звонка, и попросту слоняются из угла в угол. Мужчины выглядят солидно в дорогих костюмах, а кто-то даже чуть задирает подбородок кверху, отчего кажется надменным. Антон же, за неимением ничего другого, в чём можно было показаться широкой публике, стоит в своём единственном парадном костюме, состоящим из белоснежной рубашки, серых брюк и пиджаку к ним в тон. Если бы не слегка потерянный вид, Антон сошёл бы за истинного питерского ценителя высокого искусства. Он подходит к окну и начинает смотреть на улицу, вновь очарованный зимой.       Звонок заставляет вернуться к реальности. Люди, стоявшие возле двери, без проблем входят в зал, подготовленный к представлению публике. Не повезло тем, кто попадает в толкучку и с народной массой вливается в помещение. Парень же дожидается, когда войдут все самые торопливые, и в конце спокойным, размеренным шагом направляется в партер на своё место. «3 ряд, 13 место», — держит у себя в голове Антон. Удобно усевшись на место, с улыбкой на губах отмечает, что здесь он — один из самых высоких людей, и лично ему никто не будет мешать наслаждаться постановкой своей большой головой.       Второй звонок. В зале люди то и дело обмениваются стандартными фразами вроде «Скоро начнётся?» и «Как же надоело ждать!».       Последний звонок. Выключается свет, поднимается занавес, и на сцене уже стоят персонажи, готовые поведать зрителям свою историю. По прошествии некоторого времени Антону стало казаться, что он словно живёт вместе с героями, переживает вместе с ними, отчего его собственные проблемы постепенно отошли на второй план, а затем и вовсе исчезли. Ровно до появления пожилого мужчины. Парень не сразу догадывается, что на самом деле его играет вполне молодой человек. Сев на скамейку, персонаж рассказывает о своей прожитой жизни. О том, как, будучи начинающим художником, у него не было денег ни на краски, ни на кисточки, и порой даже на пропитание. Но был талант, который он хотел развить и позже показать свои прелестные картины всему миру. Неожиданно подвернулась возможность на лучшую, как казалось тогда, жизнь: сапожник искал подмастерье, готовый обучить героя всем своим секретам и обеспечить жильём и едой. Послушав близких людей, он согласился оставить своё местечко и бросить мечту всей своей жизни — радовать людей картинами. И теперь, будучи на смертном одре, жалеет о принятом решении и не предпринятых попытках вновь взяться за кисти и добавить в жизнь ярких красок. — Запомните, — хриплым голосом говорил актёр, — дорогие мои: никогда не отступайте от своих желаний, следуйте зову своего сердца. Сохраните и преобразите тот дар, которым наделила вас природа. Не поздно принять верное решение, не возвращая время вспять. Делайте всё возможное, двигайтесь к своей мечте. Я понял это лишь сейчас.       Зрители замирают и перестают дышать. Персонаж делает глубокий вдох и закрывает глаза. Опускается занавес, говоря о конце первого акта. Все дружно вскакивают с мест и расходятся, кто куда: некоторые отправляются в буфет, когда как большинство женщин идут к зеркалам, а молодые достают свои телефоны и погружаются в них с головой. Лишь Антон остаётся сидеть на своём месте, пуская скупую слезу. Эта актёрская игра задела его, как и история, рассказанная минуты назад. Теперь в его голове совершенно другая мысль: «Не поздно ли вернуться в юмор?». Рассуждая, он и не замечает подсевшего к нему мужчину в костюме и гриме. — Понравилось? — осторожно интересуется незнакомец, но всё равно немного пугает блондина. — Настолько, что у меня нет слов, — отвечает он. — Ваша игра была великолепной, как и ваше мастерство.       Сделав жест, словно снимая шляпу, Антон замечает улыбку на лице собеседника. — А ты весёлый. Как зовут тебя, парень? — Антон, — он протягивает руку в дружелюбном жесте. — Арсений, — тот пожимает большую руку с длинными пальцами, на которых красуется несколько колец, — очень рад знакомству. Не часто встретишь зрителя, чьё сердце открыто и может так сильно откликаться. — Ваша роль… — Погоди, — перебивает его брюнет, — ты думаешь, что я действительно старик? Навряд ли я настолько старше тебя. — Хорошо-хорошо, — согласился он, — твоя… роль. Всё дело в ней. — Может, дело в перепутье? — и, увидев короткий кивок, он продолжает. — Послушай, Антон. Если чувствуешь, что так будет лучше, то ничего не меняй. Но если в душе твоей есть хоть капля сомнения, то решайся на действия. В любом случае, не попробуешь — не узнаешь. — Спасибо… тебе за всё. Нет, правда. Я счастлив, что попал сюда. — Тебе друзья подарили этот билет, не так ли? — сменив тему, хитро спрашивает он.       Не понимая, откуда этот совершенно незнакомый человек так много знает, Антон настораживается и приподнимает бровь. — Это долгая история. Если хочешь её услышать, то дождись меня в зале. Ты же приезжий? Не видел ночного Петербурга?       Мужчина слишком оживился, а блондин, по всей видимости, заинтригован тайной историей. — Нет, не удалось. Но, надеюсь, ты покажешь мне его, рассказывая, откуда, чёрт тебя дери, так много всего знаешь.

***

      Постановка, которая закончилась с минуту назад, воодушевила парня и натолкнула на правильные мысли. Помимо этого, Антон может завести нового друга и, судя по просвещённости мужчины, о нём могли рассказать старые знакомые Димы, который и отдал ему билет. Но зачем им говорить о совершенно незнакомом человеке? Возможно, этот вопрос волнует блондина несколько больше, чем остальное. Нет, ему хочется узнать об Арсении, но приоритеты уже расставлены, и остаётся лишь поджидать удобного момента, чтобы начать расспрос.       Всё оказалось так, как и планировал мужчина: стоя возле выхода и пытаясь доказать пожилой женщине, просящей Антона удалиться из зала, что его здесь ждут, Арсений показывается из-за спины работницы. — Простите, — извиняется он, — но я попросил этого молодого человека ненадолго задержаться. Поверьте, этого больше не повторится. — Идите уже, — она махнула рукой в нашу сторону. — Вы, питерские, все такие вежливые?       Выйдя из огромного здания театра, которое в свете ночных фонарей будто покрывалось золотом и выглядело богаче и пышнее, чем при дневном свете, Антон отмечает про себя, что разъярённая буря закончилась, и теперь маленькие снежинки неторопливо падают с неба, окутывая обоих лёгкой белоснежной пеленой. Парень испытывает неловкость и не может подобрать слов, чтобы начать разговор. Благо, собеседник оказывается сообразительнее и разговорчивее. — Есть какие-нибудь пожелания насчёт места? — Если честно, — замялся он, — то у меня в голове нет ни одной идеи. — Тогда всё беру на себя! — Арсений выглядит весёлым и бодрым, даже если учесть его недавно завершённый рабочий день. — Знаю я одно кафе, где готовят изумительный кофе. Взбодришься и согреешься. — Может, — Антон смотрит на собеседника, — расскажешь, откуда ты про меня знаешь? — От Димы Позова, — неспешным шагом направляясь в обговоренное место, продолжает мужчина, — а его я узнал с неделю назад. Случайная встреча, на которой мне и рассказали о тебе. — Не секрет, что именно? — видно, что Антон немного волнуется. — Мне говорили о твоей депрессии. Ты действительно выглядел неважно. И, если всё правильно помню, то не так давно тебе пришлось сделать важный выбор, изменивший твою судьбу. — Верно, — задумчиво протянул он. — Не секрет, что я долгое время занимаюсь юмором. Буквально со старших классов в КВН. Позже меня это увлекло настолько, что я и оглянуться не успел, как стал выступать в качестве импровизатора. — Но если, как ты говоришь, тебя затянуло, то почему сейчас не занимаешься любимым делом? — Это прозвучит грубо, но я — реалист, и первым делом думаю о будущем. А какое может быть будущее у импровизатора? Только если пробиться на ТВ, но это уже совсем другая история.       За разговором они и не заметили, как добрались до небольшого кафе в приятных бежевых и коричневых тонах, изнутри украшенного живописными картинами и живыми цветами. Атмосфера в нём более, чем приятная. Они садятся за свободный столик и делают заказ у официанта, после чего вновь увлекаются беседой. — Приложив достаточно усилий, имеется возможность добиться больших высот. Ведь главное верить и делать всё, что в твоих силах. — Слишком легко говоришь, но что насчёт тебя? — Видишь ли, — Арсений тяжело вздохнул, — какая ирония: я играю роль человека, который побоялся изменить свою судьбу, и понимает это, лишь будучи при смерти. Вот я и сам мечусь между театром и… своей мечтой. — Разве твоя мечта — это не быть актёром? Но твоя игра совершенна! — Мне лестно слышать похвалу от тебя, — мужчина смущается, — но желание моё не совпадает с тем, что я имею. Около месяца ходил в театр импровизации, но остановился. — Почему же? — взяв горячий кофе и немного отпив, Антон обжигает язык, но не подаёт виду, чтобы не сбивать настрой откровенного разговора. — Ровно потому же, что и ты: не вижу будущего.       Они замолчали и стали смотреть то друг на друга, то в свой кофе, погружённые в свои мысли, пока идея не пришла в голову Арсения. — Давай начнём всё с начала? — Что ты этим хочешь сказать? — Почему бы нам не вернуться к любимому делу?       Антон не поверил в услышанное: он снова начнёт шутить? Вновь станет радовать публику своими неожиданными высказываниями? Тем более, приобретя нового друга, парень начал чувствовать себя чуть более уверенным в себе. Ведь если один из них начнёт сдаваться, то другой поднимет, встряхнёт и поможет преодолеть трудности. Казалось, что сейчас весь мир меняется вокруг этих двух, в будущем талантливых импровизаторов, вселяя надежду и, что немало важно, воскрешая их зарытую мечту. — С чего начнём?

***

      Время близится к ночи, вскоре закрывается и кафе, но эти двое не хотят прерывать свою оживлённую беседу, поднимая совершенно различные темы. Им комфортно находиться рядом, и, несмотря на короткое знакомство, по ощущениям они уже давно знают друг друга. Как старые знакомые, встретившиеся через много лет разлуки, пытаются узнать как можно больше о сидящем рядом человеке. И вот когда официант просит их удалиться, объясняя закрытием заведения, встаёт вопрос: куда же пойти? — Прогулка по ночному городу ещё в силе? — Арсений показывает рукой в сторону улицы, поправляя свой шарф. — Только обещай, что не заведёшь в тёмный переулок. — Боишься быть ограбленным? — Скорее, не знаю, чего от тебя ожидать, — Антон улыбается, глядя на лицо Арсения, выражающее непонимание: как такой культурный человек, как он, мог бы так зверски воспользоваться ситуацией?       Аллея парка, по которой гуляют двое ничего не замечающих вокруг себя людей, приводит их к мосту, набережная которого густо освещена холодным светом фонарей. Зрелище завораживает обоих, и они, мило беседуя о своём, наслаждаются картиной спокойного ночного города, расстилающегося перед ними. Антон уже и думать забыл о своей депрессии, находясь рядом с Арсением, способном заговорить кого угодно. — Тебе не нужно завтра на работу? — Всё в порядке, — отмахивается мужчина, — можешь не волноваться. — Не волноваться, говоришь? — слегка злится парень. — Ты спать сегодня собираешься? Или всю ночь будем на улице мёрзнуть? — Тихо-тихо, — он выставил перед собой руки, — не горячись. У меня всё под контролем. И я на самом деле был бы не против ещё пару часов постоять на холоде. Не пойми неправильно, ведь с тобой я чувствую, что, в конечном счёте, нахожусь на правильном пути. — Без меня не мог решиться? — Ты читаешь мои мысли. — И всё же, пора нам уходить. Не могу больше отнимать у тебя время. — Тогда слушай: через дня три у меня будет пара дней выходных. У Серёжи есть знакомый, имеющий небольшой загородный дом. Соберёмся там и попробуем разыграть несколько сценок. Как тебе идея? — Не вижу причин отказываться. — Тогда до скорого? — До выходных.       Обнявшись, расходятся в разные стороны. Арсений, будучи уверенным, что парень не обернётся, встречается с ним взглядом и, напоследок помахав рукой, они покидают это место, позволяя снегу заметать их следы.