Всё было бы иначе

      Город погрузился в темноту, оставляя непроглядными некоторые его участки. Фонари и едущие навстречу машины освещают дорогу, светлой полосой проходящей среди мрака. Водители едут неспешно, опасаясь столкновений и других дорожных происшествий. Среди них выделяется одна машина, что летит, превышая допустимый предел скорости и обгоняя, словно бросая вызов безмятежности, которую создала сама ночь. Двигаясь по трассе, водитель сворачивает с неё и оказывается на узкой дороге, где от асфальта осталось одно слово. Пришлось забыть о быстрой езде. Проклиная каждую ямку, машина маневрирует, как может.       Местечко под мостом, где решили остановиться двое, выглядит одиноким и забытым, идеально подходящим для них. Мужчины отстёгивают ремни безопасности и выходят, плотно закрывая дверь, оставаясь наедине с морозной ночью и друг другом. Высокий парень, который так и не приобрёл себе перчатки, трёт ладони. Подойдя, водитель протягивает подарок, купленный специально для забывчивого Антона, и, чтобы не слышать протестов со стороны друга, сам надевает их на замёрзшие руки. — Спасибо, — улыбается парень, отчего Попов в момент становится спокойным, несмотря на недавнюю злость. — Я вас раскусил, рассеянный молодой человек, — Арсений подходит к капоту машины и слегка опирается о него, смотря на фигуру парня, повторяющего его движения. — Мне здесь нравится, — осмотревшись, парень запрокидывает голову и смотрит на безоблачное небо, усыпанное мелкими звёздами. — Помнится, ты был не против провести со мной ночь, — увидев на лице друга удивление из-за двусмысленности фразы, Попов объясняет, — не торопись с выводами, я… — Всё нормально, Арс, — изумление сменяется на хохот, — помнится, что при нашей первой встрече ты ясно дал понять, что если бы не твоя работа, то смог бы показать мне город. И, в принципе, сейчас я полностью удовлетворён. Не представляешь, как я счастлив вот так просто стоять рядом с близким мне человеком.       Повисло недолгое молчание. — Впервые слышу такие лестные слова от тебя, — мужчина встаёт напротив парня, и из-за выключенных фар тот едва различает черты лица. — Это не лесть, — Антон серьёзен, — а благодарность. Абсолютно за всё. Ты так добр ко мне, хотя мы знакомы… чёрт возьми, с две недели. Но за это время я ещё никогда не чувствовал себя по-настоящему живым, наполненным энергией и… — он вовремя оступается, случайно не взболтнув лишнего. — Чем же? — Блаженством, — не решается сказать другое, — а теперь, если ты не против, вернёмся в машину. Даже тёплые перчатки не согреют в декабрьский мороз. — Тогда куда дальше? — Кто из нас живёт в этом городе? Вот и думай теперь, — оставляя друга, Шастун садится на своё сидение и наблюдает, как мужчина разводит руками и поддаётся воле молодого парня.       Арсений, перебрав множество вариантов у себя в голове, предлагает поехать в какой-нибудь ночной клуб. Но вспомнив свой сон, в котором он был как никогда близок с Антоном, невзначай добавляет, что они ничего не потеряют, если не поедут туда. Вместо этого Арсений привозит парня к себе домой, где потом всю ночь не утихал едва сдерживаемый смех, чтобы не разбудить соседей.

***

      С каждым новым днём Арсений подмечает, как меняется из скромного интеллигента в любителя провести время с шумной компанией. Как ему хочется проводить больше времени с Антоном… но времени практически нет, и мужчина ощущает нужду в дополнительном 25 часу в сутках. После восстановления на занятиях, где искренне надеялись о его возвращении, свободное время стало немыслимым подарком. Остаётся переписываться короткими сообщениями, чем не пренебрегает ни Арсений, ни Антон. Оба едва сдерживают себя, лишь бы не сорваться и не позвонить, услышать приятный сердцу голос. /Слушай, а 31 ты остаёшься здесь или уезжаешь праздновать домой? / \И в мыслях не было. У тебя какое-то предложение? \ /Слишком открыто спросил? / \Ага. Внимательно слушаю\ /Есть возможность приехать в знакомый домик. Ты как? / \О, отлично! Только Диму возьмём. Иначе обидится\ /По секрету, без него Серёга откажется/ \Серьёзно? \       Вновь удивившись наивности Антона, мужчина, сам того не подозревая, продолжает сдавать друга с потрохами, хотя замышлялось шутки ради. /А ты как думал? Поэтому они и видятся каждый день/ \Везёт им\ /Почему? / \А, не обращай внимания. Заедешь 31? \ /Мог бы и не спрашивать/       Задумавшись над недоговорённой фразой друга, Попов стал прикидывать варианты. Неужели Антон радуется якобы открытости мужчин в возможных отношениях? Или это радость за чужое счастье? Всё равно ответа не узнать, ведь парень, по всей видимости, не настроен продолжать тему. Но живущая в голове возможность того, что Шастун подсознательно не против отношений между мужчинами, подталкивает Арсения к границе, которую он зарекался никогда не пересекать. Ещё не так давно он, грубо говоря, брезговал пожимать руки людям нетрадиционной сексуальной ориентации, а теперь движется к ним семимильными шагами.

Голос разума твердит: «Не смей! Выбрось эти мысли из головы!». Беда в том, что сердце ноет: «Не могу без него». И кому довериться?

***

      Спустя несколько дней, настал желанный день, когда друзья могут спокойно собраться вместе, не отвлекаясь на привычную суету и отодвинув работу на второй план. Ночь, когда наступает новый год, уже много веков считают сказочной. И откровенно хочется верить, что желание, загаданное под бой курантов, сбудется, несмотря ни на что.       Арсений заранее объездил несколько магазинов в поиске подарков ребятам. Пришлось туго, ведь вкусы у всех разные, и боязнь подарить не совсем приятную вещь остаётся даже сейчас, когда всё упаковано и менять что-то уже слишком поздно. Проверив, не слишком ли видно подарки, отходит от машины и встречает взглядом двух мужчин, несущих большие пакеты. Взяв продукты, помогает донести и убрать в багажник, напоследок проверив, не повредится ли содержимое пакетов во время езды. Последним из подъезда выходит довольный Антон, идущий налегке. Как оказалось, он принимал душ и, немного забывшись, не заметил ухода друзей. Выйдя из ванной комнаты и не найдя ни мужчин, ни вещей, сообразил и поспешил догнать друзей. Поэтому всю дорогу от Антона не отставали, время от времени подкалывая. — Ребят, ну простите! — чуть ли не молил парень. — Каюсь, ступил. — Это мы уже слышали, — Диму посетила идея, которую он поспешил озвучить, — но как же наказание за провинность? Будешь нашим Джинном и исполнишь три желания. — С какой стати? — возмущается Шастун. — Надо же тебя как-то проучить, — присоединяется Попов, следя за дорогой. — Лучше соглашайся, — советует Матвиенко, — а то кто их знает, что ещё придумают.       Поразмыслив и найдя лазейку, Антон не тянет время. — Согласен, — протягивает руку Позову, — три, не больше. — Замётано, — радуется тот, ответив на жест. — С каждого по желанию, — как бы невзначай говорит парень.       Арсений, внимательно слушая разговор, понял, где они просчитались. — Как это? Договаривались… — вспыхнул Серёжа, но его перебивают. — Уговор всего на три. И каждому, выходит, по одному. Хитрый лис, — ухмыляется Арсений, мельком взглянув на довольного парня.

***

      На месте уже собралась куча народа, радостно встречая мужчин громкими возгласами и поздравлениями с наступающим праздником. Среди людей нашлись и те, кто помогает перенести вещи в дом и знакомит с массой празднующих. Загородный дом, оказывается, очень вместительный, и среди всего хаоса приготовлений все чувствуют себя комфортно, словно оказавшись в одной большой семье.       Спустя несколько часов это почувствовали все: и горе-кулинары, едва не спалившие кухню, и участники уличных игр, на время устроившие войну между собой, и начинающие дизайнеры, наряжающие откуда-то привезённую ёлку вместе с гостиной, где планируется проводить основные действия. Антон задействован везде: уж не очень ему хочется отказывать кому-то в помощи. Этим и воспользовался Дима, заодно загадав своё желание закончить с приготовлением еды. А сам Позов донимает Сергея, которому отчего-то взгрустнулось. Арсений, вовремя подобрав момент, зовёт парня, предварительно заготовив длинный монолог. Но при виде радостного друга слова запутались, и приходится вновь импровизировать. — Как тебе вечер? — Превосходно, — Шастун как всегда искренен, — я никогда не был на таких вечеринках. — Очень рад, — мужчина старается не выдать подарок, спрятанный за своей спиной, но, завидев любопытный взгляд, протягивает коробочку. — Это тебе, Антон. В общем, с праздником. — Ух ты, — радуясь, словно ребёнок, открывает и достаёт вещицу, — долго выбирал браслет? — Даже и не представляешь, — посмеивается и попадает в крепкие объятия. — Спасибо тебе, Арс. — Я тоже должен тебя поблагодарить. Ты послужил неким толчком моей жизни. Не найдётся подарка, способного в полной мере выразить тебе мою благодарность. — Слова — это лучшее, что я могу от тебя услышать. А теперь жди меня здесь и никуда не уходи.       Стоя возле лестницы в шумной комнате, где собралась вся масса, часть которой уже навеселе, Арсений чувствует, что ещё немного и он присоединится к другим. Но сперва загадает желание, единственное, что пришло в голову. А пока мужчина доволен доставленной радостью от подарка. — Держи, — предмет, обёрнутый в подарочную упаковку, наталкивает мысли о книге, — открой же.       Шурша бумагой, он никому не мешает: включенная музыка становится громче, и даже слова собеседника не такие чёткие. — Ежедневник, чтобы ты записывал всё самое необходимое. Специально купил большой, чтобы надолго хватило.       Вновь сцепив друга в объятия, Арсений радуется скорее не самому подарку, а вниманию, оказанному со стороны. Шастун ходил по магазинам и выбирал также, как и Попов: долго и мучительно, прикидывая, понравится ли вещь и какая реакция может последовать. — Кто откроет шампанское? — раздаётся голос, перекрикивающий включенную песню, после чего громкость музыки убавили. — Мой Джинн бродит без дела, — Матвиенко удивил гостей своей фразой, а Антон, словно по команде, плетётся до барной стойки, на которой в ряд стоят бутылки. — Ну, надеюсь, никого не пришибу, — приободрил всех Шастун.

***

      Стоя возле стола и держа в руке зажжённый бенгальский огонь, мужчина осматривается: гости уже наполнили бокалы с шампанским, кто-то приготовился писать желание под бой курантов, а другие надеются на его исполнение без лишней суеты.       Арсений стоит рядом со своими друзьями и чувствует приближение праздника как никогда прежде. Атмосфера волшебства проникла и в его сердце, отчего он полагается на претворение своего, кажется, несбыточного желания в жизнь. Рядом стоящий Антон уже готов считать секунды до наступления нового года, придумав заранее, что пожелает. Отличились Дима с Серёжей, решив загадать то, что первое взбредёт в голову. А что? В моменты, когда требуется срочное решение или действие, всегда всплывают самые удачные варианты. Надеясь на это, мужчины со смехом наблюдают за теми, кто ещё не нашёл карандаш или бумагу, пытаясь урвать у кого-нибудь нужный клочок.       С трудом ребята отговаривают одного уже явно подвыпившего гостя вырвать страничку из паспорта, ссылаясь на то, что жениться всё равно он пока не собирается.       Вот и долгожданное поздравление, которое всё равно никто не слушает: мельтешения продолжаются, но уже в другой манере. И теперь, приготовившись, все разом налетают кто на свои бокалы, предварительно загадав желание или же успев написать и кинуть пепел сожжённой бумажки в шампанское. Эти секунды пролетают незаметно, и вот люди уже поздравляют друг друга с наступившим годом, обнимая всех, кто попадается под руку.       Проходит около часа. Народ продолжает веселиться, а Арсений смотрит издали на парня, что увлёкся разговором с группой гостей. Если бы Антон повернулся и заметил, как на него смотрят, то ему бы стало не по себе от откровенного желания в глазах друга. Лицо Антона расплылось в улыбке, щёки покраснели от выпитого алкоголя, а в глазах пляшут огоньки. Мужчина сравнивает парнишку с маленьким чертёнком, что радуется малой шалости. По Шасту видно, что он наслаждается вечеринкой и берёт от неё всё. Хоть празднование тянется с самого утра, в Антоне до сих пор полно энергии, что нельзя сказать об Арсении, уже начавшем скучать. Все разбредаются на небольшие группы, где каждая занята своим делом, а примыкать к кому-то Попов не считает нужным. Понадобится — свистнут.       Дима, подхватив за руку стоящего рядом Серёжу и ещё кого-то, начинает танцевать, завлекая других. По словам мужчины, песня, что сейчас играет, ему очень нравится, поэтому все желающие и те, кто не в восторге от идеи, приглашены на бессмысленный танец. Хохот становится громче, стоило кучке стать слишком близко друг к другу, и вот уже все начинают наступать на ноги первого попавшегося танцующего. Ребята навеселе, потому даже такая мелочь поддерживает дух веселья. Празднество продолжается, им хорошо, и никто не смотрит на время. Это ни к чему. — Антош, — подзывает друга Попов, — иди сюда. — Ты что-то хотел? — не очень хочет отрываться от компании парень. — Не говори, что забыл про желание, рыбка моя. — Ой, точно. Ну, я весь твой. Но сначала, — увлекает в танец, — только одну песню, ладно? — Хм, — Арсений делает вид, что задумался, — разве что одну.       Они совершенно не попадают в такт, но важно ли это, когда они смотрят друг другу в глаза, их руки сплетены в замок, а они осторожно топчутся на месте, почти прижимаясь грудью к груди? Как же удачно, что из-за выпитого алкоголя окружающим плевать на двух мужчин, назвать которых можно только сладкой парочкой. Иначе понабрались бы проблем — век не разгрести. Обмениваются короткими фразами, запоминая эту ночь, их танец, чудесную улыбку и взгляд, полный ласки.       Вот закончилась песня, а расцепить руки никто не собирается. — Ну и что же ты хочешь мне загадать? — Сначала я должен быть уверен, что ты скажешь мне правду. — Я столько выпил, что обдумать ложь не смогу. Про обман вообще молчу. Давай, пока я в таком состоянии не взболтнул чего лишнего. — Антон, скажи мне: ты влюблён? — Слишком заметно? — отводит взгляд в сторону, но ненадолго. — Ну так… кто это? — Ты, Арс, — Шастун, засмущавшись, утыкается в плечо мужчины.       Попов с облегчением выдыхает: он был уверен, что объектом желания у парня стал Позов. Вроде бы и лучший друг, но уж больно подозрительно близок. Но сейчас всё изменилось. — Тоша, — взяв лицо парня в руки, смотрит ему в глаза, — ты мне нравишься. Слышишь? Очаровал, свёл с ума — всё одно. — Уйдём отсюда? — Очень удачное предложение, — берёт любимого за руку, и они поднимаются наверх, в комнату, которую ещё никто не занял.       Торопятся, не желая, чтобы кто-нибудь их спохватился. Открыв дверь, входят в комнату и запирают дверь. Это необходимость и самая малая вещь, способная скрыть их от чужих глаз. Желание уединения было в каждом из них в большей или меньшей степени и сейчас сравнялось. Остановившись, ожидают действий со стороны, то ли боясь, то ли не решаясь.       Арсений разглядывает Антона, такого красивого в лёгком свете лампы, подносит палец к губам парня, ощущая чужое дыхание. Шаст легонько дотронулся губами до пальца, и Арсений, накинувшись, едва ощутимо целует парня, совсем невинно, опасаясь реакции. Кто знает, вдруг молодой паренёк передумал и хочет убежать, а всё забыть как страшный сон? Нет, всё именно так, как и желал Попов. Как если фантазии стали реальностью, мужчина обнимает Шаста, становится ближе, чем раньше, и понимает, что всё уже не будет, как раньше.       Арсений спешит, укладывает Антона на кровать и припадает к его шеи, сначала кусая, а затем посасывая кожу. Парень ёрзает, не знает, куда деться: всё, что происходит с ним, в новинку. Ещё никогда никто из них и представить себе не мог, что настанет день, когда один будет тихо постанывать от ласк, закусывая кулак и сдерживая голос, а другой начнёт воплощать свои тайные пошлые желания. Шаст еле расслабляется под натиском прикосновений, снимает с себя одежду, оставаясь в одном нижнем белье. Напротив него Попов, не чувствующий неудобства, словно кот, надвигается на парня и нависает сверху, припадая к чужим губам. Рука мужчины проникает под ткань трусов, медленно стягивая их с паренька, замершего на эти мгновения. Антон отодвигает от себя Арсения, и тот садится на кровать. Парень, замерев, разглядывает обнажённое тело перед собой, уходя в себя. — Антош? — едва слышно, словно боясь спугнуть, говорит Попов, когда молчание затянулось. — Точно. Ты же парень… — в горле будто пересохло, — твоё тело совсем не такое, как у девушек. Даже то, что ты мне нравишься, не сделает тебя другим, и… — Что ты хочешь сказать? — Прости, — он еле смог это выговорить, смотря на свои руки, сложенные на коленях, — Прости, Арс…       Лоб Антона покрывается испариной от волнения, мысли никак не хотят приходить в порядок, будто все слова вылетели из головы. — За что ты извиняешься? Сам знаю, что это извращение. — Нет, Арсений, это… — Всё нормально, — подбирает вещи и наспех одевается.       Пара минут, и вот он уже возле двери и, отперев её, Арсений не решается напоследок взглянуть на Антона, оставляя того одного. — Не надо было это начинать… — Шастун закутывается в одеяло, — Я ужасен. Как же глупо было надеяться, что могу быть с ним. Даже осознавая, что он мужчина… — всхлипывая, продолжает говорить в пустоту, — прошу, пойми меня.       «Я причинил ему боль», — корит себя Антон, не желая возвращаться в обитель веселья, пока все слёзы не были выплаканы. Выйдя в ванную комнату, чтобы умыться, сталкивается с пошатывающимися Серёжей и Димой, любезно поинтересовавшимися, свободна ли комната, и жалующимися на чересчур громкую музыку внизу. Не мог же парень отказать друзьям, хоть и подозревая об истиной причине потребности в уединении? Антону остаётся только вернуться назад, к народу, и делать вид, что он просто очень устал.       Арсений же каждый раз, когда замечает парня, старается не попадаться ему на глаза. Пришлось уйти на улицу в морозную ночь и обманывать всех, что ему очень интересны истории, что рассказывают сидящие вокруг небольшого костра празднующие.

***

      Ночь закончилась и наступает утро, забирая с собой остатки веселья. Многие повалились спать ещё до рассвета, перебрав алкоголя или вымотавшись. Постепенно просыпаются люди, ищущие ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Позов же первым делом восстанавливает в памяти происходящее ночью и приложив усилия, чтобы встать, всё становится на свои места: они переспали. Причём оба были уверены, что ничего не выйдет, но тело говорит само за себя. Поискав в шкафу, Дима находит полотенце и маленькими шажками уходит в ванную, погрузившись в размышления.       Серёжа, разомкнув глаза и, проведя рукой рядом, не ощутив рядом с собой Диму, поначалу подумал, что от него сбежали. Но вернувшийся мужчина опровергает теорию. — Утра, — сонно протягивает мужчина, — давно встал? — Не совсем, — Позов садится на край кровати и щурится от боли, — хотел поговорить. — Так, — напрягся Матвиенко, — кажется, я понимаю, о чём ты. — Давай всё забудем? «Как страшный сон?», — думает Серёжа, смотря на мужчину, с кем провёл чудесную ночь. Он не хочет верить в сказанное, не желает забывать стоны наслаждения мужчины, его горячее тело, мягкие губы и любовь, которая прошла рядом с ними. «Кажется, ты мне нравишься даже больше, чем я думал», — это было первое, что услышал Серёжа после секса, а теперь всё будто улетучилось, оставив жгучую боль в сердце. — Не буду возражать, — сдаётся мужчина, — как пожелаешь.

***

      Дорога домой оказалась пыткой для всех: ещё ни разу не было такого напряжения в их разговорах, случайно кинутых фраз и шуток. Кажется, что всё не к месту. Но несмотря на это, Арсений довозит Диму и Антона до их дома, любезно предлагая помощь в любое время, когда это потребуется. Это не имеет смысла: через день друзья уезжают из города, возвращаясь на родину, и узнают это мужчины не совсем приятным способом. /Антон? Можешь говорить? / /Ты в порядке? С тобой всё хорошо? / /Не молчи же ты./ — Позвони ему, — советует Серёжа, тоже волнуясь о парне. |Абонент выключен или находится вне зоны действия сети| — Твою же!.. — злится Арсений, — С Позовым также? — Да. Поехали к ним. Быстрее.       Доехав до дома, мужчины вылетают из машины и бегут к домофону. Набрав номер квартиры, им отвечают. — Да? — А… — растерялся мужчина, — мы знакомые Димы и Антона. Они не отвечают на звонки. — Вы что, ещё не в курсе? — В курсе чего? — теряет терпение Арсений. — Они уехали домой. В Воронеж. — Спасибо, — завершает разговор Матвиенко.       Мужчины стоят на улице, уходя в себя. Они знают секреты друг друга, в том числе и события нового года. Ничего не говоря, разворачиваются и садятся в машину. Они потеряли тех, кто ворвался в их жизнь и стал её частью слишком быстро, отчего принять происходящее они смогут ещё не скоро. Возможно, свыкнуться с этим у них не получится никогда.       А что до сбежавших… они с трудом приняли это решение, жалея о нём, с каждой минутой отдаляясь от города и людей, оставить которых смогли из соображений, что жизнь с мужчиной будет сложна. Скорее, невозможна. Антон с Димой дают шанс начать всё заново: влюбиться, найти жену, завести детей и стать частью общества, которое не принимает людей с отклонениями.

Людей, способных любить душу и тело, и умеющих принять человека таким, какой он есть.