What are the chances?

Вольеры для птиц поражали своей просторностью, и каждый из них был изящно обустроен: напротив всегда висели информационные таблички с полным списком птиц всех видов, находящихся внутри, и фотографиями к ним. Стекло, отделяющее тропинки от вольеров было где-то в пятнадцать сантиметров толщиной, но Акааши, Бокуто и Шоё, смотря через них, совершенно этого не замечали. Шоё сидел на плечах Бокуто, возбужденно рассматривая всех птиц, на которые показывал Акааши и про которых читал вслух. Акааши не мог оторвать взгляда от своего племянника,наклоняющегося как можно ближе вперед и вдруг непривычно притихшего, как будто боялся спугнуть их, если заговорить чуть-чуть громче. — Милые, — произнес Шоё, когда они подошли к вольеру с яркими цветастыми птицами из Китая. Большая часть из них были окрашены в ярко оранжевый цвет с красными грудинками и удивительными синими перьями на изгибе крыльев. Они действительно казались невероятными. Акааши улыбнулся и взглянул на табличку, чтобы узнать их название. — Это Золотые фазаны, — мягко произнёс он вслух, в ответ получая кивок от Шоё. Тот потянулся и положил руку на стекло, хихикнув, когда одна из этих красивых птиц посмотрела на него и встрепенулась. — Что тебе больше всего в них нравится? — спросил Бокуто, поднимая взгляд на мальчишку на своих плечах. — У них классные цвета… Я люблю оранжевый, — ответил Шоё, а потом продолжил объяснять Бокуто, почему ему нравится оранжевый цвет. Бокуто кивал, слушая его, и отвечал, когда было нужно. Акааши наблюдал за тем, как эти двое общались, и чувствовал, как его собственное сердце приятно трепещет в груди. Бокуто на удивление хорошо ладил с детьми, и Акааши никак не мог сдерживать улыбку, что так и появлялась на его лице весь день. Акааши и Бокуто переходили от вольера к вольеру, рассказывая Шоё о птицах, и реакция малыша на всех была до жути умилительна. Он заводил целые дискуссии, а ещё расставлял руки так, словно сам был птицей. Потом Шоё неожиданно зарылся своими руками в волосы Бокуто, наклонился поближе и с любопытством начал изучать его голову. Он перестал ерзать, удивляя обоих взрослых, так что они даже обменялись обеспокоенными взглядами. — Эй, Бокуто? — вдруг спросил Шоё, тыкая ему в волосы. — Да? — посмотрел на него Бокуто, нежно улыбаясь. — Твои волосы всегда такие жесткие? — поинтересовался он. — Поэтому твои волосы торчат вверх? — Акааши засмеялся над покрасневшим выражением лица Бокуто, а тот вздохнул, смотря на Шоё с легким недовольством. — Нет, мои волосы такие же мягкие, как твои, пока я не поработаю над ними, — разъяснил он. — Я использую гель, чтобы приподнять их вверх. — Правда? А сможешь поднять и мои волосы? — заинтересовано спросил Хината. — С помощью той желейной штуки? А она на вкус как виноград? Бокуто рассмеялся. — Нет, гель нельзя есть, но может быть в следующий раз, ок? — Шоё с энтузиазмом кивнул. — Буду ждать! — захихикал он. — Пойдем дальше, хорошо? — предложил Акааши, однако Шоё в ответ затряс головой. Тот моргнул. — Почему нет? — спросил он, умело скрывая разочарование от того, что они ещё не видели сов. — Я голоден, — жалобно произнес Шоё. Бокуто кивнул и обменялся взглядом с Акааши — его улыбка ослепляла. — Как насчёт пиццы? — спросил он, снимая Шоё со своих плеч и опуская его на пол. Акааши улыбнулся, когда Шоё радостно кивнул на предложение. — Ну, тогда пойдём? — сказал он, протягивая руку своему племяннику, который с очередным счастливым кивком схватился за неё. Акааши вывел их из здания, когда его телефон вдруг завибрировал. Он достал мобильный и, увидел на экране имя Бокуто на экране, улыбнулся. Кейджи оглянулся через плечо, но Бокуто только виновато ему улыбнулся. Акааши издал тихий смешок и поспешил открыть сообщение. От кого: Бокуто-сан 3:46PM Не переживай, мы сходим посмотреть на сов в другой раз. Он немного покраснел и улыбнулся, вновь поворачиваясь к Бокуто и одними губами произнося «спасибо тебе». -- Они сидели за столом, Хината всё болтал и болтал о своих друзьях из детского сада, одновременно с этим максимально неаккуратно поедая свою пиццу (к недовольству Акааши). Бокуто нежным взглядом смотрел на то, как Акааши лелелял своего племянника, постоянно напоминая ему, что нужно использовать салфетки, а также жевать с закрытым ртом. Снова откусив немного пиццы, Хината продолжил свой рассказ: — Тобиох дофвольхно ххмурфый. — Шоё. Не разговаривай с набитым ртом, — журил его Акааши. — Это неприлично. Хината издал какой-то непонятный звук в знак протеста, но всё-таки неохотно подождал, пока не прожует, чтобы закончить мысль. — Прости, Кейджи-оджичан, — сказал он, на что Акааши мягко улыбнулся. — Но он также супер классный! С ним реально весело играть. Даже его лицо прикольное. Хината продолжил объяснять про того, кто, как Бокуто понял, был его лучшим другом, потому что почти все его истории были в той или иной мере как-то связаны с Тобио. К тому времени, как они закончили обедать, Хината уже заметно устал и начал требовал, чтобы его понесли. Акааши подхватил мальчишку к себе на спину, и тот в итоге уснул, утыкаясь лбом ему в шею. Бокуто нежно улыбался. И даже если день прошел не так, как он планировал, он всё равно весело провёл время. — Ты ладишь с детьми лучше, чем я думал, — тихо произнёс Акааши, удивляя Бокуто. — Шоё ты очень понравился. — Что ж, Хинату легко полюбить, — ответил Бокуто, и его голос стал тише. — Тебя тоже легко полюбить, — мягко сказал Акааши, и лицо его слегка покраснело, как если бы он не собирался говорить это вслух. — И эм… Спасибо тебе за сегодня. Я думаю, Шоё будет ещё долго рассказывать об этом всем вокруг. — А как насчет тебя? Ты сегодня повеселился? — спросил Бокуто, подняв брови в удивлении. Акааши медленно кивнул и улыбнулся. — Пусть мы и не смогли увидеть сов, и нам пришлось взять с собой Шоё, я очень хорошо провел время, — сказал он, слегка меняя положение Хинаты на спине. Бокуто смотрел на него и незаметно, про себя, улыбался. Рядом с Акааши ему было комфортно. — Так, ам… Как ты смотришь на то, что я ещё раз как-нибудь тебя приглашу? — спросил Бокуто, в душе надеясь, что не слишком навязывался. Его взгляд был направлен на Акааши, а взгляд Акааши был направлен на него. Темные глаза светились и словно впивались в него взглядом, а губы расплылись в мягкой улыбке. Акааши тряхнул головой и издал тихий смешок. — Конечно, пригласи. Но в следующий раз я плачу, — Бокуто ухмыльнулся. — Как скажешь, Акааши. — Сегодня ты платил за всё, так что я должен тебе, — объяснил он. — Даже не думай платить в нашу следующую встречу. — Окей, окей, — хихикнул Бокуто, понимая, что он заплатил бы за всё, что угодно, если бы это значило, что Акааши будет встречаться с ним опять и опять. -- Акааши вышел из поезда с Шоё, всё ещё спящим на его спине, и Бокуто последовал за ними. Кейджи ещё раз окинул его взглядом и отвернулся, покраснев. — И снова, спасибо тебе, — сказал Акааши со смущенной улыбкой. — Нет, тебе спасибо, — широко улыбнулся Бокуто. — Напиши мне, когда доберешься домой, хорошо? Акааши кивнул. — Хорошо. Он повернулся, продолжая свой путь домой, но не мог сдержаться и не посмотреть назад, чтобы вновь увидеть улыбающегося Бокуто. Тот помахал ему, Акааши кивнул в ответ, и они наконец разошлись. Акааши направился в сторону дома со спящим племянником на спине и с каким-то теплым чувством внутри, таким успокаивающим и комфортным, что он с трудом замечал прохладный ветер. Он чувствовал, как горят его щеки, и ему даже не нужно было к ним не прикасаться. Он был счастлив; гораздо счастливее, чем когда-либо на протяжении уже долгого времени, по крайней мере если не учитывать выходов на лёд. И бок о бок с этим счастьем его переполняло чувство страха и одиночества. Ему бы хотелось провести с Бокуто больше времени. Акааши хотелось бы видеть, как он смеётся, слушать его разговоры, и просто быть тем, кому он больше всего улыбается. Он хотел так много, что начинал чувствовать себя эгоистом. Это пугало; он не чувствовал себя так со времен старшей школы. Кроме того, его сестра, Сузуме, определенно что-то заметила, Акааши чувствовал это где-то на подсознании. Он пытался объяснить ей, что у него есть планы, а потом, когда она увидела Бокуто, то так холодно отнеслась к нему. Сложно было сказать, о чём она подумала, но вряд ли это могло значит что-либо хорошее. Именно поэтому Акааши начала волноваться ещё сильнее, пусть глубоко в душе он и старался надеяться на то, что на самом деле просто вёл себя как параноик. Все эти противоречивые мысли окутывали его с каждой секундой всё большо, пока Шоё слегка не поскулил со спины. Акааши ждал какого-нибудь звука от него, продолжая идти и уже подходя к дому. — Оджичан… где Бокуто? — пробурчал он устало, выпрямляясь и зевая. — Он пошел домой, Шоё. Ему не хотелось тебя будить, — объяснил Акааши. — Я хотел поиграть с ним ещё… — тихо промямлил его племянник. Его голос был таким слабым ото сна. — Не переживай, ты сможешь поиграть с ним ещё раз, — убедил он, несмотря на то, что сам не был уверен, что это в действительности правда. Они уже начали подниматься по лестнице в квартиру. — Окей, — Шоё зевнул и положил голову на его плечо. Кейджи открыл дверь и занёс Шоё внутрь, поставив его на пол. Он присел и помог племяннику снять ботинки, а потом снял свои и аккуратно поставил их рядом друг с другом. — Иди готовься к ванне, Шоё, — сказал он, осторожно снимая пальто своего племянника. Шоё кивнул и пошел в спальню Акааши достать из комода свою пижаму, которую Акааши оставил у себя как раз для таких случаев. Кенма появился в коридоре и облокотился на стену, наблюдая за тем, как Кейджи вешал их куртки. — Я думал, вы ходили на свидание, — мягко сказал он. — В итоге мне пришлось взять Шоё с нами. Сузуме нужно было идти на работу, — объяснил тот. — Ты мог сказать ей «нет», — тихий ответ Кенмы поразил его, словно удар тока. Акааши почувствовал, как его щеки загорелись от стыда. — Я пытался. Но Сузуме сильно расстроилась, а потом Бокуто-сан настоял, чтобы взять его с нами, — Акааши вздохнул, смотря на своего друга. — Он… он очень милый, и Шоё он понравился. Кенма кивнул и слегка улыбнулся прежде, чем сказать: — Это нормально — иногда брать то, что тебе хочется, Кейджи, — Акааши моргнул и медленно кивнул другу. Кенма повернул голову в сторону своей комнаты, останавливаясь, когда Шоё прибежал и обнял его своими маленькими ручками. — Кенма! Я увидел столько крутых птиц сегодня вместе с Оджичаном и Бокуто! — начал мальчик, рассказывая всё, что смог вспомнить об их походе, постоянно путая имена некоторых птиц. Кенма внимательно слушал и поддакивал, когда было нужно, с нежной улыбкой на лице. В миллионный раз Акааши заметил, что каждый из его друзей заботился о Шоё как о члене семьи, и в какой-то степени, он и был частью их семьи. Акааши и Ойкава были друзьями на протяжении, наверное, лет десяти, так что они друг для друга почти братья, а Суга обращался со всеми его друзьями как с семьей. Кенма тоже всегда был слаб по отношению к Шоё и часто разрешал ему наблюдать за тем, как он работает или играет в новую игру до того, как она пойдет в продажу. Это было так мило, и он знал, что большего и просить не мог. -- Бокуто решил остановиться в квартире Куроо перед тем, как пойти к себе, так как они жили всего в паре комнат друг от друга. Он подбежал к двери и сам впустил себя внутрь. Пока он скидывал ботинки, и, приплясывая от радости, заходил на кухню, он не мог не заметить, как его улыбка расплывалась всё шире и шире. Он достал себе банку содовой из холодильника и присел за стойку, мотая ногами туда-сюда как ребенок. На самом деле Бокуто всё никак не мог поверить, что Акааши действительно пообещал ему, что у них будет второе свидание. Что ж, технически, может быть, сегодня было не совсем свидание, но он сможет встретиться с Акааши ещё раз. Глупая улыбочка так и не сходила с его лица, да и не то чтобы ему хотелось от неё избавляться. Бокуто открыл банку содовой и отпил глоток. — Куроо! — позвал он, смеясь. — Тащи свою задницу сюда! Куроо не потребовалось много времени, и вскоре он уже вышел из своей спальни, одетый в свободные штаны и черную майку. — Чего хотел, Бо? Боже… Выглядел его друг так, словно ещё минуту назад спал без задних ног. — Я пришел, чтобы рассказать тебе о своем почти-свидании, — Бокуто широко-широко улыбнулся. — Почти? — спросил Куроо, подняв брови. — Что это, к чертям, значит? — Это значит, что мальчонка пошел с нами, — пояснил Бокуто. — Ох, мужик… Ты был зафрендзонен, — Куроо выглядел разочарованным. — Мне жаль, чувак. — Нет, это случилось в последнюю минуту, другого выхода не было. Акааши был таким милым, Куроо, — вздохнул Бокуто. — И он сказал «в следующий раз». Это значит, что он хочет снова меня увидеть. — Подожди… давай заново. Расскажи мне всё как было, — измученно произнёс Куроо, присаживаясь рядом с ним. Бокуто широко ухмыльнулся и кинул быстрый взгляд на свою содовую, когда вдруг его телефон раздался трелью, оповещающей о новом сообщении. — Подожди секунду, — сказал Бокуто, доставая телефон и открывая его. От кого: Акааши 7:13PM Я уже дома. Ещё раз спасибо за сегодня. Дай мне знать, чем бы ты хотел заняться следующий раз. Лицо Бокуто залилось краской, и он показал Куроо эту смс-ку. — Видишь? — он улыбался, как идиот, и немного посмеивался. Куроо ухмыльнулся и взглянул на своего глупого друга. — Мне нужны подробности об этом не-свидании. Валяй, бро. И Бокуто рассказал ему всё: от реакции Акааши на подвеску для телефона, до его сестры, Хинаты, птиц и всё-всё-всё, что было между ними. Он не упустил ни одной детали.