Пираты не только на словах

Наверно, демон нас вовлёк в опасную игру. Нависший над судьбой злой рок — свидетельство тому.

Луффи всегда смотрела на Френки как-то по-особенному: столько восхищения в больших чёрных глазах, пожалуй, доставалось только Шанксу, когда она была маленькой, да ещё аппетитной горе жареного мяса, которая вызывала жуткое слюноотделение, порой пугающее неподготовленных к такому устрашающему зрелищу личностей. А киборг старался не обращать на это внимания, порхая по Саузенд Санни и целуя от радости чуть ли каждую дощечку на палубе или ремонтируя корабль после очередной поломки из-за драки. Работа плотнику находилась постоянно: то что-то усовершенствовать, то Усоппу помочь разработать очередное оружие, то залить горючее — колу — в топливный бак, то продиагностировать общее состояние Санни и выявить возможные неполадки. Он мелькал по всему кораблю каждый день сотню раз, щеголяя в вызывающих красных плавках и гавайской рубашке яркого, ляпистого цвета, которая была постоянно расстёгнута и при быстром передвижении и сильном ветре развевалась за спиной, как плащ у пафосного супергероя. И пока Френки передвигался по палубе, Мугивара старалась не выпускать плотника из вида, в который раз поражаясь этому странному телу и задаваясь вопросами, ответы на которые имелись, но, вероятно, не уместились бы в прекрасной черноволосой голове в соломенной шляпе. — Крутое у тебя тело, Френки! — в который раз заметила девушка, лежа на спине льва-кариатиды[1] и разглядывая очередную заковыристую причёску на голубых волосах киборга, который нёс недавно закупленные доски в место, где он недавно заметил одну несущественную пробоину. Но сама мысль о том, что Санни имела какой-то дефект, претила пирату, ведь это — корабль будущего Короля Пиратов, который доплывёт аж до самого Рафтеля! Он не должен иметь изъянов! — Да, су-у-у-пер классное! В нём полно всяких офигенных штук, способных изменить даже ландшафт при сражении! — он встал в привычную позу, вытянув и соединив руки сверху, предварительно аккуратно положив доски на палубу. Катти Флам знал, что даже малейшее повреждение первичного материала могло отразиться на качестве в дальнейшем. Монки сначала восторженно посмотрела на Френки, а потом не выдержала и засмеялась, запрокинув голову вверх, чтобы видеть лицо киборга. Всё-таки рост киборга превышал два метра[2], из-за чего приходилось либо вскарабкиваться на что-то или кого-то, кто был выше (как вариант — на Брука: по костям музыканта было легко ползать, кстати), либо смотреть на плотника снизу вверх. Мугивара отсмеялась, а потом неожиданно мудро заметила: — Если ты его изменишь после того, как Нами нарисует карту, или после того, как она сделает хоть один набросок, она оторвёт тебе твои, м-м, мандарины, как пыталась Робин. Да и вообще… — Луффи поёжилась, вспоминая зверское выражение лица, когда кто-либо сильно шумел на корабле, пока Нами рисовала очередную карту. В такие моменты «Кошке-Воровке» требовалась тишина и спокойствие, а не буйство команды. Поэтому она не гнушалась шантажа и рукоприкладства, чтобы достичь «дзэна» и покладистости накама. — Так что ландшафт лучше не трогать. — А ты права, Луффи, — содрогнулся Френки, тоже вспомнив вспыльчивый характер навигатора, когда дело касалось денег, мандаринов или картографии. — Ты действительно су-у-у-пер капитан! Ты так заботишься обо мне, спасибо! — киборг от большого порыва чувств рухнул перед капитаном на колени (хотя ниже от этого стал не сильно) и зарыдал в три ручья. Она удивлённо посмотрела на мужчину, а потом, приблизившись, беззаботно нажала на частично металлический нос, заставив светло-голубые волосы сам собой переплестись в сложную причёску, напоминающую по форме сердечко. От такой откровенности собственного тела, пусть и измененного, он слегка зарделся и хотел бы уже позорно сбежать от чересчур доброй и открытой Луффи, но она не позволила, повиснув на чужой шее и сумасшедше хихикая. — Классное, всё-таки, у тебя тело, Френки, — выдохнула Сверхновая прямо в лицо плотника и, быстро поцеловав красную от смущения щеку накама (только накама ли после такого?), скрылась из виду, используя для этого фокуса то ли Волю, то ли способности Дьявольского фрукта. Френки и не подозревал, что может так краснеть от смущения, получив всего один поцелуй от Монки. Пусть девушка смотрела на собственного инженера с восторгом и звёздочками в глазах, но это не отменяло того факта, что и он на Луффи поглядывал чаще, чем на остальных девушек этого корабля, заставляя Санджи буквально искрить от праведного гнева из-за того, что внимание капитана было приковано к Френки, а не к «Чёрной Ноге», а сам Френки тихо сталкерил за Луффи. Киборг улыбнулся и решил не менять эксцентричную причёску.