Пираты не только на словах

— Зачем ты уходил? — Посмотреть, что впереди. — А зачем вернулся? — Чтобы узнать, что сзади.

— Жратва, дурачьё! — грубо проорал Санджи, который только что занёс свежий фруктовый десерт Нами и Робин и получил порцию благодарностей, от которых хотелось растаять лужицей к ногам прекрасных мелорин. Но теперь, когда он вернулся к остальной команде, можно было показать себя сварливым и вечно недовольным жизнью всем, кроме очаровательных женщин, парнем. — Чоппер снова забыл об обеде, разрабатывая лекарства? — тихо пробормотал он, аккуратно прикуривая сигарету. — Меня больше волнует другой вопрос: где Луффи? — спросил Зоро, сев за стол и большим глотком отхлебнув из бутылки саке, которое заставило мечника удовлетворённо крякнуть и отправить в желудок вслед за алкоголем приличный кусок тушёного мяса — на закуску. И только сейчас все заметили, что Ророноа прав: разгар солнечного дня, накрытый стол на палубе с обожаемым капитаном мясом, все — почти — накама вместе и готовы к трапезе, но вот только самого Мугивары нет, что не просто странно, а даже чересчур странно. Запах мяса, как и любой другой вкусной еды, он мог почувствовать чуть ли не телепатически. Порой даже казалось, что он как-то по-особенному мог использовать Волю Наблюдения для того, чтобы находить то, что можно было съесть. Это казалось бы невероятным и фантастичным предположением, если бы речь шла не о Луффи. — Кстати, он исчезает примерно на час в середине каждого дня, — поделился собственными наблюдениями старпом, приканчивая десятый по счёту онигири с самым флегматичным выражением лица, на которое только был способен, словно этот вопрос не сильно волновал «Охотника за Пиратами». — А, так вы не знаете? — подал голос Усопп, который совсем недавно закончил новую миниатюрную бомбу, как-то связанную с растениями, а потому периодически заходил к Чопперу на консультацию. Они были по-особенному дружны из-за этого — да и не только из-за этого тоже — и беспрепятственно могли входить в каюты друг друга за советами. Канонир много раз видел там Луффи, смирно сидящего напротив оленёнка, измеряющего чужой пульс или берущего кровь на анализы. В первый раз заприметив Мугивару, который не крутился на месте волчком и не стремился вынести мозг другому фруктовику, он оторопел и чуть ли не сбил шкаф с ингредиентами, из-за чего Чоппер протестующе — или негодующе? — запищал. Уже позже Монки беззаботно признался, что он пообещал Чопперу заходить на осмотр каждый день, чтобы Тони-Тони не волновался почём зря. — Он у Чоппера обследуется. Вернётся через три… — он оттопырил три пальца и начал обратный отсчёт: — Два… один… — О, а чего вы тут жрёте без меня? — по-простому возмутился Мугивара, загадочным образом оказавшись справа от Зоро и выхватив у парня кусок мяса, отчего мгновенно получил тумака и возмущённый крик. Но он не обратил на упрёк внимания, полностью поглощённый едой. Всё вернулось на круги своя. *** — Луффи, у меня каждый раз, как ты чудачишь в смертельных схватках с врагами, превосходящими тебя по силе в несколько раз, останавливается сердце, — негромко пробормотал Чоппер, стоя рядом с лежащем на койке Луффи, который был замотан с ног до головы так, что видимым оставался только левый глаз да часть скулы, на которой остался с далёкого детства криво зашитый шрам. Оленёнок переживал за всех накама, но больше всех, конечно же, за Луффи. За капитана переживал каждый член команды — и не без причины. Учитывая то, с какой периодичностью они попадали в неприятности из-за глупости и/или буйного нрава Мугивары, это стоило делать. Но парень словно не видел всех опасностей, нагло игнорируя чужие порывы убить надоедливого пирата, раздражающего многих одним фактом существования. Он продолжал вести накама к Рафтелю, к Ван Пис, наперекор всем, кто говорил, что это невозможно. — Я буду приходить к тебе на обследование в середине каждого дня для того, чтобы ты знал, что со мной всё в порядке, — безмятежно и просто предложил (или сразу дал обещание?) Луффи, вернув соломенную шляпу, которую снял ранее, на голову. — Хорошо? — он широко улыбнулся и буквально испарился из каюты, отметая необходимость отвечать. Чоппер натянул маленькими копытцами край цилиндра на глаза, скрывая непрошеные слёзы. Было приятно осознавать, что капитан перешагнул через некоторые собственные привычки и странноватые убеждения ради чужого спокойствия.