Пираты не только на словах

Иногда вместо текста, умных фраз и заумных стихов лучше нас говорят наши жесты — и тогда всё понятно без слов.

Нами недобро прищурилась, глядя на то, как Зоро, забывшись в собственных размышлениях, качал мощными руками гигантские штанги, как маленькие игрушечные гирьки, что-то неразборчиво бормоча себе под нос. Она была уверена, что пират негромко вёл счёт за тысячу — возможно, не одну — и размышлял о том, с кем бы сильным подраться на мечах. Или о том, как в очередной раз поругаться с «завитушкой». Или как незаметно стащить ещё одну бутыль с саке из-под бдительного ока «Чёрной Ноги». Девушка мимолётно глянула на небольшой раскладной столик, на котором лёгкий морской ветерок трепал края новой карты, размеченной различными знаками уверенной рукой навигатора, и с трудом подавила желание тяжело вздохнуть: работы было непочатый край. Совсем недавно они покинули новый зимний островок, так что Нами теперь было, чем заняться однообразными днями, которые мугивары проводили, виртуозно уходя от преследований Морского Дозора и находя новые приключения на разноцветные головы. Ророноа грохнул штанги на палубу с жутким звуком, отчего снизу раздался разъярённый вопль Френки, который уже устал отчитывать старпома за то, что он так легкомысленно относится к Саузенд Санни. На что он каждый раз ехидно выгибал бровь, скрещивая руки на груди, и спрашивал: — Она же наша накама. Она сильная. Как будто это не пустяк для нашей Санни. Плотник в тот же миг начинал расписывать удивительные свойства «суперской» древесины корабля, забывая о том, что миг назад он ругался на Зоро за то, что тот не порхал по Санни бабочкой, неслышно ступая. Нами откинулась на спинку стула, не сводя длинного испытующего взгляда со спины «Охотника на Пиратов», который перешёл к отжиманиям. И в этой странной кличке, которая звучала всякий раз, когда кто-то видел «зелёноволосого мечника с тремя катанами», заключалась главная проблема настороженности штурмана, ведь слыша это, она вспоминала, насколько Зоро был своевольным в некоторых вопросах. «Охотник на Пиратов». Прозвище парня не изменилось, даже несмотря на статус «пират» и листовку с многообещающей за буйную голову Зоро наградой — триста двадцать миллионов белли. Как будто он продолжал охотиться на пиратов, оставаясь «для храбрых воинов моря» врагом наравне с дозорными. Большей частью разума «Кошка-Воровка» понимала, что делает из мухи слона, но остальная часть женской сущности вопила, корчась в уголках сознания — враг, враг, враг! Не доверяй, не подставляй спину, ищи уязвимые места в обороне и бей туда изо всех сил. Увеличивай долг тупого в этом вопросе «маримо», чтобы не сбежал от самой странной команды на Гранд Лайн, привязывая пирата ещё и многотысячным — пардон, уже многомиллионным — долгом, не давай ни шанса предать, уйти, чтобы не видеть в глазах Луффи боли и разочарования, погасшего огня и отчаяния. Держи друзей близко, а врагов — ещё ближе. Нами вздрогнула, когда на спину Ророноа мягко приземлился полуголый Луффи — они приближались к летнему острову, а потому постепенно становилось невыносимо жарко, из-за чего с камбуза слышался лёгкий звон бокалов для освежающих напитков от любвеобильного Санджи — вместе с Чоппером, который ухватился крохотными копытцами за спину Мугивары, щекоча тёплым мехом выпирающие кое-где рёбра. Монки что-то возбуждённо пробормотал, отчего старпом скосил на парня взгляд, сосредоточенно прислушиваясь. Девушка была уверена, что Зоро, который ненавидел, когда утренние тренировки прерывались, сейчас невероятно раздражён, а потому недовольно фыркнет и скинет с себя непрошеных наблюдателей, давая навигатору ещё один повод тщательно следить за поведением мечника. Но старпом широко оскалился и волной перебросил весь вес на левую руку, после чего легко разогнул локоть, быстро отжавшись пару раз на одном пальце, а потом замер в исходном положении, что-то отвечая весело улыбающемуся Монки. Сердце девушки сжалось от такой искренней усмешки на обычно угрюмом лице Зоро, тихого счастья на довольной мордашке Луффи и немого удивления во всей позе Чоппера. И тут она поняла, что была несправедлива, отгораживаясь от мечника, ведь он был вторым — после капитана, всегда после капитана — членом этой команды и по времени путешествия с Луффи, и по силе. А это значило, что, не доверяя «Охотнику на Пиратов», она не доверяла и самому ценному из всех накама — Монки Ди Луффи. Зоро, проходя мимо замершей на месте девушки, уставившейся за горизонт невидящими карими глазами, мирно усмехнулся, перебросив матляющееся в руках полотенце через плечо, и тихо прогудел, чтобы, не дай Ками-сама, этого не услышал будущий Король Пиратов, а то ненужных вопросов не оберёшься: — Я обещал. Обещал Луффи, ведьма. Не настолько я мразь, чтобы не держать обещания. Нами задумчиво посмотрела на спину парня, покрытую капельками пота, и подумала, что она раньше недооценивала умственные и анализирующие способности этого пирата, раз он смог разгадать причину такого стервозного поведения «Кошки-Воровки». А после вздрогнула, вспомнив, как безропотно и послушно он принял на доверчиво открытую спину, на которой не было ни одного уродливого шрама, тело Луффи, хотя мог увернуться, ведь наверняка заметил шумного капитана в потрёпанной соломенной шляпе хотя бы при помощи Воли Наблюдения. Девушка передёрнула плечами и мысленно уменьшила долг Ророноа ровно на половину: эту войну он с блеском выиграл, выдержав многомесячную осаду «ведьмы». Луффи, промчавшийся мимо Нами на третьей космической в поисках мяса, мимолётно потрепал штурмана по длинным рыжим волосам, успокаивая, и интуитивно заметил для себя самого, что напряжение, которое она раньше излучала в сторону Зоро, бесследно испарилось. «Это хорошо», — беззаботно подумал он, вырывая из рук Санджи поднос с едой и заслуженно получая тяжёлым ботинком по носу. Монки незаметно показал старпому большой палец, самозабвенно жуя, хотя до конца не понимал, в чём именно он угодил Нами. Зоро улыбнулся такому детскому жесту, полному доверия, и похлопал по стулу рядом с собой, прямо глядя на Нами и приглашая сесть рядом. Она, знакомо недобро прищурившись, гордо продефилировала к парню и, расположившись рядом, нагло вырвала из пальцев «Охотника на Пиратов» бутылку. А потом доверчиво прислонилась к подставленному плечу, ощущая лёгкое головокружение от увеличивающейся температуры и чувствуя, как постепенно расслабляются напряжённые мышцы. Слова были не нужны: достаточно было и жестов.