Ангел сердца

Обернувшись, я увидел Адину. Она была в школьной форме — строгий пиджак, короткая юбка, белая рубашка. Но на ней это выглядело не как обязательный дресс-код, а как с обложки модного журнала. Красный галстук идеально подчеркивал её яркий типаж. Волосы — длинные, светлые, аккуратно заплетены в косу, с выбившимися у висков прядями. Невинная, почти хрупкая. Но… в ней что-то изменилось. Что-то в осанке, во взгляде — будто она вернулась с войны, которую выиграла. — Что, звезду из себя возомнила? — с вызовом в голосе сказала Катя, вставая со своего места. — Даже в школу не приходишь? Адина лениво скользнула по ней взглядом и усмехнулась: — А ты, смотрю, завидуешь, что Киоссе не с тобой? Катя тут же вскинулась, встала перед ней почти вплотную. — Но он ведь и не с тобой, — холодно усмехнулась она. — Мне, поверь, нафиг не нужен ваш Киоссе, — с равнодушием в голосе ответила Адина и обошла её, не теряя достоинства. — Ну да. Сделала себе пиар на нём и теперь строишь из себя невинную овечку. Только знай — он даже не посмотрит в твою сторону. Ему нравятся такие девушки, как я. «Забавно наблюдать, как при мне же обсуждают меня. Не зря всё-таки выбрал двойную жизнь», — сдержанно усмехнулся я про себя. — Конечно, нравятся, — бросила через плечо Адина. — Такие, как ты… на одну ночь. И, не оборачиваясь, прошла мимо. Катя побагровела. Казалось, она сейчас взорвётся от злости. Пока Адина искала, где сесть, кто-то из парней — кажется, Глеб — предложил ей место. Но она его послала с таким холодом, что тот аж поперхнулся. Внезапно она заметила меня, и её лицо озарила лёгкая улыбка. Она направилась ко мне. — Привет, — тихо поздоровалась она. — Привет, — отозвался я. — Можно с тобой? Ты, кажется, тут единственный нормальный, — села напротив, не дожидаясь ответа. — Конечно, — отодвинул поднос. Мы почувствовали, как взгляды окружающих прожигают нас насквозь. Её это явно не беспокоило. Она держалась спокойно, будто такая реакция — привычное дело. — Тебя не было в школе… Что-то случилось? — спросил я. — Болела. Сегодня только из больницы, поэтому и пропустила первые уроки. — Выздоровела? — Более-менее, — пожала плечами. Мы ели молча. Иногда она задавала вопросы по темам, которые мы уже прошли. И всё шло спокойно, пока я не задал вопрос: — Слушай, а кто такой Киоссе, про которого ты с Катей говорила? Она резко фыркнула. — Придурок один, — и сморщила нос, как будто почувствовала запах тухлого яйца. — Ты настолько его ненавидишь? — Я вообще не умею ненавидеть, — серьёзно ответила она. — Но он мне неприятен. Он… пустой. Деньги, девчонки — ничего, кроме этого, не интересует. Да, у него голос, да, поёт он хорошо. Но как человек он отталкивает. Я сжал кулаки под столом. Кровь закипала. — Ты его настолько хорошо знаешь? — Нет. Виделись пару раз. Мне этого хватило. — Не суди человека по одной встрече. Может, у него что-то случилось. Что-то, что изменило его. — Что могло так сильно изменить мальчика с проекта? У него живы родители, у него сестрёнка — прекрасная, милая… Что ещё? Стоп. Что? — Откуда ты знаешь его родителей? И сестру? И каким он был? — Ну… — она замялась. — Во время проекта я пару раз была на их базе. Его видела мельком. А родителей и сестрёнку — на сольном концерте. Но мы не встречались. Костя нас знакомил как впервые. Она сама тогда сказала, что не знает меня… — Ладно, — сказала она и поставила вилку. — Что-то слишком много Киоссе на сегодня. Давай закроем эту тему, хорошо? Я усмехнулся. — Конечно. — «Раз уж ты думаешь, что так хорошо меня знаешь, давай сыграем, Адина Викторовна». — Слушай, мы с тобой, похоже, самые адекватные в этой школе. Давай дружить? Я протянул ей руку. — С удовольствием, — сказала она и пожала её. Игра началась. 1:0 — я веду. Алана проснулась от звонка в дверь. Осторожно выскользнув из объятий спящего парня, накинула шёлковый халат и направилась к входу. — Кто там? — спросила, зевая. — Курьер, — раздался голос за дверью. Она приоткрыла — и замерла. Перед ней стоял молодой парень с корзиной белоснежных роз. — Алана Куликова? — уточнил он. — Да, — кивнула она. — Это для вас. Подпишитесь здесь, пожалуйста, — протянул он блокнот. Алана поставила подпись и снова взглянула на цветы. Идеальные, словно нарисованные. Белые, ароматные, свежие. Среди лепестков — конвертик. Она достала записку. На ней — всего два слова: «С добрым утром». И всё. Ни имени, ни намёка на отправителя. Но такие корзины она получала каждый день с момента приезда. Сначала думала, что это Илья, но даже после его возвращения — цветы продолжали приходить. От мыслей её вырвали крепкие руки, мягко обвившие талию. — Доброе утро, — прошептал Илья и поцеловал в мочку уха. — Доброе, — улыбнулась она, обернулась и поцеловала его в щёку. Он заметил корзину — и нахмурился. — Снова твой аноним? В этот момент заиграла мелодия звонка — «Посмотри на меня». Алана взяла телефон и посмотрела на экран. — Да. И, кажется, я поняла, кто это, — сказала она и пошла к телефону. На экране — имя сестры. — Привет, — сказала она, отвечая. — Привет, сестрёнка! Придёте сегодня? — услышался радостный голос Алёны. — Конечно. Как мы можем пропустить день рождения нашей принцессы? — Ждём. Целую! — И я вас, — ответила Алана и отключилась. Вздохнув, она вернулась в спальню. Илья сидел с ноутбуком. — Что делаешь? — легла рядом, положив голову ему на плечо. — Заказываю билет. На выходных нужно слетать в Киев. — Надолго? — расстроилась она. — На пару дней. По делам. А насчёт твоего анонима… Ты сказала, что догадываешься? — Я сама с ним разберусь, — ответила она, убрала ноутбук и отставила его на тумбочку. Он тут же перевернул её на спину и навис сверху с озорной улыбкой. Вечер у Пиндюры В доме было шумно. Все уже собрались — остался только Толя. — Тёма, ну позвони ему! Я голодный, как волк, — ныл Никита, держась за живот. — Терпи, брат. Атаманом будешь, — хохотнул Тёма, хлопнув его по плечу. — Иди ты. — Икита, Икита! — закричала малышка Ариела, подбегая с плюшевым медведем. — Смотли! Медведь! — Какой красавец, — восхищённо сказал он, беря её на руки. — Болсой! — гордо заявила она. — Она тебя обожает, — заметила Алана, наблюдая за ними. — В детстве только Ник и Толя могли её уложить, — рассмеялась Алёна, усаживаясь рядом с Тёмой. В это время к дому подъехал чёрный джип. Через минуту раздался звонок в дверь. — Я открою, — сказала Алана и пошла к входу. Открыв дверь, она замерла. На пороге стояла парочка. Они смеялись, он обнимал её за талию, что-то тихо говорил на ухо. Казалось, они стояли не у порога, а в уютной кафешке, в собственном мире, куда не было доступа никому, кроме них.