Зов темных крыльев

      Каменная горгулья, охранявшая вход в апартаменты директора, послушно отодвинулась в сторону, услышав пароль. «Лимонная долька», надо же… Я ожидала, что такой могущественный маг, как Альбус Дамблдор изобретет что-нибудь более… подобающее. Например, сложную, многоуровневую комбинацию древних рун, в которой каждый предыдущий уровень будет служить ключом к последующему. Впрочем, возможно, столь примитивная защита является всего лишь ширмой для непосвященных, за которой скрываются настоящие мощные и хитрые ловушки, способные нейтрализовать любого неугодного посетителя. Можно проверить, хотя и не наверняка. Если по завершении аудиенции Дамблдор не применит ко мне какое-либо лишающее памяти заклятие, вроде «Обливиэйта», и я по-прежнему буду помнить пароль, то это будет означать, что и пароль, и сама горгулья-стражница не имеют для него решительно никакого значения…       Когда мы оказались в кабинете, Дамблдор предложил мне сесть, а сам остался стоять напротив. Он очень долго, проницательно смотрел на меня поверх своих очков-полумесяцев, прежде, чем заговорить. У меня создалось впечатление, что он уже знает все, что я могла бы ему рассказать – при том, что я не чувствовала на себе ничего похожего на воздействие легилименции. Тем не менее, он предложил мне высказаться, и я подробно, не упуская ни одной детали поведала ему все обстоятельства инцидента.       Он слушал, не перебивая. Когда я, наконец, замолчала, он тихо сказал: «Понятно…», и все так же продолжал смотреть поверх очков, но теперь уже, как мне показалось, почему-то немного грустно. Мне стало немного не по себе от его взгляда. Впервые у меня мелькнула мысль, что я где-то допустила ошибку.       - Так что же, профессор?.. Вы накажете его? По справедливости? По всей строгости? – не удержалась я, хотя и сознавала, что поступаю несколько бестактно, нарушая ход его мыслей.       - По справедливости, Мелони, мне следовало бы немедленно исключить тебя из Хогвартса. И, честно говоря, мне сейчас так и хочется это сделать.       Я подумала, что ослышалась.       - Исключить? Меня? Да вы, должно быть, шутите, сэр! За что?!       - Я не шучу. Нисколько.       Я взглянула в его глаза, и с ужасом поняла, что это действительно так. Дамблдор не шутил. Он действительно считал, что я неправа. Но почему?       - Ты не понимаешь, почему? – опередил он меня.       - Я отказываюсь это понимать, сэр! Я все сделала правильно. Более того, я сделала вашу работу! Вашу! При всем уважении, сэр, это вы должны были правильно воспитать его! Есть господа, и есть слуги. Высшие и низшие. Первые заботятся о вторых, оберегают и воспитывают их, а те верно служат хозяевам. Так было всегда! Куда мы придем, если этот священный порядок будет нарушаться?!       - Значит, ты считаешь Филча кем-то вроде слуги?       - Не кем-то! Он и есть слуга! Он ведь сквиб! Примитивное существо, напрочь лишенное магической силы! А мы с вами – маги! Это его судьба – служить таким, как мы! И это правильно! Так и должно быть!       - Достаточно! – сказал он вдруг неожиданно резко и громко. – Филч тебе не слуга! Запомни это! По крайней мере, до тех пор, пока я не заполню все бумаги, подтверждающие твое исключение из Хогвартса!       - Что? Нет! Этого не будет!       - Ты собираешься указывать мне, что я должен делать? – в этот момент он полностью сбросил свою маску добродушного старика и стал таким, каким, в моем представлении и должен был быть – могущественным магом, не терпящем возражений, не говоря уже о прямом неповиновении. От того, чтобы убежать без оглядки, меня удерживало только непоколебимое сознание собственной правоты.       - Нет, сэр! – спокойно сказала я, глядя ему в глаза. – Не собираюсь. Но я не уйду из Хогвартса! Не уйду отсюда!       Казалось, он был в замешательстве. Я его понимала. Чтобы какая-то первокурсница позволила себе такую наглость! Перед ним, директором Хогвартса, Почетным председателем Визенгамота и одним из величайших магов современности! Но я решила стоять до конца. Я знала, что права.       - Ты понимаешь, что… - он прервался на полуслове. Его глаза словно прожигали меня насквозь невидимыми светлыми лучами ярости.       - Я понимаю, профессор. Простите меня. И все же, я не покину Хогвартс… иначе, как мертвой. Для того, чтобы исключить, вам придется убить меня. Прямо здесь, - я демонстративно обвела рукой кабинет. – Вы не шутите, это понятно. Я тоже.       - Ты настолько уверена в своей правоте? – против его собственной воли, в его властном голосе проскользнули нотки заинтересованности. Казалось, его даже немного забавляет ситуация. Но для меня это не было игрой. Я твердо решила умереть, если потребуется, но не сойти с места, пока он не признает, что я права.       - Да, профессор.       - Так… А если я докажу тебе, что ты ошибаешься?       Я лишь скептически улыбнулась. Но он молчал, пристально глядя на меня и ожидая ответа.       - Если я пойму, что ошиблась, то подчинюсь любому вашему решению… разумеется, оно должно быть предусмотрено правилами Хогвартса, - сказала я. – Но не раньше.       - Вот как?       - Именно так, профессор.       Он расхаживал по кабинету из угла в угол и размышлял. Я следила за ним, словно кошка, изготовившаяся к прыжку. Мне нечего было больше терять. Ах, если бы здесь была мама… Но ее здесь нет. И она никогда не узнает…       И вдруг он остановился, будто налетел на стену. Затем он медленно развернулся ко мне. Я поняла, что он принял решение, и против своей воли сжалась в клубок. Вот сейчас… Но он и не думал применять силу.       - Скажи мне, Мелони, - начал он медленно и отчетливо, - почему ты считаешь Филча своим слугой? Нет, нет! – повелительно взмахнул он рукой, останавливая меня. – Я уже понял, почему ты считаешь его ниже себя. Меня интересует другое. Почему ты считаешь его своим личным слугой? Разве его наняла ты?       И вот тут мое сознание словно озарилось молнией. В одно мгновение я поняла, что натворила, какую чудовищную ошибку совершила.       Филча нанял Дамблдор. Филч был слугой Дамблдора. Какое право я имела наказывать чужого слугу?!       Это ведь все равно, что прийти в чужой дом, и там начать распоряжаться – наказывать и воспитывать. А ведь Хогвартс, фактически, и есть чужой дом, глава которого – сам Дамблдор. Да, Филч был виновен передо мной. Но такие вопросы всегда решаются между хозяином и гостем. И наказывать провинившегося слугу должен исключительно его хозяин – то есть, Дамблдор! Какое я имела право нарушать этот порядок?       - Сэр… я…       - Почему ты сразу не пришла ко мне, Мелони? Мы могли бы все уладить мирно, не так ли?       - Да, профессор… Теперь я понимаю… Я готова уйти… уйти из Хогвартса… - Я даже не находила в себе сил взглянуть в его глаза, и смотрела себе под ноги. – Заполняйте ваши бумаги. Я соберу свои вещи. И… простите меня… если можете.       С этими словами я развернулась, и, все так же глядя в пол, направилась к выходу из кабинета.       - Подожди минутку, Мелони. – окликнул меня Дамблдор. – Я спрошу у тебя еще кое-что, ты не возражаешь?       - Простите, профессор… - Я снова развернулась к нему. - Конечно, спрашивайте.       - Твоя мама… Она сильно на тебя рассердится, когда ты вернешься домой?       - Вернее всего, она меня просто убьет. И правильно сделает, - тусклым, пустым голосом ответила я, представив, как отреагирует леди Алисия на мое столь скорое возвращение. – Я не оправдала ее надежды, доверие… и всех, кто был в нашем роду до нее. А теперь прошу меня извинить.       Я сделала движение по направлению к двери, но Дамблдор вновь остановил меня.       - Не спеши так. В любом случае, все эти бумаги, канцелярия… Это занимает очень много времени. Иногда – до нескольких дней. Думаю, тебе лучше провести это дни в Хогвартсе.       - Какой смысл, профессор?       - Очень большой. Это может быть твоим испытательным сроком.       - Что вы имеете ввиду, профессор? – В сгустившейся вокруг меня тьме словно замаячил лучик слабой надежды.       - Видишь ли, правилами Хогвартса предусмотрено в случае серьезных нарушений предоставлять провинившемуся перед его окончательным исключением некоторый испытательный срок, в течение которого он может пересмотреть и переосмыслить свое поведение. По итогам у тебя даже есть шанс остаться… если большинство членов преподавательского совета выскажется в твою пользу.       - Вы серьезно, профессор?       - Абсолютно. Скажем, неделя… по окончании которой этот инцидент будет рассмотрен на очередном собрании преподавателей, и уже затем оглашен окончательный вердикт. Разумеется, на эту неделю тебе будет назначена отработка…       - Я согласна, профессор. Конечно же, я согласна. Вы же видите, я признаю, что виновата.       - Вижу. И кроме того, помню, что ты мастерски помогла Филчу, нейтрализовав воздействие собственного Стража. Это очень веский аргумент в твою пользу.       - Я сделала то, что должна была, сэр. Если бы вы сейчас не сказали, я бы даже не вспомнила. Это ведь моя обязанность!..       - Заботиться о «низших»… понимаю. Кстати, действительно прекрасная работа. Поздравляю.       - Спасибо, профессор.       - Было бы досадно потерять такую хорошую ученицу. Постарайся вести себя примерно на протяжении всего испытательного срока. Да и в дальнейшем тоже… если останешься, разумеется. Это, скорее, даже, личное пожелание.       - Конечно же!.. Безусловно, сэр. Я постараюсь.       - Осталось последняя небольшая деталь. Я имею ввиду зачарованную тобою дверь. Да и весь твой «кабинет» в целом. Знаешь, ученикам ведь не позволена такая роскошь…       - Я понимаю, профессор. Сегодня же наведу там порядок и верну все, как было.       - Нет-нет… не стоит. Тебе ведь очень нужно личное помещение, верно?       - Вы даже не представляете, насколько, сэр! – с жаром сказала я. – Меньше всего мне хотелось бы нарушать правила, но этот постоянный шум… Мне нужны покой, тишина и одиночество, чтобы заниматься! Нужны, как… как воздух!       - Да, это мне знакомо… В принципе, я не против сделать для тебя исключение, только вот эти твои Стражи… Они слишком опасны для окружающих, понимаешь?       Я молча кивнула.       - Впрочем, у меня появилась одна забавная идея. Пойдем-ка.       Мы вышли из кабинета и вернулись на место инцидента. Толпа уже разошлась, коридор был пуст. Лишь большие черные пятна копоти на полу и стенах напоминали о случившемся.       Дамблдор некоторое время рассматривал зачарованную дверь, затем уважительно поцокал языком и повернулся ко мне.       - Будет лучше, если ты снимешь их сама, - сказал он. – Я могу, но… боюсь, после этого сюда придется вызывать целую бригаду профессиональных домовиков-строителей, ибо здесь мало что уцелеет в радиусе тридцати-сорока ярдов. Развитие твоих Стражей зашло слишком далеко. А тебе они покорятся безропотно.       - Разумеется, сэр, – кивнула я.       Стражи действительно покорились без всяких дополнительных усилий с моей стороны. Было немного жаль уничтожать их, но я понимала, что это необходимо. Они честно выполнили свою работу и теперь должны были уйти… а кроме того, они в самом деле были опасны для других. Теперь я это понимала.       - Хорошо, - удовлетворенно сказал Дамблдор, когда я справилась с ними, и дверь вновь стала такой, как прежде. – Должен признать, я весьма впечатлен… А теперь…       Он прикоснулся волшебной палочкой к каменной стене, и та неожиданно шевельнулась, растянулась, словно резиновая, и наползла на дверь, скрыв ее под собой. Несколькими секундами позже на месте входа была уже абсолютно ровная, глухая каменная поверхность. После этого Дамблдор направил волшебную палочку на меня, и я почувствовала, как чужое, незнакомое заклятие словно сдергивает с меня некий еле заметный, туманный шлейф. Этот шлейф был бледно-лилового цвета и слегка мерцал в полумраке коридора. Прежде, чем я успела рассмотреть его, Дамблдор небрежным жестом перекинул его на вновь образовавшуюся стену, и он словно утонул, растворился в ней.       - Теперь она пропустит тебя, - сказал маг, едва заметно улыбнувшись. – Попробуй пройти прямо сквозь нее!       Я так и сделала, и оказалась в своем кабинете. Здесь все было на своих местах. Дамблдор вошел следом за мной.       - Ого! – уважительно сказал он, обводя взглядом помещение. – Неплохо, совсем неплохо… У тебя дома тоже так?       - В точности! – довольно улыбнулась я. – Самым сложным было найти похожую мебель и убедить домовиков доставить ее сюда, а уж придать ей необходимые детали с помощью трансфигурационных чар – намного легче. Чары вот только нужно регулярно подновлять… Но это не отнимает много времени.       - Весьма, весьма… Кстати, если захочешь провести сюда еще кого-то, тебе следует запомнить формулу входного заклятия…       Формулу я затвердила без труда, заклятие оказалось легким, хотя и очень необычным. Я вполне поверила Дамблдору, который сказал, что во всем Хогвартсе оно до сих пор было известно только ему одному – настолько чужеродным был рисунок, описываемый волшебной палочкой заклинателя. В отличие от четких, законченных линий наших заклинаний, он напоминал, скорее, арабскую вязь. Моя догадка полностью подтвердилась, когда я начала расспрашивать Дамблдора о происхождении этого волшебства.       «А пароль в его кабинет я все-таки помню, - подумала я, глядя на него, когда он уходил. Впрочем, как знать: может быть он его еще не раз сменит?».