Падший

      Ледяные вершины Горы Скорби по обыкновению были окутаны воздушной стеной. Мудрецы Бога как могли, защищали своего господина. С незапамятных времен бог Дэмиен, воздушный владыка, был заключен в глыбу льда, и никто из его созданий не мог освободить его. Как бы они не старались, что бы не применяли, все было тщетно. Лед оставался нетронут, а их Бог неподвижен.       Три мудреца, Нейт — глаза Бога, Керт — уши Бога и Риас — уста Бога, день и ночь проводили возле аномалии, пытаясь хоть что-нибудь выяснить. Они были древнейшими из своей расы, а потому самыми мудрыми, их знания шли сквозь время, от отца к сыну и так несколько поколений с создания мира, но даже у них не было ответов на бесчисленные вопросы. Вот и сейчас они сидели возле глыбы и наблюдали. Казалось, что нет ничего, что было бы им не знакомо, многие годы здесь ничего не менялось. Снег, что непрерывно валил над их землями, не проникал в это место, не внося никаких изменений, хоть над ними и простиралось затянутое тучами небо. Барьер надежно укрывал, не позволяя природе повлиять на вместилище Бога.       День подходил к концу и самый нетерпеливый из них поднялся. Откинув капюшон, что скрывал его лицо, Риас тяжело выдохнул. Как и все из расы дэмий он был высокого роста, жилистый, суровые условия проживания закалили их расу, белые, словно снег волосы были коротко подстрижены, из-за этого заостренные длинные уши выделялись на общем фоне, ярко голубые глаза горели в полумраке помещения. Белые волосы и голубые глаза подчеркивали голубовато-серую кожу и синие губы. Посмотрев на двух других избранных, упорно пытающихся разгадать загадку, увидеть или услышать что-то новое, он нетерпеливо топнул и пошел к выходу.       — Не понимаю, что вы вообще пытаетесь тут найти? Мы уже все вдоль и поперек тут облазили, а до нас еще несколько поколений мудрецов. Вы просто глупцы! Я ухожу.       Даже не обернувшись, он хотел было уже выйти, но тут один из оставшихся мудрецов, это был Керт, зашипел на него.       — Ты чего? — Риас остановился и с удивлением посмотрел на него.       — Мне кажется, я что-то слышу, — едва слышно прошептал Керт.       — Я… — начал было Нейт, но вдруг замолчал и весь подобрался.       — Что такое? — Риас подошел к другу и опустился на колени перед ним, — Что с тобой? Ты что-то видишь?       Вместо ответа на вопрос, Нейт поднял руку и в воздухе перед ним стали кружить снежинки складываясь в понятный только им узор. Сначала появилось какое-то поселение, с редкими домами и большими навесами, следом за ними деревья. Листья из снежинок выглядели загадочно, и мудрецы смотрели на них, пытаясь угадать место.       — Что это? Одно из наших поселений? Нужно созвать всех правителей городов, они должны узнать это место, — начал Риас, но открывший глаза Нейт не дал ему развить тему.       — Нет, в этом нет смысла, они не узнают его.       — Почему?       — Потому что это не наша территория, это место на землях наринов.       — Что? — Риас воззрился на картинку, что все еще кружила в воздухе, — созидатель из тебя так себе, дорогой ты наш.       — Ты вообще только говорить горазд, — Нейт немного обиделся на Риаса, они, наконец, получили послание Бога, а тот жалуется на то, что картинка нечеткая!       — Хватит вам! — остановил их Керт, — нам нужно донести это сообщение до Совета.       — Ты как всегда прав.       Они вместе поднялись и покинули комнату, направляясь на ярус ниже. Туда, где располагался Совет их народа. Теперь они будут решать, что им следует предпринять.       Выслушав сообщение, Совет тут же решил, что необходимо отправить одного из своих разведчиков в земли наринов. Они не сомневались, что это важно. Никто не собирался противиться воле Бога, и собирались как можно быстрее исполнить ее. Наутро был созван военный совет и для этого были приглашены самые лучшие воины.       И вот с рассветом перед старейшинами из Совета выстроилось два десятка воинов, все уже в полном облачении. Каждый воин был готов выдвигаться в путь сразу же после того, как главы выберут кого-нибудь из них. Им уже объяснили всю ситуацию и то, что сможет пойти только один. Чтобы не вызвать неожиданной реакции со стороны наринов. Те и так в последнее время вели себя все более агрессивно.       Вперед вышел глава Совета и внимательно стал разглядывать поочередно каждого из молодых демий выстроившихся перед ним. Его внимательный, цепкий взгляд скользил от одного к другому, но никто не подавал и вида, все так же серьезно встречали его, спокойно смотря в ответ.       — Нет, нет, не подходит, никто не подходит! Вы все не подходите! Никто из вас не годится! — закричал на них старейшина, удивив всех в зале, не исключая себя самого, в Совете он имел славу самого спокойного и рассудительного.       В течение еще пары дней на смотр к старейшине приходило множество воинов, теперь уже не только самые лучшие, но и обычные рядовые. Все хотели испытать судьбу. Каждый надеялся что выберут именно его. Раз не подошли самые лучшие из воинов, значит, у них есть шанс проявить себя. Таким образом, от желающих показать себя не было отбоя.       Мудрецы уже устали и лишь равнодушно скользили взглядом за старейшиной. А тот в свою очередь с каждым днем злился все больше и больше.       — Не то! Все не то! — рыкнул старейшина обойдя вновь прибывших воинов и, устало потерев переносицу на удивление спокойно продолжил, — вы свободны, приведите…       Не успел он закончить как в зал вошел еще один юноша, но одет он был не как воин, а в парадную тунику до середины бедра расшитую серебряными нитями, явно предназначенную для беседы за чашечкой чая, а не похода и возможных битв. На ногах домашние туфли и тонкие зауженные штаны. На лицо падали белоснежные прядки, а дальше волосы были коротко подстрижены, только у шеи волосы были не тронуты и длинный хвост покоился на плече юноши, спадая ниже груди. Цвет кожи у него, как и у всей расы, голубовато-серый, но вот глаза выделялись, у него они светло-голубые, почти белые, и горят каким-то неестественным светом. Но вот сам взгляд уставший и немного отрешенный, словно он находился не здесь, а где-то далеко. Все это заставляло обращать на него внимание, следить за ним, словно он в любой миг мог исчезнуть, раствориться, словно ветер и ты никогда не узнаешь, кто же он и что собой представляет, и эта тайна будет мучить и сжигать тебя день ото дня.       — Ты! — вдруг указал на него старейшина, он первым очнулся от всеобщего оцепенения от вторжения этого юноши в зал Совета, но взгляда не отводил, а наоборот пристально смотрел на него, словно что-то видел в нем.       — Да?       Голос юноши оказался ясным и чистым, он говорил и все молчали, слушая его, все казались словно завороженными, особенно он повлиял на Керта, выглядел тот очень счастливым, словно голос юноши был самым желанным для него звуком.       — Я могу чем-то помочь? — немного удивленно спросил юноша, взглянув на старейшину.       — Да. Ты подходишь! Ты пойдешь!       — Пойду? Куда? — не понял его юноша, он выглядел сонным и несобранным, и всех удивило, что старейшина выбрал именно его.       — Наш Бог оставил послание, ты пойдешь в то место, что он показал нам и проверишь, с деталями тебя познакомят наши мудрецы.       Сказав это, он махнул кому-то из своей свиты. Вперед вышел молодой демий и протянул юноше свиток. Он нехотя взял его и развернул, на нем было изображено место, что показал бог Дэмиен, в точности так, как воссоздал Нейт.       — Это за пределами наших земель, — сразу высказался юноша, не изменившись в лице.       Нейт ткнул Риас под ребра. Тот тихонько зашипел и злобно уставился на обидчика. Нейт лишь хвастливо улыбнулся и торжествующе и немного возбужденно зашептал ему.       — Вот видишь, он сразу узнал место, так что из меня хороший созидатель, а тебе пора на покой!       — Я тебе покажу, как мне пора на покой, — угрожающе зашептал ему в ответ Риас.       Старейшина грозно на них посмотрел, и они замолчали, снова обратив свое внимание на юношу.       — Представься же, мы оповестим твой клан.       — Эми, я из приграничного клана «Крыло Рэйва», нет нужды их оповещать, я буду проходить мимо и загляну к ним, там и устрою привал.       — Как удачно сложилось, на том и закончим, одевайся подобающе и отправляйся, — старейшина добродушно улыбнулся, но в глазах его стоял лед.       — Да, старейшина, — Эми учтиво поклонился и, свернув карту, направился прочь, и все потянулись за ним, освобождая залы Совета.