Клубок.

      Погода с утра не заладилась. Вчера было солнечно и тепло, а сегодня небо затянуто серыми тучами, ни просвета, и до конца дня не стоит надеяться на лучшее. Ветер подхватывает обрывки чьих-то конспектов и гоняет по розовой тротуарной плитке, у фонтана прохладно, но Намджун всё равно ждёт. Время близится к шести, стрелки на наручных часах не обманывают, потому что телефон показывает то же самое. Джун видел сегодня Юнги на лекции, всего одна была общая, но с тех пор прошло почти четыре часа. Он мнётся в раздумьях – написать или не стоит. Нервничает и пытается не думать о том, что его разыграли. Капюшон куртки срывает особенно сильным порывом, он оборачивается и видит его. Юнги приближается быстрой походкой, но не со стороны здания университета, а со стороны города. - Прости, я опоздал. Решал одну проблему. – Он улыбается, так же как и вчера, мягко и тепло. – Куда пойдём? - Ты же в кино хотел… - Намджун всё ещё не верит. На Юнги синяя толстовка и узкие брюки горчичного цвета. Он безумно похож на персонажа одного известного мультика, но Джун никак не может вспомнить какого. Ветер раздувает светлые волосы, на молочной коже коже румянец, лёгкий, нежный, едва заметный. - Что-то не хочется. – Юнги вздыхает и морщится. – Ты пьёшь? - Да… А… У тебя что-то случилось? - Что-то случилось. – Блондин ухмыляется одним уголком губ. – Примерно то же что и у тебя. Пойдём ко мне, выпьем? Если хочешь, посмотрим кино. Намджун кивает молча и двигается вслед за Мином.       Юнги живёт недалеко от университета, в небольшой квартире в две комнаты. В квартире чисто, но как-то неуютно. На кухне не пахнет едой, холодильник заполнен разным алкоголем, Юнги выуживает пару банок пива и ставит их на круглый стол: - Прости за такое свидание, Джун, просто нет настроения сейчас. - Да всё нормально. – Джун думает, что на самом деле, всё просто офигенно, даже более чем, но следующие минут тридцать они просто молча пьют. - Ты куришь? Пошли на балкон.       Выпито по три банки и хмель немного размягчает мозг, размывая рамки дозволенного. Намджун мечтал слишком долго, слишком чётко прорисовывал детали их первого поцелуя в воображении, и он, оказался совершенно другим, не таким как в его грёзах, но нисколько не хуже. Губы сухие, но мягкие, с привкусом табака и пива и чего-то ванильного, видимо остатки бальзама для губ. Губы настойчивые, как и тонкие пальцы, подцепившие ворот футболки и тянущие вниз, потому что Джун сильно выше, по-другому не дотянуться. Острый язык и ощущение чужих рук на шее, хрупких, тонких, но невероятно сильных. Намджун по наитию подхватывает под бёдра и Юнги сцепляет лодыжки за его спиной, лёгкий, как пёрышко, мягкий и тёплый, и совершенно нереальный, пропахший мятой, табаком и чаем. Намджун обжигает губы о бледную шею, шарит по шёлку кожи, боясь оставить следы. Юнги дышит надрывно: - В постель, Джун… Давай… - Он двигает бёдрами вжимаясь.       Намджун шагает к кровати, аккуратно опускает на неё Юнги. Тот снимает толстовку и тянется к Джуну, суетливо расстёгивая пуговицы на его рубашке, мажет губами по губам, шее и везде где может дотянуться, хватается за плечи, притягивая, заставляя навалиться. Комната наполняется сбитым дыханием, надорванным, короткими стонами и шуршанием сбрасываемой одежды.       Юнги под ним невероятный, голый, бледный, сахарный, губы ярким розовым пятном выделяются на мягкой коже, тёмные глаза шарят по чужому лицу, пальцы впиваются в плечи и тянут ближе. Юнги тянется рукой к тумбочке, достаёт презерватив и пакетик смазки, наспех раскатывает резиновое изделие по члену Джуна и широко разводит ноги. Тот покрывает его бёдра поцелуями и сам дрожит от удовольствия больше, потому что Юнги прекрасен, каждый сантиметр, каждая впадинка и выпуклость его тела, тазобедренные косточки, впалый живот, напряжённые мышцы, его пальцы проникают внутрь легко и быстро. Один, два, три… Он мягкий, растянутый, но упругий… - Не тяни… - На выдохе, цепляясь за предплечья, двигая рукой по своему органу.       Намджун входит, аккуратно, боясь сделать больно, но Юнги сам дёргается и насаживается сильней, глубже, откидывая голову, закрывая глаза. Они двигаются, дрожат и выдыхают синхронно, Джун слегка меняет угол и Юнги вскрикивает, сжимая простыни над головой. Джун, подхватывает тонкие лодыжки, сводит и почти складывает Мина пополам, не сбавляя скорости. Голова блондина мечется по тёмной ткани постельного белья, собирая его в складки, разрастающиеся иконным нимбом, стонет громко, хрипло, не стесняясь, напрягается, выгибаясь на грани возможного, захлёбывается воздухом, задыхается под сильным, напористым телом. Джун дышит прерывисто, хватая воздух ртом, ускоряется, рычит на пике, разводит бледные ноги и падает, сверху, совершая последние толчки. Мин подхватывает рык эхом, утихает, всхлипывает… Через пару минут Джун перекатывается на бок и целует щёку и шею, нежно, трепетно. Юнги встаёт с кровати, накидывает толстовку и выходит на балкон. Дым завивается затейливыми спиральками, на улице дождь и из открытого окна пахнет сыростью. На тонком запястье бледной сеточкой голубые вены, взгляд тяжёлый и давящий: - Тебе пора домой, Джун. – Он протягивает недокуренную сигарету парню, и уходит в ванную, запираясь на щеколду. Не давая возможности задать вопросы. ***       Две недели смятения и сущего ада, две недели бесконечной рутины, как в тумане, словно он под тяжёлыми психотропными, не живой не мёртвый. Потому что Юнги пропал, он не отвечает на звонки, не ходит на лекции, не открывает дверь в квартиру, да и вообще он там как будто не бывает, Джун следил за окнами, просиживая на сырой скамейки до трёх ночи.       Чимин достаёт больше, чем обычно, лезет с расспросами, и, в конце концов, огребает, будучи посланным на хер.       В универе говорят, что Мин Юнги уехал в родной город по семейным обстоятельствам, на неопределённый срок.       Но когда он возвращается, не меняется ничего. В коридоре он проходит мимо, смотрит без эмоционально пару секунд и отворачивается.       Намджун умирает, тает и расцветает тёмными кругами под глазами… Намджун не понимает, но, кажется, не хочет ничего менять. Полторы пачки красных за день и бутылка чего-нибудь крепкого - как панацея. Чимин спасает от, как минимум, воспаления лёгких, в третий раз, затаскивая из под куста во дворе в свою квартиру…