Where the wild roses grow

Вернувшись в Токио, Яко отказалась от своей первоначальной задумки подключить к делу Шизуку и Джуна. После недолгих размышлений, она решила воспользоваться помощью Годая, вызвав одобрение у Нейро. — Сомневаюсь, что ты пришла просто поболтать, — сердито проворчал Годай, глядя как Яко садится в кресло напротив его стола. — Между прочим, вы мне оба должны — мою машинку выпотрошили, потому как кое-кто, — он красноречиво вытаращил глаза и скривил рот, — «забыл» запереть двери. — Если когда-нибудь мне будут платить за мою работу — я все отдам, — клятвенно пообещала Яко, прижав руки к сердцу. — Годай-сан… — Ну уж нет, Кацураги. Что за дела? Мы, вроде как, в одной лодке — точнее, в рабской галере, — а ты никогда не поговоришь со мной просто так. Это, между прочим, обидно. — Годай, нахмурившись, уставился в потолок. — Значит, так. Сейчас мы идем в ближайшее кафе, где я выпью, наконец, нормальный кофе. Нормальный! — он слегка повысил голос, и за дверью раздалось отчетливое шебуршение. — Мочизука? — сочувственно поинтересовалась Яко. Годай кивнул: — Он самый. Приносит мне приторную бурду со сливками, у меня уже задн… в общем, все слиплось от него. Яко понимающе хмыкнула. В кафе она, проверив наличность, благоразумно решила ограничиться двумя кусочками тортика. Годай, еле дождавшись чашки кофе, с наслаждением втянул аромат. — Вот он, благословенный напиток, который придумали боги! — благоговейно произнес он, сделав глоток. — Ладно, перейдем к делу. — Вы же хотели поговорить? — удивилась Яко, отложив ложечку. Годай махнул рукой, добрея прямо на глазах. — Да мне просто осточертело торчать там, как чирей на ж… Кхм, да. Отпуск хочу. Уехать на горячие источники, пару дней просто лежать и нихрена не делать. Только если оставлю вместо себя этого придурочного, все опять пойдет по… не туда. Яко соскребла с блюдца остатки тортика и печально вздохнула. Да, отпуск был бы очень кстати, вот только… кто бы попробовал объяснить это Нейро? — Годай-сан, нам нужно найти человека. — Понятно. Кто, где, в чем повинен? — деловито спросил Годай, вытащив из кармана пиджака ежедневник. — Наохито Косуги, в Токио переехал пару лет назад из Хидаки. Возраст… что-то около сорока лет. — Потрясающие сведения, — Годай залпом допил кофе. — Просто вот балуете меня плевой работенкой. Яко нервно икнула, уставившись ему за спину. — Что такое, раб номер два? Тебе уже не нравится твоя работа? — вкрадчиво поинтересовался Нейро, положив руку на спинку стула. Годай, подпрыгнув, обернулся. — Мать твою, чудик, нельзя так людей пугать! Какого хрена ты тут вообще делаешь? — Да вот мне стало любопытно, почему оба моих раба прохлаждаются, вместо того, чтобы работать, — Нейро уселся на свободное место, испепеляя Яко и Годая суровым взглядом. — Да потому что ни один живой человек не может пахать, как машина! — возмутился Годай, стукнув кулаком по столу. Чашка жалобно звякнула. — Если ты, чудовище, не нуждаешься ни в сне, ни в отдыхе, то мы вот, обычные люди, очень даже в них нуждаемся. — Вы и так бездельничаете гораздо больше, чем того заслуживаете. — Нейро слегка подался вперед. — Ладно, у мокрицы хоть есть оправдание, она пытается впихнуть в свои крохотные зачатки мозга новые знания, и иногда даже делает успехи, но ты… — Я сижу за компьютером, как проклятый раб на проклятой галере, выискивая интересные случаи, запоминая тонну информации, которая, скорее всего, вам нихрена не понадобится, предоставляю вам свои машины — между прочим, ты мне еще должен! — и взамен я даже не могу попить кофе с моим товарищем по несчастью?! — яростно выпалил Годай. — У тебя есть задание, — процедил Нейро, откинувшись на спинку стула. — Вот и выполняй его. Кофе ты уже допил, а твоего, как ты выразился, «товарища по несчастью» я забираю. У меня на нее планы. — Ну еще бы, — с ехидцей произнес Годай, поднимаясь. — Опять будешь ее валять по полу и издеваться, вместо того, чтобы хоть раз похвалить… — Да мне не надо. Обойдусь, как-нибудь, и без похвал, — отозвалась Яко, пытаясь нашарить кошелек в сумке. Годай замотал головой. — Надо. Надо, чудовище, не только наказывать, но и ценить своих друзей. Уж прости, может, в той дыре, откуда ты выполз, это и не принято, но ты живешь среди людей и, по крайней мере, одна тут готова порваться на тряпочки, чтобы тебя выручить. Уж не знаю, что ей в голову взбрело, — Годай красноречиво покосился на Яко, согнувшуюся под столом. — Я знаю, — спокойно ответил Нейро. Стол подпрыгнул, и Яко, тихо ругаясь, выпрямилась, потирая голову. — И упреки твои беспочвенны. Я ценю Акане-тян. Годай, подавившись ругательством, молча продемонстрировал ему средний палец и ушел, оставив деньги возле пустой чашки. — Значит, хвалить и ценить, — Нейро, как ни в чем не бывало, обернулся к Яко. — И тебе это правда необходимо? — Ну, уже давно известно, что положительная мотивация более действенна, чем отрицательная, — она неопределенно помахала в воздухе рукой. — Ты умна, хоть и стараешься сделать вид, что это не так, — вдруг произнес Нейро. — Ты сообразительна, любишь учиться — хоть и ленива до безобразия в некоторых вещах. Ты разбираешься в людях, и я безгранично рад, что ты — мой напарник. Достаточно смотивировал, или мне еще что-нибудь придумать? — Спасибо, этого вполне хватит, — Яко отвернулась, злясь одновременно и на себя, и на Годая, и на Нейро. — В таком случае, идем. Будешь просматривать данные всех женщин, которые покидали Японию за последние пятнадцать лет. Может, и найдешь Наоко. — Ты с ума сошел? — охнула Яко, представив масштаб работы. — Я до конца жизни не справлюсь! — Ничего, в загробном мире продолжишь, — «утешил» ее Нейро. — Времени у тебя будет полно. Отвернувшись от экрана, Яко устало потерла глаза. Три часа пролетели незаметно, вот только теперь было чувство, что ей под веки насыпали толченого стекла. — Перерыв? — любезно поинтересовался Нейро. Яко молча кивнула и запрокинула голову, прикрыв глаза. — Так может, совместишь безделье с чем-нибудь полезным? — У меня глаза болят, — простонала Яко, не особо рассчитывая на сочувствие. — И голова, и спина… вообще все болит! — Отлично. — Судя по звукам, Нейро поднялся со своего места и теперь стоял рядом. — Самое лучшее время для тренировки, а? Яко лишь вздохнула. Очередное предложение, от которого невозможно отказаться. На глаза опустилась плотная ткань, и Яко, вскрикнув, подпрыгнула. — Раз уж у тебя болят глаза и голова, то побережем их, — сказал Нейро, затягивая узел. — Будешь ориентироваться на слух и на осязание. — Зачем?! — А вдруг тебя поймают темной ночью? Или ослепят? Надо быть готовым ко всему, мокрица. И, к тому же, это отличная проверка твоей зрительной памяти. Мне даже интересно, сколько раз ты споткнешься. Яко, закусив губу, осторожно поднялась на ноги. Ладно, пока можно держаться за стол, но вот дальше… Ощутив левой щекой движение воздуха, она резко отклонилась в сторону, ударившись локтем о монитор. — Раз, — бесстрастно прокомментировал Нейро. Яко медленно отходила от стола, пока не почувствовала бедром спинку дивана. Глубоко вздохнув, она прислушалась. Шуршала за обоями Акане, гудели два компьютера, за окном чирикали птицы, ездили машины, говорили люди… Звуки, которые раньше казались незначительным фоном, теперь обрушились на нее лавиной, заставляя в панике напрягаться, чтобы услышать чужой шаг. — Спокойней, маленькое насекомое, — голос Нейро раздался совсем близко, и Яко дернулась влево, придерживаясь ладонью за диван. — Ты слишком паникуешь. Яко взвизгнула, почувствовав, как что-то обвилось вокруг ее лодыжки. — Это нечестно! — крикнула она, слепо водя руками в воздухе. — Давай без своих демонических штучек? — Ладно, — неожиданно согласился Нейро, возникнув рядом и дернув ее за прядь волос. Яко возмущенно зашипела, размахивая руками, словно ветряная мельница. — С этой секунды — никаких дьявольских устройств и приспособлений. Начинаем. Это оказалось гораздо сложнее, чем все прошлые тренировки. Нейро был везде, и Яко лишь в двух случаях из десяти удалось избежать ударов. Будь на его месте настоящий преступник, то закончилось бы все очень печально. Кроме того, ее не покидало ощущение, что Нейро ухитряется каким-то волшебным образом переставлять мебель — потому что в их офисе уже было, как минимум, пять диванов и три журнальных столика, о которые она постоянно спотыкалась. Неожиданно для себя, Яко вдруг поняла, что слышит Нейро — его дыхание, его шаги. Да, он был очень тихий и очень быстрый, но все же… Все же, появился шанс. Яко замерла, пропуская все посторонние звуки мимо себя — Нейро подкрадывался со спины. Она задержала дыхание, чувствуя, как пришел в движение воздух — сейчас, еще секунда… Яко резко присела, уходя от его руки и рванула вперед, выставив локоть. Судя по звуку, она все-таки попала в цель. — Уже неплохо, — довольно отозвался Нейро откуда-то сбоку. — Ничего сложного, видишь? — Не вижу, — весело сказала Яко, оборачиваясь на голос. — Но слышу. Не успев сделать и пары шагов, она почувствовала, как взмывает в воздух. — Нейро! — возмущенно рявкнула Яко, повиснув вниз головой под потолком. — Ты же обещал… — Ох, прости, я забыл обезвредить эту ловушку, — в его голосе, однако, не читалось ни капли стыда. Яко почувствовала, как на запястьях защелкиваются кандалы и ее положение чуть изменилось — теперь она висела параллельно полу, болтаясь на цепях, как маятник. — Повиси пока. А я, так уж и быть, займусь делом, — Нейро, похлопав ее по плечу, отошел. Яко слабо трепыхнулась, после чего, смирившись, попыталась найти плюсы в ситуации. «Ну, по крайней мере, я вишу очень ровно, и нагрузка на спину снижена… вроде бы. Интересно, а у меня получится уснуть в таком положении?» — Яко шевельнулась и раздосадовано прикусила себя за щеку — от малейшего движения она начинала раскачиваться, как на волнах. — Нейро, а может… — Нет уж. Виси и отдыхай. К тому же, это звяканье действует на меня умиротворяюще. Сразу вспоминаю милый дом и страждущих грешников. — Нейро ностальгически вздохнул. Яко показалось, что она висит так уже целую вечность, хотя вряд ли прошло больше получаса. Торчать так в воздухе с завязанными глазами было очень скучно, и она без особой надежды поинтересовалась: — Может, отпустишь меня все-таки? У нас еще тренировка не закончилась… — Нет, надо было не глаза тебе завязать, а рот заткнуть, — раздраженно бросил Нейро, набирая что-то на клавиатуре. — Ты же хотела отдыха — так наслаждайся. — Да это не отдых, это пытка! — Яко раздраженно брыкнула ногой, раскачиваясь сильнее. — Ой, у меня уже голова кружится… Нейро-о-о… В ответ раздалось рычание. — Вот только попробуй мне потом заявить, что я жестокий и не даю тебе ни секунды покоя! Оковы на ногах разомкнулись и Яко охнула, когда запястья рванул ее вес. — Больно же! — Извини. На этот раз искренности в его голосе было чуть больше. Яко переступила на цыпочках, пытаясь хоть как-то облегчить нагрузку, и стукнулась носом о плечо Нейро. Плечо было теплым, жестким, и раздраженно дернулось. — Хватит в меня сморкаться, наглая мокрица. — Руки, — жалобно напомнила Яко, подергав за цепи. Недовольно бурча себе что-то под нос, Нейро освободил ее окончательно. — Не хочешь отдыхать — иди работать. Яко согласно замычала, схватив его за предплечья — голова все еще кружилась. Вот только непонятно, от чего — то ли от голода, то ли от раскачиваний на цепях. Или же от всего вышеперечисленного разом. Повязка начала давить на глаза, и Яко подняла голову, чтобы попросить Нейро ее снять, при этом случайно уткнувшись носом в его горло. Нейро странно хмыкнул и замер, придерживая ее за локти. Теоретически, у Яко было оправдание — внезапно помутившийся рассудок, спонтанно развившееся раздвоение личности или просто состояние аффекта. А практически… Практически она лизнула его горло, не вполне понимая, какого черта и зачем она творит. Судя по всему, Нейро это понравилось — обхватив ее затылок одной рукой, он издал тихое довольное ворчание. Яко потерлась носом и слегка прикусила его подбородок, гладя руками спину. Нейро, все еще удерживая ее затылок, наклонился и прихватил зубами ее плечо, вызвав у Яко нервный вздох. Прижавшись щекой к его виску, она скользнула пальцами по его шее, дотрагиваясь до лица и пытаясь на ощупь определить — что он ощущает. Нужно ли это ему… Судя по всему — нужно. Нейро шагнул вперед, подталкивая ее к спинке дивана. Яко трясло от паники и возбуждения, и успокаивало только одно — Нейро бы не стал ее убивать. Наверное. Он потянул ее за волосы, вынуждая задрать голову, и осторожно провел кончиком носа по горлу, вызвав сдавленный стон. Спинка дивана оказалась крайне неудобной, и Яко машинально обхватила Нейро коленями, вынуждая подойти еще ближе, совсем близко. Он вновь укусил ее в плечо, вот только теперь его ладонь забралась под спортивную футболку. Жалобно всхлипнув, Яко стянула повязку — и они уставились друг другу в глаза. «Что я делаю? Что он дела… Хотя, неважно, лишь бы не прекращал!» Она потянулась к нему навстречу, осторожно прикасаясь к его губам, и изумленно распахнула глаза, почувствовав ладонь между ног. Судя по звукам, Акане пыталась втянуться в стену, но у нее не получалось. Яко запрокинула голову, до боли вцепившись в его плечи. Все это было чем-то новым, непонятным, пугающим и прекрасным одновременно. Звонок Годая показался издевкой от жизни. Нейро мгновенно отшатнулся от нее, в считанные секунды принимая свой обычный невозмутимый вид. Яко медленно съехала по спинке на диван, прижав ледяные пальцы к горящим щекам. — Нашел я вашего Косуги, — жизнерадостно сказал Годай по громкой связи. — До отвращения законопослушный мужик оказался, один единственный штраф за превышение скорости — и тот полтора года назад выписан. Адрес выслал по электронной почте. — Благодарю, раб номер два. Разрешаю пойти и поесть, — спокойно ответил Нейро, увлеченно разглядывая пейзаж за окном и постукивая пальцами по столу. — Тебя еще только не спросил, чудик, — буркнул Годай и отключился. Яко осторожно поднялась на ноги, не рискуя отпускать диван. — Предлагаю ехать к Наохито сейчас, пока не совсем поздно, — произнес Нейро. Яко машинально кивнула. Судя по всему, он твердо решил сделать вид, что ничего не было. Или даже не считал все случившееся чем-то странным или непонятным. Правда, взглянув на стол, Яко чуть поежилась — столешницу испещряли следы от когтей.