Where the wild roses grow

На их счастье, Наохито был дома. Если он и удивился нежданному визиту детективов, то не показал этого, вежливо пригласив их войти. Яко тайком разглядывала Косуги, удивляясь его сходству с Наоко. Да, конечно, она видела ее лишь на школьной фотографии не самого лучшего качества, но все равно, брат и сестра были похожи. — Признаться, я удивлен, что вас заинтересовало это дело, — Наохито взъерошил волосы, откинувшись на спинку стула. — Мне казалось, что Токио и Хидака… как бы сказать, далековато друг от друга. — Никогда не знаешь, куда заведет расследование, — беспечно отозвался Нейро, закинув ногу на ногу. — Сейчас оно завело нас именно сюда. Итак, ваша сестра. Расскажите о ней. Наохито сдавленно рассмеялся. — Боги… Пятнадцать лет прошло, как я видел ее в последний раз. Не знаю, чем вам поможет эта информация. Она была… чудесной. До той трагедии, она была разговорчивой, веселой. Не девочка, а солнечный лучик. Потом… Замкнулась в себе. Стала отгораживаться от всех — видимо, решила, что лучше вообще никого к себе не подпускать, чем вновь испытать боль. Я не терял надежды вернуть ту Наоко, которая была, но… у меня не хватало времени. Все свалилось на меня. — Да, я понимаю, — кивнула Яко. Наохито покачал головой. — Нет, госпожа Кацураги, я сомневаюсь. Когда ты теряешь своих родителей, мир перестает быть тем, к которому ты привык. Это ужасная боль и я бы никому не пожелал пережить что-то подобное. — Моего отца убили, — хрипло произнесла Яко, сжав ладонь в кулак, так, что ногти почти до крови врезались в тело. Прошлое вновь подняло голову и укусило ее, неожиданно и больно. Наохито взглянул на нее и, перегнувшись через стол, дотронулся до ее руки. — Сочувствую вам. Нейро пошевелился. — И как, удалось вам вернуть свою сестру к жизни? — резко спросил он. — Отчасти — да. Это ведь не дело пары минут или дней. Постепенно Наоко оживала. В доме вновь зазвучал ее смех. А потом исчез. — Вы уверены, что ваша сестра мертва? Может, она сбежала из города? — спросила Яко, осторожно отпив чай. На чашке красовался логотип такси — компании, в которой работал Наохито. Косуги, поджав губы, медленно перевел взгляд с нее на Нейро и обратно. — Если честно, я уже и не знаю. Лет десять назад я бы доказывал с пеной у рта, что она жива и здорова… Но вот теперь… С каждым днем надежда все больше становится похожа на глупую детскую веру в чудо. Может, мне уже стоит смириться с тем, что она мертва. Но что-то… что-то мешает сделать это. Что-то упрямо твердит, что однажды я увижу ее вновь. Что она вернется ко мне. — Сколько ее искали? — поинтересовался Нейро, разглядывая свою чашку — сам чай он, естественно, не пил. — Официально — два года. Неофициально — пару месяцев. — Ясно. — Нейро кивнул и словно полностью потерял интерес к беседе. Яко, неодобрительно покосившись на него, спросила: — Скажите, а в последний вечер ее поведение было нормальным? Может, она была напугана или… Наохито качнул головой, сцепив руки в замок. — Если бы я ее видел в тот вечер… Я был на работе. Отвозил очередного клиента. А когда вернулся домой — Наоко уже не было. Конечно, я сначала подумал, что она у Ито, — от Яко не укрылось, что имя художника Наохито чуть ли не выплюнул. — Но потом оказалось, что они поссорились. — Вы не очень любите Накамуру, не так ли? — мягко поинтересовался Нейро, заинтересовавшись разговором. — Заносчивый мелкий говнюк, который на всех смотрел, как на вшей? Нет, с чего бы мне его любить. — Но вот Наоко его полюбила. — Он разбил ей сердце. Бросил ее, поверив слухам… — Слухам? — Яко напряглась. Наохито кивнул. В облике его уже не было ни следа спокойствия. — Кто-то распускал сплетни, что Наоко спала с Юичи параллельно с Накамурой. Все в городе знали, как Юичи исходит слюной на мою сестру, а Накамура… Он этому поверил. Мелкий гаденыш. — Ревность. Обида. Предательство. Дивная смесь, — Нейро прищурился, чтобы Наохито не заметил ярко горящих глаз. — Как знать, может это он и… Нет, — Наохито резко оборвал себя и потер раскрасневшееся лицо ладонями. — Извините, что-то меня занесло. Если вы не против, я бы завершил нашу беседу. Мне пора собираться на работу. — Благодарю за разговор, Косуги-сан. — Яко допила остатки чая и поднялась с места. Итак, разговор с Наохито мало чем помог. Все те же лица, все те же подозреваемые: Накамура, Юичи… и сама Наоко. Если она жива. В последнее, конечно, уже слабо верилось, а значит, они вернулись к началу. — Интересно, как там дела у полиции, — вслух подумала Яко, бредя по улице и озираясь в поисках любого продовольственного магазинчика — пустой чай только раззадорил голод. — Копаются в базе данных всех серийных убийц Токио, которые еще не попали за решетку и выбирают женщин, — ответил Нейро, идя рядом. — Они тоже не продвинулись далеко вперед. — Ясно. Итак, либо Накамура, либо Сакаи. — Значит, версию с Наоко ты отметаешь? — Подумай сам, — Яко обернулась к нему. — Пропасть на пятнадцать лет, чтобы потом вдруг вернуться в облике духа мщения? Как-то нелогично. — Я же говорил, вы, люди, логикой предпочитаете не пользоваться, — фыркнул Нейро. Взглянув на темнеющее небо, он неожиданно махнул рукой. — Иди домой, насекомое. Яко удивленно вскинула брови. Обычно Нейро был сторонником ночевок на работе, и о том, чтобы вернуться домой так рано, можно было и не мечтать. — Все равно ни до чего нового ты не додумаешься, так хоть глаза не будешь мозолить, — с убийственной честностью пояснил Нейро. Яко не стала искушать судьбу и поспешила выполнить начальственные указания. Дома ее ждала уже почти написанная первая глава курсовой работы, над которой еще стоило поработать. Перечитав свой труд, Яко попыталась взглянуть на написанное с точки зрения Нейро. К сожалению, ей это удалось, а потому, схватившись за голову, она принялась переписывать первый параграф. Да уж, если раньше Нейро сравнивал ее с мартышкой, то сейчас он бы понизил ее до улитки, хаотично ползавшей по клавиатуре. Мысли о психически неуравновешенных маньяках и извращенцах хорошо помогали не думать о другом. Яко остановилась на середине предложения и закрыла глаза, прижав ладонь к губам. Действительно, мало ей было проблем в жизни. И как теперь быть дальше? Делать вид, что ничего не произошло, что все как прежде? Долго эта ложь не продержится. Через пару минут она заставила себя успокоиться. В конце концов, скоро она уедет на конференцию, а там ей будет явно не до личных переживаний. Домучив предложение, и чувствуя, что творческий запал иссяк, Яко, поужинав, залезла в кровать в обнимку с «Клинической психопатологией». Каникулы заканчивались, и через несколько дней начинался новый учебный год. Утро нового дня началось с убийственной головной боли. Яко недобрым словом помянула «Психопатологию», над которой так и уснула в неудобной позе. Выпив обезболивающее, она медленно оделась, стараясь не совершать резких движений — комната плыла перед глазами, словно Яко очутилась в аквариуме. Кое-как добравшись до офиса, Яко со скоростью улитки поднялась на свой этаж. Голова хоть и перестала пульсировать от боли, все еще кружилась, и казалась неприятно легкой и пустой. — Выглядишь ты как труп двухдневной давности, — поприветствовал ее Нейро, на секунду подняв глаза от папки с бумагами. — Новое слово в трудовом кодексе? «Умри на работе, дай пример остальным»? Яко слабо застонала — каждое его слово раскаленными гвоздями вбивалось в виски. — Пожалуйста, тише, — просипела она, на ощупь добираясь до своего места. — Хотел я сегодня провести экзаменационный бой, — посетовал Нейро, чуть сбавив громкость. — Но вижу, это бессмысленно. Тебя сейчас даже Акане-тян победит, не особо напрягаясь. Косичка гордо вытянулась в струнку. — Что читаешь? — поинтересовалась Яко, прикрыв глаза ладонями. Лучше было бы остаться дома, вот только вряд ли бы Нейро одобрил такой прогул без серьезной причины. Хотя, с другой стороны, даже смерть не была бы для него достаточным поводом не являться на работу. — Да так, второй раб нашел данные о контрабанде. — Оружие? — Яко рискнула оторвать ладони от лица, и тут же уперлась взглядом в диван, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Нет, исторические ценности. Если возьмемся — будет неплохая реклама для агентства. Самое время, между прочим, у нас в архиве за этот год интересных дел — раз, два и обчелся. А так хоть новых клиентов привлечем. Яко машинально закивала. Нет, диван точно надо выбросить. — Мне что делать? — спросила она, уставившись на клавиатуру. — Сидеть, сохраняя на лице интеллектуальное выражение. Или, если хочешь, можешь воткнуть себе в голову пару веточек и прикинуться растением — на большее ты сейчас все равно не способна, — Нейро насмешливо глянул на нее. — Хотя, не скажу, что твой энтузиазм и преданность работе меня огорчают. Яко, не ответив, отвела глаза. Зайдя на сайт университета, она мельком глянула расписание и с облегчением выдохнула. Наконец-то закончился курс эстетики. Жизнь сразу стала лучше. — Если тебе полегчало, — произнес Нейро, наблюдавший за ней, — то зайди на аукционные сайты, и просмотри их на предмет различных… «безделушек», которые могут оказаться очень даже ценными. — Хорошо… Ты помнишь про конференцию? — на всякий случай уточнила Яко. Нейро кивнул. — Естественно. Я, чтоб ты знала, на голову не жалуюсь и прекрасно помню все… Абсолютно все. Они замолчали, глядя друг на друга. Яко тихо вздохнула. Кажется, делать вид, что ничего не произошло будет гораздо трудней чем она думала. Акане настороженно зашуршала, ткнув распушенным кончиком в сторону дверей. Нейро, прислушавшись, широко оскалился. — У нас новый гость, мокрица. Дверь детективного агентства Кацураги распахнулась. На пороге стоял Ито Накамура.