Оголодавший

Волосы Малфоя щекотали Гарри щеку. Должно быть, ночью они здорово крутились, потому что сейчас лежали лицом к лицу, и рука Гарри крепко обнимала Малфоя за спину, и он чувствовал сквозь тонкую ткань его тепло и острые косточки позвоночника. Гарри чуть повернул голову, вжимаясь носом в шелковистые пряди, почти такие же мягкие, как перья Хедвиг, и втянул потрясающий и знакомый яблочный аромат. Он обхватил губами Малфоево ухо, а потом двинулся языком вниз, туда, где вдоль шеи тонкой нитью бился пульс… Драко дернулся и застонал. — Поттер… Гарри поднял вторую руку, с восторгом обнаружив, что они больше не соединены, тронул пальцами удивительно гладкую щеку Малфоя, и подвинулся чуть ближе… — Поттер! …так что можно было просто тереться о его бедро, посылая разряды удовольствия… — Поттер. Отвали от меня. С резким и отвратительным осознанием Гарри проснулся. Его рука на талии Малфоя, его нос в волосах Малфоя, и Малфой не спит, жутко разозленный, и пытается отпихнуть его и вот дерьмо. — Прости! Блять, прости! Я спал! — Гарри шустро отодвинулся так далеко, как только мог, и его сердце упало, когда он понял, что их руки все еще сцеплены. — Как ты посмел прикоснуться ко мне? — Поттер растерянно уставился на разъяренное Малфоево лицо, на котором резвились блики солнца, пробивающегося сквозь тяжелые портьеры. Должно быть, почти утро. — Я… дерьмо, Малфой, я просто спал. Ты же не думаешь, что я… Слизеринец что-то искал в тумбочке по ту сторону кровати. Гарри решил, что, наверное, палочку. Он потянулся за своей и призвал очки. — Возьми себя в руки. Это случайность. Я не знал, что делаю. Тихий голос в голове Гарри отметил, что он определенно осознавал происходящее во сне. Он знал, и это ему нравилось. Он все еще чувствовал мягкое щекотание волос, запах теплой кожи… Малфой достал свою палочку и сел, уставившись на Гарри. — Тронешь меня еще раз и чья-то рука точно будет отрезана. И точно не моя. Все понял? — Мерлин, да. Это больше не повторится, Малфой. Успокойся. — Не говори мне успокоиться. И который, черт возьми, сейчас час? Оказалось, было только около пяти утра. — Нет ни шанса, что я снова усну. Спасибо большое, Поттер. Ты обладаешь потрясающим талантом делать и так безвыходные ситуации поистине ужасными. Голова Гарри в это время была занята совсем другим. Ты трогал Малфоя. Я не знал, что это он. Знал. Нет, я… Ну, да, но это было во сне. Я запутался. Ты трогал Малфоя, и это было чертовски здорово, и ты бы хотел продолжить. Я спал. Вот и все. Это ничего не значит. — Поттер? Приём? С точки зрения интеллекта, то, как ты тормозишь, кажется довольно странным, — напрягшись, Гарри все же переключил свое внимание на слизеринца. — Я спросил, встаем ли мы. Я сойду с ума, если проведу в кровати с тобой еще хотя бы минуту. — Да. Да, хорошо, — Поттер посмотрел на их соединенные конечности. Сейчас они были похожи на одну странную и широкую руку. Место срастания еще можно было найти, но только если присмотреться. Кстати, его рука, с загорелой кожей, темными волосками и родинками превратилась в подобие Малфоевой руки, с его мраморной кожей, белыми волосками и веснушками. Гарри вздрогнул. Слава богу, это была не рука с меткой. Гарри знал, что Малфой использует заклинания, чтобы скрывать знак, но иногда все же было видно размытые очертания и его края. Он не уверен, что бы делал, если бы отмеченная рука прикасалась к его собственной… Гарри не в первый раз задумался, что чувствовал Драко, когда принимал метку. Было ли ему больно. Они заставили его, возможно, пытав, или он принял ее добровольно, думая о ней, как о знаке признания. Гарри подумал, а что если… — Поттер! Очнись, блять! Мне нужно встать и выпить чаю. — О, да. Давай. Им удалось одеться обратно в форму, и Гарри даже скрепил разрывы, но выглядели они не очень. Гарри не привык к такому аккуратному шитью, а левая рука Малфоя была слишком неуклюжа, что заставляло его хмуриться и кусать губу. В любом случае, они были одеты, пусть и не очень модно. Гарри подумал, что Малфой хотел бы принять душ, но тот не упоминал об этом, пробормотав несколько заклинаний, на некоторых как будто смущаясь. Гриффиндорец не знал их все, но предположил, что некоторые касались интимных вопросов. И снова задумался, как долго им еще предстоит быть соединенными. Может быть, нужно будет поговорить в тихом уголке с Гермионой и спросить у нее пару советов. Гарри плеснул водой в лицо; Малфой неодобрительно покосился в его сторону, но комментировать не стал. Они занимались теми же неудобными вещами, что и прошлой ночью, только теперь в обратном порядке. Гарри подумал, что со стороны, наверное, это похоже на неуклюжий танец, когда ты совершенно не знаешь, куда двинется твой партнер в следующее мгновение. Вы так же натыкаетесь друг на друга и колеблетесь, а потом двигаетесь одновременно, мешая. И все же напоминает и обычный танец, по крайней мере то, как двигаешься ты, отозвался голос в Гарриной голове. Он усмехнулся. К несчастью, именно в этот момент они стояли перед зеркалом, где Малфой безуспешно пытался привести в порядок волосы. — Что смешного? — Ничего, — Гарри отвернулся, как будто заскучав. — Просто ты жуть как долго возишься со своей прической. — Некоторые не любят ходить целыми днями так, как будто только что встали с постели, — слизеринец что-то выдавил из какого-то флакона и пропустил волосы сквозь пальцы. Гарри окинул в зеркале взглядом свои собственные волосы. — Они всегда такие, делаю я что-то, или нет. Малфой повернулся к нему. — Можешь попробовать это, — и он протянул открытую бутылку. Неповторимый аромат яблок коварно пробрался Гарри в нос, и тот судорожно вдохнул. — Нет, — отпрянул он как ужаленный. — Нет. Малфой нахмурился. — Я просто предложил. Он еще пару минут укладывал прическу, а затем кивнул сам себе в зеркале. Его волосы, как всегда, были очень гладко прилизаны к голове, подбородок казался острым как никогда, а еще на затылке можно было заметить маленький топорщившийся хохолок. Гарри вспомнил, как выглядели ночью его распущенные волосы, и… его глаза встретились с глазами Малфоя, и он поспешно отвернулся. — Я готов, — объявил Драко. — Теперь мне нужен чай. Было совсем рано, и до завтрака, который подавали в Большом зале, оставалась еще куча времени. — На кухню? — предложил Гарри. По правде говоря, его живот собирался вот-вот заурчать. Когда гриффиндорец просыпался слишком рано, всегда чувствовал себя голодным. Они пробирались вниз. В замке стояла тишина, и их шаги гулко отзывались в каменных коридорах. Свет струился сквозь огромные окна, ловя в воздухе пылинки. В отличие от остальных помещений, в кухне полным ходом шла работа. Большая часть блюд к завтраку уже была готова, и Гарри сглотнул слюну. Рядом с одним из столиков, выпрямившись, стояла МакГонагалл, выглядевшая усталой, но ее волосы и одежда, как всегда, были в идеальном порядке. — Доброе утро, мистер Малфой, мистер Поттер, — поприветствовала она подростков. — Раннее начало дня? — Мы… не могли спать, — отозвался Гарри. — И подумали, что было бы неплохо спуститься вниз выпить чаю. — Ну, теперь вы знаете, что не одни с подобной привычкой, — она слегка улыбнулась и обратилась к домовому эльфу, который нетерпеливо переминался рядом с ноги на ногу с подносом с чайными приборами. — Хотела проверить, как обстоят дела здесь, на кухне, прежде чем заняться остальными. Да и эльфы-домовики обычно гораздо больше, чем я, осведомлены о том, что происходит в замке. Она подняла бровь. — Так… как вы себя чувствуете сегодня, господа? — она обвела взглядом их плохо заштопанную одежду. — Кажется, у вас возникли проблемы с переодеванием. Малфой поднял их руки, как бы объясняя все. — Разве Гораций не рассказал вам? — МакГонагалл цокнула. — Он должен был все объяснить вчера вечером! Она взмахнула палочкой, сглаживая неровности на одежде и сшивая края. — Пройдемте в мой кабинет, мальчики, поговорим. Малфой несчастно оглянулся на оживленно работающих эльфов. — О, я прослежу, чтобы вы получили свой чай, мистер Малфой. Понимаю вас. Мало кто может начать день без чашки крепкого напитка. Именно в этот момент желудок Гарри решил напомнить о себе недовольным ворчанием. МакГонагалл поморщилась. — Ах, боже мой. Что ж, с этим тоже разберемся, — она дала несколько указаний эльфам, прежде чем отправиться в свой кабинет, молчаливо говоря им идти следом. — Итак, могу я посмотреть эффект зелья? Как дела сегодня? — она осмотрела их руки. — Очень любопытно. Я видела что-то подобное только однажды, когда одно экспериментальное зелье испытывали на книззле. Он потерся о дерево, и каким-то образом его кожа срослась с корой. Такой беспорядок, — она покачала головой, — мы собирали щепки неделю. Профессор обратила свое внимание на чай. — Мистер Малфой, припоминаю, что вы любите сладкое, — она добавила в чашку несколько ложек сахара и молоко, прежде чем передать ее слизеринцу. — И мистер Поттер. Вы не большой любитель чая, но, может быть, присоединитесь к нам? Они сидели, наслаждаясь тишиной и душистым горячим чаем. МакГонагалл на мгновение прикрыла глаза, но в следующий момент Малфой звякнул чашкой, поставив ее обратно на блюдце. Гарри подумал, что профессор похожа на кота, моментально распахнувшего глаза и быстро переключившегося ото сна к бодрствованию. — Итак, существуют заклинания и процедуры, которые могут значительно облегчить жизнь вам двоим, пока эффект от зелья не спадет. По мере рассказа МакГонагалл, Гарри вспоминал, как Дамблдор однажды пригласил его на разговор, чтобы объяснить все, что должен знать, по крайней мере, каждый подросток. Дурсли никогда не говорили ни о чем — ни о том, как правильно повзрослеть, ни о моментах полового созревания, а обрывки информации, которые Гарри заполучил из мимолетных разговоров с Дадли и его друзьями, приводили его в полное замешательство. Директор каким-то образом прознал об этом и все пояснил, оставив после себя чувство благодарности и смущения. Примерно то же происходило и сейчас. Профессор разъясняла все бодрым голосом, методично рассказывая, как Малфою справляться с уроками, пользуясь только одной рукой, как им разбираться со своими потребностями с минимумом стыда и страданий. Гарри был невероятно рад узнать, что необязательно рвать каждый раз одежду, а можно переместить ее с помощью заклинания на пару футов в другую сторону. Все это было невероятно полезной информацией, но Гарри упорно казалось, что не должен он сейчас сидеть здесь, пить чай и вести задушевные разговоры с директрисой. Бутерброды с беконом, прибывшие в середине разговора, не очень помогли, но Гарри был слишком голоден, чтобы ими пренебрегать. Малфой в свою очередь только вяло отковырнул кусочек. В конце концов, они закончили. Было почти время завтрака, и они стояли в коридоре рядом с Большим залом, делая вид, что не замечают любопытные взгляды проходящих мимо студентов. Гарри смотрел вниз по коридору, нетерпеливо ожидая, пока появятся Рон или Гермиона; Малфой выглядел подавленным и никому не смотрел в глаза. — Сегодня сидим с Гриффиндором? — спросил Гарри. — Сегодня моя очередь, потому что прошлой ночью мы ходили в твою гостиную. Малфой открыл рот, как будто собирался спорить, но потом пожал плечами. — Хорошо, раз тебе это так важно. Мне все равно. Гарри отчаянно хотел поговорить с друзьями, поделиться с ними не только мрачными во всех отношениях мыслями, но и другими, более личными и интимными вещами. Ну, ладно, может, он рассказал бы им не все. Но он хотел поговорить с ними наедине, без Малфоя, сидящего рядом, который мог слышать каждое слово. Рассказать все неприятности и разочарования. Получить уверенность, что он справится. И сказать, как по-дурацки он повел себя с чертовыми малфоевыми волосами. Гарри также поинтересовался бы у Рона, есть ли какой-то способ избежать сновидений определенного рода. Глубоко в душе он ждал, что МакГонагалл поднимет эту тему, испытывая попеременно ужас и надежду, но этого не произошло, и, когда она спросила, нет ли у кого из них вопросов, он промолчал. И в итоге гриффиндорец решил, что не сможет обратиться к Рону, не рассказав о причине вопроса, а это было бы просто жутко. С облегчением Гарри наконец-то увидел Гермиону, идущую к ним навстречу так быстро, что копна волос за ее спиной подпрыгивала при каждом шаге. Она подошла и крепко обняла его, пользуясь близостью, чтобы прошептать на ухо вопрос: — Как ты? — Не очень. Она еще раз крепко стиснула в объятиях, а затем отстранилась. — Привет, Малфой. — Доброе утро. Как дела? — тоном, преисполненным вежливости, отозвался слизеринец. Гермиона выглядела довольной. — Хорошо, спасибо. А у тебя? — Вы очень здорово обмениваетесь любезностями, но можем мы теперь, наконец, пойти на завтрак? — О, Гарри! — рассмеялась Гермиона. — Он всегда жутко голоден по утрам, — доверительно сообщила она Малфою. — Так и не скажешь, что только что он съел огромный сэндвич с беконом, верно? — спросил Драко, довольно доброжелательно улыбаясь. — Можете остаться здесь и поболтать, а я собираюсь позавтракать, — проворчал Гарри и потянул Малфоя в сторону Большого зала, где уже толпились ученики. Рон присоединился к ним, садясь напротив Гарри, когда они заняли свои места. — Очень не хватало тебя прошлой ночью, чувак. Мы допоздна играли в Дыхание Дракона, и без тебя Невилл поколотил меня. Гермиона сжала свободную руку Гарри под столом. — А как прошел твой вечер, Гарри? Поттер вспомнил о сверкающем взгляде Блейза, вызывающем явный дискомфорт у Малфоя, небрежные оговорки Слагхорна и бледное плечо Драко в его гребаной ночной рубашке. — Хорошо. На столе появились уже привычно щедрые блюда. Гермиона, сидящая рядом с Гарри, помогла тому положить себе сосиски и жареный картофель, и хотя стол был заполнен, никто не пожелал сесть рядом с Малфоем. Девушка посмотрела на Уизли, сидящего напротив. — Рон, помоги Малфою. Рон нахмурил лоб и потянулся за поварешкой с таким выражением, как будто рука не хотела ему повиноваться. Он довольно грубо положил слизеринцу на тарелку немного яичницы. — Сойдет? Малфой кивнул. Гермиона жестом одобрила действия Рона. Тот сморщился. — Возможно, Малфой захочет еще и сосиски? — У него есть еще одна рука, — почти прорычал рыжий. — Он не беспомощный. — Все в порядке, — Малфой взял в руку вилку. — Спасибо. В зал начали залетать первые совы. Письма и посылки падали в руки хозяевам или отскакивали от стола, в зависимости от того, насколько хорошо прицеливались пернатые почтальоны. Рону пришло письмо, Гермионе — посылка (о боже! Еще один ответ из Визенгамота насчет Г.А.В.Н.Э!), Малфою — и то, и другое. Он поймал их одной рукой и положил слева от себя. — Тебе помочь открыть их? — вежливо поинтересовалась Гермиона. — Нет! Нет, спасибо, — Малфой криво улыбнулся в ответ и спрятал свободную руку в карман. Помимо этого, было еще множество неловкостей. В какое-то мгновенье с другого конца стола вдруг послышался голос Симуса. — Эй, Гарри, хочешь шутку? Что это: «существо из одной головы, двух ног и двух тупых концов»? Гарри нахмурился. Звучало как-то мало обнадеживающе. — Гарри Поттер и Драко Малфой, который к нему приклеился! Студенты со всех сторон взорвались смехом; Малфой положил вилку. — Понял? — Финниган ухмыльнулся. — Из двух концов. Гарри почувствовал, как липкий ком отвращения поднимается вверх по горлу. — Это отвратительно, — пробормотала Гермиона, сверкая глазами от ярости. Невилл и пара их сокурсников кивнули, однако Рон подозрительно закашлялся в свою салфетку. — О, ладно тебе, — Симус скривился. — Это всего лишь шутка. И Малфой доставил Дину кучу неприятностей только потому, что его жалкое кольцо расплавилось. Поднялся гул и в конце концов МакГонагалл пришлось вмешаться, встав и откашлявшись. — Гриффиндор, я вынуждена попросить вас успокоиться и продолжить завтрак в тишине. В противном случае, мне придется снять с вас несколько баллов. Кто-то из других факультетов засмеялся, но уровень шума значительно снизился. Всего лишь шутка. Гарри опустил голову и попытался проглотить противный комок. Кажется, еще пара минут и он распрощается со своим завтраком. Гриффиндорец сокрушенно заметил, что Малфой так ничего и не съел. Гермиона подергала его за рукав. — У нас всех нет уроков в ближайший час. Встретимся в библиотеке, сможем поговорить. — Поговорить? — Гарри задался вопросом, как они справятся, учитывая, что Малфой будет сидеть в футе от них. — Ну да, — она взмахнула рукой. — Нам надо написать эссе по Чарам и кое-что прочесть по Гербологии. — Определенно, — Гарри улыбнулся. Утро становится не таким плохим, когда рядом Гермиона, и она хотя бы пыталась делать вид, что ничего не произошло, а это именно то, что Гарри сейчас и было нужно. — Ты закончил? — он повернулся к Малфою, который невидящим взглядом смотрел в окно. — Да. — Тогда пошли. Малфой подозрительно благодарно кивнул ему и они покинули Большой зал так быстро, как только могли.