Мой маленький лекарь

— Мира, проснись, — Равен почувствовала, как кто-то осторожно тряс ее за плечо. Желания выполнять просьбу говорившего не было, но пришлось. Девушка сонно приподнялась на локтях и приложила все усилия, что бы открыть глаза. Игма не торопила ее, давая время опомниться. — Я сейчас ухожу. Принцесса Когьеку пять дней из комнаты не выходит, говорят, впала в депрессию. Пойду проверю, может это как-то связанно с тем приездом короля? Ты ничего странного на ужине не заметила?       Мира ненадолго задумалась, вспоминая все, что там происходило. Только вот принцессы Когьеку она нигде не видела. Только что проснувшийся разум плохо соображал и девушка просто отрицательно покачала головой. Вильмонт решила больше не мучить девушку и направилась к двери. Самое главное, что она ее предупредила о своем уходе. Да и к тому же Мире не помешало бы поспать, какая-то она бледная. Переутомилась, наверное.

***

— Оставьте меня, — жертва неразделенной любви была не очень многословна. С момента ухода возлюбленного она одиноко лежала в своей комнате. Розовые глаза с безразличием наблюдали за носящимся по комнате и что-то говорящем Ка Кобуном. Девушка с головой пряталась под одеялом, когда Джудал прилетал поспорить с ней, что бы хоть как-то поднять настроение, но все в пустую. Из-за такого состояния Когьеку и ее советник, и оракул империи Коу бродили с плохим настроением. — Ну-ну, не надо так, — оптимистическая улыбка красовалась на лице Игмы, словно на нее не распространялась печаль витавшая в помещении. Негативные эмоции принцессы собрались в густую темную ауру и поглощали всех, кто приходил ее проведать. — Лучше расскажи мне, чего ты так грустишь? — Я не грущу, — Рен уткнулась лицом в подушку и из-за этого ее речь была немного приглушенной. Ка Кобун, наблюдающий за принцессой, печально вздохнул, у него сердце кровью обливалось, когда он видел ее такой подавленной. — Оставьте меня.       Последнюю фразу принцесса повторяла каждому, кто наведывался к ней в комнату. Эти два слова Джудал уже успел возненавидеть. Маги тоже стал каким-то нервным, это сказывался дефицит ссор с принцессой в его крови. Как бы он не старался, но вывести ее из себя ему не удалось. Что он только не делал? И «ведьмой», и «старушкой» называл, а она ни в какую. Тогда шатен решил перейти к серьезным мерам. Он это откладывал на крайний случай, но видимо этот случай настал. Оракул принялся говорить о несовместимости синдрийского короля и принцессы империи Коу. Ожидаемого эффекта, а именно ругани в его сторону, не последовало. Джудал смог только довести девушку до слез. После этого Ка Кобун выгнал наглеца пинком и запретил навещать страдалицу. — Нет, так дело не пойдет, — с важным видом сделала умозаключение медик. Она засучила рукава и бросила на деревянный стол свою кожаную сумку. — Ей, советник, помогай. Как хорошо, что я заранее подготовилась.       Ка Кобун не знал, что ему делать, но как только Вильмонт схватила меланхолика за руки и принялась стягивать с кровати, до него дошло, что нужно делать. Он тихо бормотал жалкие оправдания про то, что ему это не позволено и нельзя себя так вести с принцессой. — Я — лекарь, а это значит, что меня нужно слушаться, я плохого не посоветую, — поколебавшись еще пару секунд он взял обездвиженную тушку за ноги и принялся помогать женщине. На удивление принцесса не вырывалась, она словно не замечала происходящего. С этим и вправду нужно что-то делать и как можно скорее. Шатен удивленно захлопал глазами, когда они подходили к ванной комнате. Румянец появился на щеках парня и он остановился. Уж тут он им не помощник. — Хватит тормозить, без твоей помощи я не справлюсь. — Но… — Никаких «но»! На счет три забрасываем ее в ванну. — А как же… — Ничего, искупается в одежде, от этого она не умрет. Говорю тебе, как лекарь империи Коу, — Ка Кобун сам не понял, почему от этих слов его левый глаз начал дергаться. Он постарался привести себя в порядок, а то вдруг она его от нервов начнет лечить. После курса реабилитации, он чувствует, что станет только хуже. — Три!       Советник не успел сразу среагировать, ведь перед тройкой должны были быть еще цифры. С небольшим волнением он наблюдал за тем, как принцесса летит в ванну. На бледном лице наконец-то проступили эмоции. Это удивление и страх. Подопечный принцессы прекрасно понимал свою госпожу. Уж это точно встрясочка для нервов. Со скорость кометы Когьеку выскочила с ванны, она обняла себя руками и принялась трястись. Ка Кобун дотронулся ладошкой до зеркальной глади воды. Жидкость была прохладной, но не холодной. — Вы чего творите?! — Закаляем тебя на негативные эмоции, а заодно и от болезней, — советник позавидовал оптимизму и беззаботности медика. — Да вы… вы… — возмущение не давало построить предложение. Услышав знакомую, в окно ванной комнаты заглянул Джудал. Как же ему повезло, что он пролетал именно тут. — Старушка, ну ты и умора! — высказыванием и громким смехом оракул обратил все внимание на себя. Рен затряслась еще сильнее, только не понятно от чего. Толи от злости, толи от холода. Одним движением принцесса освободила заколку от пут мокрых волос и превратила ее в меч. Ка Кобун со страхом наблюдал, как вода поднимается с ванны. Краем глаза он заметил, как хлопнула дверь, это Игма свалила, оставив разбушевавшуюся принцессу на советника и маги, точнее только на советника. Ледяным потоком вода хлынула на стену, за которой порхал Джудал. — Ай! Холодно!

***

      Игма с чрезвычайно хорошем настроением влетела в кабинет, что было довольно-таки странно. Она посмотрела на Миру, сидевшую за столом. Девушка насыпала себе в тарелку салат приготовленный начальницей и уставилась в одну точку. — Аппетита нету? — спросила Вильмонт, присев рядом с ученицей. Мира посмотрела в начале на пришедшую женщину, после на тарелку. — Что-то ты какая-то заторможенная. Ты мне не нравишься. — Нет, — Равен отрицательно покачала головой. — Сейчас поем и наберусь сил, и пойду работать. — Думаешь? Слушай, мне кажется, что это не переутомление, мы почти ничем не занимаемся, это точно простуда. — Тогда я пойду отнесу чай и приду лечится. — Хорошо, — вздохнула Игма, похоже отговаривать девушку было бесполезно. — Я пока подготовлю все. Мира встала из-за стола и взяла в руки поднос. С неприятным звуком тот рухнул на пол. Пробормотав «Ой», Равен подняла его, хорошо, что там не стоял чай. — «Ой»? Ты уверенна, что тебе можно идти и относить чай? Что-то я не очень. — Все в порядке, — заверила младшая и вцепилась пальцами за деревяшку, что бы в этот раз она не упала. Вильмонт решила помочь и поставила чайник с чашкой. С немой надеждой, что девушка ничего не перепутала в приготовлении и что с ней ничего не случится, она открыла дверь. С Мирой ведь ничего не произойдет?       Тишина неприятно давила на больную голову, но девушка пропускала это мимо ушей. Сегодня коридоры были чрезвычайно долгими, а шум в королевском саду изрядно действовал на нервы. Это Когьеку продолжала свою охоту на Джудала, только в число жертв она добавила еще и Ка Кобуна за то, что не остановил лекаря. Повезло, что Игма вовремя успела смыться. Из-за угла выглянула Хаку, успевшая стать очень близкой подругой медиков. Вильмонт очень удивилась такому поведению шатенки. За все три года, что Игма тут работает, она ни разу не замечала такого за девочкой. Это было немного странно, но блондинка отбросила все эти мысли, думая, что это все характерно для подросткового возраста. — Мира, привет, — улыбка мгновенно появилась на бледных губах. — Ей, Мира, ты чего?       Хаку немного удивилась, когда Равен, не заметив ее в упор, поковыляла дальше. Остановившись, девушка резко обернулась. — Ой, прости, я тебя не заметила. — Ты в порядке? Заболела, что ли? — Нет, просто переутомилась.       Шатенка положила руку на лоб девушки. — У тебя температура. — Правда? — Интересно, кто из нас двоих лекарь? И как Игма тебя отпустила? — Я должна отнести чай. — Давай я отнесу, а ты иди к Игме, — на удивление Мира не отпиралась, а просто развернулась и пошла в обратную сторону. Да уж болезнь сильно меняет человека.

***

      Хаку вежливо постучалась в двери. Получив разрешение с легкими нотками радости она вошла в кабинет второго принца. Удивление проступило на его лице, когда вместо привычной светлой девушки показалась, темный силуэт Хаку. — Добрый день, — шатенка не удосужилась склонится в поклоне перед представителем знати. — Добрый, а где Мира? — Она приболела. Поэтому сегодня я вместо нее. — Вот как, ясно, — Коумей немного приуныл, что не укрылось от серых глаз Хаку. Без лишних слов она налила чай и направилась к двери. Молча, так характерно для нее. Принц привык, что Равен уже привыкла к общению с ним и каждый раз уходя желала приятного дня, похоже сегодня придется обойтись без пожеланий. — Передай, что бы выздоравливала. — Ага, — бросила шатенка, даже не остановившись.

***

— Мира, как ты умудрилась заболеть? Сейчас же лето, жара, а ты… — Игма печально посмотрела на девушку. Она с самого начала поражалась «удачливости» девушки. — Ну, я просто… — Мира попыталась оправдаться, но блондинка ее остановила. Вильмонт дотронулась до лба девушки. Температура осталась прежней, но ничего страшного. Равен уже приняла лекарственный препарат, главное это ее не беспокоить и тогда завтра она уже будет на ногах. — Ладно отдыхай, главное, что бы осложнений не было, а зная тебя… — Игма грустно улыбнулась, ну ничего вставать не будет и тогда даже преследующие ее неудачи не смогут ухудшить состояние больной. Ужасный грохот заставил девушек не на шутку перепугаться. Двое стражников выбили дверь, наверное, когда отпала ручка, они решили действовать напролом. — А постучать не судьба была?       Двое стражников пропустили мимо ушей слова Игмы и это не могло оставить ее равнодушной. Блондинка немного разозлилась, врываются без спроса, так еще и игнорируют. — Кто из вас Миранда Равен? — холодным голосом начал один из них. — Я, — перепуганная девушка приподнялась на локтях. Непонимающе она переглянулась с Игмой. Но блондинка была растеряна не менее нее. Больше ничего двое мужчин не говорили. Они грубо схватили девушку за предплечья и поволокли за собой. — Ей! Вы чего творите?! — Игма не даст свою ученицу в обиду. — Миранда Равен обвиняется в отравлении второго принца империи Коу Рена Коумея, — ответил молчавший прежде стражник. — Ш-шутите? — спросила Вильмонт уже у пустой комнаты.