Часть 2
19 апреля 2016 г., 17:16
Вечер плавно переходил в ночь, усыпая небо первыми одинокими звёздами, постепенно покрывая всё беспросветным тёмным покровом, который в свою очередь проникал в самые отдалённые уголки человеческой души, заполняя всю пустоту самыми тайными желаниями, в которых признаться себе может не каждый, а воплотить в жизнь — единицы.
Гости почти разошлись, отчего в поместье повисла долгожданная тишина, изредка нарушаемая треском дров в камине. Удобно устроившись в кресле, Уэйн перечитывал старые газеты, в которых мелькала физиономия Джокера. Он уже не вызывал агрессии, которая была раньше. Желание убить, втоптать в грязь, стереть безумную улыбку с его наглого лица сменилось сочувствием и даже жалостью. Брюс сам не понимал, что чувствует к этому человеку, но точно осознавал то, что вместе с Джокером потерял все краски жизни, которыми он, будучи на свободе, награждал Тёмного Рыцаря при каждой встрече. Всё стало серым, потеряло смысл, перестало радовать героя. Он слишком привык ко всем выходкам клоуна, они стали как образ жизни. Как воздух, который был жизненно необходим. И которого он лишил себя своими же руками.
Выпроводив всех гостей, Альфред решил, что самое время обсудить вечернюю «шутку» Мистера Уэйна, которая вовсе не была похожа на шутку, но где-то глубоко в подсознании всё же теплилась надежда на то, что Брюс отпустит прошлое вместе с костюмом Бэтмена, со всеми его обязанностями и людьми. Наконец перестанет ворошить воспоминания, зажив обычной жизнью обычного человека.
— Я слышу как ты топчешься за дверью, Альфред, — крикнул Брюс, переворачивая страницу газеты на обычные новости.
Чуть помявшись, дворецкий всё же решил зайти и начать разговор:
— У Вас поразительный слух, Сэр.
— Не жалуюсь. — Мужчина посмотрел на дворецкого и, натянуто улыбнувшись, вернулся к чтению новостей.
— Сэр, — Альфред сел напротив, буквально прожигая героя взглядом. — Не желаете обсудить Ваш визит в Аркхем?
Рыцарь не ожидал столь серьёзного отношения Альфреда к его выезду в Аркхем, даже в образе Бэтмена, даже спустя два года.
— Не особо, но судя по твоему выражению лица, у меня нет выбора. — Отложив газету, Уэйн добавил: — Поэтому слушаю.
— По-моему, тут уместен лишь один вопрос.
— Ну?
— С какой целью Вы собираетесь посетить столь необычное место?
Встав, Брюс обошёл кресло вокруг, внимательно уставившись в стену, будто пытаясь найти на ней ответ. Собравшись с мыслями, Уэйн сказал:
— Тебе не кажется, что даже его обитатели заслуживают посетителей?
— Риторический вопрос, Сэр.
— Да и ко всему прочему, убедиться в надёжности Аркхема тоже не будет лишним, не находишь?
Альфред понимал, что героя волнует далеко не надёжность Аркхема.
— Тогда на всё Ваша воля, Мистер Уэйн, — дворецкий поспешил покинуть комнату. — Надеюсь, Вы не пожалеете.
«Я тоже на это надеюсь» — подумал Уэйн и, погасив свет, вышел следом.
Темнота обволакивала дом, медленно погружая во тьму. Яркие фонари давно потухли, унося во мрак и двор поместья. Всё погрузилось в абсолютную тишину, отчего ночь казалась бесконечно длинной.
Оставшись наедине с собой, Рыцарь не мог уснуть, теряясь в потоке собственных мыслей. Одна сменялась другой ежесекундно, не давая сосредоточиться на чём-то определённом. Полнейший хаос, от которого хочется кричать. Убежать, как можно дальше. Бежать, но осознавать — хаос в твоей голове, а от себя не убежать.
Тишину, медленно разъедающую нервы, нарушал разбушевавшийся ветер, который тщетно бился в окна, пытаясь попасть в дом. Завораживая своим воем, унося мысли всё дальше и дальше, заставляя Брюса забыться, отвлечься от суеты, которая даже ночью не оставляла его. Уэйн долго прислушивался к окружающим звукам: шелест деревьев за окном, завывание ветра, кровать, скрипящая от каждого движения её владельца, шаги Альфреда, эхом раздающиеся по коридорам поместья и означающие то, что уже утро. На окнах висели тяжёлые тёмные шторы, создающие иллюзию глубокой ночи, не пропуская ни единого луча солнечного света.
Окончательно отойдя от ночных размышлений, которые не дали никакого результата, Рыцарь решил, что пора бы встать и заняться ежедневными делами владельца крупной компании, которые изрядно надоели, но долг есть долг.
Встав с кровати, Уэйн подошёл к большому окну, одним движением распахнув шторы. Комнату залил солнечный свет, заставляя Брюса щуриться, мысленно проклиная наступивший день.
Выйдя в коридор, мужчина осмотрелся, дабы привыкнуть к более яркому освещению. Взгляд упал на одну из старых фотографий, едва уцелевшую после пожара. Нахмурившись, Уэйн рассматривал людей на снимке, нехотя признавая в том маленьком мальчике себя. Приступ ненависти и бессилия вновь поглотил Рыцаря, затуманивая и без того помутневший рассудок.
Где-то за спиной послышались шаги и, обернувшись, мужчина увидел поднимающегося по лестнице Альфреда.
— Доброе утро, Сэр, — подходя ближе, сказал дворецкий.
— Доброе. — Брюс недовольно посмотрел на старика, давая понять, что хочет остаться в одиночестве.
Альфред понял намёк, но подумав, что оставлять Рыцаря одного в таком состояние — не лучшее решение, спросил:
— Как спалось? — посмотрев на фотографию, мужчина смиренно улыбнулся.
Не желая слушать очередной нотации о том, что здоровье не купишь, Брюс решил слукавить:
— Отлично, — как можно бодрее ответил Уэйн.
— Раз так, спешу пригласить Вас к столу, — указав рукой в сторону столовой, сказал Альфред.
— С удовольствием, — закончив диалог, Брюс спустился по лестнице.
Сидя за столом, Рыцарь вновь погрузился в свои мысли, бессмысленно тыкая в еду столовым прибором. Альфред, заметив очередную резкую перемену в настроении хозяина, сел напротив, сложив руки и вопросительно подняв бровь. Конечно, в этом не было чего-то необычного, что могло заставить сильно волноваться, но дворецкий понимал — сейчас это не просто усталость или стресс.
— Что? — пристальный взгляд Альфреда заставил оторваться от истязания еды.
— С Вами всё в порядке?
— Да. — Брюс со звоном кинул вилку на стол.
— Очень сильно сомневаюсь, — мужчина встал, аккуратно задвинув стул.
Рыцарь закатил глаза в предвкушении очередного нравоучения.
— Что-то случилось?
— Отмени все встречи на сегодня, — проигнорировав вопрос, сказал Брюс.
— Я так понимаю, отъезд запланирован на сегодня?
— Правильно понимаешь, — впервые за несколько месяцев, на лице Тёмного Рыцаря появилась искренняя улыбка.
— Как скажете, — улыбнувшись в ответ, дворецкий покинул столовую.
Окончив «трапезу», Рыцарь поднялся на второй этаж и, войдя в просторную гостиную, неторопливым шагом подошёл к белому роялю. Обойдя вокруг инструмент, Брюс поднял крышку и, наиграв одну ему понятную мелодию, открыл скрытый за книжными шкафами проход. Недолго думая, герой зашёл в Бэтпещеру.
Уэйн осматривал пещеру, будто бы был здесь впервые. Всё оборудование покрылось слоем пыли и паутины, создавая впечатление абсолютно забытого места, куда давно не ступала нога человека. Дольше, чем два года. Вся эта обстановка невольно погружала в ностальгию.
Взгляд пал на покрытую толстым слоем пыли поверхность, за которой «покоится» броня Тёмного Рыцаря. Приложив ладонь к стеклу, Брюс вспоминал: что он успел приобрести, будучи Бэтменом, а что потерять. Наверное, терять ему было нечего, впрочем, как и приобретать. На самом же деле Уэйн, сам того не подозревая, приобрёл безумие Джокера, разрушенный к чертям рассудок, да и самого Джокера.
Собравшись с духом, Брюс облачился в броню, вновь почувствовав прежнюю уверенность. К нему вернулось чувство власти, превосходства. Тёмный Рыцарь вновь почувствовал себя тем, кем он должен быть.
Подойдя к Бэтмобилю, мужчина услышал визг летучих мышей, улетающих вглубь пещеры.
«Альфред спустился» — обернувшись, заметил про себя Брюс.
Дворецкий лишь одобрительно кивнул, скрывшись за дверью.
«Надеюсь, там его ждут не только врачи» — усмехнувшись, подумал Альфред, окончательно покинув Бэтпещеру.
Сев в Бэтмобиль, Рыцарь внимательно разглядывал столь знакомую ему обстановку и, не став терять времени, громко хлопнул дверью и буквально вылетел из пещеры.
