Взросление

Хачиман       Чем ближе я приближался к своему дому, тем, казалось, сильнее становился ветер, отчего передвигать ногами стало практически невозможно. Ветер всё больше доставал меня, так что я подумал, что будет хорошей идеей укрыться на время в кафешке или где-нибудь ещё. Поэтому я, потратив всю оставшуюся энергию, добежал до первой попавшейся кафешки. Она была по очевидной причине полностью забита, спасибо погоде за это. Только когда я подумал уйти, так и не найдя себе место… – О… Хикигая… Что ты тут делаешь? – Окликнула меня Хирацука, удобно расположившись за одним из столиков. Напротив неё сидела ещё одна девушка, которая вскоре обернулась. – Хикигая? – Сказала девушка. – Юкиносита? – Ответил я. – Что вы двое тут делаете? – Ну… что ты тут делаешь? – На улице довольно ветрено. – Разве ты не должен быть с Кавасаки? – А, насчёт этого… не похоже, что её было самой интересно в автосалоне, но я всё равно выполнил просьбу. – И?.. – И что? – Ничего. – В любом случае… – Вмешалась Хирацука. – Хикигая, почему бы тебе не присоединиться к нам? – Я подошёл к ним и сел на свободное место. – Видели, какой на улице ветер? – Я попытался начать нормальный разговор. Ключевое слово: «ПОПЫТАЛСЯ». – Хикигая… – Начала Юкиносита. – Я уверена – даже пятилетний ребёнок знает, что ветер нельзя увидеть. Тебе стоит перефразировать свой вопрос. – Кстати о пятилетних, что там с сестрой Кавасаки? – НАХЕР перефраз… то есть, нафиг перефразировать вопросы! – Хикигая… – Снова-здорово… – Ей не пять. Даже пятилетний ребёнок знает, что ей не пять. И меня пугает, что ты начинаешь соображать, только когда слышишь «пятилетний». – Тебе пять. – Прости, что? – Ты ведёшь себя, как пятилетняя девочка. Так что, пожалуйста, не тебе говорить об этом. – Позволь сообщить тебе… я существую на этой планете уже больше шести тысяч семидесяти дней. И каким это образом я веду себя, как пятилетняя? – МЯ-А-А-А-А-А-У-У-У-У-У! – Отвратительно. – Я просто копировал тебя. – Отвратительно. К тому же твои доводы не делают менее жутким тот факт, что ты думаешь о пятилетних детях. – Я думаю о безопасности пятилетних. В конце концов они наше будущее. – Отвратительно. – Ты думаешь о кошках. Едва ли они вносят хоть какой-нибудь вклад в благосостояние человечества. – Любовь к кошкам не отвратительна. Любовь к каждому прохожему пятилетнему ребёнку отвратительна для 24-летнего мужчины. – Когда это я сказал, что люблю пятилетних? – Краем глаза я видел очень раздражённую Хирацуку. – Не часто так легко услышишь признание от парня, – Юкиносита положила руки на мои плечи и продолжила. – Всё хорошо. Всё хорошо. – Заткнись. Это мне говорит девушка, которую бросил кот… – Бросил кот? – Эм-м… – Эм-м… забудь о том, что я только что сказал. – Ну… мне не сложно признать это. Я люблю кошек. Полностью ими восхищаюсь. Ты даже можешь называть меня «Женщиной-кошкой». Доволен? – Ты ведь понимаешь, что «Женщина-кошка» на самом деле выдуманный персонаж. – Что? – Она супергерой. В комиксах она подруга Бэтмена. – Что за Бэтмен? – Ещё один супергерой. – В смысле, кто Бэтмен в настоящей жизни? – Я… не знаю. – Он вообще существует? – Нет, наверное. – Хорошо. Теперь я могу называть себя «Женщиной-кошкой». – Ты пьяна? – Нет… – КХМ! – Вмешался третий член стола. – Вы двое! Я все еще здесь, ясно? – Ясно, – ответил я. Я глянул на неё, только чтобы увидеть, как она хрустит своими пальцами. Я решил исправиться. – Эм-м… ну… а чего желаете вы? – БУМ!       Я держался за свой живот, после того, как получил удар от 50… то есть, 37-летней женщины. – В общем… – продолжила она. – Мне нужно скоро уходить. У меня теперь есть ребёнок, за которым нужно присматривать. Вы можете оставить на потом свои бесконечные заигрывания. Насчёт девочки… похоже, с ней всё в порядке. – Ну… это… хорошая новость, – ответила Юкиносита. Она взглянула на меня, ожидая чего-то. – Что? – Спросил я. – Ничего. – Ну… – Начала Хирацука. – Перед тем, как вы двое снова начнёте, лучше я кое-что скажу. В оставшееся время мы можем поиграть в «правда или действие 21»? – Что это такое? – Спросила Юкиносита. – Хикигая… объясни. – Каждый человек говорит или одно, или два, или три числа в порядке возрастания и тот, кому придётся сказать 21, выбирает, хочет он честно ответить на сложный или личный вопрос или же выполнить какое-то действие, – я закончил и повернулся к Юкиносите, в ожидании ответа. – Я вынуждена отказаться. – А? – Я вижу угрозу своей невинности в подобной игре. – Серьёзно? После всех этих лет… – Ладно. Мелкий проказник. – Начнём тогда, – заговорила Хирацука. – Я первая. Потом Хикигая. Потом Юкиносита. 1, 2, 3. – 4. – 5, 6. – 7. – 8. – 9, 10, 11. – 12, 13, 14. – 15. – 16. – 17, 18, 19. – 20.       Это означало, что Юкиносита выбирает правду или действие. – Я выбираю… правду, – Ладно, тогда… – Итак… – Мы с Хирацукой начали думать о подходящем вопросе. Мне потребовалось немного времени, чтобы придумать его. – Ты готова? – Спросил я, предупреждая Юкиноситу о невероятно трудном характере вопроса. – Д...да… – Не смотря на колебания Юкиноситы, я продолжил… – Какой… твой любимый цвет? – Тишина скорее всего говорила, что они были просто шокированы моим вопросом. Ха! Я слишком хорош. – Синий, – уверенно ответила Юкиносита. Но перед тем, как я смог ответить, как сильно я удивлён тем, как просто она ответила на мой фантастически шокирующий личный вопрос, старая карга напротив меня пришла в ярость. – ХИКИГАЯ! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КАК ИГРАТЬ В ЭТУ ЁБАНУЮ ИГРУ?! – Эм-м… – Я запнулся. – Было бы неплохо, если бы вы избегали этих неуместных слов. Попробуйте говорить «грёбаная» вместо «ёбаная». Я тут, вообще-то, пытаюсь сохранить рейтинг PG-13. – ЗАТКНИСЬ! ЛЮДИ ВСЁ РАВНО ИСПОЛЬЗУЮТ ТАКИЕ СЛОВА В PG-13 ФАНФИКАХ! – Разве? – Спросил я. – Хикигая, – вмешалась Юкиносита. – Ты правда забыл, что было в третьей главе? – Ну, простите уж мою забывчивость. Не продолжить ли нам игру? – Эм-м… конечно. – Хикигая, в следующий раз твоему вопросу следует быть более забавным, иначе… – Хирацука начала хрустеть пальцами. – Л-ладно… я понял… – Это всё, что я мог сказать. – С этим разобрались, так что, Юкиносита, теперь ты начинаешь. – Хорошо. 1, 2, – начала счёт Юкиносита. – 3, 4, – продолжила Хирацука. – 5, – и я следом. – 6, 7, 8. – 9, 10, 11. – 12. – 13, 14, 15. – 16, 17, 18. – 19, 20, – блинский блин, опять Юкиносита.       Она равнодушно вздохнула и сказала: – Ладно. Снова правда. – Хорошо, – Хирацука приложила палец к виску, снова погружаясь в размышления. Но она, тем не менее, не забыла напомнить. – Хикигая, если ты хочешь задать вопрос – ему ЛУЧШЕ бы быть забавным, – Хм-м-м… что-то, что покажется ей забавным … что-то, что покажется ей забавным… – Юкиносита… – Начал я. Юкиносита не выглядела такой напуганной, как в прошлый раз. Но то, о чём я волновался гораздо больше – это Хирацука. Наверное, поэтому мой вопрос должен был ей в некоторой степени понравиться. – Ты готова к вопросу? – Да… давай, – ответила жертва моего вопроса. – Кхм… зачем курица перешла дорогу? – Что? – Зачем курица перешла дорогу? – Это твой вопрос? – Зачем хренова курица перешла хренову дорогу? – Хренова курица… ням-ням… – Может быть, потому что она хотела попасть на другую сторону дороги? – Ладно… зачем ей надо было туда попасть? – Может быть, она хотела убежать от чего-то? – От чего она хотела убежать? – Может быть, от чего-то шокирующего или страшного? – Что это может быть? – Может быть, что-то, сделанной не в Китае? – Что-то более шокирующее. – Может быть, 2 + 2 = 5? – Что-то более шокирующее. – Может быть, Юигахама не перепутала «insect» и «incest»? [1] – Неплохо, но… что-то ещё более шокирующее. – Может быть, свадьба госпожи Хирацуки? – Я повернулся к Хирацуке, которая была не в состоянии контролировать улыбку. – Это она сказала, не я.       Хирацука выглядела, словно магма течёт в её венах, раскаляя в сердце огонь. [2] Тем не менее, я надеялся именно на то, что и произошло дальше… – Юкиносита… – злым голосом сказала Хирацука. – Д...да? – Ответила заметно напуганная Снежная Королева. – За все эти годы я тебя ни разу не ударила, так ведь? – Н-нет, г...госпожа. Н-н-ни разу, – да, верно. Сейчас… время… ДРАКИ! ДРАКА! ДРАКА! ДРАКА! ДРАКА! ДРАКА! ДРАКА! А-а-а, я снова себя чувствую 12-летним.       Я ни на секунду не отрывал взгляд и уши от этой конфронтации, надеясь на то, что это будет забавным, но теперь уже для МЕНЯ. Женщина-кошка против… Ванпанчвумен?       Устрашающе вращая своим кулаком, Хирацука продолжила: – Я… тебя... ни разу… не ударила… так ведь? – Н-н-н-нет, н-н-ни р-р-разу, – Юкиносита тактично отступила, пытаясь спрятаться за мной. – И не буду, – ответила Хирацука. Юкиносита смиренно села обратно на своё место, словно её пощадили. А Хирацука в это время... – ХИКИГАЯ! – Она снова собирается сделать это, так ведь?       Я перебил Хирацуку до того, как она продолжила: – Если вы в точности попытаетесь вспомнить, то вы меня ударили больше 66 раз, так что, я думаю, будет мудрым решение с вашей стороны не бить ме… *БАМ!*       Я посмотрел вниз на свой живот и увидел, как кулак Хирацуки вжимается в него. Единственная проблема была, что… она ОЧЕНЬ сильно давила. – О-о-о-ой! – Вскрикнул я, держась от боли за свой живот. – Больно же! – Не указывай мне, – ответила Хирацука, с удовольствием смотря на мои мучения. – В любом случае было весело встретиться с вами. И, конечно, Юкиносита, у нас был долгий разговор после всех этих лет. Это было освежающе, пожалуй. Однако мне правда надо идти. Мне нужно присмотреть за ребёнком. В конце концов я замужняя женщина. Я замужняя женщина. ЗАМУЖНЯЯ ЖЕНЩИНА, – сколько раз не повторяйте это, всё равно вы звучите странно.       Хирацука ушла, оставив меня наедине с Юкиноситой. Понимая, что было довольно поздно, я подумал, что было бы неплохо самому уйти. – Юкиносита, думаю, мне тоже пора идти. Мне нужно собираться и всё такое. – Разве? Или ты собираешься отложить всё на завтра и будешь вместо этого просто играть в видео игры? – Эта женщина читает меня, как открытую книгу. – А что такого? Звучит так, будто ты хочешь, чтобы я остался. – Не позволяй даже появляться таким отвратительным мыслям у тебя в голове. Я тебе тут пытаюсь помочь. – Помочь? – Я думаю, мы должны пойти погулять по городу. Сегодня наш предпоследний день, так что мы должны полностью посмотреть на город перед тем, как уедем. – Ну… не вижу в этом ничего плохого. – Хорошо. У тебя всё равно не было выбора, – да что ты говоришь. – Куда бы нам тогда пойти? – Что насчёт… Юигахамы? – Она сказала, что сама уже посмотрела весь город и решила готовиться к отъезду вместо этого. – А… ладно.       Вскоре мы вышли из кафешки, оплатив перед этим свои заказы.

***

      Ничего настолько примечательного, чтобы, оглядываясь назад, вспоминать этот вечер, не произошло. Всё, что мы делали, подходило под представление о стереотипной встречи знакомых, которая выглядела со стороны, как свидание. Если попытаться описать всё в деталях, то я получу предупреждения о копирайте, так как миллионы людей уже описывали этот день ровно таким, каким он и был. Но в конце концов единственное, что я смог вынести для себя из этого вечера – так это то, что я чувствовал после этого, что могу покинуть этот город без каких-либо сожалений.       Я бросил взгляд на часы, было 10 часов, а мы ещё не ужинали. Зная, что Юкиносита скорее всего пойдёт в какой-нибудь ресторан высшего класса, который я не смогу себе позволить, я подумал, что было бы неплохо уйти домой. – Эм-м… ну, уже довольно поздно. Наверное, мне правда пора идти. Согласна? – Но мы ещё даже не поужинали, – вот засада! – А… ага… это… ха-ха… – Никогда в жизни я не приму предложение из когтей Женщины-кошки. Так что я придумал идею, которая может сотворить чудо в этой ситуации. Я взял телефон и написал Заимокузе. Верно… Заимокузе. Я знаю, где он живёт, потому что он так и не съехал от своих родителей. К тому же у меня были его контакты. Также потому что он их никогда не менял. По плану, всё, что я написал ему сделать – это встретить нас в переулке рядом с его домом. Место встречи – именно переулок, чтобы избежать публичного унижения его присутствием. В общем, мне надо каким-то образом попасть в этом переулок вместе с Юкиноситой. Как только мы встретим Заимокузу, он пригласит нас к себе домой, чего должно быть достаточно, чтобы Юкиносита покинула нас. Должно быть… – Пошли, – сказал я. – Куда? – Ужинать, конечно же. – А… но куда? – Поверь мне, я знаю одно местечко. – Ого… ты стал лучше. – В чём? – Ничего. – О… – Пойдём тогда? – А… ага… – Я продолжал сверяться с гугл картами, пока мы шли. Я должен был убедиться, что мы придём к правильному переулку.       Во время нашей очередной молчаливой и неловкой прогулки я наконец заметил переулок, в который мы должны были пройти. Я не мог увидеть его конец, так что не мог сказать, был ли там Заимокуза или нет. Я могу только понадеяться… – Юкиносита… – Окликнул я её. – Да? – Мне нужно выкинуть кое-что, так что не возражаешь пройти в этот переулок. Мне кажется – там есть урна. – Это не может подождать? – Ну… как добропорядочный гражданин, я думаю, что будет благоразумно избавляться от каждого попавшего на наши глаза мусора. – Серьёзно? Ты сейчас ведёшь себя очень OOC, знаешь ли. – Ну, тогда я могу использовать отмазку «прошло 6 лет, поэтому характер может измениться». – Не думаю, что это сработает. – Почему нет? – В комментариях будут писать что-то вроде «Почему он вдруг ведёт себя, как Хачивушка?» и всё такое. [3] – Серьёзно? Каким образом тот факт, что я веду себя, как добропорядочный гражданин и выбрасываю мусор, делает меня девушкой? – Я хотела сказать, что это твоя противоположность. – То есть, когда ты ведёшь себя ненормально, я должен называть тебя «Юкида» – этого ты ждёшь? [4] – Отвратительно. Пожалуйста, прекрати. – Теперь, если ты не возражаешь, мне нужно пойти и избавиться от мусора. – Но ты не думаешь, что там немного слишком темно? – Не будет ли замечательно, если ты там встретишь кошек? Женщина-кошка? – Но эта темнота больше подходит летучим мышам, чем кошкам. – Как я уже говорил тебе. Женщина-кошка подруга Бетмена. У неё нет проблем с летучими мышами. – То есть ты хочешь сказать, что там ЕСТЬ летучие мыши?! – Не. Конечно, нет. – Не можем ли мы просто подождать, пока не встретим урну, которая не будет стоять в тёмном переулке? – Возможно ли… что Юкино Юкиносита… так боится… что не может зайти в какой-то там переулок? – Ладно, пошли. Не смей даже подумать о том, что я не смогу зайти в обычный переулок, – Юкиносита сказала это, не смотря на свои страхи. Как человек, у которого не было большого страха перед темнотой, я не почувствовал дискомфорта, когда мы зашли в него. Чего бы я побоялся – так это Заимокузу, Мастера Меча, решившего вдруг напасть на меня,.       Кстати о Заимокузе, ему ЛУЧШЕ быть там. Но в случае если его там нет, я взял с собой немного мусора, чтобы дать ему немного времени. Как только мы дошли до урны, я застыл от раздражения, что Заимокузы не было на месте. Я начал медленно выгружать весь имеющийся мусор. Юкиносита, стоявшая рядом со мной, была раздражена настолько, насколько это может быть возможно. Я осмотрелся: на стене были граффити, следы разбитых бутылок. И тогда я понял, что мы зашли на территорию какой-то банды. Я махом от всего избавился, перед следующим вдохом. Я знал – нам нужно было уходить как можно быстрее. Однако было слишком поздно. – Так-так-так… что тут у нас… – Сказал зловещий мужской голос. Его владелец показался вместе с двумя парнями за спиной. Проблема была в том… что никто из них не был Заимокузой.       Оглядевшись, я понял, что нам некуда бежать и негде спрятаться. Не найдя другой альтернативы, я подвинулся ближе к Юкиносите и начал шептать на ухо: «Ладно, сейчас самое время тебе рассказать мне, как ты все эти годы учила какие-то боевые искусства и что ты сейчас сможешь выбить всё дерьмо из этих парней.»       Не отрывая глаз от трёх мужчин, она прошептала мне: – Ладно, тогда… я все эти годы учила какие-то боевые искусства и я могу сейчас выбить все испражнения из этих людей. – Что-нибудь из этого правда? – Неа. – Фантастика.       В таких ситуации, когда мы встретили группу мужчин возможно с опасным оружием, единственный вариант – надеяться на чудо. Прекрасно понимая, что наше положение – полностью моя вина, я решил, что было бы неплохо воспользоваться СВОЕЙ удачей. – Йо, гоните сюда всё, что у вас, блядь, есть, и мы отпустим вас, – сказал один из них. Волна вины прошла по всему моему телу, пока я смотрел, как Юкиносита достаёт свой кошелёк. Это может стоить моей жизни, но не в случае, если мои инстинкты сработают, как надо.       До того, как Юкиносита отдала им хоть что-то, я выставил руку перед ней, в качестве сигнала остановиться. Я взглянул на них, словно какой-то ниндзя, приготавливая дзюцу. [5] С фальшивой уверенностью я заговорил: – Секундочку… мне нужно кое-что вам сказать, парни. – Ты совсем тупой, что ли? Я сказал вам отдать всё, что у вас есть, затем мы вас отпустим. Не пытайся играться со мной.       Я вздохнул и начал: «Ты, ты и ты...»       Они взглянули на меня, а я продолжил: «...пошли вы все на хер.»       Один из них схватил меня за воротник и прижал к стене, в то время, как двое других устращающе приблизились ко мне. Всё шло, как надо. Все они оказались в одном месте. – ЙО ЧЁ ТЫ БЛЯ ДУМАЕШЬ ТЫ ДЕЛАЕШЬ А? ДУМАЕШЬ МОЖЕШЬ ДРАТЬСЯ С НАМИ?! – Ну… – Начал я. – Может, у вас и численное преимущество… – Все трое подняли глаза на массивное существо, перепрыгивающее через стену прямо над ними. – но у нас есть преимущество в весе. – ДРОБИ-И-И-ИЛКА ЗАИМОКУЗА! – Они втроём встретили разрушительность лучшего друга, Ёшитеры Заимокузы. Он приземлился всей своей массой на несчастные души. – Бегите, души несчастные. Бегите, пока я не догнал вас! – Я сомневаюсь, что это случится, учитывая твои физические кондиции. – Успокойся, Заимокуза. Такими темпами ты и нас напугаешь. – А… Хачиман. Кто бы мог подумать, что мы вот так воссоединимся… – Этот парень ничуть не поменялся. – Я знаю, кто бы мог подумать... – Ответил я ему неуклюжей ухмылкой. – Теперь, когда состоялось священная встреча, нам следует обсудить дела в моём убежище. И не стесняйся также взять с собой этого смертного, – иногда мне хочется, чтобы он вёл себя OOC. – Хикигая, о чём он говорит? – Сказала Юкиносита. – Ну… – Запнулся я. – …он хочет, чтобы мы зашли к нему домой. – Ну? – Спросила она. – Что ну? – Ты откажешься или что? – Но зачем? – Почему бы и нет? Я проголодался, и, полагаю, ты тоже. – Ге-фун! Ге-фун! – Заимокуза демонстративно откашлялся. – Позвольте мне просто сказать вам, что я ещё не принял ужин в результате квеста, данного мне…       Я наступил ему на ногу, чтобы он не закончил свою фразу. Я быстро подошёл к нему немного поближе и прошептал: – Заимокуза-а-а-а-а… она не должна этого знать. – Возможно тогда, что это… секретный квест? – Ответил он. – Да… всё именно так. – В таком случае… – Заимокуза выпрямился и продолжил. – АХЕМ… ну… ну… ну… эм-м-м… – Ради всего святого! – Вне зависимости от моей миссии, Хачиман, ты и твой смертный друг приглашены в моё убежище на фантастическое пиршество. – Вынуждена отказать. Хотя я должна поблагодарить тебя за вклад в наше спасение, – сказала Юкиносита. – Я, вообще-то, не вижу тут ничего плохого, – возразил я. – Нам правда стоит распространить наши благодарности на его семью, – а ещё мы поужинаем бесплатно…

***

      Я сразу же пожалел о своём решении, увидев положение семьи Заимокузы. – А-А-А-А, я знала, что однажды мой маленький Ёшитеру поможет кому-нибудь, – голос мамы Заимокузы был по-странному отвратительный. Не смотря на это, её внешность и осанка не представляли собой какого-либо интереса, и вместе с её седеющими волосами она выглядела, будто страдает от какого-то серьёзного заболевания, хотя она и много двигалась. – Мам, я говорил тебе – я герой, которого заслуживает этот город, – ответил Заимокуза. – Ахем… – отец Заимокузы прочистил горло, поймав наше с Юкиноситой внимание. Он был, в некотором смысле, точной копией своего единственного сына. Со своим огромным животом, который скорее всего был результатом тех пивных банок, валяющихся рядом с мусорным ведром, он, очевидно, не был самым привлекательным мужчиной, которого можно встретить. – Ну… сегодня я могу с уверенностью сказать – я горжусь своим сыном. Всё, что он до этого делал – так это рисовал непристойности с женщинами и продавал их. Хотите взглянуть? – Н-н-нет, спасибо! – Ответили мы в унисон. Если голос мамы был отвратительным, то у отца он был полностью подавленным. Другими словами, с такой семейкой жить тот ещё кошмар. Теперь я не мог дождаться, чтобы выбраться нафиг отсюда и оставить их наедине со своими унылыми жизнями. Однако перед этим мне нужно было разобраться с тем, на что я уже подписался. – Итак, ты Хачиман, ха? Так это ты тот самый, которого, как говорит мой маленький Ёшитеру, он победил при битве при Эдеме, – сказала мама Заимокузы. – Эм-м… ага… наверное, так и есть, – ответил я. – Ну как вам стейк? – Отлично… – Единственным хорошим в этот момент была еда. Я мог понять, почему некоторые члены этой семьи были перекормленными. – Не хотите добавки? – Нет, этого более чем достаточно. – Что за вздор! У вас ещё много осталось. Вы ещё не могли наесться, – я мог ЯСНО понять, почему некоторые члены этой семьи были перекормленными.       В этот момент я понял, что Юкиносита ещё не ушла. Я думал, что она уйдёт, как только Заимокуза пригласит нас. Я был удивлён, что она всё ещё оставалась со мной, поэтому моё сердце мгновенно заполнилось виной за то, что притащил её с собой.       Доверху заполненные едой, мы приготовились покинуть семью Зимокузы. Я не сказал Заимокузе, что покидаю город, главным образом потому, что нам бы тогда пришлось ещё больше времени провести у него дома. Но, может быть, в качестве благодарности за всё, что он когда-либо сделал для меня, я хотел ему кое-что сказать… – Заимокуза… – Обратился я к нему. – А? – Запомни одну вещь… никому не позволь стать более бесполезным, чем ты. – Понял тебя. – Как я и думал… – Я обулся и пошёл к Юкиносите, которая ждала меня возле двери. – Ну… пожалуй, я пойду. – Хачиман… – начала мама Заимокузы. – Когда ты придёшь в следующий раз, ты должен будешь съесть побольше, – не, спасибо… – Ты… – его отец подошёл ко мне и положил руку мне на плечо. – В следующий раз, может быть, разделишь со мной пару кружек пива, – не, спасибо… – Хачиман… – и наконец, Ёшитеру Заимокуза… – В следующий раз зацени мои рисунки, – ХРЕНА С ДВА! НИКОГДА В ЖИЗНИ!       Без дальнейшего промедления, мы покинули Заимокузу и как можно быстрее ушли подальше от его дома, чтобы избежать других контактов с бандитами. Вина перед раздражённой Юкиноситой целиком поглотила меня, и я должен был, против своего желание, поднять ей настроение. Режим Юигахамы включен. – Итак, тебе понравилась еда, Юкинон… то есть, Юкиносита? – Она была нормальной… Хикки. – Ты злишься на меня? – Сам как думаешь? – Она выдала надутую мину, поэтому я не мог не извиниться перед ней. – Прости, я не думал, что атмосфера в его доме будет такой унылой. – Ну, наверное, я должна считать себя удачливой, что со мной никто не разговаривал. – Ага, я тоже это заметил. В любом случае, уже поздно, так что… – Куда ты, думаешь, идёшь? – Домой, конечно же. – Но нам всё ещё надо… эм-м… неважно, – я так и знал, что она чего-то ждёт… – Надо что? – Ничего. – Что такое? – Я сказала – ничего! – Тогда я пошёл домой? – Эм-м…       Я вздохнул, показав, что обязан ей. До того, как я сказал что-либо, она пошла впереди меня. Я последовал за ней, не видя другой альтернативы. – Юкиносита… уже довольно темно, а ты идёшь так далеко впереди. Ты же знаешь, что можешь потеряться. – Поверь в мои чувства ориентации в пространстве. Я в точности знаю, куда иду, – Хачиман из средней школы начал бы думать об этой фразе и придумывать сказочные предположения о том, что это значит. Однако теперь я не могу понять её неправильно со своим возросшим пониманием всего и вся. Я натренировал свой разум не думать слишком много в таким ситуациях. Я не должен знать наше место назначения, так что я должен удостовериться, что я не узнаю наше место назначения.       Время приближалось к полуночи, а Юкиносита только увеличивала свой шаг. Я, будучи существом подозрительным, стал что-то… подозревать. Ну, эх, да… – Юкиносита! – Позвал я её. – Куда ты, блин, идёшь? – Разве я не сказала тебе довериться моим чувствам ориентации в пространстве? – Так, знаешь ли, в этом и проблема, что я теряю эту веру.       Вместо ответа, она ещё больше увеличила свой шаг. В результате, я перешёл на лёгкий бег и нагнал её. – Эй… – Сказал я. – У тебя проблемы с выносливостью, но ты всё равно идёшь так быстро. Как будто ты опаздываешь куда-то. – Ты практически раскусил меня, – ответила она. – П...посто-о-ой минуту! Что вообще должно произойти? Я думаю, что ты ждёшь полуночи. Но не похоже, что завтра чей-то день рождения. – Ну, ты прав насчёт полуночи. Но день рождения тут не при чём. – Ну… что-то, связанное с семейными делами? Вроде того, что Хаяма вернулся из своей соккерной команды, чтобы провести время с твоей семьёй? [6] – Я не знаю, как это может быть связано с полночью. И к тому же, если Хаяма должен был приехать ко мне домой, я бы тогда воспользовалась всей своей выносливостью, чтобы УБЕЖАТЬ от него, как можно дальше. – О… – И это «футбол» вообще-то. Не «соккер». – Ну, в Европе его называют «футболом». В Америке – «соккером». А мы, Японцы, привыкли всё повторять за Америкой. – Я на самом деле не понимаю этого. Почему мы так часто повторяем за Америкой? Я уважаю её, но не понимаю, почему Япония так сильно подлизывается к Америке. – Ну… Я могу ответить на этот вопрос двумя словами. «Хиросима» и «Нагасаки». – Но на самом деле, «футбол» отражает весь смысл игры. Нога и мяч. – В этом есть какой-то смысл, но можем ли мы просто остановиться на «соккере»? Эта маленькая война должна быть между Великобританией и США. Не понимаю, почему нам должно быть не пофиг. – Понимаешь ли, две страны разговаривают на одном языке, но используя разные слова и их написание. И этого достаточно, чтобы начать небольшую холодную войну. – В этом есть какой-то смысл. Это то же самое, что и с другими странами, как, например, с Южной и Северной Кореей? – Ну, не совсем так. Потому что в данном случае Южная Корея говорит по-корейски. В то время как Северная – по-Ким-Чен-Ынски. – А… – Я замолчал, как только понял, куда мы пришли. Сюда привела меня Юкиносита. Этого она ждала весь день.       Её глаза блестели, когда она поняла, что успела добраться до полуночи. Её выражение лица показывало, что вся потраченная энергия стоила этого.       Мы вдвоём посмотрели немного на огромный постер, говорящий большими буквами «НОЧНАЯ ПРЕМЬЕРА КУНГ-ФУ ПАН-САН 2». Мы убрали наши пристальные взгляды с постера и взглянули друг на друга. У меня не было другого выбора. Одна часть меня проявляла симпатии к этой идее, а другая – силу воли. Имея в запасе время и не имея другого выбора, я спросил у неё… – Пошли? – Угу.