Людьми правят предрассудки

      Сказать, что Римус Люпин удивлён — ничего не сказать. Он стоит, ловя на себе непонимающие взгляды от Нимфадоры и Кингсли, и смотрит на свою крестницу, какого-то чёрта решившую последовать за командой спасать Гарри из лап Дурслей. Сама девушка сложила руки на груди, прижимая к себе «Чистомёт» Джорджа, и играет в гляделки с настоящим Грозным Глазом.       Кажется, что если она вернётся домой, то проживающие в нём поделятся на две группы: «Почему она полетела, а я нет?!» и «Какого чёрта ты полетела?!». Но даже если это и случится, то Сириус и Римус долго сердиться не будут — вернулась же живая! А пока придётся выслушивать допрос от Грюма и, возможно, нравоучительный рассказ от Люпина. — Я не собираюсь тратить время на выяснение причин, из-за которых ты оказалась тут, Вест, — строго говорит мужчина, — Сделаю это в более нормальных обстоятельствах. А пока дальше, чем три метра, от нас не отходить и держаться рядом с Люпином.       Лидия быстро кивает и расплывается в улыбке. Римус мотает головой, отгоняя мысли о предстоящем разговоре с другом, и идёт за уже отошедшими волшебниками, немного подняв голову и заглядывая в тёмные окна дома. Похоже, что Гарри не собирается включать свет.       Дора подняла большой палец вверх, одобряя решение Лидс, и тут же спотыкается прямо на ровном месте. Вест усмехается и быстро хватает неуклюжую Тонкс за руку, не давая грохнуться на землю и разбудить всю улицу разом. Грюм недовольно что-то пробурчал себе под нос и включил свет на конце волшебной палочки.       Спустя несколько минут дверь легко поддалась и команда ввалилась в коридор, осматривая помещение. Только Лидия уже собралась подняться на второй этаж, как её схватил за руку Римус и послышались осторожные шаги. Все дружно подняли головы, пытаясь разглядеть силуэт Гарри в тьме, полностью не тронутой светом от палочки Грюма. — Опусти палочку, дружище, а то глаз кому-нибудь выколешь, — произнес Грозный Глаз. — Профессор Грюм? — спросил Гарри с сомнением. — Профессор не профессор — точно не скажу, — прорычал волшебник, — Преподавать мне не слишком-то много пришлось. Спускайся, дай хоть рассмотреть тебя как следует.       Гарри немного опустил палочку, но сжимал ее все так же крепко и с места не двинулся. Лидс понимающе хмыкнула и наконец вырвала руку из захвата крестного, после чего начала разминать затёкшее запястье. Пусть Люпину и не двадцать, но хватка у него прямо как у… Чёрт. Он же и есть волк. — Все хорошо, Гарри. Мы пришли забрать тебя отсюда. — П-профессор Люпин? — спросил он, — Это вы? — Долго мы еще будем стоять тут во мраке? — раздался голос Тонкс, — Люмос!       Теперь света было достаточно, чтобы всех хорошенько разглядеть. Гарри стоял на самом верху, опустив на ступень одну ногу. Вест сложила руки на груди, не собираясь добавлять света, а то ещё наорут ни с того ни с сего.       Люпин сердечно улыбнулся Гарри, и тот, несмотря на потрясение, попытался улыбнуться в ответ. Потом юноша перевёл взгляд на девушку рядом с мужчиной и невольно вздрогнул. Что же Лидия тут забыла? — О-о-о, да он в точности такой, как я думала! — воскликнула Дора, — Здорово, Гарри! — Да, ты был прав, Римус, — сказал лысый чернокожий колдун, стоявший дальше всех. Говорил он врастяжку, густым басом, и в одном ухе у него была золотая серьга в форме кольца. Лидс так же невольно обернулась, рассматривая мужчину, и вспомнила, что у Билла Уизли тоже серьга в ухе, — Он копия Джеймса. — Кроме глаз, — сипло поправил его другой маг, седовласый, тоже из задних, — Глаза как у Лили.       Когда Гарри удалось рассмотреть всех волшебников, он снова перевёл взгляд на Лидию. Она оказалась единственной школьницей среди взрослых людей, и ему это показалось немного странным. Но потом в голову ударила мысль, что она как никак любит веселье, сбегать и творить хаос, поэтому Поттер тут же успокоился. — Уверен, Люпин, что это он? — пророкотал Грюм, — Очень некстати будет, если мы доставим вместо него какого-нибудь Пожирателя смерти! Надо его спросить о чем-нибудь таком, что знает только настоящий Поттер. Или кто-нибудь прихватил с собой сыворотку правды?       Лидия цокнула. После её просьбы о вступлении в Орден Феникса Грюм стал внимательнее к ней относиться. Один раз, втайне ото всех, попытался подлить эту Сыворотку, но Фред заметил это. Правда, Грозному Глазу ничего за это не случилось, кроме как недовольных возгласов на тему «Лидия — предатель? Ты слишком внимательный!» — Гарри, какой вид принимает твой Патронус? — спросил Люпин. — Оленя, — нервно ответил Гарри. — Это он, Грозный Глаз, — сказал Римус.       Гарри стал спускаться по лестнице очень медленно, снова рассматривая лица собравшихся. Только двух он хорошо знает, третьего, как оказалось, весь год подменял Пожиратель, а другие для него совсем незнакомые. По пути он запихивал волшебную палочку в задний карман джинсов.       Лидия закатила глаза. Сейчас начнётся. Помнится, когда она встретила семью Уизли и засунула свою палочку в карман шорт, Грозный Глаз стал негодовать и просил Молли, Римуса или Сириуса рассказать какую-нибудь историю о маге, плохо обращающемся со своим оружием. — Не смей ее туда совать, слышишь меня? — проревел Грюм, — А ну как вспыхнет? Почище тебя волшебники — и те оставались с одной ягодицей! — Кто именно, можно узнать? — заинтересованно спросила его Нимфадора. — Он сам, — шепнула ей Лидия, и обе заговорщически обменялись взглядами. — Какая разница! Просто не надо совать волшебные палочки в задние карманы! — прорычал Грозный Глаз, — Все плюют на элементарные меры безопасности! — стуча деревянной ногой, он двинулся на кухню, — Учти, я видел, — сердито добавил он, когда волшебница возвела глаза к потолку.       Люпин пожал Гарри руку. Вест с улыбкой кивнула в знак приветствия и решила оставить парней наедине, двинувшись на кухню следом за Тонкс. Метаморфиня скорчила рожицу, стараясь незаметно спародировать Грюма, но тот резко обернулся, осмотрел подружек, и продолжил идти. — Я… вам повезло, что Дурслей нет дома… — пробормотал Гарри, когда все собрались на кухне и расселись.       Лидс нахмурилась, вспомнив прошлый год. Взгляд Вернона Дурсля при виде всей огненной семейки навсегда остался в памяти волшебницы. После той «радостной» встречи желание хорошенько встряхнуть всё семейство только возросло. Жаль, что случая больше не представилось.

***

      Когда все вернулись в штаб-квартиру, Лидия постаралась прокрасться в свою спальню незаметной, но вряд ли это получилось — Римус заметил её движение по лестнице, но ничего не сказал. Не он её отец и, уж тем более, не парень, чтобы что-то говорить против.       Быстро прошмыгнув на свой этаж, Лидс бесшумно подошла к комнате и вошла. Фред и Джордж лежат на кроватях, о чём-то разговаривая, и не сразу заметили возвращение подруги. Девушка, пока её на заметили, приложила метлу к стене, сняла куртку и развязала хвост. — Этот год последний, верно? Надо бы ещё совиной почтой начать пользоваться, — произносит Фред, подложив под голову руки.       Но Джордж уже его не слушает. Резко сев, он сложил перед собой руки и уставился на Вест немигающим взглядом. На секунду ей показалось, что парень попадёт в группу «Какого чёрта ты полетела?!», но после улыбки сомнения развеялись. Чтобы ни случилось, он всегда будет в противоположной группе. Наверно. — Что-то радостных криков мамы не слышно, — задумчиво говорит он. — Просто собрание идёт, — пожимает плечами Лидия, — Закончится, вот тогда все закричат при виде Гарри. — Лидия! — наконец-то заметил гриффиндорку второй близнец. Он так же резко сел, чуть покачнувшись, и ухмыльнулся.       Девушка потянулась и села на кровать к Джи. Вспомнив о Кикимере, любителе ходить по комнатам в независимости от того, есть в ней кто-то или нет, она уже потянулась за палочкой, чтобы запереть дверь, но Джордж с такой же ухмылкой положил свою ладонь поверх её и не дал достать палочку. — Он к нам больше не зайдёт. — Что вы такого натворили? — спрашивает колдунья, отпустив рукоятку и забравшись на постель с ногами.       Позади Фред из тумбочки достал Удлинители Ушей. Обогнув кровать брата, юноша приоткрыл дверь и выглянул. — Как думаете, сегодня на собрании есть что-нибудь интересное? — Не думаю, что там проводят голосование на тему «Снейп должен волосы помыть или нет?», — отмахивается Вест.       Послышался двойной хлопок, и оба брата исчезли. Закатив глаза, Лидия откинулась назад и раскинула руки. На кухне, где проводится собрание, слышится недовольное бормотание Грюма об одной «наглой и заносчивой девчонке». Фыркнув, она перевернулась на живот и прикрыла глаза.       Лететь под ежесекундные инструкции Аластора Грюма — нудно, скучно и неинтересно.       <…>Когда послышался крик Вальбурги, Лидия нехотя поднялась с постели и спустилась на нужный этаж. Другие портреты уже вторили главному, и девушка раздражённо посмотрела на него.       Люпин и миссис Уизли кинулись к старухе и попытались задернуть портьеры, но это у них не вышло, а она завизжала еще громче и подняла когтистые руки, точно хотела расцарапать им лица. — Мерзавцы! Отребье! Порождение порока и грязи! Полукровки, мутанты, уроды! Вон отсюда! Как вы смеете осквернять дом моих предков… — Сама ты мутант! — фыркает Вест.       Тонкс, ставя на место громадную, тяжеленную ногу тролля, все извинялась и извинялась; миссис Уизли бросила попытки снова занавесить старуху и забегала по коридору, один за другим утихомиривая остальные портреты Оглушающим заклятием. Из двери, перед которой стоял Гарри, стремительно вышел мужчина с длинными черными волосами. — Закрой рот, старая карга. ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул он, хватаясь за портьеры, которые отпустила миссис Уизли.       Лицо старухи стало мертвенно-бледным. Лидия достала палочку и приготовилась накладывать какое-нибудь заклинание, чтобы утихомирить «любимую» родственницу. — Ты-ы-ы-ы! — взвыла она, вылупив на мужчину глаза, — Осквернитель нашего рода, гад, предатель, позорище моей плоти! — Кто кого ещё позорит, бабуля! — цокает гриффиндорка. — Я сказал: ЗАКРОЙ РОТ! — рявкнул Сириус опять, и с колоссальным усилием они с Люпином сумели наконец задернуть портьеры.       Вопли старухи утихли, и воцарилась гулкая тишина. Вест убрала палочку обратно в карман джинсов, отряхнула майку, будто стараясь отчиститься от всей этой ненависти к себе, и закусила губу.       Главная причина, из-за которой она хочет свалить из этого дома — портрет Вальбурги Блэк. Первые две недели прибывания тут Лидс не знала, как относиться к портрету. Спустя месяц она уже её ненавидела и при удобном случае кричала, чтоб заткнулась. На удивление, отец ничего против не сказал и только вымученно улыбнулся тогда.       Отводя со лба длинные темные пряди и дыша чуть чаще обычного, к Гарри повернулся его крестный отец Сириус. — Ну, здравствуй, Гарри, — хмуро сказал он, — Ты, я вижу, уже познакомился с моей мамашей. — С твоей… — Да-да, с моей дражайшей престарелой матушкой, — сказал Сириус, — Мы хотели ее убрать на месяц другой, но, видимо, она подействовала на изнанку холста Заклятием вечного приклеивания. Ну, пошли скорее вниз, пока они опять не проснулись. — Но почему здесь висит портрет твоей матери? — озадаченно спросил Гарри, когда они, чуть опередив остальных, вышли из коридора на узкую каменную лестницу и стали спускаться по ней на кухню.       Лидия, проскочившая мимо, усмехнулась и быстро скрылась за спинами Фреда и Джорджа. — Тебе что, никто не сказал? Это дом моих родителей, — ответил Блэк, — Но я последний из оставшихся Блэков, и дом теперь мой. Я предложил его Дамблдору в качестве штаб-квартиры. Это едва ли не единственная польза, какую я могу сейчас принести.       Поттер задумчиво уставилась на то место, где скрылась дочь крёстного. Она ведь тоже Блэк, так почему он назвал себя последним из семьи? Но Сириус, похоже, даже не собирался заострять внимание на собственной фразе.       В этом похожем на пещеру помещении с грубыми каменными стенами было так же мрачно, как в коридоре над ним. Главным источником света был большой очаг в дальнем конце кухни. За мглистой завесой трубочного дыма, стоявшего в воздухе как пороховой дым битвы, угрожающе вырисовывались смутные очертания массивных чугунных котелков и сковородок, свисавших с темного потолка. Посреди множества стульев и кресел, которые принесли для участников собрания, стоял длинный деревянный стол, заваленный пергаментами, заставленный кубками и пустыми винными бутылками. Еще на нем громоздилась какая-то куча тряпья. У дальнего края стола, наклонив друг к другу головы, о чем-то тихо беседовали мистер Уизли и его старший сын Билл.       Лидия прошла мимо кучи тряпья, ударила её кулаком и, проходя мимо Билла с Артуром, кинула короткий взгляд на пергаменты перед ними. Самый верхний закрывал все последующие, на нём был изображён план строения какого-то здания. — Это кто меня кличет по имени? — сонно пробормотала куча тряпья, — Я присоединяюсь, я как Сириус…       Мужчина, оказавшийся этим тряпьём — не зря Лидия его нормально не воспринимает — поднял очень грязную руку, как будто голосовал «за». Его тоскливые, налитые кровью глаза пялились неизвестно куда. Самое интересное это то, что Флетчер частенько старается споить своего друга, один раз за это даже невидимую плеть схлопотал от Вест.       Джинни хихикнула. — Собрание кончилось, дружище, — проговорил Сириус, пока все садились за стол, — Уже и Гарри здесь. — Флетчер, со стола слезть соизволь, — цокает Лидс, ставя перед отцом и Гарри тарелки. — Э? — Наземникус мрачно уставился на Гарри сквозь завесу свалявшихся рыжих волос, — Разрази меня гром, точно, он самый. Хе… Как дела-то, Гарри? — Ничего, — сказал Гарри.       Все еще глядя на Гарри, Наземникус нервно пошарил в карманах и выудил черную закопченную трубку. Он сунул ее в рот, запалил концом волшебной палочки и всласть затянулся. За какие-нибудь несколько секунд его заволокли густые клубы зеленоватого дыма. — Звиняюсь, — прохрипело из середины вонючего облака.       Лидия раздражённо посмотрела на волшебника. Мошенник похлеще их Сивиллы Трелони, преподавателя Прорицаний. Если женщина придумывала всякий бред типа «Потеряешь самое дороге в течении трёх дней», то этот продаёт ворованный товар. — Я в последний раз тебя предупреждаю, Наземникус! — крикнула миссис Уизли, — Прошу тебя не курить это на кухне, тем более когда мы собираемся ужинать! — Э… да, — согласился Наземникус, — Прости сердечно, Молли.       Он упрятал трубку обратно в карман, и дымное облако исчезло, но в воздухе остался едкий запах — словно бы от сгоревших носков. — И если вы хотите поужинать до полуночи, мне нужна помощь, — обратилась миссис Уизли ко всем собравшимся, — Нет, ты уж сиди, милый Гарри, отдыхай с дороги. — Что нужно делать, Молли? — с воодушевлением спросила Тонкс, вскакивая с места.       Миссис Уизли посмотрела на нее с опаской. Лидия слегка улыбнулась, тут же позабыв про Флетчера, и подошла к Фреду с Джорджем. — Э… — заколебалась она, — Нет, Тонкс, спасибо, ничего не надо, ты тоже сегодня устала. — Нет, нет, я хочу помочь! — радостно возразила Тонкс и, сшибив по дороге стул, бросилась к кухонному шкафу, откуда Джинни уже вынимала столовые приборы.       Вскоре несколько больших ножей под присмотром мистера Уизли вовсю резали мясо и овощи без всякой человеческой помощи, миссис Уизли помешивала в котле, висящем над огнем, остальные вынимали и ставили на стол тарелки, кубки и съестное. Гарри остался сидеть за столом с Сириусом и Наземникусом, который, моргая, глядел на него все так же тоскливо. — Слышь, браток, я бы ни за что тогда не ушел, — сказал Наземникус, наклоняясь к нему. В голосе зазвучало что-то жалобное. — Но уж очень выгодная была сделка… — Ты бы с боя свалил, если бы сделка была! — кричит через всю столовую Лидия.       Сириус с укором посмотрел на дочь, на что та пожала плечами и отвернулась. Гарри заметил тень улыбки на губах крёстного и понял, что тот совсем не злится на Лидию. Скорее, одобряет, что ли.       Спустя несколько минут послышался недовольный возглас миссис Уизли и смех Лидии.       Гарри, Сириус и Наземникус обернулись и миг спустя дружно нырнули под стол. Фред и Джордж приказали большому котлу с тушеным мясом, железной фляге со сливочным пивом, массивной доске для резки хлеба и лежащему на ней хлебному ножу отправиться к ним своим ходом. Закопченный котел проскользил по всему столу и резко остановился у самого края, оставив на деревянной поверхности длинную черную полосу. Фляга со звоном упала, расплескав повсюду свое содержимое. Нож соскользнул с доски и воткнулся, зловеще подрагивая, в стол в точности там, где пару секунд назад лежала правая ладонь Сириуса. Тут же смех прекратился. — Уизли! — Извини!       Сложив руки на груди, Лидия всем своим видом показала, что теперь просто так прощать их не собирается. Закусив губу, она что-то придумала и уверенно подошла к Джорджу, выхватила из его рук палочку и засунула в карман джинсов. Юноша непонимающе уставился на свою девушку, но та уже удалилась к Фреду и забрала у него палочку.       <…>Фред и Джордж ухохатываются с рассказа Наземникуса, Лидия закатывает глаза, но мысленно делает галочку, что с Флетчером действительно можно посмеяться. — А я и не буду, Молли, рассказывать ему больше, чем ему необходимо знать, — сказал Сириус. Лидия вздрогнула, поняв, что пропустила часть разговора, — Но, поскольку именно он стал свидетелем возвращения Волан-де-Морта, он имеет больше права, чем многие другие… — Он не член Ордена Феникса! — заявила миссис Уизли. — Ему только пятнадцать лет, и… — И он перенес столько же испытаний, как и большинство членов, — возразил Сириус, — А кое-кого и позади оставил. — Я не собираюсь принижать то, что он совершил! — закричала миссис Уизли. Ее кулаки на подлокотниках кресла подрагивали, — Но он же еще… — Он не ребенок! — раздраженно сказал Сириус. — Но и не взрослый! — щеки миссис Уизли зарделись, — Он — не Джеймс, Сириус! — Спасибо, Молли, но я неплохо представляю себе, кто он такой, — холодно ответил Сириус.       Лидия сжала вилку в руке. История повторяется. Почти такое же было и с ней самой, когда она предложила свою помощь Ордену. Миссис Уизли запричитала, что она ещё ребёнок, а Билл просто попытался отговорить. И сейчас с Гарри тоже самое происходит. — Миссис Уизли, вы действительно считаете, что Гарри недостоин узнать последние новости из мира Тёмного? — тихо, но все услышали, спрашивает девушка, подняв тяжёлый взгляд на женщину, — Миссис Уизли, Гарри ведь действительно не ребёнок. Чёрт, да он в свои годы сделал больше, чем другие!       Джордж вдруг икнул. Фред же с интересом начал наблюдать за подругой и матерью. У этих двух ссоры были редкими, но и примирение было не коротким. — Лидия, ты должна понимать, что Гарри ещё мал для таких новостей. Ты сама могла заметить, что… — Что мой отец говорит о Гарри, как о Джеймсе? Да, миссис Уизли, я это заметила. И ничего против не имею. Потому что Поттер, который сидит сейчас за этим столом, почти полная копия того, который учился с Сириусом на одном курсе!       Гарри вопросительно посмотрел на крёстного, но тот покачал головой. Для парня было неожиданно услышать возражение Лидии в адрес миссис Уизли, так как при предыдущих встречах у них был всё хорошо. — Лидия, ты не понимаешь!       Девушка так резко вскочила, что Джордж от неожиданности вздрогнул и разлил часть сливочного пива. — Может, я чего-то и не понимаю, да. Например, как я не убила в прошлом году Алисию Спиннет. Или не прихлопнула Малфоя, когда была возможность. Но я прекрасно понимаю одну вещь: Гарри обязан знать хоть что-нибудь из жизни Волан-де-Морта.       Кинув вилку на тарелку, она прошла вдоль стола к выходу. Джордж уже собрался последовать следом, но Фред схватил его за руку и покачала головой, давая понять, что если пойдёт следом, то попадёт под горячую руку. — Спокойной ночи.       Лидия выходит за дверь и уже бегом поднимается в свою комнату. Достав палочки парней, она положила их на тумбочку между кроватями и, не переодеваясь, легла на свою.       Этот дом плохо на неё действует. И она не старается перекинуть свои беды на кого-то или что-то другое — дом действительно виноват. Он старается выжить Лидию Вест. И только поэтому происходят ссоры.