you got me fallin' in love with you

Ego sortis auxilium. Nam cum vacuo lautus - exaltabo cruribus. А я по жизни помогаю многим. Например, когда пылесосят - я поднимаю ноги.

Анатолий доедал пятое мороженое, наедая себе запас жирка на зиму и мягкие, прелестные щечки, но Ву Ифаня Кевина Криса так и не было. Толя тяжело вздыхал. Он поправился на 3 килограмма и уже имел мало шансов понравиться такому мужчине, каким был его кумир, лидер Эксо-М Имнида. - Айгу, - грустно сказал Анатолий и пошел за шестым мороженым. Он верил в счастливое число семь, так может, и небеса тоже? Может, ему все-таки повезет? Иначе... иначе все было зря. Отягощенный мрачными думами, он упал, поскользнувшись на обертке от четвертого мороженого. Он упал, упал так, как падает чемпион мира по фигурному катанию среди мужчин-одиночников с четверного сальхова, и ударился лицом о холодный корейский асфальт. Радостная мысль промелькнула в его голове: "Шрамы украшают мужчин!" Впрочем, он тут же понял, что шрамы украшают мужчин, но никак не его, и с таким лицом его шансы падают еще ниже. Толя чувствовал, как слезы текут по его щекам, смешиваясь с кровью, и страдал. - С вами все в порядке? - раздался бархатистый, глубокий, заботливый голос за его спиной. Говорили на русском. Анатолий удивился; ему это было столь непривычно и чуждо, он настолько влился в корейскую культуру, что испугался и дал деру. Он бежал долго, а волосы его, цвета солнца и сливочного масла, развевались на ветру. Незнакомец бежал за ним следом и довольно быстро обогнал его. Он схватил его за хрупкое плечо и спросил: - Что с вами? Толя взглянул на него робко из-под челки. Незнакомец был красив, как юное божество; но лицо его омрачало искреннее беспокойство. Только сейчас Анатолий понял, кто же стоит перед ним...