Все плохое в тебе

      После событий, произошедших на Хэллоуин, жизнь первокурсников Слизерина медленно вернулась в первоначальное русло. Пенси и Миллисента, узнав, что произошло с их лучшей подругой, не могли её больше игнорировать, снова начав вести себя как ни в чем не бывало. Теодор и Блейз, по просьбе Малфоя, тоже простили чересчур болтливую девочку и начали общаться с ней как прежде. Ну, а Драко понял, что ему не хватало этой выскочки в его ежедневной жизни, и поэтому он публично объявил, что Грейнджер прощена и снова принадлежит коллективу.       Однако у этих двоих состоялся приватный разговор, во время которого Гермиона пообещала блондину, что не станет общаться с гриффиндорцами даже под угрозой пыток. Это очевидно, что волшебница лукавила, но мальчику хватило и такого ответа, ведь он и правда безумно скучал по своей подруге.       Суета дней и надоедающее однообразие снова поглотило учеников Хогвартса, затягивая их в танец серых будней и монотонной работы. К радости студентов, оставалось совсем немного времени до зимних каникул, и все с предвкушением отдавались мыслям о праздниках. На Рождество все аристократы волшебной Британии должны были собраться в Малфой-Мэноре, и формирующаяся свита Драко не могла дождаться, когда они наконец смогут поехать к нему домой. Гермиона же в это время думала о замечательных каникулах где-нибудь на лыжном курорте Франции. Хоть её семья и не была магической, родители мисс Грейнджер были достаточно состоятельны, чтобы путешествовать по миру несколько раз в год.       В последний вечер в школе ребята собрались в общей гостиной, передавая друг другу подарки и прощаясь с теми, кого не увидят до января.       — Гермиона, я буду по тебе так скучать! — Миллисента протянула подруге красиво обернутую коробку, в которой была очередная книга.       Почему-то, по непонятной Грейнджер причине, абсолютно все подарили волшебнице учебники, новеллы или сборники стихов.       — Я тоже буду скучать по тебе очень-очень сильно, — девочки искренне обнялись.       Их вечерние посиделки медленно переходили в ночные, а первокурсники всё никак не хотели расходиться по своим комнатам. Ребята собрались в центре гостиной, рассевшись на полу, и играли с веселыми бобами, которые Нотт привез из Болгарии. Эти конфетки всех безумно забавляли, ведь как только ты их съешь, так голос тут же поменяется на какой-либо животный клич.       Не разделял общего веселья лишь Малфой, который сидел у камина, чересчур грустно для его лет смотря на огонь. В его взгляде мелькало понимание того, о чем ровесники ещё даже и не задумывались. Гермиона, обратив внимание на состояние друга, подошла к нему и опустилась на соседнее место.       — Тебе понравился мой подарок? — поинтересовалась она, улыбнувшись.       — Да, это было очень учтиво с твоей стороны. Благодарю, — отрешенно ответил мальчик.       — Драко, всё в порядке? Ты подозрительно вежлив со мной. Может торта переел?       — Нет, Грейнджер, всё нормально, — он пожал плечами, наконец одарив её взглядом, — просто я ненавижу праздники и Рождество больше всего.       — Почему? — девочка приподняла брови, не веря своим ушах. — Праздники — это время, когда исполняются мечты.       — В моем случае, это время, когда все мечты рушатся, — усмехнулся он. — Ты хоть раз собирала в своем доме около 150 волшебников на Новый год? Они все гостят в нашем Мэноре около двух недель, совершенно не давая мне проходу. Родителей я вообще практически не вижу всё это время, ведь они заняты светскими беседами с зажравшимися снобами.       — Драко, не говори так! Зато ты проводишь время с друзьями, это же так здорово, — пыталась зацепиться хоть за что-то позитивное девочка.       — Да нет же, — отмахнулся Малфой, — мы должны следовать протоколу. Нам запрещено шуметь или же выходить на улицу. Всё, что мы можем — это закрыться в моей комнате и неслышно переговариваться или же тихо читать книги, на случай если кто-нибудь зайдет. Ребята так радуются предстоящему празднику лишь из-за того, что у меня дома не так скучно, как на приемах других семей, да и мы все там собираемся. Будь моя воля, я бы вообще уехал к кому-нибудь из друзей на все каникулы, но это невозможно, ведь абсолютно все приезжают к нам.       Грейнджер промолчала, не зная, что на это ответить. Волшебница не могла представить себе каникулы, которые проходят в подобном порядке. Ей так хотелось помочь Драко, и она, не сдержавшись, совершила самую большую ошибку своей жизни:       — Так приезжай ко мне в следующем году, — её голос прозвучал чересчур звонко. — Мои родители будут рады, да и это всегда лишь мы втроем каждый Новый год, так что ты точно не помешаешь.       «Какая же ты дура!» — мысленно отругала себя девочка, прикусив язык. Малфой ведь не знает, что она маглорожденная, и это приглашение было чересчур необдуманным.       — Я бы с радостью, — его лицо озарила улыбка, — но я обязан присутствовать на приеме. Всё равно спасибо, Гермиона, мне очень приятно.       — Всегда пожалуйста, — Грейнджер выдохнула с облегчением.       — Кстати о благодарности, — Драко залез во внутренний карман мантии, доставая оттуда маленький велюровый мешочек, — это тебе. С Рождеством, зазнайка.       Волшебница с непонятным трепетом приняла подарок из его рук, ощущая легкое покалывание в пальцах. Это точно была не книга, и впервые в жизни Гермиону это радовало. Развязав шнуровку, девочка вытряхнула содержимое себе на ладонь: это был маленький кулон на серебряной цепочке. В центре подвески красовался небольшого размера голубой камень, который красиво переливался оттенками фиолетового от света камина. А на краях была гравировка на латыни, к сожалению, неподвластная знаниям Грейнджер.       — А что здесь написано? — как завороженная прошептала ведьма.       — Это секрет, — рассмеялся мальчик, — ты девочка умная — сможешь расшифровать.       — Так нечестно, Малфой! Вечно ты играешь со мной в какие-то игры.       — Это всё потому, что мне нравится твоя реакция на мои провокации, — он заглянул ей в глаза, — ты так мило реагируешь.       — Странный ты, Драко, очень странный, — Гермиона покачала головой.       — Сама такая!       Девочка, не понимая почему, вдруг обняла друга, поддавшись странному порыву. Впервые за долгие недели издевательств, она снова ощутила себя защищенной и нужной. Грейнджер казалось, что её ценят и, возможно, в какой-то степени любят. Все слизеринские игры было сложно назвать детскими.       Представители змеиного факультета знали, что такое дружба, но трезвее ощущали чувство доверия и предательства. Верность ценилась больше приязни, а лояльность считалась пиком общения. Гермиона начала осознавать тот порядок, которому следовали её друзья, и стала потихоньку подстраиваться.       — Драко, прошу тебя, больше никогда так со мной не поступай. Не после того, как я тебе доверилась и подпустила так близко.       Малфой заставлял девочку взрослеть намного быстрее, чем нужно, ведь она хотела быть с ним наравне, а мальчик был явно мудрее всех её знакомых.       — Я не могу тебе этого обещать, Гермиона, — он не отдалился, всё так же удерживая её в объятиях, — до тех пор, пока ты обманываешь меня насчет твоей дружбы с Поттером, я не могу тебе полностью доверять.       После последней фразы он отстранился, с призывом смотря на неё. С призывом выбрать его, а не Золотого Мальчика.       — Так ты всё знаешь? — Грейнджер опустила взгляд, страшась гнева волшебника.       — Догадываюсь, — кивнул в ответ тот, — но знать не хочу. Пойми: либо ты с нами, либо с этим отрепьем. Я поставил ему тот же выбор, однако его решение было неверным. Надеюсь, ты меня не разочаруешь, Гермиона.       — Драко, я всегда буду выбирать тебя. Ты же мой друг, — девочка приврала, но по-другому на змеином факультете было невозможно, — лучший друг.

***

      На следующий день в поезде Драко Малфой явно развеселился, потому что снова начал шутить со своими друзьями и кидаться обзывательствами в сторону Забини. Слизеринцы весело хохотали, предвкушая Рождественские застолья и море невероятных закусок и сладостей. Теодор пообещал всем присутствующим, что в этот раз точно попробует огневиски на правах старшего, после чего покинул их купе и направился к своим приятелям со второго курса. Гермиона отмалчивалась, лишь иногда коротко отвечая на вопросы друзей. Их вчерашний разговор с Малфоем подействовал на девочку, приводя её к стадии серьезных раздумий. Хочет ли она такой жизни?       Уже подъезжая к перрону, Грейнджер вышла из кабинки слизеринцев, направляясь в уборную, которая располагалась в начале коридора. Медленно идя по узкому проходу, Гермиона замечала студентов разных возрастов и факультетов. Казалось, у всех сегодня было хорошее настроение.       Вскоре перед девочкой замелькала знакомая черная шевелюра, и мальчик со шрамом в форме молнии показался перед ней. Поттер улыбнулся подруге и кивнул в сторону пустого купе, в которое та, не задумываясь, запрыгнула.       — Ну привет, Гарри!       — Ну привет, Гермиона! — в тон ей ответил мальчик. — С Рождеством!       — И тебя тоже, — она улыбнулась другу, — ты едешь домой на каникулы?       — Нет, Рон пригласил меня погостить с ним и его родственниками в Румынии.       — Ох, здорово, — искренне произнесла девочка. — Хорошо вам отдохнуть и передавай Уизли привет.       — Я передам, — Поттер поправил очки и как-то смущенно произнес, — у меня тут есть для тебя подарок.       Он достал из складок мантии небольшую вытянутую коробочку и протянул её девочке. Грейнджер не смогла сдержать восторженного выкрика, когда открыла подарок. Там было невероятной красоты перо с заостренным позолоченным кончиком и расписанным рисунками стержнем.       — Гарри, это самый лучший подарок, который я когда-либо получала! Спасибо огромное!       — Я увидел, как твое перо сломалось тогда на Травологии, — он потер макушку, отводя взгляд, — и я подумал, что тебе пригодится новое.       — Это так мило с твоей стороны, — девочка легонько дотронулась до его плеча, — вот только у меня для тебя ничего нет.       — Не волнуйся насчет этого, — Поттер замахал руками, показывая, что ему ничего и не надо. — Ну, я пойду, а то Рон меня потеряет.       — Да, конечно, — она пропустила его к двери, — спасибо ещё раз за подарок!       Гермиона так и осталась стоять в пустом купе, всё ещё разглядывая подарок Гарри. Но она была не единственной, кто сейчас смотрел на перо. Кулон, подаренный Малфоем, болтался на её шее, и за всеми восторгами она и не заметила, что камень начал слегка поблескивать. Заклинание, наложенное Снейпом на подарок Грейнджер, начало работать, давая Драко возможность наблюдать за действиями волшебницы. И он был крайне недоволен тем, что видел.