Кабанеро

      Решив разобраться с приключенцами до того, как они догадаются вломиться в казино, направился к главному входу.       ― Ты! ― удивилась единорожка, заметив меня.       Здоровяк-земнопони придвинулся ближе, единорог в трико растворился в воздухе, готовясь к атаке. Сверху раздались хлопки крыльев лучницы. Рог магессы заискрился электрическими разрядами, в воздухе запахло грозой. Чтобы предотвратить драку, я выкрикнул первое, что пришло в голову.       ― Город! Мирная зона!       ― А, действительно! ― досадливо воскликнул единорог, вываливаясь из невидимости рядом со мной.       Магесса скрипнула зубами, но погасила заклинание.       ― Где бэтпони?       ― Вынужден вас огорчить, она уже ушла.       ― Она украла у нас несколько ценных предметов. Она ведь твоя подружка, не так ли? ― угрожающе произнёс единорог.       ― Почему бы нам не провести переговоры в более спокойной обстановке? ― вздохнул я. ― У меня есть запас неплохого сидра.       При упоминании сидра жеребцы заметно оживились.       

***

             Как только маленький бочонок “Эплвудского специального” опустел, бойцы отправились попытать удачу в казино. В моём кабинете осталась Мунлайт ― так зовут их предводительницу. Скинув серую робу мага, она удобно расположилась в кресле для посетителей. Сизая шёрстка в свете луны смотрится жутко холодно, словно лёд, присыпанный пылью.       ― А знаешь, дело вовсе не в артефактах...       Единорожка повернулась, чтобы посмотреть в окно. С её крупа взглянул стилизованный ферзь. Чёрная фигура.       ― Просто она стала в последнее время слишком часто нам мешать. Мы хотели запереть её на время. Для её же блага, ― странно, но последняя фраза прозвучала без малейшей угрозы, скорее немного грустно.       ― О, это наверное из-за прошлой нашей встречи. Вы с ней сцепились, как бойцовые псы. Попрошу её умерить пыл в следующий раз, как увижу.       ― Да брось, ― махнула она копытом. ― То столкновение, которому ты имел несчастье быть свидетелем ― не причина. Это лишь кульминация наших разногласий.       ― То есть вы с Амелой были знакомы и раньше?       Магесса тяжело вздохнула, опустив голову.       ― Видишь ли, ― ярко-синие глаза сверкнули, взглянув в упор. ― Мы с ней сёстры.       Я замер в кресле. Мы уже достаточное время одни в комнате, и мой нос может читать запах собеседницы как открытую книгу. Только что она сказала правду.       ― А так сразу и не скажешь…       ― Мы довольно давно воюем и делаем вид, что не знакомы, ― пояснила она.       ― Одна сестра ― бэтпони-шпионка, вторая ― капитан отряда искателей приключений. А у вас занимательная семейка, ― заметил я нейтральным тоном.       Сиреневая волна гривы вслед за головой качнулась в отрицательном жесте.       ― Она не всегда была бэтпони… А я ― капитаном, ― единорожка снова взглянула на ночное светило. ― Разве ты не заметил странностей в её поведении?       ― Ну, я знаю не так уж много представителей её вида, ― пожал я плечами. ― На мой взгляд, для бэтпони она ведёт себя вполне нормально.       Собеседница грустно усмехнулась.       ― Ты просто ещё одна жертва массовой культуры. Сестра ведёт себя не как бэтпони, она поступает так, как действовала бы на её месте книжная героиня-бэтпони. Ну, знаешь, этот образ опасной соблазнительницы...       Я задумчиво кивнул.       ― Несколько лет назад в одном маленьком городке недалеко отсюда жили две сестры, ― начала она рассказ. ― Молодые кобылки жили весело, дружно, ну, как все пони вокруг. Но однажды между ними встал жеребец.       Единорожка снова вздохнула.       ― Статный красавец, сильный, умный и доброжелательный. Он уделял внимание обеим сёстрам и каждая видела себя его парой. Младшенькая, пегаска, всегда была открытой, общительной пони. Единорожка же стеснялась и не могла найти слов при встрече с любимым. Она понимала, что отстаёт, что скоро потеряет его.       Рассказчица сделала паузу. Я аккуратно пододвинул по столу коробку с шоколадными конфетами, но она словно бы и не заметила лакомства.       ― Однажды ночью старшая сестра глядела в темноту яблочного сада и горько плакала. Внезапно на балкон рядом с ней приземлился бэтпони. Это был сильный, старый ночной хищник. Он представился Графом и спросил что случилось. Единорожка открыла ему своё горе и он предложил решение. Дал ей каплю своей крови.       Фигурка в кресле напряглась, пони как будто вновь переживает минувшие чувства.       ― Дай ей выпить эту каплю, наложи простенькое заклятье ― и сможешь быть с любимым, сказал он. Граф обещал принять к себе пегаску после обращения, обещал заботиться о ней, ведь у малочисленных бэтпони каждый на счету. И пони согласилась.       ― Младшая сестра неделю не выходила из комнаты, пока старшая, торжествуя, гуляла вечерами с любимым, ― продолжила Мунлайт. ― Потом всё открылось. Новообращённая бэтпони улетела к сородичам, но перед этим рассказала всё тому жеребцу. Он был в шоке от услышанного. Он назвал единорожку чудовищем и наотрез отказался видеться с ней. Слухи мгновенно расползлись и ей пришлось покинуть город. Снова она долго плакала, сердце рвалось от обиды. Постепенно, обида ушла, с ней же утекла слезами и влюблённость. Пони поняла, что жеребец был прав.       Собеседница подняла на меня тяжёлый взгляд. По щеке её скатилась одинокая капля, словно эхо ушедших слёз.       ― Она стала учиться магии, как одержимая. Через три года она разыскала сестру и попыталась вернуть ей прежний облик, но магия была бессильна. Бэтпони только ещё больше разозлилась. Единорожка поняла, что нужно что-то сильнее, чем просто магия. Она собрала команду отчаянных сорвиголов и теперь охотится за редкими и мощными артефактами, в надежде найти что-то, что превратит сестру назад в пегаску.       Некоторое время я молчал, поражённый.       ― Значит, ваш отряд охотится за артефактами чтобы превратить Амелу в пони?       ― Только я. Остальные просто любят приключения и золото.       ― А почему ты решила рассказать мне это?       ― Однажды я найду, то что искала. И тогда кто-то должен будет передать это ей. Ты её друг, так что… ― она сделала неопределённое движение копытом.       ― Хорошо. Я помогу тебе, ― решил я.       На некоторое время установилась тишина. Наконец, нерешительным голосом Мунлайт спросила:       ― Теперь, когда ты всё знаешь… ― она опять посмотрела в глаза. ― Ты ведь тоже считаешь меня чудовищем?       ― Нашла, у кого спрашивать, ― я улыбнулся, показывая могучие клыки и пожал плечами. ― По крайней мере, ты стараешься всё исправить.       

***

             В ту ночь я опять попал в неправильный сон. Я оказался на том самом холме с лысой вершиной, на этот раз в одиночестве. Вокруг разносятся тихие шорохи ночного леса. С вершины открывается вид на бескрайнее море листвы во все стороны. Лёгкий ветерок шевелит траву под копытами. Кое-где видны участки голой почвы, взрытые во время поединка.       ― Между прочим, сновидения пони могут иногда рассказать о событиях гораздо точнее и ярче, чем слова, ― послышался знакомый голос.       Ко мне неспешно подошла Луна. Звёздная грива медленно колышется невесомым облаком, словно медуза в глубине вод.       ― Принцесса, ― снова изобразил я куртуазный поклон. ― Что привело вас в мою голову на этот раз?       ― Всего лишь желание ещё раз взглянуть на того, кто посмел отказаться встретиться с нашей сестрой за чашечкой чаю, ― будничным тоном произнесла она.       ― Обычно пони так не поступают, да?       ― Это ещё слабо сказано. Видел бы ты её лицо, когда она прочитала ответ, ― аликорна улыбнулась воспоминаниям. ― Обычно пони с радостью отвечают на приглашение. Почему же ты избегаешь встречи?       ― Видите ли, я уже довольно давно живу в Эквестрии. А ваша сестра приглашает только сейчас, после... некоторых дел, которые кое-кто из пони может истолковать не в мою пользу. Особенно стражники. Я нахожу это довольно подозрительным.       ― Боюсь, тебе всё же придётся явиться на встречу.       ― Нет.       ― Нельзя просто взять и не пойти в Кантерлот, ― подмигнула принцесса.       ― Что вы имеете в виду?       ― Тук-тук, дон Бабл.       Я резко распахнул глаза и понял, что на дворе раннее утро и кто-то действительно барабанит во входную дверь.       ― Откройте, именем Селестии! ― раздался недовольный крик.       Стражникам пришлось потерпеть минут пять, прежде чем распахнувшаяся дверь пропустила их в зал казино.       ― Что это? ― опешил предводитель.       ― Это? ― Матти очень натурально изображает сонный вид. ― Статуя нашего босса, в натуральную величину. Только вчера привезли.       Стражники опасливо приблизились к белому изваянию, изображающему могучего кабана во время разбега.       ― Как живой, ― прокомментировал их глава и неожиданно дунул в лицо статуи.       Если бы не парализующее заклинание, я бы обязательно зажмурился. Поддерживать белый цвет тела непросто само по себе.       ― Мы прибыли, чтобы проводить дона Бабла на встречу с принцессой Селестией, ― сообщил стражник. ― Не могли бы вы проводить нас к нему?       ― Его здесь нет, ― пожала плечами Матти. ― С утра отбыл по делам в город, можете поискать там.       ― Не могли бы вы показать нам дом? Есть подозрения, что он уклоняется от встречи с принцессой.       ― С самой Селестией? ― притворно ахнула перевёртыш. ― Не может быть! Конечно, можете тут осмотреться, но искать всё равно придётся в городе.       Облазив каждую комнату, стражники отправились искать удачи в городе.       ― Спасибо, Матти, ― выдохнул я, освобождённый от заклинания. ― Не знал, что ты знаешь такую боевую магию.       ― Это медицинское заклинание, чтобы пони не дёргались во время операции, ― пояснила она.       ― Наши бойцы успели уйти в город?       ― Разумеется. Стражники будут хоть неделю бегать по улицам, следуя указаниям прохожих.       ― Сегодня мы отбились, но боюсь, на несколько дней мне нужно исчезнуть из города.       Словно услышав мои слова, прямо перед лицом из воздуха материлизовался свиток. “Дорогой, нужна твоя помощь. Криззи”, ― прочитал я.       

***

             В улье всё как обычно. Текучий дизайн стен, “радиоактивный” зеленоватый свет, тонущий в вездесущем полумраке. Даже гвардейцы у портала, кажется, встречают те же. Не успел я заблудиться в лабиринте ходов, как подошёл Нарцисс.       ― Ваше Величество, королева просила проводить вас к ней сразу по прибытии.       ― Веди.       Мы прошли пару причудливо загибающихся ходов, миновали несимметричный перекрёсток и вскоре я уже стучал в дверь рабочего кабинета Кризалис.       ― Войдите, ― голос королевы задумчив.       Внутри всё то же царство бюрократии. На рабочем месте королевы, кажется, прибавилось, бумаг. Она смотрит на них отсутствующим взглядом.       ― Привет, дорогая, ― сказал я, подходя к письменному столу, где устроилась моя супруга. ― Не скучаешь тут без меня?       ― На вот, разбери дела, ― резко ответила она, подвигая по столу стопку бумаг внушительного размера. ― Заодно посмотришь как я тут скучаю...       Я с недоверием покосился на эту кучу макулатуры.       ― Хотела бы я так сказать, ― вздохнула королева, забирая стопку обратно. ― Но для тебя есть более важное дело.       ― Слушай, давно хотел спросить. У тебя тут столько документов, но улей-то у нас не слишком велик. Да и общая численность перевёртышей довольно мала.       ― Донесения, доклады, прогнозы, бухгалтерские бумаги, ― обвела она заваленное пространство стола копытом. ― Разнообразные документы международной переписки. Не знаю, кто изобрёл всю эту бюрократию, но нынешние злодеи не чета этому гению.       ― А ты не пробовала назначить специального перевёртыша для этих дел?       ― И каждые полсотни лет обучать нового? К тому же, некоторые вещи нужно контролировать самой. В нашем деле, дорогой, никому нельзя доверять, ― задумчиво сказала королева. ― Мне ― можно, ― немного погодя, заключила она.       ― Так что это за дело, которое ты хотела мне поручить?       ― Наши дорогие союзнички просят о помощи.       ― А что, собственно говоря, им нужно?       ― О, пустячок. Всего-то захватить замок...