Кабанеро

      Замок Грейвенрок возвышается неприступной каменной громадой на единственном перевале в горной гряде, разделяющей наш тёмный лес и более западные земли. Владеющий замком может надёжно перекрыть торговый маршрут, которым пользуются для доставки товаров в местные страны и для перевалки в Эквестрию. Размещаясь на условной границе между владениями бэтпони и королевством лесных оленей, замок служит своего рода переходящим знаменем в вялотекущей войне этих двух государств.       Бэтпони, уставшие от набегов оленей на свои яблочные рощи, желают заключить мир, но противники, уверенные в численности и силе своего войска, отказываются идти на переговоры. Захват перевала силами бэтпони может уменьшить милитаристские настроения и усадить стороны за стол переговоров. Но сами бэтпони, несмотря на преимущество в воздухе, не могут взять хорошо укреплённый замок. Тут в игру и вступают перевёртыши. Шестеро диверсантов, заранее внедрённые в замок, должны открыть ворота и подать условный сигнал факелами.       Свет луны не может пробиться сквозь сплошное одеяло туч, пригнанных бэтпони. Привыкшие к темноте глаза едва-едва различают громаду замка и каменистую дорогу, которую нам необходимо преодолеть одним решительным рывком. Недалеко от ворот, за камнями, пригнувшись, я ожидаю сигнала. Серая в темноте поверхность скалы неприятно холодит живот. Рядом спряталась Амела, командир союзного отряда, она вводит меня в курс дела и последних разведданных. Позади чуть слышно шелестит крыльями отборная сотня, готовая ворваться в замок следом за мной. Разумеется, моё место как чемпиона ― на острие атаки.       ― К счастью, понистическое влияние Эквестрии дошло и до этих лесных варваров, ― шпионка где-то раздобыла очки и говорит теперь лекторским тоном, прохаживаясь туда-сюда передо мной и периодически тыкая палочкой-указкой в сторону крепости. ― Их лучники в роли снарядов используют оглушающие стрелы с тупым наконечником. Таким точно никого не убьёшь, зато вырубить метким попаданием или поставить здоровенный синяк можно запросто.       ― Что насчёт ближнего боя?       ― Они используют рога, поэтому впереди должен идти самый толстый, ― судя по тону, на её лице сейчас проступила улыбка.       ― Ты хотела сказать, самый бронированный, ― поправил я.       ― Да-да, конечно, ― глаза бэтпони смеются. ― Вокруг замка сплошные острые камни, поэтому в воздух подниматься запрещено, падение может быть очень опасным, ― она внимательно поглядела на меня.       ― И не собирался, ― пожал я плечами.       ― Штурмовать стены с лестницами не будем по той же причине. Ждём, пока диверсанты откроют ворота, ты забегаешь внутрь, топчешь всех по пути, следом пойдёт отборная сотня.       ― Будет сделано, мой генералиссимус!       Наконец, по ту сторону ворот послышалась какая-то возня. Через несколько минут в надвратной башне появился свет факела. Но вместо того, чтобы подать условный сигнал, молодой воин-олень крикнул, вглядываясь в темноту:       ― Подлые крысы! Мы схватили ваших шпионов! Сейчас их допрашивают, а на рассвете повесят! Убирайтесь отсюда, пока мы не размазали вас по этим камням!       Я скрипнул зубами. Эти мерзавцы перешли черту, угрожая моим подданным.       ― Амела! Условный сигнал. Труби атаку, ― обратился я к соседке.       ― Но это же… Ведь наших диверсантов… ― замялась она.       ― Труби атаку! ― рявкнул я в полный голос и выбрался из-за камней.       Слыша за спиной громкие звуки трубы, прорезающие тишину ночи, я бегу, всё прибавляя и прибавляя скорости. С небольшим отставанием следом грохочут копыта наступающего отряда. Заскрипели, натягиваясь, луки на гребне стены. Темнота не позволяет обороняющимся стрелять прицельно, но большинство из них сумело направить снаряды в сторону жутко грохочущей и лязгающей доспехами кабаньей туши.       Град ударов забарабанил по доспехам, сбивая с ритма и замедляя бег. Но я уже практически в слепой зоне стрелков. Ещё один решительный разгон ― и передо мной ворота. “Вот будет забавно, если они догадались с той стороны завалить их камнями”, ― мелькнула в голове мысль за миг до того, как, выжимая всю силу из своего могучего тела, я ударил сталью шлема в деревянные створки.       Раздался оглушительный грохот и засов брызнул во все стороны деревянной щепой, позволяя створкам резко распахнуться, впечатываясь в стены. Я затормозил, выбравшись на пустое пространство внутреннего двора, а за спиной отборная сотня уже решительно штурмует боковые дверцы, спеша занять стены замка. Двери донжона распахнулись и в светлом проёме, ступая гордо и неспешно, показался король.       Не обращая внимания на прилетающие с разных сторон удары стрел, я смотрю на существо впереди. С первого взгляда понятно, что передо мной лесной король, могучий, статный олень на две головы выше меня (это ещё не считая огромных, ветвистых рогов). Изящно разукрашенные доспехи плотно обхватывают мускулистую фигуру. Уверенно, с королевским достоинством он осмотрел сражающихся, поворачивая открытый шлем из стороны в сторону. Металл поблескивает позолотой, символизируя корону, по кругу сверкают искорки драгоценных камней. Наконец, предводитель защитников наклонил голову, выделяя меня как главную угрозу и вызывая на бой. Я пару раз рванул копытом камни мостовой, подтверждая свою готовность.       В следующую секунду мы сорвались навстречу друг другу, набирая скорость по тускло освещённым факелами камням. Хоть такое и казалось невозможным, в разгон я вложил даже больше силы, чем в удар, распахнувший ворота. На огромных встречных скоростях мы столкнулись посередине внутреннего двора. Раздался звон и грохот, перекрывший звуки боя. Все сражающиеся перевели взгляды на нас. Страшный удар отбросил нас с королём оленей почти на прежние позиции, заставляя онемевшие лапы выворачивать дорожки камней из мостовой в попытке затормозить.       Я чувствую сильное давление и боль на голове ― чёртова железяка заметно деформировалась. Что-то тёплое стекает по лицу, заливая глаз красным и оставляя во рту мерзкий металлический привкус. Хочется немедленно стянуть шлем и осмотреть повреждения. Окружающий мир плывёт, тело ощущает качку, словно на борту корабля. Удержаться в стоячем положении не так-то просто, но я держусь. Бой ещё не закончен. Я перевёл взгляд на противника, который как раз поднимается на дрожащих ногах. Могучий удар свёл в поединке сталь из лучших кузниц Эквестрии и живую кость. И кость проиграла. Один рог лесного исполина обломился у основания, другой тоже потерял пару отростков.       Я ещё раз рванул копытом камни двора, и король леса потрясённо опустился на одно колено, признавая поражение.       Поражение короля вызвало цепную реакцию и весь гарнизон сдался на милость победителей. Таким образом, штурм завершился без потерь с обеих сторон, не считая рогов короля и разного рода синяков и ушибов. Гарнизон крепости вскоре отпустили домой, выдав немного припасов на дорогу. Короля сначала хотели использовать в качестве козыря на переговорах, но быстро сообразили, что без него вести переговоры будет некому. Так что его тоже отпустили, взяв слово, что пленение во время торгов будет учтено. Обломанные рога он унёс с собой, видимо надеясь их вернуть на место с помощью квалифицированной медицинской помощи. “Ну и удачи ему”, ― решил я. Стало немного совестно, что испортил такую красоту.       Наших диверсантов вызволили из подвалов замка целыми и невредимыми. Стащив с помощью двух дюжих бойцов измятый шлем с головы, я обнаружил на лбу рассечение и теперь гордо хожу по замку как единственный раненый, сверкая повязкой из белых бинтов.       Я отдал шлем на починку кузнецу. Амела развила бурную деятельность по осмотру захваченных помещений и утащила меня с собой. Замок оказался не так уж и велик ― погреба, помещения для стражи, что-то вроде штаба и пара жилых комнат. Вскоре мы поднялись на стену. Караульных сюда ещё не назначили. Прямо от освещённого факелами края начинается непроглядная темень, только справа и слева выделяются ещё более тёмные силуэты горного массива. Думаю, Амела видит гораздо больше своими чудесными золотистыми глазами с вертикальным зрачком.       ― А я и не знал, что ты такая важная персона среди бэтпони. Командуешь отборной сотней, ― заметил я.       ― Да ты и сам не всё рассказал, твоё величество, ― подмигнула шпионка.       ― Ну, какой же злодей без внушительного титула?       ― А что думает об этом титуле ваша супруга? ― в глазах Амелы блеснули озорные искорки. Эта шпионка знает толк в своей работе.       ― Ох... Позволь внести ясность. Брак с Кризалис ― чисто политический. Мне нужны подручные, а ей ― чемпион, вот и всё.       ― И зачем ты мне это рассказываешь? ― ехидно спросила она.       ― Да так… ― я отвёл глаза, смутившись.       Некоторое время мы провели в неловком молчании. Нужно срочно менять тему разговора. Физические нагрузки на свежем воздухе здорово усиливают аппетит. Лёгкий голод как раз вовремя напомнил о себе.       ― Эх, сейчас бы пир закатить по случаю победы… ― мой голос прозвучал наигранно бодро.       ― Ты же видел припасы в подвале, ― скривилась собеседница. ― Такое ощущение, что кроме сена эти солдафоны ничего и не едят…       ― У короля наверняка должна быть своя заначка. Не станет же он давиться пищей простолюдинов?       ― Отличная идея! Пойдём поищем!       В небольшой каморке рядом с королевским залом действительно нашёлся запас нормальной еды. Пересчитав яблоки в корзинке, шпионка решительно заперла дверь в коридор.       ― Конкуренты, ― пояснила она.       Мы с комфортом разместились за большим столом из красного дерева, разложив на столешнице всё, что посчитали съедобным. Амела опять отдаёт предпочтение яблокам, я же с удовольствием открыл баночку маринованных корнишонов. Запах уксуса распространился вокруг, вырвавшись из-под крышки. Кислый вкус крошечных огурчиков сразу же вызвал желание оценить местный хлеб. Я осторожно взял хлебец, завёрнутый в широкие листья. Помнится, эльфийские лепёшки не идут на пользу оркам и всяким другим отрицательным персонажам. Вот сейчас и проверим.       Мы заняли только небольшой участок стола напротив окна. На ровной лакированной поверхности хватает места ещё для шахматной доски, забытой предыдущим владельцем замка. Я пригляделся к позиции. Белые явно проигрывают, один ход чёрным ферзём ― и король с ладьёй окажутся под ударом. Чёрная фигура напомнила о недавнем разговоре с Мунлайт.       Очередной корнишон захрустел на крепких зубах. Я поймал на себе завистливый взгляд бэтпони. Она явно не в восторге от предписанной её виду яблочной диеты. Под моим взглядом она быстро отвернулась, нацепив на мордочку безразличное выражение.       ― Амела, знаешь, я недавно с сестрой твоей говорил…       ― Она мне не сестра! ― мгновенно ощетинилась шпионка.       ― Она до сих пор ищет способ вернуть тебе облик пони, ― сообщил я.       ― Очень мило с её стороны, но это не ей решать, ― копыто бэтпони звонко ударило о столешницу. ― С чего вы вообще взяли, что я хочу стать пегаской?       ― А это не так?       ― Конечно нет. Я уже давно не пони, и мне это нравится. Сила, скорость, быстрая регенерация. Жизнь шпионки, полная риска и приключений. Ночное небо, в котором я полновластная хозяйка. Свобода, ― она перевела уверенный взгляд вдаль.       За окном непроглядная темень, но мы оба знаем, что где-то там за тучами прячутся звёзды. Амела искусная актриса. Она способна легко обмануть мои глаза и уши. Но не мой нос. В её запахе я почуял фальшь.       ― Как скажешь. Просто знай, что, быть может, вскоре у тебя появится выбор.       Под утро в замок подошло подкрепление из перевёртышей для защиты в дневное время. Я же отправился в улей. Переговоры по заключению мира назначены через неделю и у меня есть дела поинтереснее, чем охранять унылую кучу камней от повторного захвата.       

***

             ― Криззи, дорогая! ― сверкая довольной клыкастой улыбкой я вошёл в кабинет королевы.       Разум не сразу вышел из боевого сосредоточенного состояние и осознание победы накрыло уже по дороге к улью. Это же первый настоящий военный успех меня как попаданца! Гордость за отличный результат сражения пьянит не хуже шампанского.       ― Я гляжу, операция удалась? ― голос правительницы перевёртышей усталый и слегка раздражённый. Вообще-то странно, что она работает так поздно, я бы давно отложил на завтра то, что не получилось бы отложить на послезавтра.       ― Ещё как! Враг разбит и посрамлён, замок взят без потерь. Самое время отпраздновать победу!       Она только тяжело вздохнула, глядя на заваленный документами стол перед собой.       ― Брось эти глупые бумажки, пойдём отдохнём! ― сграбастав кучу макулатуры со стола, я решительно ссыпал её в мусорную корзину.       ― Эй! Что ты творишь?! ― возмущённо воскликнула королева.       ― Поднимайся, тебе самое время развеяться! ― я протянул к ней копыта, чтобы помочь встать.       ― Стража! ― испуганно пискнула Кризалис.       Дверь распахнулась, в комнату вбежал перевёртыш-гвардеец. На лице тревожное выражение, копыта сжимают церемониальное копьё.       ― Вот ты-то нам и нужен! ― обрадовался я. ― Королевский приказ ― разберись с этим до утра.       Мусорная корзина, полная важных документов, оказалась в копытах стражника, копьё беспомощно звякнуло об пол. Я стал настойчиво подталкивать королеву к выходу. Сдаваясь, она вышла из комнаты самостоятельно. Стражник проводил нас ошарашенным взглядом.       ― Вообще-то я заказывала чемпиона, а не… тамаду, ― буркнула она в коридоре.       ― Зато конкурсы интересные… Формально, ты заказывала мужа. А как же супружеский долг?       ― Да как ты… ― собеседница задохнулась от возмущения.       ― У неё муж после битвы не накормлен, а она, понимаете ли, работает, ― обвиняюще произнёс я.       Не выдержав, Кризалис рассмеялась. Ну вот, так гораздо лучше. Мне предстоит провести в улье ещё несколько дней, и теперь, надеюсь, супруга не будет омрачать их постоянной постной миной.       К утру смена караула обнаружила в королевском кабинете едва живого стражника. На его крупе красовалась кьютимарка ― пачка листов с гербами и печатями.