Кабанеро

      В Понидейле очередной спокойный денёк. Я развалился в мягком кресле, пытаюсь анализировать и строить планы. Мысли в голову лезут в основном невесёлые.       Солнце ярко освещает подробную карту города на стене кабинета. Яркими флажками отмечены магазинчики и мастерские, что платят нам дань. Весь город покрыт этой разноцветной мозаикой. Кажется, что всё замечательно, но я помню слова Луны. Пока мои злодеяния остаются в тени, но рано или поздно Селестия сможет нанести удар. Мне нечего противопоставить её чемпионам, а значит лучше быть готовым бежать. Самый же лучший путь побега ― возвращение в родной мир ― всё ещё закрыт. Таинственные призыватели так и не проявили себя.       В комнате появился новой запах, кто-то знакомый.       ― Впечатляюще, ― заметил Изи, стоя за спиной.       ― А ты, гляжу, не растерял навыков.       ― Не жалуюсь. Кстати, фирма “Гнутое бревно” столкнулась с сильной утечкой капитала. Думаю, в ближайшее время они не будут представлять для вас опасную конкуренцию.       ― Отлично… ― мой тон не слишком радостный.       ― Босс, вас что-то беспокоит? Есть ещё задание?       ― Думаю, ты уже в курсе, что я не из этого мира. Так вот, я до сих пор не смог найти тех, кто призвал меня, ― я вздохнул.       ― А что вам о них известно?       ― Ну, они выглядели как пони, но это ни о чём не говорит…       ― Чего они хотели?       ― В том-то и дело, что не знаю. Они ничего не сказали и я не видел их с момента призыва.       ― Они решились прибегнуть к запретной магии, значит у них была какая-то цель. Раз не выходят на связь, то их проблема решилась сама собой, или…       ― Или я и так всё делаю как они хотят! ― воскликнул я, поражённый догадкой. ― Извини, мне нужно срочно увидеться с женой.       Я решительно вскочил с мягкого сиденья.       

***

             ― Дорогая, нам нужно поговорить, ― произнёс я, врываясь в кабинет Кризалис.       ― Правда? ― королева скептически приподняла бровь.       На стол, прямо поверх важных свитков, припечаталась копия пентаграммы.       ― Не понимаю, о чём ты, ― она не моргнула и глазом.       ― Не юли! Я чувствую, когда лгут, ― столешница жалобно хрустнула под моим копытом.       ― Ну хорошо, ― она вздохнула. ― Тебя действительно призвали по моему приказу.       ― И когда ты собиралась рассказать?!       ― Ой, да брось! Ты король, держишь в копытах целый город пони, неужели плохо? Чего тебе ещё надо?       ― Противопоставленные большие пальцы мне, блин, надо! ― я едва не задохнулся от возмущения. ― А вот давай тебя перекинем в другой мир и посмотрим как тебе там понравится!?       Я помолчал некоторое время, успокаивая дыхание. Сильно сомневаюсь, что гнев поможет в решении данной проблемы.       ― Так в чём заключается твой злодейский план? Может, расскажешь? Это твои подручные провели ритуал?       ― Да. Я решила призвать демона в помощники. Но прежде чем предлагать союз, нужно было показать тебе, что пони совсем не такие дружелюбные как кажутся на первый взгляд.       ― И поэтому ты натравила на меня стражников?       ― Ха, эти эплвудские неудачники оказались слишком трусливы. Дальше ты шёл без моей помощи, пони прекрасно справились и сами. Всего через месяц ты пришёл ко мне.       ― Хочешь сказать, и профсоюз решил меня выжить без твоего влияния?       ― Подкинула пару мыслей, но они бы рано или поздно и сами пришли к этому.       Я задумчиво покачал головой.       ― Зачем такие сложности? Почему ты просто не загипнотизировала меня прямо на месте призыва?       ― Я подумала, что демон со свободной волей будет действовать гораздо эффективнее.       Она говорит не слишком уверенно, похоже просто сомневается, что внушение сработает на мне. Что же, не буду её разубеждать, проверять нет ни малейшего желания. Затем я задал вопрос, заранее опасаясь ответа.       ― Как мне вернуться домой?       ― Не знаю, ― она отвела глаза. ― Ты много сделал для улья и я хотела бы тебе помочь, но ритуал односторонний.       ― И я не смогу вернуться? ― мой голос прозвучал слабо.       ― Среди чудес Эквестрии наверняка найдётся способ… Но я не знаю его, извини.       Стул, попавшийся на дороге, разлетелся щепками от резкого удара. С рычанием я вышел из комнаты. Захлопываясь, дверь глухо впечаталась в косяк, заставив стену задрожать. Часовой едва не выронил копьё от неожиданности. Навстречу попался Нарцисс. Перевёртыш несёт какую-то стопку бумаг. Он собирался обратиться ко мне, но, взглянув в лицо, отпрыгнул в сторону, словно увидел древесного волка.       

***

             ― Дон Бабл, с вами хочет встретиться Мунлайт, ― в кабинет заглянула Матти, прерывая моё состояние утреннего ничегонеделанья.       ― Пригласи её сюда, ― я поудобнее разместился в кресле.       Единорожка влетела, словно отстояла длинную очередь в общественный туалет. Серый плащ магессы развивается вслед за быстрыми движениями, глаза горят лихорадочным блеском. На стол передо мной упала книга. Кожаная обложка выцвела, потрескалась от времени. Рёбра желтеют постаревшими страницами.       ― Вот, смотри, ― копыто Мунлайт распахнуло книгу где-то на середине, пахнуло пылью многолетних архивов.       ― Хмм… ― я всмотрелся в текст. ― Если думаешь, что я понимаю эти значки, боюсь, ты сильно меня переоцениваешь.       ― Это древнеэквестрийский, ― голос гостьи выражает резко уменьшившуюся оценку моих способностей. ― Тут описан случай излечения от бэтпонизма.       ― И как же это удалось?       ― В тёмном лесу есть волшебный источник. Его ещё называют “Источник желаний”. Сама по себе вода из него действует непредсказуемо, но при добавлении определённых магических ингредиентов можно получить очень сильный эликсир. Тут описано, как подобным зельем бэтпони вернули первоначальный вид. Если переводить дословно, оно “всё возвращает на свои места”.       ― И где же находится этот источник?       Единорожка повернулась к карте на стене.       ― Вот тут, ― её копыто указало в глубину владений оленей.       ― Судя по тому, что ты здесь, своими силами дойти до источника ты не надеешься?       ― Олени не пускают посторонних к себе. Возможно, придётся прорываться силой, ― лицо собеседницы выражает решимость подтвердить слова делом.       ― Думаю, это не потребуется. Я договорюсь, чтобы нас пропустили.       Я поморщился. Злость на Кризалис ещё не прошла, не хочется лишний раз ходить в улей. Ничего, отправлю письмо через Матти.       ― Ты… Правда сможешь? ― брови Мунлайт поднялись в удивлении. ― И пойдёшь с нами?       ― Да, у меня есть некоторая репутация в тех краях. Думаю, со мной у вашей команды будет гораздо больше шансов.       ― А ты довольно самоуверенный.       ― Ну, в прошлый раз мы с Амелой одолели всю вашу компанию, ― подмигнул я.       Собеседница несогласно фыркнула, но тему развивать не стала.       ― Только давай сразу договоримся. У нас опытная, слаженная группа, поэтому командовать буду я. Во время похода тебе придётся выполнять мои приказы, как и всем остальным, ― единорожка твёрдо взглянула в глаза.       ― Разумно, ― подумав, согласился я.       Мы выступили на следующее утро, чтобы подготовиться и использовать световой день по максимуму. Днём тёмный лес не кажется таким уж тёмным. Со всех сторон сплошная просвечиваемая солнцем зелень. Копыта Сайла, затянутого по обыкновению в чёрное трико, приминают траву впереди совершенно неслышно. Маг владеет заклинанием невидимости, но и без всякого волшебства способен, кажется, среди бела дня украсть копьё у бдительного дозорного. Зелёный ковёр распрямляется сразу за его хвостом, чтобы тут же быть втоптанным в землю тяжёлой поступью Харда.       Земнопони громыхает сталью доспехов, не обращая внимания на кусты и ветки деревьев. За ним движемся мы с Мунлайт. Сначала я хотел сам идти впереди в качестве грубой бронированной силы, но уступил эту роль более опытному коллеге. Единорожка рядом со мной периодически озирается по сторонам. Её рог время от времени вспыхивает, сканируя окружающее пространство магией. С моим резервом нечего даже и думать использовать что-то подобное, а она словно и не чувствует нагрузки, аж зависть берёт.       Замыкает отряд Мульти. Пегаска летит невысоко ― насколько позволяют деревья ― держа лук наготове.       Дорога выглядит знакомой ― кажется, где-то тут мы с бэтпони шли ночью в погоне за подвесками Безумия. Ворона внимательно провожает нас взглядом, сидя на ветке раскидистого дуба. Птица зловеще каркнула вслед отряду, немедленно вызвав желание запустить в неё чем-нибудь.       Впереди показалась знакомая речушка. При дневном свете мостик, на котором я сражался с оленьими гвардейцами, смотрится очень мило. Резные перила органично вписываются в картину окружающей лесной растительности. Дерево-дом на противоположном берегу придаёт пейзажу уют и некоторую цивилизованность.       ― Стой! Кто идёт? ― окликнул нас караульный.       Кажется, тот же самый. Или другой ― олени, в отличие от пони, цветами не различаются, так что все для меня на одно лицо. По правде, я даже и не пытался запомнить.       ― Мы паломники, следуем к волшебному озеру. Вас должны были предупредить, ― мой низкий голос легко преодолел водную преграду.       Часовой достал из-за пазухи какой-то свиток и пробежал глазами несколько строк. Затем он поочерёдно смерил нас взглядом ― видимо, пересчитывая.       ― Разумеется, проходите, ― вынес он вердикт. ― Добро пожаловать в наше королевство, Ваше Величество.       Рогатая голова опустилась до земли в почтительном поклоне. Немного неожиданно. Впрочем, после штурма замка оленям выгодно подчёркивать везде, что их короля победил в поединке не кто попало, а король другого государства, пусть даже такого небольшого, как улей Кризалис. Благосклонно кивнув в ответ, я застучал копытами по дереву моста, стараясь не замечать вопросительных взглядов спутников.       ― Почему он назвал тебя королевским титулом? ― спросила Мунлайт, стоило нам отойти за пределы слышимости пограничников.       ― Ну, знаешь, в условиях нынешней феодальной раздробленности довольно легко найти и завоевать себе небольшое королевство. Зато потом вон как все уважают.       Не хочу открывать свою маленькую тайну приключенцам. Не знаю как остальные, но Хард точно жеребец простой. Стоит доверить ему секрет и он продержится до первой пьянки. Секрет продержится, разумеется. Земнопони, судя по прошлому разу, когда он гостил в Понидейле, от пьянок только здоровеет.       ― Хочешь сказать, что один захватил целое королевство? И какое же? ― подозрительно прищурилась единорожка.       ― Да так, очень маленькое и очень далёкое, вы не знаете.       Вообще-то есть шанс, что я не соврал. Эквестрия не признаёт перевёртышей, возможно, эти пони ничего не знают об их государстве. Собеседница посмотрела с явным сомнением.       ― А что, разве не видно, что я завоеватель хоть куда? ― я раздул грудь, увеличивая стальную гору рыцарских доспехов. ― Пришёл, увидел, поже… То есть, завоевал.       Я нервно рассмеялся и попытался утереть пот со лба. Металл накопытника звонко лязгнул по шлему.       ― Ну, как скажете, Ваше Величество, ― протянула она всё ещё с сомнением. ― Или лучше дон Бабл?       ― Можно просто по имени, мы же боевые товарищи, ― великодушно разрешил я.       Вокруг обычно хватает тех, кто титулует меня обоими вариантами, хочется какого-то разнообразия, что ли.       Мы приближаемся к населённым землям оленей, невысокие кривые деревца тёмного леса постепенно сменяются мощными прямыми гигантами вроде того, в котором сделан домик на пограничном посту. Видимо, рогатые урбанизаторы лелеют амбициозные планы по заселению здешних мест. Несколько раз наш путь пересекали зайцы, один раз я разглядел мышь в траве. Мелкие животные чувствуют себя вольготно ― олени не терпят опасных хищников у себя в королевстве.       Солнце стало клониться к закату. Амела периодически сверяется с картой.       ― Долго ещё? ― спросил я её.       ― Судя по карте, тут как раз должен быть город.       Действительно ,не успела она договорить, впереди показался небольшой лесной городок. На ровной зелёной лужайке газона в хаотичном порядке разместились деревья-дома оленей. Мунлайт решительно повела нас к одному из самых крупных. У входа на спиральный пандус висит вывеска в виде кружки. Тонкие доски заскрипели, раскачиваясь под моим весом.       Тавернщик удивлённо поднял голову с небольшими потёртыми рогами при нашем появлении. Пол, стены, потолок, мебель ― везде вокруг блестит ровная поверхность полированного дерева. Посетители проводили нашу компанию взглядами до самой стойки. Разговоры затихли словно по команде.       ― Нам нужны комнаты на пятерых, ― решительно заявила единорожка.       ― Разумеется, ― он элегантно подхватил пару ключей со стенного крючка рогом и бросил на стойку перед нами. ― Когда закончите располагаться, спускайтесь на ужин. Желаете, чтобы мы приготовили что-то особенное?       ― Приготовьте обычную еду пони, ― распорядилась Мунлайт.       Хозяин заведения поморщился, видимо, он не испытывает восторга по поводу эквестрийской кухни.       ― А вы? ― обратился он ко мне.       ― Просто пожарьте картошки. Вот столько, ― развёл я копытами.       Олень опять скривился. Видимо, в его системе приличных клиентов мы теперь находимся где-то между иноземными варварами и дикими животными. Пересилив природный снобизм, он кивнул:       ― Будет сделано.       Мы поднялись на этаж выше. Мне с жеребцами досталась довольно просторная комната на троих. Выбрав самую крепкую на вид кровать, я стал возле неё снимать доспехи. Тяжёлая, душная броня жутко надоела за время путешествия. Мягкий ворсистый ковёр скрывает звуки ударов тяжёлых железяк об пол. Хард тоже начал с лязгом сбрасывать с себя стальную скорлупу. Оказавшись на свободе, я с наслаждением потянулся и поймал понимающий взгляд танка. Под доспехами здоровяк оказался весёлого оранжевого цвета. Синяя грива и короткий хвост создают впечатление непоседливости, сейчас земнопони выглядит лет на десять моложе, чем в броне.       Как ни корчил рожи тавернщик по поводу нашего выбора, все блюда приготовил в точности. Жареная картошка оказалась тут ничуть не хуже, чем в Понидейле. Я посмотрел на других посетителей. В их тарелках расположились причудливые сооружения самого изысканного вида. Среди разноцветных ломтиков, кроме всего прочего, угадываются лепестки цветов и загадочные фиолетовые листья. Окружающие степенно кладут в рот небольшие кусочки и наслаждаются вкусом. Столовые приборы движутся в их раздвоенных копытах так же ловко, как и в моих, имитирующих привычные человеческие пальцы.       ― Прошу прощения, Ваше Величество, ― негромкий голос вклинился в нашу застольную беседу ни о чём.       Рядом со мной олениха. Мягкая, шелковистая на вид шёрстка блестит в слабом свете люстры симметричным узором пятен. Изящная фигурка грациозно держится на стройных ногах. Коротенький хвост задорно распушён и смотрит в потолок. Маленькие аккуратные копытца сверкают чистотой и ухоженностью. А главное ― никаких острых рогов на голове! Держу пари, ко мне обратилась первая красавица городка. Огромные карие глаза смущённо потупились от моего взгляда.       ― Не могли бы вы пойти со мной? ― так же робко продолжила она. ― Я хотела бы поговорить с вами наедине, ― щёчки чуть-чуть заалели на аристократичном лице.       Жестом предложив спутникам продолжить трапезу, я вышел из таверны вслед за оленихой. Солнце уже давно зашло и на улице темно. Движение в городке почти прекратилось, только вдалеке мелькнул припозднившийся житель.       ― Так чего вы хотели? ― заинтригованно спросил я, когда наши копыта оказались на траве.       ― Не здесь, прошу вас, следуйте за мной, ― нервно оглянувшись, она пошла меж чёрных в ночи громад жилых деревьев.       Я двинулся следом за белым пятнышком хвоста. Впрочем, собеседница и сама не слишком уверенно себя чувствует под светом звёзд. Мы вышли за пределы города, растительность стала бросаться под ноги чаще и гораздо хаотичнее. Пару раз таинственная незнакомка споткнулась, зацепившись за низкие ветки кустарника.       ― Долго нам ещё идти? Я не хотел бы терять город из виду.       На самом деле вернуться по собственному следу с моим отличным нюхом не составит труда, но идти дальше банально лень. Олениха остановилась и оглядела лес вокруг особенно внимательно. Неожиданно она, не говоря ни слова, сильным прыжком преодолела стену кустов и побежала, стремительно удаляясь в чащу. Застигнутый врасплох таким поворотом, я дёрнулся было следом, но тут же остановился. Из темноты вышла фигура в плаще.       ― Я очень рад приветствовать вас снова! ― торжествующе прозвучал голос незнакомца.       Плащ слетел в сторону, открывая моему взгляду молодого оленя ростом примерно с меня ― если не считать рогов. Он стоит в горделивой позе, глядя сверху вниз. Рельефные мышцы перекатываются под короткой шерстью, рога царственно смотрят в небо. Помнится, именно такой силуэт, символизирующий скорость, силу и достоинство, крепили в своё время на капоты старинных автомобилей. Я задумчиво оглядел собеседника:       ― Прошу прощения, мы где-то встречались?       На секунду он сбился с горделивого настроя, глядя удивлёнными глазами.       ― Не верю я ушам своим, не верю! Давно ли вы, враг мой, забыли всё? ― в его голосе зазвучали угрожающие нотки.       ― Видишь ли, вы, олени. не различаетесь цветами, как пони, и поэтому все для меня на одно лицо, ― я сокрушённо покачал головой. ― Хотя этот пятистопный ямб кажется весьма узнаваемым...       ― Граничный мост нас разделял в ту ночь и видели гвардейцы нашу схватку. И вы позор мне принесли, забыли?! ― конец фразы собеседник почти прокричал.       ― О, точно! Десятник гвардии! А где твои доспехи? Как тебя там… ― я честно попытался вспомнить чудное оленье имя.       ― Ацерал, ― процедил он.       ― Странно, ― удивлённо моргнул я. ― Я был уверен, что твоё имя кончается на “эль”, как у всех эльфов… То есть, оленей.       ― Дворянскую приставку потерял, когда ряды я гвардии покинул, ― он сцепил зубы и опустил веки, заново переживая испытанное унижение. ― И беды эти лишь из-за тебя! ― его глаза полыхают яростью. ― Взгляни в глаза погибели своей!       ― Кстати, твоя подружка, которая меня привела. Её зовут тоже как-нибудь на “эль”?       ― Не смей, чужак, перворождённой имя словами, мыслями своими, осквернять! ― в его голосе появились нотки искреннего возмущения.       ― Ацерал, довольно болтать с низшим. Просто втопчи его в грязь, как он того заслуживает! ― послышался голос сбоку.       ― Мои маленькие нацисты, ― умилился я.       Оказывается, моя проводница не убежала, а с интересом наблюдает, стоя чуть поодаль. Похоже, олени тоже считают себя выше других рас. Ну, у эльфов хоть повод был ― они, вроде как, бессмертные...       ― Воистину! Пришло для мести время! Сейчас узнаешь, враг мой, вкус позора!       Противник бросился на меня, угрожающе направив рога на незащищённую тушку. К счастью, бой с королём волков показал, как поступать в таких ситуациях. Копыто мощно ударило сбоку по налетающему врагу и острые кости пронеслись мимо. Я прыгнул следом, не давая времени для нового разгона. Наши копыта замелькали веером ударов. Оппонент больше не рискует наклонять рога, чтобы не потерять меня из виду. Ограничивается короткими взмахами, надеясь поймать врасплох.       Оказывается, сильные удары острыми копытами ― это очень больно. Грудь, плечи, передние лапы постепенно покрываются болезненными рассечениями. Со злорадством отметил, что по шкуре противника тоже течёт кровь. В ночной тишине слышно только наше частое дыхание и глухие звуки ударов. Кабанья ярость начинает постепенно накатывать на сознание, заволакивая обзор красной пеленой. Мои удары всё жёстче, злее. К копытам сами собой подключились атаки клыками, оставляя глубокие и длинные порезы. Во рту чувствуется вкус чужой крови.       Сразу вспомнилось, что оленина ― вполне съедобное мясо. Противник отступает под градом ударов, в глазах азарт постепенно уступает место страху. Ствол упавшего дерева не вовремя ткнулся ему под копыта. Я ударил изо всех сил. Запнувшись, Ацерал завалился на бок. Я тут же оказался над ним, нанося жестокие удары сверху. Не в силах подняться, олень закрывается лапами, уже не пытаясь атаковать. Где-то сбоку раненной птицей вскрикнула олениха, болея за своего бойца.       ― Бабл, довольно! ― неожиданно раздался знакомый голос.       Моё копыто, основательно забрызганное красным, остановилось в воздухе, охваченное магическим свечением. Со стороны города заросли раздвинулись, выпуская Мунлайт и всю команду в полном снаряжении. Глаза всё ещё застилает пелена ярости, я недовольно оглядел помеху.       ― Это мой бой, и мне решать когда хватит! ― спутники вздрогнули от низкого, рычащего голоса.       ― Ты прав. Но противник уже повержен, нет смысла дальше тратить силы. Посмотри, он сдаётся.       Голос единорожки размеренный, успокаивающий. Она медленно подходит ко мне, словно дрессировщик к дикому тигру. Как будто боится, что я могу броситься и на неё. Ярость покинула сознание, словно выключенная рубильником. Я отошёл в сторону на дрожащих от адреналина конечностях и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить тело. Олениха метнулась к Ацералу.       ― Ладно, проехали, ― я повернулся к Мунлайт. ― Что вы тут делаете?       ― Тебя выманили самым стандартным и скучным способом. ― она подмигнула. ― Если ведёшь жизнь странствующего героя, приходится разбираться в таких вещах. Как только ты вышел, мы собрались и двинулись следом. Чего он хотел?       ― Личная месть, не обращай внимания, ― я пренебрежительно помахал копытом. ― Пойдём обратно.       Мы развернулись в сторону города, но голос оленя заставил замереть:       ― Стой!       Израненный, он нетвёрдо стоит на ногах, опираясь на плечо подруги. В меня упёрся решительный взгляд.       ― Ты победил, закончи поединок!       Я уставился на него удивлёнными глазами.       ― Как проигравший не смогу я жить.       Его голос ровный. Аристократ смотрит прямо. Похоже он действительно думает то, что говорит. Я выхватил меч из ножен на боку Харда и двинулся к оленю.       ― Бабл, что ты делаешь?! ― вскрикнула Мунлайт сзади.       ― Ты же видишь ― для него смерть действительно легче.       Олениха испуганно отпрянула при моём приближении. Меч взметнулся над склонённой рогатой головой. Неожиданно оружие дёрнулось вверх и зависло в облаке магического свечения, вырвавшись из моего захвата.       ― Нет! ― решительно сказала единорожка.       ― Кобылка, ты совсем не понимаешь… ― голос Ацерала тихий, без эмоций, как будто неживой. ― Я в поединке честь семьи унизил. Покинув гвардию, опору леса, стал я возмездия искать, увы, но потерпел фиаско в этой битве, ― он вздохнул. ― Теперь же...       ― Это ты ничего не понял! ― прервала его пони. ― Вместо того, чтобы сбегать от проблем, не лучше ли делом исправить ошибки?       ― Но я уже…       ― Неужели одолеть Бабла ― единственный способ вернуть тебе дворянское достоинство?       ― Нет, но…       ― Не лучше ли тогда присоединиться к команде героев и подвигами вернуть себе уважение? ― она решительно протянула копыто к оленю.       ― Эй! ― вырвалось у меня. ― Вообще-то он уже дважды на меня нападал!       От такого предложения я скривился. Сразу возникла мысль, что мне противник нанёс вроде как больше болезненных ударов, чем я ему. И неплохо бы его ещё попинать, для справедливости. Вот согласится он сейчас ― и пинать будет уже нельзя. А смогу ли я доверить этому заносчивому типу прикрывать спину?       ― Каждый должен иметь шанс исправить свои ошибки, ― голос единорожки прозвучал глухо, словно мысли её далеко отсюда.       ― Да, ― в глазах Ацерала появилась надежда. ― Коль вы позволите, пойду я с вами, чтоб подвигами честь себе вернуть, ― он робко посмотрел в мою сторону.       Я только махнул копытом. В конце концов нам не помешает проводник из местных. Главное, чтобы не попытался взять реванш в самый неудобный момент. Движение лапы окрасило траву веером кровавых брызг. Раны оленя тоже всё ещё кровоточат.       ― Мунлайт, не могла бы ты с этим что-нибудь сделать? ― я помахал тёмной, слипшейся шерстью перед лицом единорожки.       ― Извини, сейчас похилю, ― потрясла она головой, отбрасывая ненужные мысли.