My Fetish

Хосок дышит рвано, глотая накаленный воздух ртом. Последнее время парень постоянно стал уставать после долгих и продолжительных тренировок. Он не уходит вместе с ребятами, часто возвращаясь домой на несколько часов позже остальных. — Хорс, ты с нами? — кидает ему Тэхен, одергивая висящее на шее полотенце, и приближается к входной двери. — Думаю, я еще ненадолго останусь, — отвечает больше для себя самого, будто желает удостовериться в своих же словах. — Как знаешь, — хлопок двери чуть отрезвляет сознание. Хосок двигается в такт играющей в наушниках музыке, виляет бедрами и чуть выгибается, повторяя очередное, выученное от и до, движение. Ведет руками по мокрому телу, цепляя майку, и теряется, когда начинается партия Юнги. Голос старшего немного хрипит и звучит низко, как и должно, вообще-то, быть. Тело покрывается мурашками, а глаза непроизвольно закрываются, представляя образ Мина, который держит микрофон и читает знакомые строчки их песни. Хосок вздрагивает и почти вскрикивает, когда чувствует на своей талии холодные руки, что едва пробираются под мокрую майку, мягко остужая. Чуть после его плеча касается чужой подбородок, а ухо обдает чужим горячим дыханием. Тяжелый контраст, от которого у Хосока внутри что-то екает и переворачивается.  — Что заставляет человека презирать самого себя, Хосок? — Чон чувствует, как хватка на его талии становится сильнее, ощутимо сдавливая нежную кожу. Юнги дышит равномерно, Хосок — рвано. Юнги касается губами мочки покрасневшего уха, Хосок — приоткрывает губы, проводя по ним шершавым языком. Юнги смотрит в стену, Хосок пялится в зеркало, наблюдая за спокойным выражением лица Мина.  — Не знаю, — на выдохе отвечает и сжимается, чувствуя, как покрываются румянцем щеки, когда Юнги ведет рукой ниже, чуть цепляя ногтем выпирающую косточку.  — Трусость, Хосок. Вечная боязнь провала. Нежелание быть отвергнутым и не принятым, — отстраняется, чуть отталкивая Хосока от себя, а тот делает выпад вперед. Хосок мог бы с уверенностью сказать, что это лишь фантазия, сумасшествие, бред, но… Нет. Юнги был здесь. Сейчас. В эту минуту. И подтверждений тому несколько. В голове Хосока все еще отголоском отдается звук хлопающей двери, что ведет к выходу. А еще место на шее жжет от легкого, едва заметного, укуса около изгиба. Хосок прикладывает ладонь к участку шеи и чуть скребет пальцами, потому что радуется этой мелочи. Flashback  — Юнги, — Тэхен мягко касается плеча старшего, ловит на себе недоумевающий взгляд, и мгновенно отдергивает руку, — Почему ты так с ним? - Что? — Мин вскидывает брови, глядит вопросительно и непонимающе. — С кем? И как?  — Хосок. Ты же нравишься ему. Это все замечают. А если не все, то… — Тэхен заминается, а после выдает почти шепотом, — То все, кроме тебя одного. — Тэхен уходит, оставляя старшего в раздумьях.  — Нравлюсь, говоришь? — задает вопрос в пустоту, что эхом разносит слова по пустой комнате. — Очень… — губы рэпера трогает холодная усмешка, спокойно перерастающая в нечто, напоминающее хищный оскал, — … очень хорошо. End Flashback

***

Юнги сидит в звукозаписывающей студии, пытаясь создать новые биты. Мин устало прикрывает глаза и постукивает по столу длинными выразительными пальцами, на которых мелькают кольца. Шевелит губами в такт только что пришедшей в голову мелодии и подбирает подходящие слова, которыми забита голова. Лицо серьезно и сосредоточенно. Только на голове легкий беспорядок из-за рук, которые постоянно тянутся к волосам, поправляя, как кажется ему. Он оттягивает ворот толстовки, которая ему на размер больше положенного. Хотя какая разница, если ему нравится? - Хен, — голос Хосока звучит немного жалобно, больше напоминая тихий скулеж. — Не хочешь расслабиться? — младший подходит ближе, встает сбоку от него. Юнги слегка ухмыляется, а после разворачивается на стуле к нему лицом и откидывается на спинку стула, внимательно следя за выражением лица Чона. Хосок тянется к нему за поцелуем, но Юнги лишь вытягивает руку вперед, перехватывая его за горло и, слегка сжав тонкую шею в крепких руках, тянет Хосока на колени, придвигая к своему паху.  — (*)Мы рождены, чтобы кто-то играл… — кидает Юнги строчку из недавно прослушанной песни и взглядом намекает Хосоку на его дальнейшие действия.  — Давай же, Хосок. Скажи мне, что не хочешь этого, и мы разойдемся. Скажи мне, что готов на все, и ты получишь это самое все, — Юнги сглатывает и проводит языком между пересохшими губами, чуть прикусывая клыками уголок нижней губы. Хосок послушно падает на колени, повинуясь власти Мина.  — Готов на все, — движется руками к ремню, медленно расстегивая его и переводя дыхание. Дрожащими пальцами расстегивает пуговку на темных штанах, дергает за собачку, расстегивая ширинку, и смотрит на выпирающий бугорок. - Хен, я… — Хосок краснеет и опускает глаза еще ниже, если такое вообще возможно, — … впервые, — продолжает на грани слышимости и закусывает щеку изнутри.  — Посмотрим, как хорошо ты справишься, — Мин запускает руку в шелковистые волосы, мягко перебирая пряди, отчего по телу Хосока проходит мелкая дрожь Мин помогает приспустить джинсы вместе с нижним бельем, открывая Чону вид на возбужденный член с блестящей от смазки головкой, что едва не касается подтянутого живота. Хосок касается основания пальцами, мягко обхватывает в кольцо и проводит по всей длине. Совсем неумело и неуверенно, но после Юнги его обязательно научит его всему, что знает сам. Чон приближается к органу лицом, распахивая губки и чуть обхватывая головку. Немного проводит губами вверх-вниз и выпускает головку изо рта, проводя по длине языком. Движется ниже, обхватывая одно яичко, и берет его в рот, мягко посасывает, отчего Мин стонет и чуть качает бедрами, желая большего. Выпускает и переключается на второе, лаская первое рукой. Юнги стонет и чуть сильнее сжимает руку на его волосах, собирая темные пряди в кулак. На руках виднеются проступающие вены, и Хосок пропускает легкий стон, посылая вибрацию по члену, который заглатывает до середины. Чон размашисто лижет плоть по всей длине, смачивая его своей слюной, которая катится к основанию. Ласкает дырочку уретры и слышит слабое рычание со стороны старшего. Чон заглатывает головку, перекатывая ее за щеки и едва заметно посасывая, помогая себе языком изнутри. Берет глубже и давится, но Мин отстраниться не дает, надавливая на макушку чуть сильнее, чем ранее. Хосоку ничего не остается, как опереться руками о бедра Мина, чуть оглаживая их, и заглатывать глубже, насколько он может. Юнги толкается, вскидывая бедра и едва отрывая их от стула, а Хосок жмурится и пытается остановить выступившие в уголках глаз слезы. Юнги размазывает по лицу младшего легкий мейк, который остался после выступления, когда начинает набирать скорость. Хосок загнанно стонет, когда Юнги сжимает горло второй рукой, практически лишая его возможности вдыхать, и вгоняет в горло по самое основание, придерживаясь определенного темпа. Хосок упирается руками в бедра, сжимая их худыми руками, когда Юнги делает последние толчки и кончает. Спермы много, а потому частички семени катятся маленькими каплями из уголка губ.  — Ну же… — Юнги сладко растягивает губы в усмешке и наблюдает за реакцией Хосока. Младший сглатывает непривычную для него субстанцию и проводит по припухшим губам кончиком языка, наблюдая за тем, как Мин застегивает молнию и одергивает край верхней одежды.  — Для первого раза не плохо. Не знал бы, что ты делаешь впервые… Подумал, что ты подрабатываешь, — Юнги приближается к его лицу, стирает капельку спермы из уголка губ большим пальцем, отстраняется и подмигивает, направляясь к двери. Хосок протяжно стонет, поднимаясь с насиженного места и смущенно опускает глаза вниз, замечая небольшое пятнышко на светлых штанах. Только Хосок может кончить лишь от минета. От минета, который он делал другому человеку. Который он делал Мин Юнги.