О чем молчат сосны

      Какая-то мысль вертелась в мозге Купера, не давая ему спокойно заниматься своими делами. Она поселилась сразу же после псевдодопроса Диппера Пайнса и никак не хотела ни забываться, ни дать рассмотреть себя поближе. Она определенно была как-то связана с оным Диппером Пайнсом, его сестрой, загадочными снами и убийствами, вот только как?       Озарение настигло его уже на пути домой. Шрамы. На запястьях Пайнса виднелись тонкие белые полоски, уже не свежие, но еще ясно различимые — примерно так бы выглядели руки человека из сна, признавшегося в убийстве, через три-четыре месяца. Но сон к делу не пришьешь. Да и не факт, что эти шрамы что-нибудь означают вообще. Но, с другой стороны, прошлое предупреждение человека из сна позволило спасти Муни… Которая разбирается в призраках.       Кажется, пришла пора навестить ее.       Муни жила в небольшом двухэтажном доме, рассчитанном на средних размеров семью. В лучах закатного солнца его стены казались оранжево-розовыми. Перед домом находился аккуратный засаженный цветами крохотный палисадник, огороженный таким же ровным, выполнявшим скорее декоративную роль, белым деревянным заборчиком, с которого местами облупилась краска. Дорожка от скрипучей калитки до двери была выложена цветной плиткой, когда-то светло-желтой, которая со временем приобрела грязно-зеленый оттенок и выцвела. По обеим сторонам двери стояли внушительные кадки с яркими цветами. Купер решил, что это петуньи.       Он неуверенно мялся перед дверью, все еще сомневаясь в своем решении. Он не верил в сверхъестественное, но это дело, его сны… Он запутался. Ему нужна помощь, чтобы восстановить ясность мысли, а Муни была неплохим психологом, хоть и прикрывала свое образование паранормальной чушью. Купер решительно позвонил в дверь. Уже через несколько секунд, после того, как смолкла трель звонка, с той стороны раздались быстрые шаги. — Ты все-таки пришел! — расцвела в улыбке девушка, открывая дверь. В нос Куперу ударил сильный запах благовоний. — Проходи, располагайся. Прости за запах, у меня бутылка с лавандовым маслом разбилась. Чай, кофе? — Нет, спасибо, — Купер с любопытством огляделся. Комната, куда его привела Муни, видимо, предназначалась исключительно для магических практик. Красное убранство, узорчатая пентаграмма на светлом потолке, несколько удобных коричневых кресел и небольшой диван им в тон, книжный шкаф, заставленный томиками по эзоретике, практической магии и сборниками легенд. И свечи. Множество свечей: белых и цветных, уже оплывших и совсем новых, в форме замысловатых фигур и простых, зажженных (хотя комната уже освещалась банальным настенным светильником) и нет. Свечи стояли на столе, книжном шкафу, полках, табуретках и даже прямо на полу. — Присаживайся, — кивнула Муни на одно из стоящих у стола кресел, доставая откуда-то толстую деревянную дощечку с выжженным на ней алфавитом. Сверху было написано «Привет», снизу — «Прощай», с боков «Да» и «Нет». В комплекте с доской шло маленькое блюдце. — Это доска Уиджи, — пояснила гадалка. — Самое то для бесед с призраками. Двадцать долларов за пятнадцать минут беседы с усопшим. Шутка, я не собираюсь сегодня брать за тебя деньги. Предлагаю начать в полночь, в это время грань между мирами особенно тонка, больше вероятность, что наш добрый дух откликнется. Судя по тому, что ты говорил, он не особо силен. — Ладно. И чем предлагаешь заняться до полуночи? — О, мы что-нибудь придумаем. Хочешь, научу гадать на картах?

***

      По возвращению в особняк Билл был, к большой досаде Диппера, возмутительно бодр. Как будто и не мотался всю ночь по лесам. Плюсом было то, что в этот день они успели завершить почти все приготовления к предстоящему ритуалу по отделению Билла от тела Диппера. Минусом — то, в чем Диппер почти не сомневался — появление во Френдсвилле Мэйбл наверняка изменило его планы не в лучшую для Пайнсев сторону. Но выяснить, что именно демон задумал, Дипперу так и не удалось. Казалось, внимание Билла полностью поглощено адским варевом, некоторые ингредиенты которого Диппер так и не смог опознать. Но ему достаточно было знать, что в состав входили травы (частью ядовитые, вроде ландыша или белены), растертые в порошок сушеные глаза (слава богу, не человеческие), и как вишенка на торте — ЛСД.       Заглядывавший на кухню пару раз Вилли был проигнорирован, как незначительная деталь интерьера, что уж там говорить о Диппере. Вскоре импровизированная химическая лаборатория и вовсе переехала из кухни в отведенную им комнату. При этом свою обычную болтливость Билл отнюдь не растерял, комментируя все свои действия. Скорее для себя, чем для Диппера, но присутствие постоянного слушателя ему определенно льстило. — …и ты только посмотри на этот замечательный оттенок зеленого! Когда-то я даже хотел перекраситься в такой цвет, но братва идею не заценила. Теперь остался последний, самый важный, но, самый болезненный для нас элемент… — Билл наконец поднял глаза от зелья и оглянулся. Его лицо приобрело удивленное выражение — призрака нигде не было. — Сосна? — Я здесь, — раздался голос за его плечом. Диппер скептически склонился над склизкой зеленой жижой, плодом трудов Билла. — Я бы такое пить не стал. — Тебе никто и не предлагает, — Билл простер руку над кастрюлей с варевом, и ту охватило мерцающее, едва заметное в дневном свете синее пламя. Под его действием жидкость на глазах становилась менее густой и более прозрачной, пока, наконец, не сравнялась цветом и консистенцией с водой. Билл удовлетворенно опустил руку. — Не многовато ли магии на сег… — договорить призраку помешала острая боль, пронзившая его с головы до ног, словно удар током.       Диппер предпочитал не задумываться, как приходится в такие моменты бьющемуся в судорожном припадке Сайферу, если то, что испытывает он сам лишь далекие отголоски. И почему после такого тот раз за разом продолжает обращаться к магии. К счастью, в этот раз приступ продлился недолго.       Билл медленно перевернулся на живот, осторожно приподнимаясь на локтях, затем также медленно и осторожно поднялся на ноги. Тело плохо слушалось, движения выходили неловкими, будто с момента вселения прошла пара минут, а не четыре месяца. Дрожащими руками Билл схватил стоящий на столе стакан и залпом опрокинул в себя его содержимое. После нескольких глотков воды стало легче. Во всяком случае, руки перестали трястись. Билл споро и чрезвычайно аккуратно перелил законченное зелье в полулитровую бутыль из-под газировки. Жидкость заняла едва ли одну треть объема.       Диппер с удивлением заметил, что не может оторвать от нее взгляд. Было в прозрачной жидкости, не отличимой внешне от воды что-то невообразимо притягательное. — Что, пробрало? — раздался невыносимо самодовольный голос Сайфера. — А ведь ты к ней даже не прикасался, так, смотрел. — А сам-то? — слабо огрызнулся Диппер, заметив, что и сам демон глаз не сводит с заветной бутыли. — Вот только для меня это означает, что я все еще я. Для тебя же… Концентрированная магия так действует только на демонов. Теряешь человечность, Сосна, — Билл сочувствующе (насквозь фальшиво) улыбнулся, пряча бутыль в закрывающийся на ключ ящик стола. — Но не переживай. Это процесс небыстрый, между нами все закончится куда раньше.       Диппер молча передернул плечами. — И что собираешься делать теперь? Опять будешь всю ночь кутить или спать ляжешь? — как бы невзначай поинтересовался он, уставившись в окно. Заходящее солнце окрасило улицу в тревожные желто-оранжевые тона. — Я не собираюсь спать, сон в нашем положении — пустая трата времени, — договаривал фразу Билл через огромный зевок. Если бы Диппер мог в этот момент дышать, непременно затаил бы дыхание. — Странно. Я ведь спал прошлой ночью. Мне не должно так хотеться спать теперь, — еще один душераздирающий зевок. — Постой-постой. Тот стакан… Ты в него что-то подмешал? Нет, о чем это я… Ты забрал его у Вилли, поэтому ему пришлось возвращаться за снотворным на кухню во второй раз, — демон плюхнулся на кровать и в очередной раз широко зевнул. Он уже с трудом держал глаза открытыми, то и дело резко смаргивая, пытаясь стряхнуть дремоту, тер глаза руками. — Не один ты умеешь вгонять людей в сон, — довольно улыбнулся Диппер, усевшись на заваленный всякой всячиной стол. Были в относительной нематериальности и некоторые плюсы — не пришлось сдвигать мусор, которым этот стол был просто завален. — Попытаешься предупредить сестричку? — не в силах бороться с усыпляющим действием лекарства, Билл завалился на спину, не утруждая себя снятием верхней одежды. — Уже позабыл о нашей сделке? — Я помню, — резко ответил Диппер, — это подстраховка, на случай если сделку нарушишь ты. Она не узнает от меня ничего нового. — Прекрасно. У тебя ничего не выйдет. Ее сны — та еще наркомания, поверь мне на слово. Даже Царство Ночных Кошмаров блекнет по сравнению с ними. Ты не пробьешься к сознанию. — Уж как-нибудь разберусь, — недовольно буркнул Диппер, всем своим существом ощущая, как одна за одной ослабевают его связи с телом. — О, ну конечно. Ты же такой умный парень, провел меня, хвалю. Можешь наслаждаться своей маленькой победой, но этот раунд за мной. Помни о сделке, — речь демона становилась все быстрей и неразборчивей, наконец, смолкнув.       Диппер еще какое-то время сидел неподвижно, наблюдая, как растворяются в серости все краски мира. Он так и не понял, почему, стоит Биллу заснуть, его выбрасывало сюда, в лабиринты разума. Но здесь у него было несомненное преимущество — способность свободно передвигаться и входить в чужие сны. Правда, войти в сон было еще полдела. Надо было привлечь внимание осознанной части его создателя, а с этим у Диппера имелись определенные трудности. Его просто не замечали, списывали на фоновый элемент! Приходилось искать все новые способы обратить на себя внимание. Да он почти три месяца пытался достучаться до того детектива, и вот, когда это получилось, тот просто забыл все на утро! Хорошо хоть во второй раз получилось донести хоть какую-то информацию…       Диппер тряхнул головой, сбрасывая ненужные мысли. Ему стоило быть осторожней. Теперь сомнительно, что Билл ляжет спать назавтра, и, скорее всего, послезавтра. А значит сегодня у него главная возможность предупредить Мэйбл. Если бы только она помнила…       Их с Биллом противостояние с каждым днем приобретало все более острую форму. Он уже числился в списке подозреваемых, и Диппер считал это немалым успехом со своей стороны. Да и та девушка осталась жива, что можно было считать огромной удачей. Обычно у Диппера не получалось привлечь к себе внимание бодрствующих людей, а тут… Возможно, Билл прав, и он действительно перестает быть человеком.       Диппер вздохнул и прошел сквозь дверь своей комнаты в небольшой коридор. Заглянул в комнату Вилли — тот неспокойно метался во сне. Диппер на секунду задумался, стоит ли заглянуть в его сон, но передумал, заметив в углу комнаты одну из тварей лабиринта. Существо, по виду напоминавшее фиолетовую помесь носорога с осьминогом своими глазами на тонких стебельках жадно всматривалась в спящего человека, то и дело ласково поглаживая его по голове и облизываясь тонким длинным языком.       Диппер поспешил убраться. Билл как-то упомянул, что эти твари обожают жрать потерянные души, к которым в данный момент Диппер и относился, хотя и не способны заглотить такую душу целиком, но могут изрядно ее потрепать, ускорив деградацию. Тем более, к утру она сама уберется. Твари лабиринтов разума были информационным мусором: навязчивыми идеями, ночными кошмарами, информационными слепками. Срок их существования был недолог и редко превышал двенадцать часов.       Диппер спустился по лестнице, старательно перебирая ногами. Можно было спуститься быстрее, просто пролетев сквозь пол второго этажа, но парню казалось, что если он будет часто так поступать, то разучится ходить. Это было глупо, конечно. Вряд ли Билл вот так возьмет и отдаст ему тело. Но он предпочитал надеяться на лучшее.       В доме царила тишина. Диппер вышел на крыльцо, спустился на дорогу, рефлекторно сжавшись и попытавшись отскочить, когда сквозь него проехала машина, поспешно направился к единственному в городе мотелю. Там его ждало разочарование: Мэйбл еще не спала, сидела над делом Треугольника, склонившись над разложенными на столе бумагами. Устало промычав что-то невнятное себе под нос, девушка сложила очередной отчет самолетиком и запустила в стенку. Диппер заглянул к ней через плечо. На одном из листов треугольнику кроме глаза был пририсован цилиндр и галстук бабочка. Сердце Диппера болезненно сжалось от готовой возродиться надежды. «Неужели она вспомнила?» Но затем девушка зачеркала треугольник и уронила голову на стол. — Я. Ничегошеньки. Не. Понимаю, — глухо пробормотала она. — Кто ты? Зачем тебе это нужно? Почему из-за тебя я начала разговаривать сама с собой?       Диппер неловко улыбнулся, положив руку девушке на плечо. — Ты все поймешь. Ты умнее, чем кажешься, знаешь? Просто вспомни Гравити Фоллз. Ты справишься.       Словно услышав его слова, девушка настороженно приподняла голову. Но, ничего не обнаружив, вновь углубилась в бумаги, периодически бормоча ругательства в сторону Джонсона. Диппер еще некоторое время повитал по комнате, периодически делая заметки вслух. Мэйбл его не слышала, конечно, но вдруг… В лабиринтах разума его и без того невеликие возможности воздействовать на физический мир уходили в глубокий минус, подать сестре какой-либо сигнал о своем присутствии он был не в состоянии.       Вдруг он почувствовал некую силу, увлекающую его прочь от сестры. Это сила не была непреодолимой, нет. Скорее, она напоминала настойчивое приглашение куда-то пройти. Диппер оглянулся на Мэйбл. Она явно собиралась проработать всю оставшуюся ночь напролет. Любопытство оказалось сильней, и он последовал приглашению.       Район, в который завела его эта сила, оказался вполне знакомым. Где-то неподалеку жил детектив Купер, которого Диппер часто навещал в своих ночных прогулках. Сила завлекла его дальше, в один из домов. Атмосфера внутри сильно напоминала Хижину тайн. Тоже предвкушение чуда, в которое ты готов поверить, несмотря на явный обман… Диппер хмыкнул, пролетая дальше и остановился, достигнув, наконец, нужной комнаты. В ней двое — молодой светловолосый мужчина в очках, в котором Диппер узнал детектива Купера и та самая спасенная ими девушка — проводили… спиритический сеанс? — О, добрый дух, спасший меня! Ответь, ты здесь? — нараспев произнесла девушка.       Лицо Купера было наполнено странной смесью ожидания чуда и скептицизма. Диппер неуверенно подошел к столу, на котором ярким пятном выделялась доска Уиджи. До этого в лабиринтах разума цветными Диппер видел немного вещей: себя, Билла, да местных монстров. Он неуверенно положил доску на расположенное посереди доски блюдце и толкнул его, ожидая, что пальцы вот-вот пройдут сквозь стекло. Но против этого, блюдце сдвинулось с места. Не веря своим глазам, Диппер передвинул его на «Да».       От неожиданности Купер поперхнулся воздухом. Муни торжествующе улыбнулась и продолжила. — О, добрый дух! Скажи мне, ты — одна из прошлых жертв Треугольника? — Можно, конечно, и так сказать, но скорее нет, — ответил Диппер, передвигая блюдце на отрицательный ответ. — Ты знаешь кто он такой? Треугольник? — вмешался Купер в разговор. — Еще бы, — усмехнулся Диппер, передвигая блюдце на позицию «Да». — Ты скажешь нам? — Муни передвинула блюдце обратно в центр доски.       Диппер было двинул блюдце в сторону положительного ответа, но на полпути замер. Еще неделю назад он бы не раздумывая выдал копам всю информацию, но теперь… «Падающей звездочке может сильно не поздоровится, если кое-кто продолжит болтать с копами, пока я сплю». «Помни о нашей сделке». Блюдце поползло в сторону «Нет». — Но почему? — в сердцах воскликнул детектив. «Он убьет ее», — по буквам набрал Диппер. Да, он не может сказать напрямую, но окольный путь тоже может вывести в нужном направлении. — Кого — ее? «Мэйбл Пайнс». — Погоди-ка. Агента ФБР Мэйбл Пайнс? «Да». — Ты как-то с ней связан? Треугольник знает ее? — глаза Купера загорелись от новой информации. — Слишком много вопросов, ты сбиваешь его с толку, — зашипела на детектива девушка. — Выбери что-то одно. — Треугольник знает ее? — повторил Купер. Диппер уже было положил руку на блюдце и двинул его в сторону «Да», как мир резко вновь стал цветным, а затем сжался пружиной, притаскивая Диппера к его телу. Билл проснулся.

***

— Вилли? — сонно поинтересовался Билл. — Что ты здесь делаешь? — Я… ты кричал во сне, и я решил тебя разбудить, прости, — бледное лицо Вилли казалось в темноте причудливой маской вины с темными провалами на месте глаз. — Не стоило мне так врываться, ты и так редко спишь… — Нет, все в порядке. Ты молодец, эти кошмары совсем меня одолели, — ободряюще улыбнулся Билл, садясь в кровати и потирая глаза.       Вилли робко улыбнулся в ответ. Диппер с досадой стукнул кулаком стену (кулак ожидаемо пролетел насквозь). Вот что ему стоило подойти на полчаса позже (а лучше вообще утром)? И что должно было присниться демону снов, чтобы заставить его кричать? — Я, наверно, тебя разбудил? — дружелюбно спросил Билл. — Тысяча извинений. — Нет, что ты, — Вилли присел на краешек кровати. — Мне тоже приснился кошмар. Вроде, я пришел домой пораньше в тот день, когда Аманда умерла, и встретил тебя. Ты был весь в крови, безумно хохотал, а когда я спросил, где моя мачеха, ты ответил, что убил ее и сожрал ее глаза. А потом наставил на меня эту штуку, похожую на игрушечный пистолет, и я решил, что ты убьешь меня из нее и проснулся. Глупый сон, правда? — Вилли немного нервно хихикнул. — Но такой подробный, почти как настоящее воспоминание…       Значит, парень вспомнил подробности своей первой встречи с Биллом, и принял их за кошмар. Видимо, та виденная им тварь расстаралась, решил Диппер. Стоило попытаться ее согнать. — Это был просто сон. Не стоит придавать ему слишком большое значение. Все в порядке, Вилли. Можешь идти спать дальше, — улыбнулся Билл встревожено уставившемуся на него парню. — Спасибо, что разбудил. — Не за что. Я, пожалуй, действительно пойду. Может тебе удастся заснуть еще раз? — произнес Вилли и неспешно вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. — Люблю этого парня, — проводил его взглядом демон. — В отличие от тебя, Сосна, он никогда меня не разочаровывает. Как там поживает Падающая Звездочка? Готовится к нашей следующей встрече, небось? — Она еще не спала, когда ты проснулся, — мрачно ответил Диппер. — я не успел с ней поговорить. — Какое разочарование, — чего-чего, а вот разочарования в его голосе не слышалось абсолютно. — Ничего, у тебя будет полно времени поговорить с ней завтра. Неожиданная встреча после долгих лет разлуки, у вас наверняка накопилась куча вопросов друг к другу! Правда, тебя она все равно услышать не сможет, так что отвечать буду я. И в твоих интересах все должно пройти гладко. Мало ли какие опасности могут поджидать молодую девушку в этом суровом мире? — демон зловеще прищурился. — Мы договорились? — Договорились, — обреченно выдохнул Диппер. — И никаких больше фокусов со снотворным. — Ладно, — тихо буркнул призрак, отлетая к дальней стене. — Что собираешься делать остаток ночи?       Билл задумчиво взглянул на потолок, перевел взгляд на окно, за которым виднелся кусочек полной луны, чей свет превращал стоявшее под окном дерево в фантастического монстра, посмотрел куда-то сквозь Диппера и, наконец, остановил взор на своих ногтях. Вид у него в этот момент был столь глубокомысленный, словно он только что нашел решение величайшей проблемы вселенной. — Спать, — ответил Билл, когда Диппер уже потерял всякую надежду на ответ. — Завтра важный день, так люди говорят? Я должен выглядеть нормально. Даже не думай куда-нибудь свалить.       Дипперу оставалось только недоуменно покачать головой. Он все равно ушел, где-то часа через полтора, когда Билл все же заснул. Сначала заглянул в дом, где проводился спиритический сеанс, но люди уже разошлись. Затем он вернулся в мотель к Мэйбл. Ему повезло — она решила все же не засиживаться до утра и лечь спать. И не повезло — Билл оказался прав, и он не смог пробиться к спящему сознанию сестры, но вдоволь побродил по ее снам, представлявшим собой одну из вариаций приснопамятного Мэйблэнда.       Ничего не добившись, под утро Диппер вынужден был уйти.