О чем молчат сосны

      Утренний воздух был как никогда прозрачен и свеж. Солнце только-только показало краешек из-за линии горизонта. Где-то в отдалении раздавались веселое чириканье птиц.       Боба Фентона больше интересовало содержимое мусорного бачка, чем красоты местной природы. Он этих красот за свою жизнь повидал… Чтоб им гореть синим пламенем, лучше б он нормальную работу нашел, авось, не пришлось бы сейчас копаться в мусоре. Но нет, романтика путешествий, зов ветра дальних странствий… за последние пару лет Боб объездил всю Америку и близлежащие страны, получил кучу впечатлений, как положительных, так и не очень, и готов был с чистым сердцем и почти пустыми карманами отправляться в родные пенаты. Но, вот незадача — деньги окончательно закончились раньше, чем он того ожидал. Сейчас ему даже билет на автобус купить было не на что. Кое-как, автостопом, ему удалось добраться до Френдсвилля, но, увы, дальше удача окончательно ему отказала.       Желудок мучительно сводило от голода. Боб один за другим разворачивал мусорные пакеты, надеясь не то и впрямь найти что-то съестное, не то наткнуться на что-нибудь столь отвратительное, что на долгое время отбило бы ему аппетит. Зная свою удачу, Боб предполагал, что второе случится раньше первого. Он не ошибся: содержимое очередного пакета не только отбило вкус к еде, но и заставило и без того пустой желудок вывернуться на изнанку.       Пакет выпал из ослабших рук. Отрубленная голова вальяжно прокатилась по асфальту, и, сделав несколько оборотов, остановилась, подставляя помутневшие глаза первым солнечным лучам.

***

      Вилли вернулся еще затемно. Его это удивило: по его ощущениям с момента захода солнца прошло как минимум пара вечностей. По мнению настенных часов ночь только-только сменилась утром.       Диппер встретил его кружкой успокаивающего горячего чая. Вилли не разбирался в сортах, но вкус показался ему очень приятным. — Ритуал придется провести сейчас, — заметил Диппер, наблюдая, как крутится возле светильника случайно залетевший в дом мотылек. — Я хотел дождаться более благоприятных условий, но нашего друга будут искать, что привлечет к нам ненужное внимание. — Прости, — понуро ответил Вилли, не сводя взгляда со своей чашки, — я все испортил. — Люди постоянно ошибаются, я уже привык, — закатил глаза к потолку Диппер. — Видел бы того парня, с которым я работал в последний раз! Я всего-то хотел познакомить его кое с кем из моих друзей, а он закатил истерику… впрочем, не важно. Мне понадобится твоя помощь, — Диппер придвинулся ближе, обхватив руки Вилли своими и мягко улыбнувшись. — Ты же не будешь так реагировать? — Нет, конечно же нет! — вскинулся Вилли, сглатывая застрявший в горле комок. — Можешь на меня рассчитывать.       То, что свой ритуал (только первую его часть, вторая должна была проходить у Тихого озера) Диппер запланировал провести прямо в подвале их дома не показалось Вилли сколько-то странным. Где началось, там и должно закончиться. Была в этом некая правильность.       Куда труднее оказалось преодолеть собственную нерешительность. При одном взгляде на ведущие вниз ступени у Вилли комок подкатывал к горлу, а ноги становились ватными. Казалось, из темноты вот-вот выступит зарубленный агент, посмотрит остекленевшими глазами, хромая на обе ноги попытается добраться до Вилли, отомстить за свою смерть… — Не выдумывай, там никого нет, — ворчливо отозвался Диппер, проходя мимо, словно прочитав его мысли. — Спускайся уже.       Подвал освещался свечами. Пол был расчерчен странными символами. Вилли неуверенно застыл на пороге, не зная, что делать дальше. — Не волнуйся, — успокаивающе улыбнулся ему Диппер, — большую часть я сделаю сам. Тебе требуется только постоять в том круге и сказать «Да» когда я скомандую, договорились? Вилли кивнул. — Отлично! На вот, выпей, — протянул Диппер ему стакан с прозрачной жидкостью.       Вилли, зажмурившись, одним глотком опрокинул в себя содержимое стакана. Вопреки его ожиданиям, на вкус это оказалась обычная вода. Немного сбитый с толку и на все лады мысленно ругающий себя за глупость Вилли встал на указанное ему место.       Диппер начал нараспев произносить слова древнего заклинания.       Не того заклинания, несколькими мгновениями позже осознал оригинальный Диппер, до этого спокойно висевший в отдалении. — Стой! Что ты делаешь?! — с нотками паники в голосе попытался помешать демону он, но тот лишь шире улыбнулся. — Мы же договаривались! — Справедливости ради, ты первый нарушил сделку, — ответил Билл, когда последние слова заклинания отзвучали. В его глазах горел огонь торжества. — Это я не тебе, Вилли.       Невидимая сила сгустилась в комнате до такой степени, что ее можно было потрогать, тяжелым облаком нависая над присутствующими. Казалось, еще чуть-чуть и под ее весом порвется сама ткань реальности. — Знал ведь, что ты с самого начала что-то подобное планировал! — продолжал разоряться призрак, с ненавистью глядя на свое прошлое тело. — Но все равно на что-то надеялся. — Бла-бла-бла. Не докажешь! Давай, Вилли, — последний никак не отреагировал. — Вилли?       Парень с трудом стоял на ногах, его колотила крупная дрожь, кожа резко побледнела, будто кто-то высосал из нее все краски, а из приоткрытого рта спускалась тонкая ниточка слюны — Это, вообще, нормальная реакция? — недоуменно поинтересовался Билл. — Не думаю, — отозвался Диппер, не сводя взгляда с застывшего в странной позе Вилли. Дрожь переросла в полноценные судороги, парень начал задыхаться. — А вот такого быть точно не должно! Что ты там намудрил?       Все закончилось так же внезапно, как и началось. Вилли без сознания упал на пол. Невидимая сила рассеялась, будто ее и не было. — Нет-нет-нет! Как такое вообще возможно? Что пошло не так на это раз?! — Билл в ярости пнул ногой стенку, скривившись от боли. Диппер тем временем подлетел ближе к бессознательному Вилли. Во всяком случае, парень был жив. — У тебя когда-нибудь складывалось впечатление, что вселенная тебя ненавидит? — Чаще, чем мне хотелось бы. Но стоит признать, ты заслужил. — Этому должно быть рациональное объяснение, я не мог совершить ошибки, — глубоко вздохнул Билл, нервно меряя шагами комнату. — Ключ не он, — констатировал демон после продолжительного молчания, поворачиваясь. Он почти успокоился, только нервно поддергивался уголок глаза. — Есть идеи, кто это может быть? — Какой смысл мне помогать тебе теперь? — желчно ответил ему Диппер, взмывая под потолок. — Ты только что наглядно продемонстрировал как далеки наши цели друг от друга. Спасибо, прошлого Странногедона мне за глаза хватило. — Как будто раньше ты прям рвался помочь. Неужели смирился с тем, чтобы провести остаток вечности, скитаясь в лабиринтах разума, Сосна? — прищурил глаза Билл. — Как думаешь, Падающая Звездочка придерживается того же мнения? Я могу спросить лично у нее… — Не смей, — почти прошипел Диппер, нависая над ним. — Отчего нет? Терять мне нечего, а ее лицо, когда она узнает, что за всеми этими преступлениями все это время стоял ее дражайший братец, готов поспорить, будет бесценно! Особенно если это будет последним, что она узнает в этой жизни. Некоторое время между ними висело напряженное молчание. — Я не знаю, кто это может быть, — наконец прервал его хмурый Диппер, — до этого дар передавался исключительно по прямой линии, от родителя к ребенку. А Вилли единственный официальный ребенок Прайса. — Значит, он успел настрогать детишек на стороне. Радует хотя бы то, что уехать из Френдсвилля они не могли, врата держат крепко, — Билл вздохнул, задумчиво прижав руку к подбородку. — Здесь по крайней мере тысяча жителей, подходящих по возрасту. Это все равно, что гадание по кофейной гуще. — А это отличная идея, Сосна, — отозвался Билл. — И у меня на примете как раз есть одна гадалка…

***

      Утреннюю тишину разорвала веселая трель телефонного звонка. Мэйбл страдальчески застонала, выражая отношение к столь ранним пробуждениям, но все же вытащила руку из-под одеяла и поднесла смартфон к голове, отвечая на звонок.  — Мэйбл Пайнс слушает, — сонно пробормотала девушка, но уже на следующей фразе собеседника подскочила на кровати.       Через полчаса Мэйбл подъезжала к месту, где Боб Фентон так и не нашел ничего съестного, но обнаружил нечто крайне пугающее. Вокруг мусорных баков уже натянули желтую полицейскую ленту, ползал на карачках в пыли местный криминалист. Взбудоражившую всех находку уже успели упаковать в непрозрачный пластиковый контейнер. Мэйбл не спеша отщелкнула его крышку, уже зная, что увидит, но все еще надеясь в глубине души на лучшее. — Это Джонсон, — мрачно констатировала она через пару секунд, захлопывая крышку. В ее душе воцарилась леденящая пустота. — Тело еще не нашли? — Нет, мэм. На Дубровой улице обнаружили кисть руки, продолжаем прочесывать все городские свалки, — ответил ей шериф, прибывший на место раньше нее. — Дубровая улица? — нахмурилась Мэйбл, припоминая карту. — Это ведь на другом конце города, да? — Все верно, мэм. Похоже, тот, кто расчленил беднягу, постарался разбросать его останки на максимально большой территории. Поиски займут много времени. И, мэм, мне жаль вашего напарника, но не думаю, что нам удастся найти того, кто это сделал. — Пошлите больше людей на поиски, — решительно произнесла Мэйбл, мрачно взглянув на небо. Погода стремительно портилась. — Подключите все возможные ресурсы. Я сообщу в Бюро, они пришлют подкрепление. Это не должно остаться безнаказанным. — Да, мэм, — от одного взгляда ей в лицо было достаточно, чтобы все заготовленные шерифом возражения, если они и были, испарились.       За следующие шесть часов в различных районах были найдены: правая нога полностью и ступня левой ноги, правая рука до локтя и плечо в добавок к уже обнаруженной кисти левой руки, легкие с печенью и неровно разрубленная подвздошная кость. Все находки сразу же отправлялись на анализ, для подтверждения, что они раньше действительно принадлежали одному человеку.       Этого человека звали Люк Джонсон, и Мэйбл проработала с ним бок о бок почти год, но так и не узнала по-настоящему. Для нее он был вечно недовольным ею старшим товарищем, отвергающим все ее попытки сблизиться (а их было немало, Мэйбл умела быть упрямой). Он упорно старался выставить ее за рамки своей жизни, сводя общение исключительно к работе. Да и там старался отдалиться, то и дело отпуская на ее счет язвительные ремарки. Раньше Мэйбл такое поведение казалось старательно замаскированным хамством (и не только ей — в отделе у Джонсона была репутация язвительного зазнайки, хоть и неплохого агента), а теперь… Неужели он подозревал подобный исход? Или ожидал, что рано или поздно такая судьба настигнет Мэйбл?       Девушка с головой нырнула в работу, лишь бы не замечать сосущего чувства глубоко внутри, того, что оставил ей после себя Джонсон. Несказанные слова, незаданные вопросы, ошибки, которые уже не исправить. Если бы она только… к черту, это все пустые сожаления. Новый агент прибудет только послезавтра, а значит до этого момента со всем свалившимся на нее дерьмом Мэйбл должна разбираться самостоятельно. — Мисс Пайнс? — осторожно поинтересовался Купер, заглядывая в их… в ее кабинет. Теперь только ее. Отсутствие Джонсона внезапно остро прошлось по нервам. Он не успел оставить в этом рабочем закутке никаких личных вещей, но, казалось, за недолгое время работы все в этом помещении пропиталось его духом. — Да-да? — устало откликнулась Мэйбл. Сейчас, когда большая часть срочных дел была закончена, от эмоций стало некуда спрятаться. Хотелось расплакаться, но слезы почему-то не текли. — Я понимаю, что вам сейчас может быть не до этого, но у Муни есть новая информация, — Купер неуверенно мялся на пороге. — Муни? — недоуменно нахмурилась Мэйбл. — Несостоявшаяся жертва Треугольника, — терпеливо пояснил Купер, проходя, наконец, в кабинет. — Да, точно, — неловко улыбнулась девушка, откидывая волосы за плечи. За всей суматохой, вызванной смертью Джонсона, она совсем забыла об истинной цели их приезда. — Она звонила сегодня утром, просила встретиться с вами, — продолжил Купер. — Но с утра нам всем было слегка не до этого, так что я предложил перенести встречу на вторую половину дня. Что вы думаете? — Идем, — легко соскочила со стула девушка. — Раньше начнем, раньше закончим. Заодно отвлекусь.       Купер посторонился, выпуская Мэйбл из рабочей каморки, заваленной бумагами. У этой девушки должно быть железная воля, подумалось ему, не терять силы духа в такой момент… он покачал головой и устремился следом за ней.

***

      Неладное Мэйбл почувствовала уже на пороге дома свидетельницы, когда ни на стук, ни на звонок Купера никто не отозвался. Детектив на пробу подергал ручку двери и та легко поддалась, слегка приоткрывшись. Не заперто. Мэйбл и Купер встревожено переглянулись.       Мэйбл решительно распахнула дверь и переступила порог. Хрусть. Это просто разбитое стекло под ногами. Мелкие осколки белого фарфора, вероятно, раньше были напольной вазой. Мэйбл аккуратно переступила их, подозрительно оглядываясь и проходя глубже в дом. В нос тут же ударил сильный запах, заставивший девушку приглушенно чихнуть. К аромату благовоний примешивался еле заметный металлический оттенок. По дому разносилась мелодия, показавшаяся Мэйбл странно знакомой. Затем высокий женский голос начал выводить слова. Римейк старой детской колыбельной про мерцающую звезду. Довольно пугающий римейк, использовавшийся, кажется, в одной компьютерной игре про зомби и космос. — Муни, ты дома? — громко позвал вошедший вслед за Мэйбл детектив.        Никто не отозвался. Девушка плавным движением вытянула из кобуры пистолет. Сердце отбивало ускоренный ритм, ладони вспотели. Мэйбл жестом попросила Купера проверить второй этаж. Детектив согласно кивнул и начал осторожно подниматься по лестнице, также держа пистолет наготове. Добравшись до верха, он еще раз позвал хозяйку дома. Ответом ему была лишь вновь заигравшая после небольшой паузы колыбельная, видимо зацикленная. Тем временем, Мэйбл одну за одной осматривала комнаты внизу. — Мисс Муни? — позвала девушка, открывая первую дверь. Пусто. — Это Мэйбл Пайнс, Купер сказал, вы хотели со мной поговорить, — девушка пересекла небольшую уютную гостиную с желтыми стенами, проходя в следующую комнату, сразу за которой начинался небольшой т-образный коридор. — Мисс Муни? — повторила она, осторожно заглядывая за угол и осеклась. — О, Господи. Купер, она здесь!       Сразу за углом открывалась небольшая тупиковая комната, служившая Муни рабочим кабинетом. Стены были задрапированы темно-бордовой тканью, единственное окно задернуто плотными шторами. По середине стоял массивный круглый стол из темного дерева, окруженный разномастной мебелью: парой стульев с высокой спинкой, несколькими глубокими креслами… Муни сидела в одном из кресел, запрокинув голову так, что пустые глазницы уставились в потолок. Когда-то белое домашнее платье насквозь пропиталось кровью, приобретя ярко-алый окрас. Мэйбл поспешила проверить пульс, возможно, еще удастся что-нибудь сделать… нет. Девушка была уже пару часов как мертва.       Ворвавшийся в комнату Купер мгновенно оценил ситуацию и смачно выругался. — Давно? Может, успеем догнать? — Пару часов, как минимум, — мрачно ответила Мэйбл, убирая пистолет. — Кто бы это ни был, он давно ушел. Вызывай экспертов.       Пока Купер звонил в участок и объяснял ситуацию, Мэйбл подошла к стоявшему на столе ноутбуку и, стараясь не обращать внимания на алые капли на экране, выключила поднадоевшую песню. Тишина, опустившаяся на дом, показалась оглушительной. Мэйбл еще раз осмотрелась. У окна стоял оббитый такой же, как и на креслах, светло-коричневой тканью диванчик. Подушки от него валялись на полу. Рядом со входом на полу в беспорядке были разбросаны несколько книг — видимо, жертва метнула их в преступника, надеясь задержать его. На полках, книжном шкафу, столе и по углам комнаты стояли свечи и виднелись следы застывшего воска. В дальнем углу покоилась треснутая массивная доска Уиджи.       Мэйбл переключила внимание на труп хозяйки дома. Ее запястья были привязаны тонкой бельевой веревкой к подлокотникам, а босые ноги к ножкам кресла. На ладонях красовались уже знакомые Мэйбл кровавые треугольники — новые порезы легли поверх старых, уже успевших подзажить. Еще один треугольник красовался на лбу, равнодушно смотря в потолок вырезанным глазом. — Будут через десять минут, — доложил Купер, убирая телефон в карман и присоединяясь к Мэйбл.

***

 — Ее ведь должны были охранять. Ее охраняли, — отстранено заметила Мэйбл, наблюдая за работой криминалиста. — Да, но сегодня охрану сняли, — заметил ближайший к ней коп, затягиваясь сигаретой. — Сначала люди понадобились на то дело с наркотой (Мэллоу наконец-то получил возможность накрыть верхушку сети; мы за чертовыми торговцами уже почти год следили, а сделать ничего не могли, а тут такой шанс, нельзя упускать), затем нашли тело агента Джонсона — опять нужны люди, а сотрудников у нас немного, сами видите, вот и вызвали всех кого могли… Ей предложили остаться в участке на пару часов, но она отказалась. Сказала, что добрые духи присмотрят за ней. Видать, недосмотрели добрые духи, — он выругался в завершении фразы, кротко извинился и продолжил работу.       Мэйбл напряженно размышляла, отбивая носком туфли по полу быстрый ритм. Второе убийство за сутки. Сначала — агент ФБР, теперь — единственный свидетель, выжившая после первого нападения жертва. Треклятый мистер Треугольник все еще был на шаг впереди, но уже начал совершать ошибки. Вероятно, он понял, что убийство федерала ему не простят (если Джонсона действительно убил он), и решил навсегда избавиться от человека, способного его опознать.        Он пришел к девушке под видом очередного клиента и, скорее всего, был ей знаком (что не удивительно в таком маленьком городке) — она сама впустила его в дом. Затем они прошли в кабинет Муни, и там он напал на нее. Девушка пыталась сопротивляться, но тщетно. Ее вырубили ударом тяжелого тупого предмета по затылку — доской Уиджи, которая от удара треснула. Бессознательную девушку усадили в кресло, привязав к нему бельевой веревкой. Дальнейший ход событий восстановить было трудней. На теле девушки были обнаружены явные следы пыток: порезы, сломанные пальцы, ожоги, отсутствующий язык. Чего он хотел этим добиться? Раньше он до подобных пыток не опускался.       Убил Треугольник привычным для себя способом — множественными ударами ножа в область груди и живота. После он вымыл руки и спокойно удалился в неизвестном направлении. Все действо заняло у него не более двух часов. Еще три часа спустя в дом пришли они с Купером.       Ей стоило бы проконтролировать допросы возможных свидетелей. Но Мэйбл продолжала стоять на месте, все глубже погружаясь в свои мысли.       Слишком много всего навалилось за последние дни. Преследование Треугольника, встреча с Диппером и его арест, ее несостоявшееся отстранение от дела, смерть Джонсона, а теперь еще и единственной свидетельницы… Плюсом шли эти странные сны о прошлом-которого-не-было, лете в Гравити Фоллз, и все крепнущей уверенностью, что это как-то связано с расследованием. Все дело в треугольниках, верная мысль вертелась где-то рядом, но не давалась в руки. Мэйбл с силой зажмурилась и резко распахнула глаза, пытаясь прогнать головную боль. К ней подошел хмурый Купер. — Надо поговорить. Выйдем?       Мэйбл согласно кивнула, направляясь к выходу из дома. Они остановились на крыльце, переступив через ограждающую желтую ленту. Холодный северный ветер гнал по небу темные изголубо-серые свинцовые тучи. Мир будто выцвел, потускнел, как старая фотография. Где-то далеко бухнул приглушенный гром. — Выяснили что-нибудь? — поинтересовалась девушка, провожая взглядом пронесшийся по дороге пустой пакет. — Миссис Стивенсон из дома напротив видела высоко белого человека с каштановыми волосами, зашедшего к Муни около полудня. Приняла его за одного из наших ребят — она подслеповата, а очки не носит из принципа. Так что описание дать не сможет. В остальном пока пусто, но мы продолжаем проверять. Но я хотел поговорить не об этом, — Купер глубоко вздохнул, перекатился с пятки на носок, собираясь с мыслями. Мэйбл бросила на него вопросительный взгляд. — Когда она мне позвонила сегодня утром и назначила встречу, она просила привести тебя, потому что кое-что выяснила. Дело в том… — Купер еще раз глубоко вздохнул. — Знаю, это прозвучит безумно, я и сам бы не поверил, но… Ладно, лучше начну сначала. Незадолго до вашего приезда, когда расследование зашло в тупик, мне стало сниться, что я нашел убийцу. Я не придал этому значения, мало ли, переработал. Но потом этот человек из сна стал давать мне советы. Я последовал одному из них и спас Муни. Я знаю, это похоже на совпадение, но этот человек из сна выглядел как Диппер Пайнс, и там, во сне, он признался в убийстве, — Мэйбл скептично нахмурилась, и детектив поспешил продолжить. — Ты не веришь, что твой брат — убийца, но богом клянусь, он самый перспективный подозреваемый из всех, что проходили по этому делу. Больше он не являлся. Когда Муни узнала об этом человеке из сна, она предположила, что мне помогает какой-то призрак, и предложила провести спиритический сеанс. Я согласился. И, черт побери, это сработало! Призрак явился, мы общались с помощью доски Уиджи, и я спросил, кто такой Треугольник. — И что ответило приведение? — недоверчиво спросила девушка. — Что он не может ответить, потому что тогда Треугольник убьет близкого ему человека, — Купер еще раз вздохнул. — Этот человек — ты. — Что? — вся поза Мэйбл выражала недоверие. — Жаль тебя расстраивать, Купер, но тебя надули. Фокусы с доской Уиджи — просто мошенничество. Я знаю, мой дядя как-то показывал, как это работает, даже научил парочке трюков. Большинство из них основано на подсознательных реакциях, так что ты сам мог не заметить, когда начал подстраивать ответы под себя. — Зачем Муни меня обманывать? — задал вопрос Купер. Мэйбл пожала плечами и уже собиралась что-то сказать, но он продолжил. — Пожалуйста, дайте мне закончить, мисс Пайнс. Когда мы тогда расстались, она обещала провести еще несколько спиритических сеансов и позвонить, если что-нибудь выяснит. Сегодня утром Моника сказала, что поняла, как вы связаны с Треугольником. «Все дело в Гравити Фоллз», — сказала она, пообещав выдать подробности при встрече, если я приведу на нее и вас. Так что за Гравити Фоллз?       Над людьми повисла тишина. Мэйбл, нахмурившись, задумчиво смотрела вдаль, не спеша отвечать. — Это городок в штате Орегон. Мы с братом бывали там на летних каникулах, гостили у двоюродных дедушек, — Мэйбл закусила губу, напрягая память. Упоминание Гравити Фоллз опять всколыхнуло гудящие на краю сознания мысли. — Наш двоюродный дедушка Форд был помешан на треугольниках, — неуверенно продолжила она, с трудом вытаскивая крупицы информации из глубин памяти. — Считал, что через них за ним следят демоны, иногда разговаривал с ними, когда думал, что его никто не видит… у него некоторое время даже была тайная комната в подвале, вся в треугольниках: статуэтки, рисунки, гобелены, хрустальные пирамидки, исследования о символьном значении треугольников в истории… потом мы с Диппером наткнулись на нее и заставили все выбросить. Не смотря на это, Форд был блестящим ученым, изучал многие направления науки, имел около десятка патентов. И такое странное хобби, — девушка невесело улыбнулась. — И что с ним теперь? — Он умер прошлой осенью. Сердечный приступ во сне, — девушка вздохнула, выныривая из воспоминаний. — Ты же не думаешь, что тебе являлся мой дедушка Стэнфорд, да? Купер сконфузился. — Но ведь сходится! Треугольники, смерть, близкий тебе человек… — Если бы это был Стэнфорд Пайнс, то первым человеком на спасение был бы мой брат. Они много проводили времени вместе, были на «одной волне», — на последней фразе девушка показала воздушные кавычки в воздухе. — Он завещал большую часть своего имущества Дипперу. Меня он, конечно, тоже любил, давал пострелять из пистолета, брал с собой в походы… — Если только убийца не сам Диппер, — перебил ее Купер.       Пару секунд они упрямо смотрели друг другу в глаза. Ветер трепал волосы Мэйбл, и она то и дело мотала головой, откидывая их назад. — У нас нет доказательств. Ни подтверждающих, ни опровергающих это, — произнесла она и медленно провела ладонью по лицу. — Знаете, разумом, как агент ФБР, я понимаю, что Диппер может быть способен на такое, но потом мое сердце такое: «Хей! Да ты с этим парнем двенадцать лет в одной комнате жила. Он не может быть серийным убийцей!», и я верю ему, а не доводам рассудка, — от избытка эмоций девушка начала активно размахивать руками, подкрепляя свои слова жестами. — Я не справляюсь со всем этим дерьмом, — тяжело вздохнула она. — Новый агент приедет послезавтра. Думаю, лучше будет оставить это дело ему. На какое-то время над ними повисла тишина. — Я могу вас понять. Труднее всего поверить, что близкий тебе человек может оказаться чудовищем. — И я не верю. Диппер, которого я знала, не стал бы убийцей, — девушка помассировала свои виски кончиками пальцев и продолжила. — Думаю, стоит посмотреть старые исследования дяди Форда. Возможно, у него удастся найти что-то похожее. Диппер перетащил их в родительский дом, в Пьедмонте, это около трех часов пути отсюда. Я съезжу за ними и вернусь. Если найдете что-нибудь по Джонсону или Муни, позвоните мне. Удачи, детектив Купер. — Удачи, агент Пайнс, — ответил он, глядя вслед уходящей девушке. На фоне грозящего разразиться ненастья ее фигурка в строгом костюме казалась особенно хрупкой. Снова пророкотал гром, уже куда ближе. Когда Мэйбл Пайнс нажала на педаль газа в своей машине, на землю обрушились первые капли дождя.