Адамантовая Цитадель

Металлический запах, который, кажется, больше не выветрится никогда. Кровь на руках, которую не отмыть. Магнус всегда будет помнить свои окровавленные руки над, насквозь мокрой, черной рубашкой. Как неприятно липнет между пальцами, как новые потоки алой жидкости выливаются из бледного тела, когда Иззи в очередной раз нажимает на его грудь. Тщетно. Магнус всегда будет помнить свою боль. Этот разъедающий страх за чужую жизнь. Страх за то, что он ее потерял. Единственно важную жизнь, которую он хотел охранять до последнего вздоха. Он падает на бездыханное тело Александра, сил держать себя больше нет. Подводка разъедает глаза, а желание провалиться в спасительную тьму растет с каждой секундой. Но он просто не может. Не может бросить Алека прямо сейчас, когда есть еще крохотный шанс, что тот выживет. С его пальцев все еще струится голубой поток магии, совсем слабый и незаметный. Если бы только Бейн мог обменять жизнь Александра на свою. Он бы отдал все за неё: свое бессмертие, магию, всю свою жизнь до последней капли. Он бы сделал все что угодно, чтобы охотник хотя бы вдохнул, чтобы его сердце вновь забилось. Клэри приподняла мага, сжимая его за предплечья. Клэри Фрэй, чья дополнительная ангельская кровь придает ей силу создавать новые руны, которая так же может наносить Метки на себя и других. Они обычно более могущественны чем те, которые наносят обычные Сумеречные Охотники. Об этом знали все, но никогда не просили ее использовать свой дар, так как способность питалась ее собственной жизненной энергией. Рыжая охотница облокотила мага на свои ноги, попутно нанося на ладонь новую метку, которая ярким образом пришла ей в голову полминуты назад. Ей казалось, что эта метка способна им помочь. Поддаваясь внутреннему позыву, она приложила горящую руну к окровавленной щеке мага. — Клэри, что ты делаешь? — Иззи непонимающе смотрела на происходящее, на миг переставая сдавливать грудь Алека. — Клэри! Девушка упала на колени, стараясь при этом удержать в равновесии и Магнуса. Маг прерывисто дышал, ощущая, как по телу растекается чужая энергия, наполняя его магией. Фрэй отдавала ему свою энергию, он сразу понял это. И охотно, хоть это и было эгоистичным поступком, воспользовался открытым жизненным каналом. — Александр, — одной рукой Магнус сжал ладонь парня, а другую положил на рану, — Ты не имеешь права бросать меня, слышишь? — он склонился над охотником, прижимая свои губы к холодному лбу, — Ты же стольким пожертвовал ради меня. Ради нас. Ты обещал быть со мной, Александр. Выпрямившись, он жестом приказал Иззи отойти, подхватив с собой обмякшую от потери энергии Фрэй. Магией он нарисовал вокруг себя и Александра золотистый круг с пентаграммами. За пределами круга появились, словно плавающие в невесомости, все созданные когда-либо руны. Одним движением Магнус вспорол себе запястье, прикладывая руку ко рту нефилима. Ангельская кровь смешалась с демонической. — Что происходит? — Саймон появляется позади девушек. — Пришлось бежать в старый дом Клэри, чтобы найти еще один тайник с зельем. Нам повезло, что Джослин оставила несколько тайников на каждом этаже. Ох, что с Клэри? — Он поспешно садится рядом, перехватывая девушку у Изабель и сжимая ее в руках. — Все хорошо, она отдала часть своей энергии Магнусу, — слабым голосом ответила Лайтвуд, не сводя глаз с происходящего. Она не понимала, в чем смысл обряда. Хотя, сейчас она не хотела понимать ровным счетом ничего. Лишь бы ее брат оказался жив. Она молилась, чтобы любви Магнуса хватило для спасения ее любимого брата. Да, именно любви. Магнус Бейн никогда не делал того, что собирался сделать сейчас. Это было опасно и совершенно непредсказуемо, и Верховный маг никогда бы не пошел на это, даже под всеми пытками мира. Но сейчас был совершенно другой случай, и Магнус не собирался отступать. Не сейчас, когда наконец-то появился крохотный шанс на спасение. Слова лились сами собой. Маг будто читал молитву, двигаясь из стороны в сторону и моментами закатывая глаза. Энергия Фрэй стремительно исчезала из его тела, но он был готов взять еще. Невидимая связь все еще соединяла его с руной. Это истощит охотницу на недели вперед, но на данный момент он не мог позволить себе переживать о ком-то еще, кроме Александра. Силы были почти на исходе. Колдун одолжил еще энергии, надеясь, что призыв сработает. Он не может не сработать. Только не сегодня. Прошло три минуты, а ничего так и не происходило. Верховный маг Бруклина терял всякую надежду. Все кончено. Его сил не хватит даже на исцеление мелкой царапины. Господи, он не смог. Александр мертв. Круг почти растворился в воздухе, когда в центре появился сгусток темной материи. Сначала это походило на черную тучу внутри призывного кольца. Постепенно темнота начала принимать очертания, а затем и вовсе превратилась во что-то человекоподобное. Это что-то смотрело на Магнуса, хотя у этого существа не было глаз. Бейн просто чувствовал, что существо смотрит, что оно ждет. — Кто посмел вызвать Принца Ада Асмодеуса? — существо начало принимать человеческий облик. Маг выдыхает, рассматривая «человека» перед ним. Асмодеус проявляется как высокий мужчина с человеческим лицом, бледной кожей заметно растянутой и натянутой на кости, и похожей на венок колючих проволок головой. У него острые, заостренные зубы и золото-зеленые глаза с кошачьими зрачками, прямо как у Магнуса. Он был формально одет в чисто белый смокинг с серебряными запонками и пуговицами высеченными в форме мух. — Отец, — это слово было чуждо магу, но все же он нашел смелость его произнести, — Как поживаешь? — Идеально, Магнус. Почему бы не начать светский диалог с демоном, который тебя породил? Бросил и даже не вспоминал. Хорош отец, жаль медали «отец года» с собой не прихватил. Маг цокнул своим мыслям, сосредотачиваясь на «человеке» напротив. Метка мага горела на его теле, будто подтверждая, чувствуя родство с вызванным существом. — Не часто меня вызывают мои дети, — голос демона клокочет, он не человеческий, чуждый слуху. Принц передвигается по кольцу, рассматривает свое творение. Наконец, он замечает у своих ног тело, от которого за милю разит ангельской кровью. Принц Ада морщится от брезгливости. Как смог этот нефилим попасть в истинный адов круг. — В нем моя кровь, — вновь клокочет демон обходя вокруг ангельского выродка. Он бы прикончил его, если бы нефилим уже не был мертв. — Говори, что хотел, Магнус Бейн. Мое время ценно. Демон возвращает взгляд на мага, продолжая нетерпеливо передвигаться. Он замечает руны Разиэля вокруг адового кольца. Это неслыханная наглость по отношению к нему. Щелчок и руны сгорают в воздухе. — Я прошу у тебя сил, Асмодеус, — маг почтительно опускает голову, — Проси, что хочешь за возможность воскрешать. Я сделаю все, что пожелаешь. Принц Ада рассмеялся. Этот звук напоминал Магнусу скрежет. Громкий и невыносимо противный. — Ты посмел вызвать меня, Магнус Бейн, не принося мне жертв. Ты смеешь просить мою силу, когда в призывном кольце находится ангельская грязь, — он пинает ногой бездыханное тело, удовлетворяясь реакцией мага на это действие. Ему нравилась чужая злость. — Я предлагаю тебе все взамен на жизнь этого нефилима, — Магнус поднял взгляд на существо, вставая с колен на ноги, — Я могу освободить тебя, Асмодеус. Демон вновь рассмеялся. — Даже асмодеи не столь наглы, как ты, маг. Хотя ты не простой маг. Верховный маг Бруклина, — демон усмехнулся, появляясь прямо перед лицом отпрыска, — Что же ты можешь мне предложить, дорогой мой? — Все. Мою магию, мое бессмертие, мою жизнь. — Магнус встречается с тяжелым взглядом отца без страха, без сомнений. Он действительно готов отдать все это за жизнь Александра. Он готов отдать за него абсолютно все. Да пусть весь мир горит адовым пламенем, плевать. Лишь бы спасти жизнь Алека, его милого Александра. Его истинной любви. — Что ж-ж-ж, я помогу тебе, — Асмодеус склоняется над телом нефилима, с присущей демону брезгливостью, опуская на него бледную ладонь, — Я — Принц Ада Асмодеус, генерал армии Ада, гордый сын Люцифера и воитель Лилит, приказываю тебе вернуться. В общем-то, слова для воскрешения были не нужны. Асмодеус мог и молча воскресить жалкого выродка, но он не мог жить без чужого восхищения. Его сын должен знать, что его отец не простой вшивый демон, а большая шишка в Эдоме. Пусть гордится своей кровью. И не тратит его бесценную кровь на ангельскую грязь. Никакой ангел не достоин благородной крови Асмодеуса. Да, вероятно природная скромность досталась магу о отца. Сумеречный охотник резко дернулся, а затем распахнул глаза, жадно хватая ртом воздух. Он так же резко сел, невидящим взглядом осматривая все вокруг себя. Александр не понимал, что происходит. Его душила невыносимая боль, перед глазами все плыло. А еще он чувствовал просто вселенскую усталость. Еще мгновение и он вновь провалился в спасительную тьму. Там нет всех этих ощущений. Там темнота. — Александр! — маг склонился над ним, рыдая и смеясь одновременно. Он был счастлив, просто бескрайне счастлив. Его Александр был жив. Его любимый дышал, его сердце билось почти так же часто, как и сердце самого Магнуса. — Александр, — более нежно произнес Магнус, вкладывая в это всю ту любовь и радость, что ощущал сейчас. Одной рукой Бейн пытался затянуть все еще открытую рану магией, оставляя по лицу Алека невесомые поцелуи. Сейчас ему было плевать, кто на него смотрит. Да хоть сам Люцифер. Он не отлипнет от тела Лайтвуда еще как минимум неделю. Или месяц. Или всю свою жизнь. — Я выполнил твою просьбу, Магнус Бейн, — Магнус насторожился, готовясь к любому исходу, — И я возьму свою плату. — И что же ты желаешь, демон? Асмодеус растянул бледные губы в широкой улыбке. Он предвкушал этот момент. Он жаждал этого момента. — Я заберу у тебя…