Маска, Лента, кентавр и рыжик

- О чем ты задумался? – Мелис проводит ладонью по обнаженной спине возлюбленного, не уставая восторгаться ощущением теплого шелка, эта безукоризненно прямая спина так и манит прикоснуться губами, прижаться щекой, обхватив эльфа за пояс. - О будущем… - Иль, как всегда, немногословен. Раньше от сухого прохладного голоса рыжий бы вздрогнул, забился в угол кровати и замолк. Сейчас – улыбается, чувствуя, как ладони эльфа ложатся поверх рук Мелиса, чуть поглаживают. - И что там, в будущем? - Пока что не знаю… - Иль все же мягко размыкает объятия Мелиса, поднимается, идет к высокому окну. Прозрачные длинные занавеси взвиваются, окутывая его фигуру, словно тени, словно крылья, на которых он вот-вот взлетит вверх, к луне, на которую так внимательно смотрит. Мелис внезапно срывается с места, испугавшись чего-то. - Что с тобой? Занавеси отлетают в сторону, рыжий с размаха прижимается к эльфу. Тот изумленно смотрит, затем, промедлив мгновение, обнимает, поднимает на руки, уносит к постели. - Да что с тобой сегодня такое? - Я так боюсь потерять тебя. Иль, - шепчет Мелис. – Я так боюсь, что однажды проснусь, а тебя нет рядом, ты ушел. - Можешь привязывать меня на ночь к кровати, если тебе так будет спокойнее, - позволяет эльф. - Я всего лишь человек. Иль. Я простой мальчишка из трущоб, разве я пара эльфийскому владыке? - Вся моя казна – десять серебряных монет, вся моя оружейная – два клинка, все мои подданные – два паука под потолком, все мои владения – комната в трактире, вся моя сокровищница – ты. Нечего сказать, хорош владыка, куда уж царственнее? Да и ты хорош – нашел себе пару, нищего князя, безродного принца, лорда из мусорной ямы. Мелис успокоено улыбается от этого ровного, чуть насмешливого тона. - А тебе шло прошлое имя, Ильверан. - Мне и косы в пол шли, Мелис. И корона к лицу была. Только вот горд был не в меру, за что и расплачиваюсь. - У тебя волосы не растут, - шепчет Мелис, проводя рукой по неровно обрезанным прядям. – За два года так ничуть длиннее и не стали. - Они и не станут, - Иль опирается на локоть, смотрит в стену. – Длинные волосы у эльфов носят аристократы, короткие – слуги и безродные наемники. Мелис вздыхает, проводит пальцем по долгим шрамам на боку и груди любимого – дотянулся кто-то. И страшно из-за этого, а вдруг в следующий раз снова чужой клинок долетит, ударит, уже смертельно. И зачем тогда жить, без любимого? - Я хорошо сражаюсь, - роняет Иль, угадывая мысли рыжего. – Отец всегда повторял, что надеяться на телохранителей не стоит. И я учился владеть оружием. И учил тому же Шанти. - Шанти? - Шантара. Сына. Мелис торопится поцеловать Иля, почти физически чувствуя, как тому больно говорить об умершем сыне, обнимает, безмолвно предлагая себя, как средство забыться. - Ночь холодна, ты весь дрожишь. - Ну так согрей меня, - Мелис раскидывается на постели. Он даже не пытается принять позу соблазнительнее, сознавая, что его телу все равно никогда не стать настолько привлекательным, как ему бы хотелось, он рыжий, он весь в веснушках, он так легко обгорает на солнце, некрасивый, неправильный – он просто ложится, все еще стесняясь при виде внимательного взгляда Иля, скользящего по коже. - Ты так прекрасен, – шепчет эльф. – Мое солнце. И Мелис все же смущается до слез. - Ты опять? – Иль вздыхает, спрыгивает с постели, протягивает руку. – Идем. И ведет Мелиса к зеркалу, встает рядом с любимым, смотрит на их отражения. - Что ты видишь? Мелис до боли в глазах всматривается. Рыжий нескладный мальчишка рядом с красавцем-эльфом, что тут еще можно увидеть? - Посмотри на себя, Мелис. Взгляни на себя моими глазами, - Иль проводит по стеклу ладонью. Наверное, это чары, думает Мелис. Ноги подгибаются, он повисает без сил в руках Иля, не отрывая взгляда от двух незнакомцев в зеркале, не узнавая ни одного. Кто этот эльф с застывшим взглядом, с искаженным лицом, уродливым и прекрасным одновременно? Кто этот солнечно-рыжий красавец за стеклом, при одном взгляде на которого понятно – любим и любит? - Это… Это мы, да? Иль кивает, проводит ладонью обратно, возвращая прежнее отражение. - Почему ты видишь себя таким? Ты же совсем другой. Ты чистый, светлый, ты защищаешь слабых и помогаешь тем, кто нуждается в помощи… - Мелис с отчаянием смотрит на эльфа. – Почему ты не видишь себя моими глазами, Иль? - Так ведь и ты не слишком-то торопишься мне поверить, - парирует Иль. - Я тебе верю, - Мелис снова поворачивает голову к зеркалу. Может быть, он не так красив, как мог бы, может быть, он действительно сплошные веснушки, локти и колени. Наплевать, ведь для любимого он все равно – прекраснее всех. Мелис улыбается. И отражение Иля вздрагивает, меняясь на прежнего красавца-князя, только отчего-то с обрезанной гривой.