Фиолетовый закат над головой

Дон и Робеспьер старались держаться поближе друг к другу. Стемнело довольно быстро, и им теперь приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не сорваться – ведь слева был отвесный склон, а справа к обрыву теснили кусты и деревья. Максимилиан шел впереди, показывая дорогу. Камера в его руках была выключена. Он легко ступал по тропинке, поросшей травой и присыпанной песком, и вся его тонкая фигура выглядела необычайно хрупкой, но при этом ему было не занимать уверенности. Дон внимательно смотрел по сторонам. Он не увидел в окне той фигуры, что так напугала Робеспьера, но тревога зеркальщика вдруг охватила и его. Искатель чувствовал здесь чье-то присутствие, и хотя ему трудно было понять, так ли это, или же ему это кажется, что-то подсказывало, что на этот раз подозрения Дона вполне оправданы. Максимилиан остановился, как будто уловив ход мысли зеркальщика. Дон вопросительно уставился на него: – Ты что-то видишь? – Нет, – коротко мотнул головой Максимилиан. – Мы подошли к ферме. Нам нужно быть осторожнее... – он поднял камеру и нажал на кнопку. Слабо засветился экран, и Робеспьер, дождавшись, пока появится изображение, поднял камеру. В лесу, по правую сторону, что-то зашуршало, и Максимилиан резко повернулся туда. Камера в его руке едва заметно подрагивала, вполне возможно, что и от собственного веса. Ферма была перед ребятами как на ладони. Еще не совсем село солнце, и она казалась освещенной каким-то необычным светом рыжевато-красного заката. Оставалось только спуститься вниз, вот только Робеспьера вдруг охватила странная по природе своей слабость. Движения на короткий промежуток времени стали раскоординированными, и быть может, Максимилиану это только показалось – но рядом, в лесу снова что-то зашуршало. – Роб... – Искателю тоже стало не по себе. А Робеспьер подумал, что было бы, окажись здесь Гюго. Наверно, он бы шагу ступить не дал... подхватил бы на руки, как тогда, на празднике, под хохот Гамлета, когда Роб споткнулся и довольно сильно ушиб ногу. Причем сам Максимилиан смешного ничего в этом не видел. Поддерживая друг друга за руки, зеркальщики спустились вниз по осыпающейся тропинке. – Даже не верится, что где-то там наши веселятся, – наверно, Дон хотел, чтобы это прозвучало ободряюще, но ситуация как-то не располагала. Впрочем, если Максимилиан и боялся, он ничем пока этого не выдал. – Мы скоро к ним вернемся, только осмотрим все здесь... там, впереди, должна быть река... ее отсюда должно быть слышно, – произнес Робеспьер. Карты местности у него не было, но он помнил, что рассказывал ему Вик. – Допустим, реку мы нашли... и у меня есть идея, как перебраться на тот берег! – Вплавь? – тихо улыбнулся Робеспьер. Зная Дона, он мог предположить и такое, но нет, Искатель указал на припрятанную в камышах лодку. – Интересно, кто ее здесь припрятал? – задумался Дон. Робеспьер помог ему столкнуть ее на воду, уложил камеру и запрыгнул внутрь. – Дон, скорее! Она уплывает! – Да-да... – Искатель в последний раз бросил взгляд на примятые камыши и тоже запрыгнул в лодку. Та покачнулась – и плавно заскользила вперед. Река была неширокая, но течением лодку все же развернуло и она, вместо того, чтобы причалить к берегу, понеслась вперед. – Да... об этом мы не подумали... – озадаченно произнес Дон. – Течение несильное... может, так догребем? – и Искатель, не дожидаясь ответа, перегнулся через борт, пытаясь движениями руки изменить направление движения. – Догребем, – согласился Робеспьер. – Только лодку не раскачивай, – и он бросил обеспокоенный взгляд на камеру. Как оказалось, не зря, потому что помимо камеры на дне обнаружилась пара весел. – Хоть и сломанные, а все равно грести проще, – рассудил Роб, вручая одно из них зеркальщику. Дон кивнул и с энтузиазмом принялся за работу, и вскоре уже инфантилы достигли другого берега. – Черт побери, можно было просто поискать мост! – запоздало осенило Искателя. – Ладно, с чего начинаем? – Поле... какие-то кусты... да нет, здесь гулять по темноте – так можно и заблудиться. Пойдем лучше во двор. – Интересное место, – хмыкнул Дон, глядя на дом впереди. – Каковы предположения, мистер Холмс? – легко улыбнулся Роб. Дон остановился прямо за калиткой. – Здесь определенно кто-то был недавно, мистер Ватсон, – произнес он наконец, тоже улыбаясь. – Взгляните, петли ржавые, но здесь ржавчина будто бы была счищена чем-то. Да и калитка открылась достаточно легко. – Мало ли кто здесь был... – пожал плечами Робеспьер. – Вот мы пришли. Нам бы выяснить, с какой целью... – И не один раз. Потому что так возиться с калиткой ради одного раза... похоже, что петли кто-то тщательно вычищал. Во всяком случае, пытался... а вот зачем, это мы сейчас и выясним, – Искатель прошел к крыльцу. Трава под ногами ровным счетом ни о чем не говорила – она не была примята, на ней не было ничего из того, что так или иначе указывало бы на то, что здесь кто-то был. С Шерлоком Холмсом Робеспьер попал в точку, Искатель, занявшийся наконец не собственными расчетами, фантастическими мыслями и изобретениями, а настоящей тайной, и впрямь стал похож на сыщика, Холмса. – Говорили, дом сгорел, – вспомнил Робеспьер. – Здесь был пожар. – Как-то не похоже, – засомневался Дон. – Может, это было давно? – В доме следы всяко должны сохраниться, – Робеспьер толкнул дверь. – Надо же, открыто! Но тут оказалось, что Максимилиан ошибся, и в доме следов огня тоже не обнаружилось. Только следы копоти на стенах и... Искатель пригляделся. В темноте видно не было, но тут Робеспьер как нельзя кстати включил свою камеру. – Где же следы пожара? А, ну правильно, в заметке сказали, что пожар уничтожил наиболее важные улики... никто же не говорил, что горел весь дом, огонь быстро потушили местные жители... – тихо произнес он. Дон меж тем подошел к столу, на котором лежала покрытая копотью, но вполне целая тетрадь. – Роб, смотри! Это похоже на книгу, если не ошибаюсь... смотри, она немного обгорела, но лежит на чистом столе... что бы это значило? Робеспьер подошел к столу и осмотрел тетрадь. – Рукописи не горят, – совсем по-кошачьи фыркнул он. Дон приобнял его, ласково проводя рукой по темным волосам. – Так что это значит? – Только то, что ее сюда принесли, Дон, – ответил Максимилиан, прижимаясь к нему. Он заметил на столе рядом с тетрадью еще что-то и взял в руку, но скрипнувшая дверь отвлекла Робеспьера и заставила обернуться. – Я так и думал! – Роб направил камеру на дверь. Та была распахнута, и в дверном проеме стоял... – Баль! – удивился Дон. – Ты-то здесь что делаешь? – Я слышал, что кто-то шел за нами... решил посмотреть, кто это, – пояснил Роб. – Не стал говорить тебе, потому что не был до конца уверен, что мне не показалось. – Я увидел, что вы куда-то направились, и решил посмотреть, куда, – пояснил Оноре. – Вы бы не взяли меня с собой, и я решил проследить за вами. Этот ответ звучал вполне здраво, и Дон более-менее успокоился, но Роб ослаблять бдительность не спешил. – Мало ли куда мы пошли... Но если у тебя и были догадки по поводу того, что рассказал Дост, почему ты никому о них не сказал? Да и как ты вообще сюда попал, лодка же здесь, у нас. – Так здесь мост есть выше по течению, – отозвался Оноре. – Точно! Я же говорил! – не сдержался Дон. – А это... так вам же двоим и хотел сказать, но потом решил, что лучше будет проследить... – продолжил Бальзак. Его прервал звонкий голос: – Ребят, что тут у вас? Я не помешал? – Гексли... ну ладно Баль здесь, но ты откуда взялся? – Роб с неподдельным удивлением уставился на рыжего инфантила. – Случайно услышал вас, – весело сообщил Томас. – Попросил Еську прикрыть – и за вами! В доме стало тесновато, и ребята выбрались во двор, а после и вовсе за калитку. – Ну что, пора возвращаться? – предложил Робеспьер. – Нас, наверно, ищут... – И уже давно! – подтвердил рядом чей-то громкий и уверенный голос. Максимилиан вздрогнул и обернулся – за его спиной стоял Наполеон собственной персоной. – Но как же... – растерялся Томас. «Ну и болван Еська! Не мог грамотно лапшу на уши повесить!» – раздраженно подумал он. В том, что их спалил Есенин, Томас почему-то не сомневался. Причем пусть и ненамеренно, но все же... – С вами ваши дуалы еще поговорят, – ответил ему Нап, хватая Баля за руку. Словно в подтверждение его слов, послышался торопливый топот нескольких пар ног и на поляне показались двое. Виктор и Алекс. Робеспьер впервые видел Виктора таким испуганным. Заботливые остановились в нескольких шагах от инфантилов. – Вы о чем думали вообще? Зачем вы убежали? – Вик... Алекс... – Дон опустил голову. Его и его зеркальщика накрыла острая, но запоздалая волна вины. – Мы хотели разобраться, что здесь творится, – произнес Роб, и его голос предательски задрожал. – И вернуться до того, как вы заметите наше отсутствие... – Ну-ну, тише, – Вик ободряюще улыбнулся обоим зеркальщикам и обнял Робеспьера. – Алекс, я знаю, мы должны были сказать... но мы правда думали, что вернемся, – повинился Дон. – Ничего, ничего, – Дюма с явным облегчением выдохнул. Он вспомнил, что началось, когда он и Гюго обнаружили пропажу ребят, и передернулся. Наполеон рядом с явным осуждением покачал головой. – Ребят, я знаю, плохая идея, но... Баль, Гек, сможете сами дойти до наших? Оноре молча кивнул, Алекс же, все еще взбудораженный, на эмоциях после пропажи инфантилов, поспешно поднял голову. – Нет-нет, идея плохая! Я лучше проведу их... Дон? Искатель в ответ вопросительно взглянул на Аналитика и Энтузиаста. – Мы скоро будем, идите, – с улыбкой ответил Вик. – Скажите ребятам, чтобы не волновались. – С Робеспьером все будет хорошо, – прошептал Алекс, правильно истолковав взгляд Дона. Трогательная привязанность инфантилов друг к другу нравилась и ему, и Виктору – они знали, что Роб и Дон часами могли обсуждать какие-нибудь непонятные другим идеи, теории и прочее, вместе читать что-нибудь достаточно увлекательное, а потом воплощать это в жизнь... они были похожи... как, собственно, и сами Вик и Алекс. Роб и Вик остались вдвоем против Наполеона. – Ну и зачем вы с Доном сюда отправились? – с места в карьер спросил Нап. – Мы искали следы того, кто был здесь. Не собаки, а... ее хозяина, – вдруг на удивление уверенно ответил Робеспьер. Два кусочка одной головоломки разом сложились воедино. – Ведь это вполне возможно... – Пойдем к нашим, – Вик взял Робеспьера за руку. – Нап, потом... все вопросы потом. Как ни странно, Наполеон послушался, и все то время, что заняла обратная дорога, прошло в тишине. Только Вик изредка что-то шепотом спрашивал у Максимилиана, а тот так же шепотом отвечал. У моря собрались все. Габен и Дост что-то вдвоем выговаривали Гексли, Штирлиц и Джек играли в карты. Дон увлеченно болтал с Дюмой, не забывая при этом следить за Джеком – Искателю с его места было хорошо видно, что тот жульничает, и ему было интересно, чем все кончится. А вот Беты видно не было – они расположились ближе к морю. С ними же был и Теодор. Вроде, все на месте... – Ну, Роб, расскажи, что вы с Доном нашли? – Гексли умоляюще уставился на Аналитика. Томас говорил громко, и заинтересовались все. И Роб начал говорить. Сначала неуверенно, но Дон дополнял его рассказ, напоминал обо всем, что им удалось найти. Ладони Виктора на плечах успокаивали, и Роб стал говорить уверенно. Только об одном Максимилиан смолчал. – В доме мы обнаружили... Аналитик встретился взглядом с Искателем и коротко мотнул головой. Дон так же незаметно кивнул. Все произошло настолько быстро, что никто ничего не успел заметить. – ...обнаружили следы копоти. Похоже, там правда был пожар, но горел не весь дом, и огонь удалось быстро потушить. – То есть, до вас там кто-то был? – спросил Джек, с интересом подаваясь вперед. Он настолько увлекся, что напрочь позабыл про карты, и теперь смотрел на Робеспьера. – И у вас есть подозрения? – Есть, – вдруг неожиданно ответил Максимилиан. Я как раз хотел спросить, но меня прервал Гексли. И тут он обратился к Бальзаку. – Баль, ведь ты был там уже раньше?