Звездное племя. Часть 1: Ковчег

Сказать, что с прогулки я возвращалась не в духе - ничего не сказать. Король, как и прежде, молча шел впереди, то и дело стреляя в меня довольным насмешливым взглядом, от чего у меня возникало желание что-нибудь воткнуть ему в глаз. Но о таком лучше даже и не думать, а то мало ли: если он как-то узнает, о чем я думаю, воткнут уже мне, и не только в глаз. Хмм, почему это так пошло звучит? Я с какой-то неправильной задумчивостью засмотрелась на его статную спину, широкие плечи в роскошном плаще, водопад золотых в лучах солнца волос... А он притягателен, очень притягателен... этот его холодный взгляд, властный голос... Я мечтательно закусила губу и тут же помотала головой, отгоняя это странное тяготение, но уже ощутила зарево на своих щеках. Нет, ну в самом деле: под "воткнут" я, вообще-то, имела ввиду холодное оружие. Внутренний голос ехидно добавил: "Ну да-да, а то, о чем ты потом подумала, можно назвать горячим оружием". Тьфу! Какие отвратительные мысли! И, главное, о ком?! Об этом напыщенном индюке! Мои щеки и шея уже просто горели, а глаза норовили спрятаться в траве, хоть на меня никто и не смотрел, а мыслей моих не мог знать, и подавно. Вот что, если он сейчас обернется?! Впрочем, покраснение можно оправдать усталостью - он снова шел быстро, а я с немалым трудом поспевала. Внутренний голос снова саркастически заметил: "Ну так устала, так аж прямо устала, что даже всякие пошлости в голову полезли!" О Небеса... Чувствую, как начавший сходить румянец вспыхивает с новой силой. Что это со мной? Нормальная же девушка была. Откуда эти... убогие мысли? Так. Глаза... глаза... Я думала про глаза. Что там? Выколоть? Нет, они слишком красивые. Жалко. А вот препарировать, засунуть в банку с формалином, и любоваться - это даааа. По коже пробежали такие мурашки, что я даже вздрогнула. Придет же такое в голову! Боже мой... Неужели я настолько его ненавижу? Кажется, с чем-то пора завязывать. Только вот с чем? Когда мы вернулись ко дворцу, я обрадовалась и хотела побыстрее сбежать, когда уже за спиной услышала королевский голос: - Вероника. Я обернулась, он стоял в профиль и, словно что-то ожидая, невозмутимо рассматривал узор на стене. А, ну да, точно... Я поклонилась: - Спасибо за прогулку и прошу простить мне мое поведение. Он все так же молчал. Я замялась. - Ты кое-что забыла. Я вопросительно посмотрела на его безупречное лицо. Он, так и не оборачиваясь ко мне, хмыкнул: - Спасибо за прогулку, ... ? Обращение. Почувствовав, как снова горячатся мои щеки, спохватилась: - Спасибо за прогулку, милорд. Он медленно удовлетворенно кивнул и, словно невзначай, добавил: - Милорд, Владыка, Ваше Величество, - он, наконец, повернул голову ко мне и нарочито медленно закончил, - Мой господин... Я сглотнула, а Король широким шагом направился прочь, бросив напоследок: - Надеюсь, сегодняшний урок ты усвоила. Я еще какое-то время озадаченно смотрела на его развевающийся плащ, а затем в пустоту, когда он уже скрылся за поворотом обвитой каменным плющем стены. Потом, как в тумане, развернулась и куда-то побрела. Это же надо было - забыть, что нужно сказать слова прощания! Нет, ну это-то было совсем некрасиво... Как я могла забыть?! Что-то у меня в голове все помутилось... после сегодняшнего разговора. А еще я нигде не смогла найти Бретииль. Ну и ладно. Пожав плечами, поковыляла в столовую в гордом одиночестве. В первый раз, что ли? Хотя... обычно я действительно ходила с Бретииль или Малениэль... У эльфов был ранний ужин, происходил он еще до заката солнца. В более позднее время, впрочем, никто не запрещал приходить в столовую и питаться, но считалось чем-то из ряда вон выходящим. Я взяла свою порцию (а обслуживание тут производилось по принципу шведского стола, и всё упиралось в добропорядочность граждан и, нужно заметить, небезуспешно), села за стол и как-то грустно посмотрела на еду. Казалось, сейчас мне в рот ни один кусок не полезет. Но я догадывалась, что, если не поем, то, не смотря на отсутствие надсмотра, об этом, все равно, могут узнать и уже насильно заставить есть... и хорошо, если не в присутствии Трандуила. От воспоминания о Короле внутри меня снова разгорелся гнев. Ну да... Чем же еще я могу ответить, как ни банально гневом? Ведь эта реакция, по сути, от беспомощности. Он меня будет отчитывать, унижать, затыкать мне рот, в конце концов... А я совершенно беспомощна! Какого черта?! В сердцах я швырнула местное подобие двузубой вилки на стол. Та отскочила к краю тарелки и громко зазвенела. Меня чуть не вывернуло от этого звука, что было явным признаком того, что мои нервы сейчас, как перетянутые струны. Эх, если бы, подобно струнам, лопнув, они могли бы и ранить столь неуклюжих музыкантов... Но пока они ранят только меня. Но, быть может, в том-то, как раз и дело: музыканты не те, кто выводит меня из себя, а я сама, генерирующая такое отношение и реакцию к происходящему? Откуда-то сбоку донесся дружный хохот, что показалось мне подозрительным и необычным. Я повернула голову на звук: ничего особенного, просто несколько эльфов за соседним столом что-то дружно обсуждали. Покачав пухнущей головой, я вернулась к рассуждениям, принявшись танцевать вилкой по тарелке с пока нетронутой едой. Это все праздные философствования... А практическое применение? Ведь именно это тут наиболее важно. А никакого! От осознания того, что я сама создаю себе погоду, почти ничего не меняется. Я отношусь к вещам и событиям ровно так, как это мне свойственно в силу моего скудного опыта. И попытка изменить отношение к чему-либо - это, как правило, всего лишь попытка солгать самому себе. Впрочем, иногда это даже работает. Но, почему-то не со мной. Снова смех. На сей раз, когда я подняла голову, встретила три пары направленных именно на меня глаз. Замечательно. Это они надо мной ржут, стало быть? Гнев на минутку всколыхнулся, а затем, словно одурманенный, снова улегся на дно. Знаем. Проходили. Как можно более невозмутимо и скептически поднимаю брови, закатываю глаза к потолку и возвращаюсь к тарелке. Так, на чем я там закончила? На том, что я могу предпринять для работы со своими эмоциями. В конце концов, именно от этого зависит, насколько успешно я смогу сносить общество сего напыщенного троновосседателя... Но тут гробовое молчание, в которое, в ответ на мою мимику погрузилась та часть пространства, в которой сидели смеявшиеся надо мной эльфы, явно насторожила. Решив, что смотреть на них прямо будет явной демонстрацией моих опасений, я лишь, продолжая танцевать вилкой по полной тарелке, повернула ее таким образом, чтобы в отражении на идеально вычищенной ручке увидеть лица моих потенциальных оппонентов. Двое из них, блондин и брюнет совершенно тихо о чем-то переговаривались, то и дело поглядывая на меня, отчего мне, откровенно говоря, стало не по себе. Третий, сидевший за их спинами, тоже брюнет, и меня и своих товарищей игнорировал, что-то читая. Ни читаемый объект, ни выражения взглядов злопыхателей (а в том, что они именно злопыхатели, я уже, почему-то, не сомневалась) различить в отражении на вилке, увы, не удалось. Ясно было одно: сейчас с большой вероятностью что-то будет. Мое сердце усиленно забилось и я переключилась на регуляцию дыхания, чтобы меня, не дай бог, не выдал с потрохами цвет лица, вызванный резким приливом крови. Пульс постепенно снизился. Отлично. С этим временно разобрались. Теперь что с ними? Мелькнула мысль быстро уйти, но ее я отбросила: уйти, оставив еду, значило бы с большой вероятностью показать свой страх. Что ж... В таком случае, оставалось только ждать того, что будет, и действовать по ситуации. Но, по возможности, не позволять себе спешить. Спешка - признак неуверенности и даже паники. Никакой спешки. Сердце снова выбилось из графика. Вдох, задержка, выдох, задержка. Вдох, задержка, выдох, задержка. Увеличиваем длительность каждой фазы. Вдох..., задержка..., выдох..., задержка. Не хватает воздуха. Хорошо, немного ускоряемся. Теперь снова замедляем, но уже осторожнее... Пульс пришел в норму. Начавший было нарастать жар спал. Хорошо. Уже хорошо. И довольство от своего успеха хоть в этом мне тоже сейчас на руку, ибо придаст уверенности. Я увидела мелькнувшую на столе передо мной тень и внутренне напряглась. Впрочем, тут же заставила себя отпустить возросший было мышечный тонус: во первых, не было смысла тратить сейчас силы на лишнее мышечное напряжение, а, во вторых, стань это заметным - выдало бы мои переживания. Нежелательные эмоции - это слабость. Ну да, только, почему-то, при общении с Королем я об этом благополучно забывала. Сверху послышался звонкий эльфийский голос: - Мисс, быть может, вам помочь с едой? Я подняла голову и встретилась с взглядом зеленых глаз светловолосого эльфа. В голосе сквозила нескрываемая насмешка, а во взгляде - некий надменный азарт. Тоже знаем. Тоже проходили. Сердце... сердце... Все хорошо. Это даже забавно. Ловлю себя на том, что правда нахожу всю ситуацию забавной. Это игра, это спорт. Мне бросили вызов. Но и что? Учитывая, что идей для колкого ответа нет, решаю сбить шаблон невозмутимостью. Это временно обезоружит оппонента и даст мне немного времени на подготовку и восстановление эмоционального контроля. Как можно более радушно улыбаюсь и спокойно, даже совсем немного растягивая слова, чтобы не показалось, что я спешу, отвечаю: - Спасибо, сударь. Но, право же, можете не переживать на сей счет. У меня с этим нет проблемы. Хотя, на самом деле, я не отказалась бы, чтобы он съел это за меня, но такой подход выдал бы, что меня тут кормят насильно, а это явно не бонус для моей репутации. Белобрысый прыснул со смеху и посмотрел на меня, как на полоумную. Отлично. Он не обезоружен, но еще лучше: кажется, дезориентирован и думает, что я настолько дурочка, что даже не поняла его нападения. Что ж, значит, в следующей атаке он недооценит противника и будет менее осторожен. Хотя, быть может, он игрок уровнем выше и в следующей атаке предпримет проверку. Что ж... Нужно постараться ее заметить. Со значительным внутренним усилием привожу пульс в порядок. Черт, я так долго не выдержу. Как всегда накаляет обстановку то, что реагировать нужно быстро, а думаю я, обычно, слишком долго. - Так это ты та самая таинственная смертная, которую нашли под Дворцом? Интересно. Атака ли это вообще? Быть может, он решил отказаться от конфронтации? Нет, по взгляду не скажешь. Он затаился. Либо придумывает новый ход, либо, и впрямь, состорожничал и изучает противника. И, судя по всему, мало кто, кроме Короля, знает о моем странном происхождении. Надо взять на заметку. Эх, и на том спасибо... К нему подошел ближе второй брюнет и как-то совсем едко на меня посмотрел. Изо всех сил стараюсь сделать вид, что этого не заметила и продолжаю с улыбкой на лице вытанцовывать вилкой по тарелке - это помогает сосредоточиться, как ни странно. - Можно и так сказать, сударь. Впрочем, предлог "под", в данном контексте определяющий расстояние, употребим довольно относительно. Что ж... Я решила включить свою любимую тактику: говорить сложными фразами, изобилующими канцеляризмами. Так я, если и проиграю, то, по меньшей мере, запомнюсь. Его бровь взлетела вверх. Я не смогла сдержать завистливого взгляда: у меня никогда не получалось двигать одной бровью, а ведь это так грациозно... Зато я язык могу в трубочку свернуть! От нелепости этой мысли меня несколько расслабило, что сейчас было, как нельзя, кстати. Эльф облокотился о стол и наклонился ко мне, обдав меня запахом мяты с чем-то неприятно сладковатым: - Что ты несешь, смертная? Я пожала плечами: - Информацию. В том виде, в котором считаю ее достаточно усваиваемой, к слову. Слишком быстро. Я слишком быстро ответила! Не допускать спешки! А еще отодвинулась от тарелки, при этом. Нельзя! Тем самым я отодвинулась от него, сознательно или нет, но показав, что его приближение меня пугает. Этот раунд я проиграла. Ладно. Досада первого поражения не должна поспособствовать последующим. Эльф расплылся в злой ухмылке: - И что же ты этим хотела сказать? Быть может, то, что мы дураки? Я опешила. Неожиданный ход. Очень неожиданный. Меня моим же оружием - обезоружили. Ведь именно это я и хотела сказать. В итоге, это шах: если я буду отрицать - это сведет на нет мою прежнюю атаку и высветит меня в трусливом свете, подтвержу - это слишком открытая конфронтация, и она может закончится для меня плохо, а я этого, на самом деле, боюсь, и они это понимают. Я думала слишком долго. Слишком. Долго. Эльф отодвинулся и, нагло потрепав меня по волосам, отметил: - Учись, смертная. Для острого языка нужен острый ум, а у тебя его ни капельки. Пустааая голова, пустааая, как и у всех смертных. Не переживай, дорогая, на большее я и не рассчитывал. Вы все глупые, как фазаны. Я внутренне закипала и не могла сдержать сердцебиение. Эти жалкие в своем развитии существа смели назвать глупой мою расу, расу, которая в былое время раздавила бы их всех за один день, как надоедливых тараканов. Идиоты. Я хищно усмехнулась. Они даже представления не имели о том, насколько они жалки в сравнении с этими смертными. Брюнет за спиной моего собеседника победно оскалился, а блондин, уже отходя от моего стола, бросил: - И перестань водить сольный хоровод столовыми приборами, а то мы уже всерьез подумали, что ты магией занимаешься. Темноволосый захохотал и пошел следом за товарищем, но тут я, наконец, нашла зацепку: - Не переживайте. Все примитивные народы верят в магию. Это со временем пройдет, не волнуйтесь. У всех проходит, когда они становятся немного образованнее. - Я постаралась как можно шире улыбнуться, не забыв отметить, что слишком поспешила. Мое тело напряглось, переходя в состояние сжатой пружины, сердце бесконтрольно набирало обороты, щеки уже пылали... я сорвалась. И пусть. Теперь перестрелка будет быстрой. Эльфы замерли, затем до смешного синхронно ко мне развернулись. Я ожидала, что они сорвутся. В этом был мой страх и, одновременно, моя надежда - это бы ухудшило их аргументацию, проявило бы слабое место. Но реакция была неожиданной. Пока блондин еще стоял с полуоткрытым ртом и яростным взглядом (и уже только это лицо было достойно такого резкого выпада!), брюнет неожиданно быстро успокоился и вальяжно шагнул в мою сторону. Он улыбнулся своему еще не отошедшему товарищу: - Смотри, Гланхабад. Запомни тот момент, когда смертные в своем абсурде превзошли сами себя. - Он повернулся ко мне и промурлыкал. - Дитя, твои слова да в уши истари. Ммм, как насчет того, чтобы сказать это волшебникам? Все еще силясь вернуть себе самообладание, я торжественно откинулась на спинку стула, уверенно положив ногу на ногу. Не могла бы без удовлетворения отметить, как вскинулись на этот жест эльфийские брови. Но это обращение "дитя", все же, изрядно портило мой контроль. Я продолжала улыбаться, теперь, при этом, делая вид, словно едва сдерживаю смех, хотя, почему же - делая вид? - И волшебники, шаманы всякие присущи всем развивающимся культурам. И распределение ролей всегда одинаковое. - Я задорно щелкнула пальцами. - Они дурят своих зрителей фокусами, ловкостью рук и знаний, а наивные зрители им верят! Что-то во взгляде светловолосого меня насторожило, показавшись странным: он уже не злился, а только стоял в недоумении, рассматривая меня, как нечто совершенно диковинное. Я внутренне сжалилась: бедняга, это же надо настолько верить в детские сказки, чтобы их отрицание выглядело настолько противоестественным... Наивный... А вот брюнет показывал высокий уровень самообладания. Это был явно игрок более высокого класса. Он, продолжая саркастично улыбаться, подошел ко мне. Я заставила себя не отодвинуться ни на миллиметр. Он стоял и смотрел на меня так пристально, что мне стало не по себе. И тут я поняла: он просто придумывает ответ. Не будь он моим оппонентом, я бы ему сейчас зааплодировала. Наконец, он просто разразился хохотом: - Самое интересное, Гланхабад, что она не шутит. Она действительно верит в то, что говорит! Браво, миледи! Смертные! Смертные, как же я люблю вас за вашу глупость, но и помыслить не мог, что вы настолько ею одарены! Но, сколь бы это ни было забавно, я рад, что такая непроходимая тупость не свойственна старшим детям Эру. Старшие дети Эру - это, как я понимаю... не смертные. Например, эльфы, так? Он вернул все на круги своя. Цикл замкнулся, а это нехорошо, ибо второго ответа на тот же самый вброс у меня нет. Хотя... есть: - Видимо, именно поэтому ваше технологическое развитие столь примитивно? Но я все понимаю: вы вечны, куда вам спешить? Странно, как вы вообще за эти тысячелетия научились, например, письменности... Судя по всему, я попала в точку: зрачки моего собеседника быстро расширились, ноздри, вздыбившись, втянули воздух. Странно, но даже в этот момент я не могу не признать, что лица этих существ практически безупречно прекрасны... но не настолько безупречны, как лицо их короля. Ненужный образ был волнением отброшен на границы сознания. Да, я добивалась гнева моего собеседника, но именно его я и боялась. А сейчас, не смотря на постепенно нарастающий страх, мне нужно было не подать виду, что я испугалась. Он, с усилием восстанавливая контроль, резко выровнялся по струнке и отчеканил: - Вы хоть осознаете, что сейчас несете, миледи? - Калентатор! - Окликнул его уже отошедший от потрясения товарищ, и брюнет немного расслабился. Я с легкой досадой и одновременным облегчением вступала в новый раунд: - Прекрасно осознаю, сударь. А вот вы, например, вообще знаете, что, например, небосвод - это не полотно, натянутое над миром? Что это все бесконечные просторы, в которых, подобно взвеси в каком-то растворе, рассыпаны звезды? - Я, кажется, начинала заговариваться, но не унимавшийся гнев не желал возвращать мне контроль. - А что звезды - это не фонарики или светлячки или еще какая-нибудь чепуха в небе, а огромные в своем размере раскаленные до бела скопления газа? А то, что ваше солнце - это тоже одна из звезд, при чем, довольно жалкая по яркости и размерам, но располагающаяся к вам очень близко? ... - Довольно. - Донесся откуда-то сбоку явно не терпящий возражений голос третьего, того, кто что-то читал. Он захлопнул книгу и подошел к нам, смерив меня настолько сухим и строгим взглядом, что мне даже почудилось, что я действительно в чем-то виновата: - Смертное дитя, я искренне поражен могуществом твоей фантазии, но не желаю слушать эти ни на чем не основанные глупости. Не морочь молодым эльфам головы. Доедай свой ужин и иди с миром. Лучше всего - в библиотеку, набираться истинных знаний, дабы не загрязнять внешний мир своим воображением. Кинув на меня еще один испепеляющий взгляд, он собирался удалиться, когда его окликнул Келентатор: - Элатрон, я зайду сегодня? - Конечно. И прекращай этот глупый разговор. От смертных ума не наберешься. Он удалился, а я едва не перекривляла его за его спиной. Его реакция была оправданной и, пожалуй, даже правильной. Это я заговорилась, не имея ни доказательств своих слов, ни, вообще-то, повода раскрывать вместе с ними что-то большее. Так что, то, что мне не поверили - довольно хороший исход. Хотя неприятный осадок остался... как, впрочем, и от всего этого дня. - Да осветит Элберет твой пустой разум, смертная. - С довольным лицом сказал Келентатор, и оба эльфа удалились. Ну же, день, что еще интересного ты мне сегодня предоставишь? - Что тут происходит? - Вырвал меня из оцепенения строгий голос Бретииль. Она стояла за моей спиной, провожая взглядом двух эльфов. - Ничего, Бретииль. - Ответила я очень тихо, только сейчас осознав, насколько меня утомил этот разговор. - Ты почему не ешь?! Так. Я жду, Вероника. Вздохнув, я принялась давиться едой, кляня судьбу, на чем только можно, лишь сейчас замечая, что меня немного трусит.