Совсем не то, что ты слышал

Так колдун и дошлепал до своих покоев босиком. Со злости чего только не сделаешь. Даже не почувствовал, как в переходах обработанные гладкие камни на полу леденят босые подошвы. У себя в комнате с ненавистью швырнул надоевшие за день сапоги об стену. Сапоги обиженно звякнули обшитыми черненым серебром носками. Плащ полетел за кресло. - Падалеки, явился наконец, - в голосе Таурона сквозили нотки напускной веселости, заботы и усталости. Джаред усмехнулся. - Подожди, переоденусь. Сил нет уже в этих "железных" штанах ходить, все коленки стёр. - Сочувствую. Соскучился по джинсам? - Не то слово. Не дразни, а? Джинсы – это что-то волшебное. Что-то из снов, - Джаред говорил, говорил и чувствовал, как отпускает злость, уходит раздражение. - Но мне грех жаловаться, у меня есть домашние брюки из мягкого сукна. Ты о таком даже не слышал. Бешеные деньги здесь просят за эту ткань, но она чудесна. Вот надену эти мягкие штаны и сразу стану добрый и домашний. У меня отец так любит говорить. И еще он раньше всегда рассказывал нам сказку про домашние и дикие тапочки. Знаешь такую? Жили-были дикие тапочки… Ответом ему был тяжелый вздох Таурона: - Доконали тебя твои подданные. Слова-то какие: "волшебное", "чудесна". Тапочки вспоминаешь… Джаред молча повесил одежду, закрыл шторами нишу в стене. Умылся над медной чашей. Долго вытирался, в обнимку с полотенцем плюхнулся в кресло перед монитором. Таурон на экране улыбнулся, растопырил пятерню, похлопал себя по груди: - Салют, Джей. Приятно видеть твою родную физию. - Салют, Тау, взаимно. Вспомнишь тут тапочки… Северянам нужен сильный Наставник. Надо было вместо меня отправить сюда Лейднера. У него и уровень выше и вид страшнее. Чего сто́ит шлем с рогами. Все бы в страхе падали ниц, и никаких проблем. - Не начинай. Ты не уступаешь Лейднеру ни в чем. Ты – такой же Наставник, а еще - экстрасенс высокого уровня и отличный целитель. И можешь сколько угодно отнекиваться, но рожа у тебя очень свирепая бывает. Если тебя не знаешь, то можно до усрачки перепугаться. - Из меня никакой управленец. - Ничего не дается сразу, Джаред. Опыт работы с годами копится. Наставник – не обязательно управленец, это совокупность способностей и талантов. Мы все – разные, в чём-то сильнее, в чём-то слабее. И все с чего-то начинали. - Дурацкое название. Какие из нас Наставники? Так, люди с непонятными умениями. Рука Джареда привычно опустилась вниз – потрепать Поляриса по загривку. Пальцы встретили пустоту. Забыл, что пёс остался с Дженсеном. Таурон на экране гладил запрыгнувшего на колени кота. - Очень понятные умения. Не нам с тобой решать, какие Наставники нужны цивилизации. Просто этой планете понадобился ты на Севере, Бордж – на Юге, Моргулис – на Западном континенте, и я – в этой консервной банке на орбите как общая, почти всемогущая моральная и оружейная поддержка. Всё, никаких вариантов. А Велик тебе привет передает. Слышишь, как мурлычет, у меня даже уши заложило. - До сих пор тебе удивляюсь, как можно кота назвать Велосипедом? - О чём мечтаю, так и назвал. Вернусь домой, первым делом велосипед куплю последней модели. Горный, - Таурон мечтательно закатил глаза, - с десятью скоростями. И прямо из торгового центра домой на нем поеду. - И каску купишь? - И каску, и перчатки без пальцев, и еще шорты в обтяжку, чтобы все девчонки на мою задницу оборачивались. А потом через недельку махну в велопоход к Ниагарскому водопаду. Брат давно звал, а я только сейчас созрел. У него уже план готов, где ночевать, какие местные достопримечательности посетить. Чего хмуришься? Не любишь на велосипеде гонять? - Люблю. Не про это хмурюсь. Прости, сам тебя слушаю, а голове другое. На юге за три недели – две стычки и одно крупномасштабное сражение за плодородные земли в пойме реки. Но это так, предлог. Думаю, что основная задумка – оттянуть силы южан от чего-то более важного. - Кто зачинщики? - Северяне. Не могу понять, что они замышляют. Надо с Борджем посоветоваться. Устроишь нам совместный сеанс связи? - Как скажешь. Буду готов - сообщу. - Отлично, Тау. Ребятам привет передавай. Эх, может, выпросишь разрешение на внеплановый вылет челнока? Соберешь нас на Великих Пустошах, в футбол сыграем. Шашлыки сварганим, вспомним какое на вкус пиво, если у тебя оно осталось, конечно. Собаки хоть пообщаются. - Попробую, Джей. Не обещаю, но за спрос в лоб не дадут. Ладно, бывай здоров. До связи, Владыка. - До связи, Таурон. Велику – привет. Экран мигнул. На экран выплыли дежурные обои – мерцающее звездное небо. Джаред влез в мягкие домашние туфли и отправился искать Поляриса. Из ванной комнаты в темный коридор пробивалась полоска света. Джаред крадучись подошел, заглянул в приоткрытую дверь. Закутанный в плед Дженсен сидел на табурете спиной к двери. Верден расчесывал ему волосы, говорил негромко. Его руки, узловатые, морщинистые, ласково перебирали прядки. - Всё позади, хороший ты наш, всё позади. Полярис тебя в обиду не даст. Смотри, как за тебя беспокоится, даже к хозяину не идет. Ты нашего хозяина не бойся. Не знаю, что у вас рассказывают про него в поселении, но выкинь эти сказки из головы. Болтовню пусть ветер уносит, а я скажу тебе одно - в жизни не встречал больше таких людей. Можешь мне не верить. Да ты и не веришь, я знаю. У Дженсена затряслись плечи. Верден охнул и зачастил: - Вот так, ты поплачь, это правильно. Если не хочешь мне свое горе поведать, так ты Полярису потом нашепчи, он всё выслушает, - голос Вердена стал мягче, таким голосом разговаривают с маленькими детьми. – Вода беды твои смыла, сейчас пойдем комнату смотреть. Удобная, светлая она у тебя. И Полярис с нами пойдет. Верно, Полярис? Полярис с готовностью подскочил и завилял хвостом. Верден поставил перед Дженсеном новые мягкие туфли, такие же, как у Джареда. Помог обуться. - Ты прямо так иди, в пледе. Болит нога-то у тебя? Болит. Ничего-о-о, мы потихоньку с тобой пойдем. Сейчас съешь свой ужин, вкусно у нас повар готовит, всем нравится. Потом спать ляжешь, а утром увидишь, что всё хорошо устроилось. Джаред посмотрел, как Дженсен с трудом встал с табуретки, и постарался быстро исчезнуть. Вдруг страшно захотелось сделать северянам какую-нибудь гадость. После ужина Джаред зашел в Южное крыло. Заглянул в комнату Дженсена. Верден сидел в кресле и читал. Джаред поманил его в коридор: - Как он? Верден ответил шепотом: - Спит. Есть не стал. Полярис с ним. - А я думаю, куда он подевался, - Джаред тоже стал шептать, непривычно, будто в доме появились дети или тяжело больной человек. - Верден, пожалуйста, утром подстриги Дженсена. Волосы слишком длинные. Оставь челку, остальное убери, но не очень коротко. А сейчас иди, отдыхай. Я с ним посижу, ты позже пришли сиделку. Не надо Дженсена одного оставлять. Ты не спросил, откуда он? - Из Радужной Гавани, мой господин. - Ого! А клан не назвал? - Нет, мой господин, но мне кажется, он из Эклзов. На мать очень похож, видел я ее, лет десять назад был там, на празднике Морских Ветров. - Надо же. Какими ветрами его в эти края занесло? - Не знаю, господин. Он про себя только одно рассказал. - Говори, не томи. - Он рисовать любит. Попросил бумагу и карандаш. Вы уж выделите ему из своих запасов, мой господин. У нас обрезки остались, на заметки, а обоз на ярмарку только через месяц пойдет. - Художник, значит. Найду ему бумагу. И карандаши тоже у меня где-то были. Может, и краски раздобуду. Ступай, Верден, там тебе ужин оставили. И про сиделку не забудь. Верден поклонился и поспешил на кухню. Джаред на цыпочках скользнул в комнату и прикрыл за собой дверь. Дженсен спал. Верден всё-таки вырядил его в ночную рубашку. Местный мужской вариант, без рюшей и из более грубой ткани, в отличие от женских кружевных рубашек. Джаред спал в футболке, так и не смог привыкнуть к таким, ну их, между ног путаются. Полярис растянулся рядом с кроватью. Одна рука Дженсена лежала на голове у пса, в другой он сжимал яблоко. Большое блюдо с яблоками нового урожая стояло на столе. Верден постарался. Яблоки в этих краях – редкое лакомство. Их обычно берегут на кухне для праздников, для торжественных приемов. Полярис поднял голову. Джаред присел на корточки, почесал ему ухо. - Дружище, ты здесь? Я тебя потерял. Ты хоть поесть сходи, пока я тут сижу. Пёс фыркнул. Потом посмотрел на Дженсена, опустил голову и закрыл глаза. - Ясно. Он не ел, и ты не ешь. Завтра попрошу, чтобы тебе принесли миску в эту комнату. Будешь есть рядом с Дженсеном. Джаред на проверку провел руками вдоль всего тела Дженсена. Холодом от него больше не тянуло. Перестал бояться? Или просто снятся теплые сны? Боль так и гнездилась в ноге, но больше не тукала в ладонь. Неплохо. Джаред опустился в кресло. Эх, сейчас бы проспать без забот часов двенадцать, а потом погулять где-нибудь на морском берегу, чтобы Силу восстановить. Придется довольствоваться визуализацией прогулки по берегу. Отсюда до моря далеко топать, а ноль-переход на этой планете еще не изобрели. В полночь пришла сиделка. Верден знал, кого прислать. Софья была показательной бабушкой: маленькая, с пухлыми ручками, в передничке. Пахло от нее детством – молоком, сдобой и уютом. Она устроилась на табуретке с вязанием и погнала Джареда спать. - Идите, мой господин, вам выспаться надо. В мешках под вашими глазами скоро можно будет запасы хранить. Не беспокойтесь, мы с Полярисом справимся. Ночью Джаред проснулся как от пинка. Лежал с открытыми глазами, когда за дверью завыл Полярис. Вместе бежали по коридорам. Софья меряла шагами комнату, сжимая кулачки. - Он вдруг застонал, заметался. Вроде даже жар у него. - Оставь нас, - Джареда обожгло чужой болью. Старушка кивнула и мигом испарилась. Джей бухнулся на колени, сдернул с Дженсена одеяло. Надо же, его болью в бараний рог скручивает, а сил хватает чужие руки отталкивать. Пришлось рявкнуть: - Не мешай. Плевать, что дрожит. Джаред погасил вспышки боли, и тут же сам согнулся от судорог в животе. Ощутимо ломило спину, ныли кости. Глаза заволокло пеленой. Одно радовало - Дженсен перестал метаться, затих, только смотрел испуганно. Джаред так и заснул на полу, положив голову на край кровати. Сон был рваный, беспокойный. В этом сне примерещилась рядом фигура человека, полупрозрачная, сотканная из белесого тумана. Джаред вскинулся. Редко он видел недавно ушедших в мир иной, и вовек не привыкнуть к таким издержкам Силы. Чужой голос свистящим шепотом ввинтился прямо в мозг: - Береги его, колдун. Я не уберёг, смерть помешала. Если бы я знал про тебя то, что знаю сейчас, сам бы его к тебе за руку привел. Оставляю его теперь спокойно, ты не обидишь. Прощай. Джаред сморгнул. Вместе с пеленой, что застилала глаза, пропал и силуэт в изголовье. Полярис недовольно заворчал во сне. В дверь заглянул заспанный Верден. Наступало утро. Джаред встал и на трясущихся ногах поплелся на кухню. Надо было поесть, а потом поспать. Часов двадцать сна должно хватить. И будет колдун снова колдуном, а не его тенью.