Спаси меня

- Господин комиссар? - Доктор подозрительно покосился на прогибающуюся под мощными ударами дверь, которая, к счастью, не пропускала крики, что наверняка раздавались по ту сторону, жестом велел Керкланду прятаться в библиотеке за потайной дверью. Тот, как истинный джентльмен, до последнего не желал уходить, пока доктор не сделал страшные глаза и не шикнул на него, руками изображая опасность так живо, как только был способен. Банкир привыкшим за пару дней взглядом отыскал в стене едва различимую ручку двери, шагнул в нужную сторону, но остановился на полушаге и обернулся к доктору с сомнением, чувствуя, как медленно набирает ход его сердце, с каждым сказанным словом все быстрее и быстрее, словно бы желало опередить их. - Это точно не Брагинский, у комиссара нет привычки ломиться в чужие двери, - приглушенным почти до шепота голосом заметил он, пока его пальцы нащупывали ручку и медленно, беззвучно давили на нее. - Знаю, сэр Керкланд, - таким же шепотом ответил ему Беккер, - только выбора у нас нет. Дверь долго не выдержит. – Доктор печально кивнул и склонился над столом – Артур успел заметить слабо блеснувший в ладони ключ. - Ее трудно обнаружить, если не знаешь о ней - а это значит, что наши гости пришли сюда намеренно и явно хорошие знакомые наших друзей. - Озвучивал свои мысли хирург, возясь с ящиком стола - ключ упал из подрагивающих пальцев, но доктор быстро нашел его, вставляя в замок. - Да прячьтесь же! - Шепотом прокричал Керкланду Беккер и наконец отпер потайную секцию. - Уже иду! - Крикнул врачеватель - массивная на вид дверь особенно сильно прогнулась под ударами - делая Артуру настойчивый жест головой и крепко зажимая в пальцах ловко вытащенный из ящика стола скальпель. Дверь сдалась под напором мощных ударов, сорвалась с петель и рухнула на пол в тот момент, когда банкир скользнул в небольшой образовавшийся просвет, в помещение ввалились двое крепких высоких мужчин. Артур притворил дверь за своей спиной медленно, тихо, стараясь не издать ни звука и отчетливо чувствуя, как колотится в груди сердце и холодеют пальцы. В небольшую щель он видел как на стену легли две огромные черные тени и мысленно сжался, догадываясь, что сейчас будет с бедным доктором, который пытался дать ему убежище и так легко и здорово беседовал с ним на протяжении последних двух дней. Банкир огляделся вокруг, но в утопающем в мраке помещении – большой масляный фонарь сегодня еще не успели зажечь – как он помнил, кроме книг ничего не было. Подумав, что это не дело для посвященного рыцаря умирать без оружия и сопротивления, он прошелся пальцами по фолиантам, нащупывая наиболее толстый корешок, стараясь не думать о том, кто и зачем явился к ним с визитом, никто не мог знать, что они здесь - что он здесь. Лишь Беккер, комиссар, и сам Артур, и, возможно, несколько посвященных полицейских. С тихим шелестом вытащив книгу с полки, крепко зажав увесистый том в обеих руках и чуть отведя корпус назад и вбок для более сильного удара, Артур встал в двух шагах от тайной двери и замер, прислушиваясь. Тонкий просвет между незакрытой до конца потайной дверью пропускал мало полезного для глаз, но звуки, что доносились по ту сторону, были слышны отменно - жуткие, неприятные, вызывающие мысли о бегстве и липкое чувство паники. - О, доктор Эдвин Беккер! – Услышал Керкланд низкий, возможно, вполне искренне удивленный голос. На несколько мгновений там воцарилась тишина, и банкир подхватил ее, задерживая дыхание, стараясь не шелохнуться и никак не выдать своего присутствия. Пока одна тень стояла неподвижно, другая мягко двинулась по стене – банкир с ужасом узнал в тихой поступи животные повадки комиссара, но отогнал эту мысль - он точно знал, вернее, отчаянно надеялся, что Брагинского здесь не было и быть не могло, тот ведь поклялся защитить его, а не убить. Нет, это просто не мог быть он, Керкланд не потерпел бы такого предательства! Убеждая себя в этом, Артур инстинктивно отступил назад, когда тень исчезла со стены слева, и в просвет он увидел тонкую полоску высокой мужской фигуры, выросшей прямо у его убежища. Казалось, здоловяк смотрит прямо на него, Керкланд почти чувствовал его взгляд, обращенный на его лицо и прикрыл глаза, чтобы белки не блеснули в отсвете лампы основного кабинета. Но где же Беккер, крепко сжимая в руках фолиант, думал Керкланд, ненавидя себя за трусость, но чувствуя, что не в силах не то что переставить ноги, но хоть на дюйм сдвинуться, даже глаза открыть - и он продолжал напряженно вслушиваться в тишину, с ужасом понимая, что не слышал голос доктора и не видел его тень, пляшущую по стене. И словно по его мысленной команде в сторону двери побежали быстрые шаги, потом раздался всхлип, перемешанный с руганью – он заставил глаза банкира против воли распахнуться, как и рот, к счастью, не издавший крика, а мужчину, что вглядывался в убежище Артура, повернуть голову и рвануться на звук, а потом что-то тяжелое – очень похожее на человеческое тело – упало на пол с тихим стоном, мгновением позже что-то громко неприятно и странно - влажно - хрустнуло, и тихий протяжный стон превратился в вой на грани волчьего и человеческого. - Мои пальцы! - Узнал Керкланд доктора, а внутри все сжалось от ужаса – настолько переполненный болью и отчаяньем прозвучал его сорвавшийся голос - они что, перебили ему кисть?! В порыве гнева, перемешанного с диким ужасом, банкир ступил вперед, сжимая зубы, явно намереваясь вырваться из своей засады и как следует смазать томом по лицам этих разбойников, но вместо этого остановился, словно что-то пригвоздило его к полу, и длинно выдохнул - воздух словно потерялся, застыл где-то в груди и не желал выходить, сердце заходилось в агонии, кровь стучала в висках – банкир едва чувствовал собственное тело, все его существо превратилось в кровь, что стучала в голове, и сердце, которое торопливо, лихорадочно с гулом вторило ей. - Эх, доктор, доктор, не умеете вы резать живых людей, - как будто с сожалением прозвучал все тот же низкий голос – второй головорез по-прежнему молчал, продолжив исследовать стены – мягкие шаги легли справа от убежища Артура и медленно, пугающе медленно поползли дальше, накладываясь жуткой дробью на скорбный вой доктора – банкир прерывисто выдохнул, сознавая, что потайную дверь пока не обнаружили. Видимая Керкланду тень скользнула вниз – это ударивший Беккера мужчина склонился над ним. - Где Керкланд? Ни титулов, ни званий, с каким-то жестоким остервенением подумал Керкланд, а его нажитое непосильным трудом состояние, его известность, его рыцарское достоинство - впрочем, что они стоят тут, в канализационной тюрьме? Доктор перестал выть, затих, какой-то комок на полу шевельнулся – Артур с сожалением узнал в нем Беккера, и снова почувствовал, как что-то подталкивает его выйти наружу, не столько чтобы навредить напавшим, но чтобы спасти хирурга. Но здравый смысл - или страх смерти – пока побеждал, сдерживал его порывы и движения, и банкир перевел дыхание, борясь сам с собой. - Кто? – Вопрос доктора прозвучал напополам с тяжелым хрипом, а живое воображение Артура уже нарисовало распластанного на полу Беккера с окровавленной кистью, бедного, дрожащего и испуганного, с огромными переполненными ужасом глазами и жуткой гримасой на лице. О, как Артур был благодарен Беккеру за его якобы глухоту или незнание - губы банкира зашевелились, невидимые в темноте - он быстро что-то шептал, сам не отдавая отчета, молитвы возносит или призывает проклятья на головы вторженцев. Переживая столь мучительную боль, доктор не сказал, что он здесь, с ним. Почему? Тень распрямилась и на мгновение размылась, перебивая мечущиеся мысли – Керкланд знал, что за этим последует, но заставил себя смотреть – движение отразилось новым криком и комок на полу откатился назад, сжался еще сильнее, хрипя - сам того не заметив, Артур рефлекторно сжался вместе с ним, как будто бы почувствовал не предназначенный ему удар. В груди у Артура разом стало пусто, как будто все его внутренности разом исчезли – ненависть стеной перегородила все его чувства - ненависть к себе, к своему страху, что заставила его забиться в угол и терпеливо ждать своей участи - он решительно шагнул вперед, отцепляя пальцы правой руки от книги и касаясь ими двери. С силой надавив на нее кистью, локтем, а потом и плечом, он открыл ее – проклятая деревянная предательница с визгом отворилась и заскрипела – все головы повернулись на звук. - Будьте вы пкорляты! - От пылающего гнева Керкланд забыл, как выговаривать слова, все, что он чувствовал - была жгучая ненависть, которая толкалась изнутри в его виски, будто стремилась выплеснуться наружу - и все, что он видел - были белые пятна человеческих лиц, все остальное смазалось в один цвет и плыло, кружило перед глазами, неподвижыми оставались лишь лица-мишени. Керкланд как следует размахнулся, оскалил рот - и тут его взгляд выхватил что-то острое возле лица доктора, героические мысли тут же исчезли, сменившись волной нахлынувшим ужасом - они сейчас перережут горло Беккеру! -а потом взгляд Артура двинулся чуть дальше, чуть выше и скрестился с серыми как Лондиниумский дождь глазами животного в человеческом обичье - глазами жестокими, насмешливыми и пустыми. Мужчина улыбнулся ему криво щербатым ртом и метнул в него скальпель - наверное именно тот, что доктор сжимал несколько минут назад. Банкир инстинктивно прикрылся книгой, с удивлением понимая, что старый фолиант поймал острое лезвие. В голове стало пусто - ни единой мысли - он был на волоске от смерти, опять! - а потом кровь снова подобралась и хлынула к сердцу, подталкивая Артура бежать, бежать, бежать! Артур рванулся к проему, что остался от выбитой двери, ноги не удержали, он поскользнулся, упал на четвереньки, неловко завалился на бок, быстро поднялся и побежал дальше - что-то тянуло руку и, скосив глаза вниз, банкир обнаружил в руке фолиант. Мужчина, что ходил у стен, выискивая тайные лазейки – одним движением перемахнул через стол, наперехват Керкланду - Артур тут же кинул в него книгой – прямо в лицо, и, удивляясь появившейся вдруг в нем прыти и ловкости, рванулся наружу, проскользнул в проем, делая такие невероятные прыжки, о которых не подозревал. Его ноги выбросили его вон, он с радостью вдохнул тяжелый гнилостный смрад канализации – и тут что-то тяжелое лягнуло его прямо во все тело сразу, свалило с ног. Половина его лица оказалась над черными потоками, и Артур тут же рванулся прочь, пытаясь откатиться от вонючих смертельных вод, но не мог - что-то прижимало его к земле. - Да не дергайся ты, банкир, доставим со всеми удобствами! - Насмешливый спокойный голос над ухом не успокоил его, Артур все пытался выползти из-под навалившегося на него человека, извивался, как уж, чтобы скинуть с себя, пытался подняться на локтях, ударить ногами. Лишь бы не упасть в воду, лишь бы не упасть, билась мысль на краю сознания, вразрез с его попытками высвободиться, перемежаясь с пронзительным криком доктора «Чтоб вас, Керкланд!» и резко оборвалась – рвущийся из-под тяжести в полтора его веса - а то и в целых два - банкир почувствовал вдруг тупую боль в затылке и лишь потом ощутил всю силу хорошего удара. Собственные руки внезапно дрогнули под ним, подогнулись и ослабли, голова вдруг упала вниз и ударилась о влажные камни, разрыдавшись кровью из носа, последующие звуки уплыли от Артура и провалились в мягкую черноту, а следом за ними и он сам.