Я люблю тебя

Альфред нервно расхаживал по крыльцу здания, смотря на мимо проходящих людей. Он с нетерпением ждал, когда придет Брагинский. Понравились ли ему цветы? Джонс слишком переживал, потому что большого опыта отношений у него не было. Постоянно жить с одним человеком казалось ему ужасно скучным и бессмысленным. Пока молодой – нужно гулять, знакомиться с новыми людьми и просто развлекаться. А отношения, по его мнению, всему этому препятствуют. Но сейчас Альфред понимал, что готов. Он и не думал, что такая любовь существует. Когда ты хочешь не только переспать с человеком, но и проснуться рядом с ним, поцеловать, обнять. Очень хотелось узнать Ивана ближе. Джонсу было интересно абсолютно все. Какие книги он предпочитает, какую слушает музыку, какие смотрит фильмы. Было интересно узнать о его прошлой жизни. Джонс провел рукой по волосам и нервно вздохнул. Все его внутренности скрутило в узел. Он сильно нервничал. Наконец, он заметил среди людей светлую макушку. Альфред обрадованно улыбнулся и замахал Ивану. Ваня, увидев Джонса, сильно покраснел, но все же помахал в ответ, пряча лицо в складки шарфа. Он не хотел даже в глаза ему смотреть. Чувство неловкости заставило его сердце ускорить темп. - Привет, Иван! – Альфред улыбнулся и протянул Ване стаканчик кофе, - Держи, отлично бодрит. - Доброе утро, мистер Джонс. Спасибо. - Невнятно протараторил Брагинский. Ивану было нельзя пить кофе , но он взял стаканчик и ничего не сказал. Не хотелось, чтобы Джонс начал его об этом сейчас расспрашивать. - Иван! - С толикой укоризны воскликнул его начальник, - По имени, прошу. - П-прости, Альфред, мне непривычно. - Ваня настолько разволновался, что у него покраснели даже кончики ушей. - Привыкай, для своих сотрудников я еще и друг, а не только тиран-начальник. - Ухмыльнулся Джонс. Альфред галантно открыл дверь перед Иваном, пропуская его вперед. Ваня улыбнулся, чувствуя, как все его тело словно горит. Никогда прежде он такого не чувствовал. Их офис располагался на двадцатом этаже огромного здания. С одной стороны были широкие окна, которые открывали вид на город. Особенно великолепное зрелище было, когда солнце начинало заходить, отбрасывая длинные красноватые лучи, озаряя все пространство светом. Когда они зашли в лифт, Альфред кинул взгляд на Ивана. Брагинский вновь начал волноваться и по привычке облизнул губы. Джонс впился взглядом в его рот, нервно сжимая стаканчик с кофе. Ваня почувствовал, что стало слишком жарко от такого проникновенного взгляда. Напряжение будто витало в воздухе. Очевидно, первым этого не выдержал Альфред. - Ваня! – Брагинский вздрогнул от громкого возгласа, - Мы ведь взрослые люди, а ведем себя как дети. Я давно должен был сказать – ты мне нравишься, очень. Иван удивленно посмотрел на Джонса. Эта новость не была неожиданностью, но услышать это вслух было странно. Ваня молчал, не зная, как на это ответить. Альфред напряженно уставился на него, смотря в глаза, будто пытаясь понять, о чем тот думает. То, что Иван молчал, заставляло сильнее нервничать. Неужели он не чувствует совершенно ничего? А если откажет? Альфред понял, что по его телу ходят волны, то холодные, то теплые. Самая настоящая лихорадка. - Альфред, я…Я… - Ваня замялся, не зная, что сказать. - Может, сходим куда-нибудь? - Д-да, я не против. - Отлично! Сегодня после работы, хорошо? Джонс улыбнулся, смотря на кивнувшего Брагинского влюбленным, глуповатым взглядом. Иван не знал, куда деться от такого настойчивого внимания. Ему было слишком непривычно. К счастью, они прибыли на нужный этаж. Брагинский пулей вылетел из лифта и пошел к своему рабочему месту. Альфред удивленно посмотрел ему вслед, удивляясь такой реакции. Ваня слишком странный. Но это было даже мило. Его необычность и непохожесть на остальных привлекала и притягивала, словно магнит. Джонс зашел к себе в кабинет и сразу принялся звонить в ресторан, заказывать столик. Свечи, вино, легкая закуска – все, что положено для первого свидания. День тянулся до отвратительного долго. Альфред никак не мог дождаться вечера. Он весь извелся, руки отказывались его слушаться, а работать совершенно не получалось. Джонс думал только о том, как бы все не испортить. Изнывая от нетерпения, Альфред подошел к небольшому зеркалу на стене и оглядел себя. С самооценкой у него проблем никогда не было. Он считал себя достаточно симпатичным парнем, умным и веселым, но сейчас он критично осматривался. Может, стоит отказаться от очков? Альфред снял их и прищурился. Без очков он видел плохо, но смотрелся моложе, гораздо моложе своего возраста. Джонс покопался в столе и нашел коробочку с линзами. Невесть сколько она здесь пролежала, но и черт с этим! Он ловко их надел и поморгал. Отвык уже от них, очки были практичнее. Снова подойдя к зеркалу, Альфред понял, что выглядит довольно неплохо. Пожалуй, так он и пойдет. Глубоко вздохнув, он все же решил немного поработать и отвлечься, иначе его голова просто лопнет от вихря мыслей. Наконец, часы показали восемь вечера. Альфред последний раз посмотрел на свое отражение и поморщился. Да что с ним такое? Никогда прежде он не думал о своей внешности. Покрутив галстук, Джонс его совсем снял и расстегнул пару пуговиц на рубашке. Он стал выглядеть более открыто. Теперь все идеально. Схватив пиджак, он вышел из кабинета. Ваня перебирал какие-то бумаги за своим столом. Иван уже успел пожалеть, что согласился. Пойти, конечно, хотелось, но его замкнутость сильно мешала расслабиться. Было страшно все испортить. Брагинский остро нуждался в заботе в любви, ему нужно было получать положительные эмоции, чтобы не волновать сердце. Только вот… Страх. Страх сковывал его тело. Это было ненормально, но Ивана преследовало ощущение, что он разочарует Альфреда, так же как и приемных родителей. - Иван? - Звонкий голос начальника отвлек его, - Рабочий день закончился. Брагинский оторвался от размышлений. Нужно хотя бы попробовать пересилить себя. - А куда мы пойдем? Иван встал со стула и посмотрел Джонсу в глаза, наслаждаясь их глубиной и яркостью. - В ресторан. Тебя устроит итальянская кухня? - Конечно. Больше до самого ресторана они не проронили ни слова. Чувствовалась легкая неловкость между ними, но они просто еще не привыкли друг к другу. Главное зацепиться за какую-то общую тему для разговора и вся напряженность сразу же испарится. Ресторан, куда они приехали, был небольшим, но уютным. Альфред не раз здесь бывал. Внутри был легкий полумрак, который создавал интимную атмосферу, и довершала все тихая ненавязчивая музыка. Джонс провел Ивана к столику, который располагался поодаль от всех остальных. На столе стояла ваза с цветами и свечи. Ваня легко усмехнулся. Альфред постарался от души. - Ну что, тебе нравится? – Задал вопрос Джонс, когда они сели. - Да, здесь красиво. Иван улыбнулся и принялся изучать меню. У него была специальная диета, так что пришлось выбирать что-то из овощей. Пока он выбирал, принесли вино. Альфред открыл его и разлил по бокалам. - Я не знаю, какое ты предпочитаешь, так что заказал белое. Нормально? - Извини, Альфред, я не пью. - Почему? - Просто не люблю, извини. - Ну ладно, а что ты пьешь? - Все, кроме алкоголя. Похоже, Иван придерживается здорового питания. Вон, даже овощи себе заказал. Альфред только подивился этому. У него не было такой силы воли. - Ваня, расскажи о себе. – Джонс заинтересованно уставился на него. Брагинский отвел взгляд, пытаясь собраться с мыслями. Он не знал, что сказать. Рассказать про детский дом? Про болезни? Про издевательства? Или про людей, которые обошлись с ним, как с куклой? - Что ты хочешь узнать? - О твоей семье. У тебя есть родители или сестры с братьями? - Нет, у меня никого нет. И никогда не было, я жил в детском доме. - Что? - Альфред удивленно заморгал. - У меня была семья, точнее, семейная пара, которая взяла меня на некоторое время, но потом… - Иван попытался сделать свой голос как можно более непринужденным, - Потом они отдали меня назад. - Это ужасно! Джонс почувствовал, что его сердце пропустило удар от жалости. Как можно отдать ребенка обратно? Это же не игрушка, это живой человек. Захотелось немедленно обнять Ивана, показать, что он не один. И больше никогда не будет один. - Ужасно, да. Но у них свой ребенок появился. Нормальный, в отличие от меня. - Ты о чем? - После услышанного было даже страшно представить, что еще с ним случалось. - Нет, ничего. Неважно. Расскажи лучше о себе. Альфред понял, что для Брагинского эта тема болезненна, и он решил не тревожить его. Рассказал о своих родителях, о том, где учился. Иван очень внимательно его слушал, изредка задавая разные вопросы. Они просидели несколько часов, разговаривая на разные темы. Прежняя неловкость буквально улетучилась. Им было очень комфортно вместе. Оказалось, что у них есть общие интересы. Они оба читали одни и те же книги, оба любили фантастику и космос. Когда они вышли из ресторана, на улице была ночь. Свежий ветер обдавал их разгоряченные лица порывами прохладного воздуха. Джонс вызвался довезти Ивана до дома. Когда машина остановилась, то Брагинский понял, что не хочет расставаться. Этот вечер был просто великолепен. Иван уже не жалел о том, что согласился на это. - Ну что, может, еще встретимся? – Альфред повернулся к нему и по-доброму ухмыльнулся, - Помимо работы. - Конечно! Ваня улыбнулся. Он не мог оторвать взгляда от лица Джонса. Альфред подумал, что просто обязан поцеловать его, иначе сойдет с ума. Ловко подавшись вперед, он коснулся губ Ивана. Просто нежное прикосновение, буквально на секунду. По телам обоих прошла дрожь. Брагинский широко распахнул глаза, на его щеках появился очаровательный румянец. - До завтра, Альфред. - Сдавленно произнес Иван и выскочил из машины. Джонс прикоснулся пальцем к своим губам, они словно огнем горели и еще помнили вкус чуть обветренных губ Ивана. Еще несколько минут он просто сидел в машине, смотря через лобовое стекло на небо. Как жаль, что не видно звезд. Альфред прикрыл глаза, мысленно радуясь своей победе. Брагинский его не оттолкнул, значит, был не против, значит что-то к нему чувствует, а это было просто восхитительно! Очень скоро они будут вместе. Иван зашел в квартиру и замер около двери. Все его тело словно перестало ему подчиняться. Он чувствовал необычайную легкость. Хотелось петь, танцевать, просто кружиться по всей квартире. В душе словно цветы распускались. Улыбнувшись, Ваня посмотрел в зеркало. Его глаза выглядели намного живее и радостнее. Теперь он не чувствовал досады, при взгляде на себя. Что-то же Альфред в нем нашел. Но все же нужно было рассказать о своей болезни. Это ведь серьезный ограничительный фактор. Большую часть дня Иван должен был проводить в покое и отдыхе. Он обязательно должен быть спокоен эмоционально. Джонс безумно активный, в нем просто море энергии, не будет ли ему скучно? Брагинский чувствовал, что должен сказать, но боялся, что так он перестанет ему нравиться. Он решил пока повременить с этим и просто получить удовольствие от общения.